Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,4296 руб.
  • Курс евро EUR: 68,0822 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,2039 руб.
Сентябрь
пн вт ср чт пт сб вс
            01
02 03 04 05 06 07 08
09 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30            

СОЦИОПАТИЯ ФЕТИШИЗМА

СОЦИОПАТИЯ ФЕТИШИЗМА Термин «фетиш» введён голландским путешественником В. Босманом в начале 18 в. Фетишизм традиционно означает: 1) религиозное поклонение материальным предметам – фетишам, которым приписываются сверхъестественные свойства. 2) Характерный для товарно-капиталистического общества процесс наделения продуктов труда или денег сверхъестественными свойствами (самовозрастания стоимости и пр.), обусловленный овеществлением социальных отношений и персонификацией вещей. 3) половое извращение, при котором сексуальное влечение направлено на различные предметы (например, обувь, чулки, бельё), принадлежащие любимому человеку.

Из приведенного (взятого из Энциклопедии) списка значений видно, что до сих пор нет общего определения фетишизма, как явления, а исследуются только частные (однозначно взаимосвязанные между собой) его проявления. Фетишизм религиозный, экономический, половой – не разные явления. Это одно и то же явление, примененное к разным сферам человеческой жизни.

Что же такое фетишизм вообще? Рискнем дать свое определение: фетишизм – это расстройство познавательного и оценочного аппаратов человеческого сознания, при котором перестают различать разницу между сущностью какого-либо явления и его символом, между идеей и неодушевленным предметом, взяв шире – между содержанием и его временной, конкретной формой. 

Попытка локализовать общее в конкретном (суть явления в связанном с явлением предмете) связана, прежде всего, с попыткой сознания упростить себе работу, облегчить процесс мышления. Например, есть ЗЛО, как явление, как сущность со своей сутью – идеей разрушения. Зло, как явление, не имеет ограничений во времени и пространстве: оно вообще является паразитом любого добра, неспособным выжить без носителя в виде добра (тогда как добро без зла прекрасно обходится).  Разрушение нуждается в предварительно созидании, а созидание в разрушении – вовсе не нуждается.

Подлинная борьба со злом заключается в отделении зла от его носителя, на котором зло существует как вредоносный паразит. Это создает видимость неуловимости и всеприсутствия зла. Неразвитое сознание пытается локализовать зло, вместить его в пространственно-ограниченный материальный предмет, и наивно полагает, что, уничтожив избранный предмет, уничтожит и зло.

Это было бы удобно, если это было бы возможно. Но, поскольку это невозможно, и, формальным языком говоря, бредово, то это оказывается социальной (присущей всему или большей части общества) психопатологией, расстройством массового (коллективного) сознания.

Любое упрощенчество всегда привлекательно для человека массы. Этой привлекательностью пользуются враждебные той или иной массе людей силы – её истребители или её паразиты. Но и без них упрощенчество само по себе имеет свойство пандемически распространятся.

Упрощенчество – это зловещая мутация мнемоники и дидактики. Мнемоте́хника — совокупность специальных приёмов и способов, облегчающих запоминание нужной информации и увеличивающих объём памяти путём образования ассоциаций (связей), связывание объектов с уже имеющейся информацией в памяти различных типов для упрощения запоминания.

Мнемоника облегчает запоминание, дидактика облегчает усвоение, а упрощенчество – облегчает понимание явления. Это – при всей внешней похожести – далеко не одно и то же. Запоминание и усвоение, более или менее легкие для человека, не предполагают примитивизации понятия о предмете. Облегченное же понимание – суть есть поверхностное понимание.

Делокализованные и зыбкие сущности нашего мышления наиболее трудны для неразвитого сознания. Для работы с ними требуется живой разум со способностями к нестандарной и асиметричной реакцией.  Фетишизация, как психический процесс, сводит работу с нелокальными и зыбкими сущностями к совершенно неадекватному в данном случае жесткому алгоритму.

Фетишизация – внутренняя душа фрустрации. То, что снаружи нами воспринимается как фрустрация, изнутри является именно крайней формой фетишного психического расстройства. Человек, который в любых обстоятельствах делает одно и то же, чему его когда-то научили – это фетишист, локализовавший модель поведения в единственно-верной для него, абсолютизированной им практике. 

Простота фетишиста – хуже воровства, как говорится. Никакая это на самом деле не простота, а неадекватность. Здоровая работа разума предполагает бесконечность вариантов ответов на бесконечность вызовов вселенной. Фетишизм, имея дело с бесконечностью, локализует её в чем-то конечном, загоняет в предмет. Но конечный предмет вместить бесконечного не может.

Это предопределяет заведомую обреченность фетишистов в их попытках достичь поставленной цели. Борьба со злом через уничтожение носителей зла приводит к уничтожению носителей, но не зла. Утверждение добра через утверждение носителей добра, приводит к утверждению носителей – но не добра. Торжество формы не только не означает автоматического торжества содержания, но даже и наоборот: подавляет, аннулирует содержание, ради которого изначально все затевалось.

