Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,4296 руб.
  • Курс евро EUR: 68,0822 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,2039 руб.
Февраль
пн вт ср чт пт сб вс
        01 02 03
04 05 06 07 08 09 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28      

ЧЕМ БОЛЕН ЗАПАД?

ЧЕМ БОЛЕН ЗАПАД? Как западные, так и советские экономисты под «ростом экономической эффективности» подразумевали всегда рост текущей прибыльности операций. Тут логика достаточно проста: цель экономики – организация потребления, потребление растет, стало быть, растет и эффективность. Поэтому общества с более высоким уровнем потребления признавались автоматически самыми экономически эффективными. При этом текущий характер показателя прибыльности (уровня рентабельности вложений) не беспокоил экономистов. Некоторые даже философски замечали – мол, все в мире временно, вечных трендов не бывает, всякая прибыльность, на какой дистанции её не возьми (час, день, год, век) – будет текущей по отношению к своему временному периоду…

Тут особенно спорить и не приходится – действительно, и жизнь коротка, и всякая прибыль всегда в той или иной степени текущая. Нет таких финансовых пирамид, которые сравнились бы в долговечности с египетскими!

Речь о другом. На каком тренде находится текущая прибыльность, имеют ли показатели рентабельности восходящее или нисходящее (тоже временное) значение? Представим себе две системы. В одной прибыль (P) возрастает с течением времени:

            P=> 2P => 4P => 8P… NP.

В другом мы обнаруживаем динамику свертывания, многообещающую в сегменте, но по сути означающую деградацию: 

                 P=> 4P => 6P => 7P…O,NP

В первом случае общество взяло неторопливый, но уверенный старт, и постоянно набирает обороты. Во втором оно резко рвануло вперед, однако те самые механизмы, которые сперва обеспечили 4-х кратный рост вместо двукратного далее стали сбивать темп. Мы видим, что второе общество, вначале двукратно обошедшее первое, ко второму обороту ещё сохраняет опережение, но уже не такое уверенное. К третьему обороту второе общество выдохлось и отстало: в нем начались процессы сворачивания экономики, тогда как первое общество ушло в отрыв, все более и более разительный.

Почему такое происходит? Почему более высокая на короткой дистанции прибыльность оборачивается на длинной дистанции убыточностью? Давайте спросим иначе: почему приемы и методы спринтера неприменимы на марафонской дистанции? Или почему большой костер прогорает раньше, чем едва поддерживаемое пламя?

Если мы найдем общефилософские ответы на эти вопросы, то мы поймем, какой болезнью больна современная Европа и вообще Западный мир. Они делают свою экономику по принципу «после нас хоть потоп». Это неразрывно связано с частной коммерческой инициативой: жизнь человеческая коротка, и слишком длинных планов строить в ней частнику не стоит: помрешь, плодов не дождавшись.

Миру к исходу ХХ века нужна была иная модель развития – мыслящая не спринтерской частотой частника, а марафонской дистанцией общества-организма. Человеческая экономика стала слишком сложна для того, чтобы совершать полный цикл в 25-50 лет и снова начинать все с ноля. Но частный собственник живет и действует так, как если бы можно было через тридцать лет все начать сначала, с чистого листа.

Отсюда и родилась главная болезнь Запада: проблема изъятий из основного капитала, превышающих текущие проценты на него. Эта проблема в итоге оставляет страны Запада без капитала, без текущих процентов с него, и без изъятий (потому что изымать тоже уже неоткуда – капитал исчерпан). Все три элемента действия – капитал, проценты с него и произвольные изъятия, сделанные хозяйской рукой- взаимно исчезают, в случае если P + 0,P – N < P[1].

Мы рассуждаем в банковских терминах (капитал, проценты, произвольные изъятия), чтобы было понятнее широкому читателю. Экономисты понимают, конечно, что банковское дело – это только ТЕНЬ от жизни, тень реальных экономических процессов.

Первичен же технологический мир, мир извлекающих прибыль из окружающей среды инструментов. Для банка окружающей средой являются люди, а для технолога – природа.