Увеличение розданных на руки населению дипломов об образовании далеко не всегда означает рост именно образования. Увеличение раздачи аристократических титулов отнюдь не означает рост благородства, которое изначально титулы подчеркивали.  Раздача наград направо и налево вовсе не значит роста доблести, которую изначально награды символизировали. И т.д. и т.п.

Истина в том, что между бесконечным и конечным, как двумя важнейшими категориями нашего познавательного и оценочного аппаратов, лежит пропасть. Смешение, подмена бесконечного конечным, конечного бесконечным, приписывание свойств и качеств бесконечного конечному и наоборот, конечного бесконечному – это грубейшая логическая ошибка. Свойства и качества бесконечного и конечного несочетаемы.

Но в связи с очевидными трудностями восприятия бесконечности нашим сознанием, мы автоматически пытаемся свести её качества и свойства к хорошо нам знакомым параметрам привычных, ограниченных в пространстве и времени вещей. Таким образом, мы явочным порядком (не теоретически(1), а практически, зачастую неосознанно) ликвидируем бесконечность в нашем мышлении, как бы сокращаем её за ненадобностью.

Это столь же вредно, как «профилактические» удаления аппендикса у детей в 60-х годах под видом «ненужного рудимента». Потом выяснилось, что аппендикс очень даже нужен и много для чего… Если что-то нам непонятно в системе, это ещё не значит, что оно ненужно или лишнее.

Фетишизация – это практическое следствие (при чем неизбежное) удаления из рассуждений элементов понятия о бесконечности и бесконечном.  Если бесконечное отменено, то все его сущности волей-неволей надо распихивать по предметам, куда же их ещё девать. А если они туда не влезают – тем хуже для них?

На самом деле не для них, а для нас. Утрата адекватности – это утрата нашего контроля за миром, природой, внешними процессами, входящими в непримиримое противоречие с нашей искалеченной фетишизмом личностью.

 

------------------------------------------------

(1) Есть попытки и осмысленной, теоретической ликвидации понятия о бесконечности. Древние попытались отменить очевидно наблюдаемую бесконечность вселенной, представить её в форме шара, оставив в стороне вопрос – а что же за пределами этого шара, в чем же он тогда находится? Язычество (как порча изначального монотеизма) попыталось отменить бесконечно-благого и бесконечно всемогущего Бога, заменив его конечными, с пределом компетенции и сил, божками политеистического пантеона. Математик Больцано отменил бесконечность в теории множеств, заменив её на теорию неопределенных ограниченных множеств, заставив подчинятся законам и правилам ограниченных вещей. Материалисты «отменили» Бога, представив Вселенную набором предметов, каждый из которых (и, следовательно, все они вместе) пространственно ограничен. Тем самым материалисты попали в логический коллапс «отмены бесконечной протяженности вселенной».

А. Леонидов-Филиппов.; 4 октября 2012

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ​«АПОЛОГЕТ»: ПРЕДЕЛЬНАЯ КОНЦЕНТРАЦИЯ ИСКРЕННОСТИ...

    ​«АПОЛОГЕТ»: ПРЕДЕЛЬНАЯ КОНЦЕНТРАЦИЯ ИСКРЕННОСТИ... Можно спорить о художественных достоинствах или философских идеях романа «Апологет» А. Леонидова, на днях опубликованного замечательным издательством «День Литературы»[1]. Об одном спорить не приходится: с такой стороны революцию и советский строй ещё никто не осмыслял! Ни сторонники, ни противники таким образом её не рассматривали, факт. Остальное – спорно. Как, в общем-то и должно быть с художественным произведением, главное требование к которому во все времена – свежесть и оригинальность. И это есть…

    Читать дальше
  • ​О. Василий (Литвинов): Слово об экономике

    ​О. Василий (Литвинов): Слово об экономике В первой части Открытого Письма (Слово о счастье) мы выяснили, что сверхбогатым людям мешает обрести счастье внешняя и внутренняя агрессия. Чтобы найти способ преодоления проблемы, надо определить её источник. Так, где же "собака зарыта"? На данный момент политэкономия указывает нам: произвольное деление земных, материальных благ делает людей врагами друг другу. Не какие-то мифические классы, а именно людей, персонально.

    Читать дальше
  • о. Василий (Литвинов): ​Слово о счастье

    о. Василий (Литвинов): ​Слово о счастье Василий Литвинов, священник Русской Православной Церкви, написал Открытое письмо к олигархам и всем деловым людям, всех людей считая братьями. Он просит все СМИ распространять это пастырское назидание, надеясь, что оно дойдёт до адресата. Будет принято или нет – другой вопрос. Но всегда лучше попытаться решить дело миром, пробудить в человеке человека – прежде чем суровая необходимость заставить уничтожить свирепых зверей. Вот что пишет о. Василий:

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека — А. Прокудин.