В первичной, базовой экономической жизни, связанной с адаптацией природных благ для непосредственного использования людьми может быть дегенеративный рост текущей прибыли. Этот рост текущей прибыли, представляющийся недалеким современникам как «повышение экономической эффективности», на самом деле есть ни что иное, как утилизация рентоизвлекающего инструментария.

Это как если бы вы, не желая копать яму, наняли бы человека со стороны, расплатившись за его труд той лопатой, которой он копал. И яма готова, и лопата вам не пригодилась: все довольны. Однако в следующий раз вы уже не сможете ни сами копать новую яму (лопату-то вы отдали!), ни нанять человека со стороны (вам нечем ему заплатить).

Динамика западного мира, растленная частнокоммерческим интересом и культом скорой отдачи, быстрой выгоды от действий в целом направлена на сворачивание всех достижений ХХ века. И это подтверждается многочисленными бунтами и манифестациями во всех городах Европы и США: это бьются за место под солнцем люди, оседлавшие тающую (от того же самого солнца, за место под которым идет борьба!) льдину. 



[1] P + 0,P – N < P – основная, несущая формула кризиса. P + 0,P – N = P – базовая формула стагнации, застоя, а P + 0,P – N > P – формула экономического развития, эффективность которого связана с наращиванием рентоизвлекательной потенции инструметария экономики.

 

Александр Леонидов; 24 октября 2012

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • В.Авагян: "СЕЯЛКА ИЛИ ДАВИЛКА"?

    В.Авагян: "СЕЯЛКА ИЛИ ДАВИЛКА"? ​Основное противоречие США, как мирового гегемона заключается в конфликте расширяющейся, углубляющейся политической экспансии – и сжимающимся контуром экономических отношений. Чем больше поглощает империя – тем больше она разоряет тех, кого поглотила. Если у нормальных империй после захвата начинается восстановление разрушенных борьбой экономик, уже на своей территории, то для США после их победы начинается разорение, выжирание и вымаривание дотла побеждённого.

    Читать дальше
  • …И С ВЕЧНОСТЬЮ ДЫШАТЬ В ОДНО ДЫХАНЬЕ…

    …И С ВЕЧНОСТЬЮ ДЫШАТЬ В ОДНО ДЫХАНЬЕ… «Можно изображать становление национальной буржуазии» – говорит герой новой книги «Волки из пепла» Александра Леонидова – «А можно национальной интеллигенции… Но когда это в одном лице – то смешно получается». И действительно, получилось смешно. Но не в том смысле, что получилось плохо, а в том, что всё произведение пронизано тонким и психологическим юмором, включило в себя сочное богатство народного анекдота, именно язык, а не сюжет анекдотической (в хорошем смысле слова) речи. Если говорить о сюжете, то действительно, персонаж не солгал: основное содержание – становление в РФ национальной буржуазии и национальной интеллигенции. Они метафизически противопоставляются космополитам и компрадорам во власти и быдловатой, худшей части народной толпы.

    Читать дальше
  • В. АВАГЯН: "ТРИЕДИНЫЙ ДЕКРЕТ"

    В. АВАГЯН: "ТРИЕДИНЫЙ ДЕКРЕТ" ​Вот представьте, что вы – производитель сковородок. Конкурентов у вас нет: продуманный протекционизм вытеснил с рынка иностранные сковородки. При этом зарплаты и пенсии в стране растут. И при этом повышать цены запрещено. Людям куда деваться? Они идут и покупают ваши сковородки. Чужих они купить не могут: чужих с рынка удалили. Не покупать – зачем тогда деньги? Продать им дороже твёрдой цены вы не имеете права. Таким образом, перекрывая все сливы капиталов (за границу, в спекуляцию и др.) вы канализируете энергию производительного труда в рост производства. Ваше производство сковородок растёт, предложение расширяется. Вы обновляете производственные фонды, обеспечиваете занятость на рынке труда, ищите новые технические решения, придумываете новые виды продуции...

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека..