Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Апрель
пн вт ср чт пт сб вс
    01 02 03 04 05
06 07 08 09 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30      

ИСТОКИ ЕВРОФРЕНИИ И КАННИБАЛОКРАТИИ

ОТРЫВКИ ИЗ НОВОЙ КНИГИ А.ЛЕОНИДОВА(ФИЛИППОВА) - "БИТВА ОККАМА"

ИСТОКИ ЕВРОФРЕНИИ И КАННИБАЛОКРАТИИ ​Современный студент – в Сорбонне или Башкирском госуниверситете в равной степени не понимает лекций о таком историческом явлении, как НОМИНАЛИЗМ. И столичный, и провинциальный студент недоумевают в равной мере: что это за МНОГОВЕКОВАЯ дискуссия, пронизывающая собой все средневековье, и лежащая в основе всего современного научного знания? Зачем номиналисты пускались в странные и отвлеченные причудливые умствования о конкретных и общих понятиях? Почему те, кто им противостояли, назывались реалистами, и чего реалистичного в т.н. «реализме средневековом»?

За что номиналистов преследовали, порой очень жестоко, запрещали, сжигали их книги? Словом, ни мотивы самих номиналистов, ни мотивы поведения их врагов остаются для современного образованного человека непостижимыми.

Обычно интеллектуал делает простой вывод – мол, «это все средневековая схоластика, бесплодные умствования ни о чем» и закрывает для себя тему борьбы номиналистов с реалистами. Принято считать, даже у очень хорошо образованных людей, что как «реализм средневековый», так и номинализм себя давно исчерпали, к современности не имеют никакого отношения, интересны только для историков философской мысли. Словом, «интересны - для любителей древностей» - как говорил Шерлок Холмс о пергаменте Баскервилей.

На самом деле ничего не исчерпано. Вышедший на излете советизма, в 1986 году «Атеистический словарь», вобравший в себя все богатство наработок мыслителей-атеистов многих стран совершенно неожиданно, ошеломляющим манером, возвращает своих внимательных читателей к… средневековому номинализму!

В статье «Корни религии» наши современники пишут: «Корни религии - совокупность факторов, создающих необходимость и возможность возникновения и воспроизводства религии. …

Гносеологические корни религии (греч. gnosis - знание) - моменты познавательной деятельности, делающие возможным возникновение превратно отражающих действительность религиозных представлений, понятий, идей, мифов… Человеческое познание есть диалектический процесс перехода от незнания к знанию, но познание не идет по прямой линии.

Метафизичность, субъективизм, абсолютизация отд. граней познавательного процесса ведут к искаженному восприятию действительности.

Возможность появления религиозных образов содержится уже в чувственном созерцании и в представлении. Возможность отлета сознания от действительности существует и на ступени рационального познания. Если общее субъективистски, метафизически отрывается от единичного и особенного, если игнорируется диалектика формирования общего понятия, то возникает тенденция «найти» носителя общего определения, превратить общее в самостоятельное существо»[1].

Иначе говоря, перед нами чистейший номинализм в духе Росцелина и Оккама, пробравшийся в наши дни и продолжающий здесь войну с религией. Ничего общего, обобщенного не существует – это азбука номинализма – существуют только отдельные вещи.

Необыкновенно бесплодной и нелепой философией называл номинализм наш выдающийся современник, А.Ф.Лосев, который, в то же время, вполне лояльно относился к религии и идее Бога. Кстати, именно А.Ф.Лосев считается в философской среде высочайшей вершиной в деле становления ДИАЛЕКТИКИ – а номиналистский словарь атеистов упрекает идеалистов в «игнорировании диалектики формирования общего понятия»…

Что за недоговоренность с обеих сторон? Что за тайну прячет за собой номинализм? И какова связь этого заумного схоластического умствования с острыми, современными, жгучими проблемами ЕВРОФРЕНИИ, КАННИБАЛОКРАТИИ?

Поясню: еврофрения – это расщепление культурного ядра у Европы, европейцев, людей европейской культуры, в результате которого возникает специфически-западное (западническое) мышление, наполненное неразрешимыми противоречиями. Еврофреник может, например, думать так: «Все люди произошли от обезьяны, поэтому мы должны любить друг друга». Или так: «Колонизация – великое зло, поэтому нужно радоваться миграции азиатов в Европу». Или вот так: «Неужели вы не принимаете идеи равенства, того, что один человек ничуть не хуже другого? И, черт возьми, даже лучше!» Или ещё знаменитое европейское – «Человек человеку друг, товарищ и волк»…

Еврофрения в её либерально-экономической версии патологически неспособна понять связь между действием и результатом, бездействием и отсутствием нужного результата. Она провозглашает высшей ценностью жизнь человека – и миллионами уничтожает младенцев путем абортов. Она одновременно требует экологической чистоты, снижения нагрузки на природу – и максимализации потребления. Она настаивает на нравственности безнравственности, на разумности безумного.

Еврофрения требует одновременно политического равенства при растущем имущественном неравенстве, не понимая, что это бред, ибо четкой грани между политикой и экономикой просто не существует. Еврофрения настаивает на «реальной альтернативе» в политике, при этом желая тишины, спокойствия, ненасилия и точных сроков выборного процесса. Но ведь невозможно тихо и мирно, ритуально провести выборную процедуру, если кипят реальные, живые страсти! Как может власть «бесконфликтно» меняться, если её смена – не фикция, не ритуал, а реальное перераспределение властных возможностей?!

О такой «клубничке» еврофрении, как признание однополых браков и даже церковных венчаний в церквях однополых пар – умолчим, это и так у всех на слуху…

Такова сущность еврофрении – специфически-европейского расщепления ума. Каннибалократия – власть каннибалов, что следует уже из термина.

Она построена на символическом и буквальном, социальном, экономическом и прямом (ритуальном и трофическом) – людоедстве. В современном мире еврофрения (создающая патологический фон общего безумия) и каннибалократия (выстраивающая себя, в буквальном смысле, из костей) – переплелись очень тесно, почти неразрывно. Особенно способствовал их взрывному развитию крах советского (в основе его – православного) социального проекта. Православная среда по многим причина избежала еврофрении, чем, собственно, православные страны и отличаются от католических и тем более протестантских стран. Например, любовь к человеку или ненависть к нему не сочетается у православного человека, как у еврофреника, в причудливо-неразрывное единство. Например, принцип «все для блага человека» в СССР действовал напрямую. Он не сочетался с принципом «конкуренция очищает человеческий род», когда «все для блага» одного «человека» сочетается почему-то с убийством другого «человека», его соседа.

В Европе же постоянный мотив «человек должен жить богато и счастливо» сочетается с мотивом «человеческий род нужно регулярно прореживать», и европейцы не видят в этом никакого противоречия. Что и неудивительно – они же еврофреники…

Получается, что каннибалократия – как бы (в данном случае) практический вывод из теоретических исканий разума, находящегося в состоянии еврофрении. Если одни люди должны быть любой ценой богаты и счастливы, а другие – обязательно пройти через мучительный и унизительный садизм конкурентной борьбы, то отсюда напрямую следует вывод.

Какой?

Да такой, что те, «которые рождены для счастья и свободы» вполне могут подкрепиться теми, которые «должны доказать свою социальную состоятельность». Винеры, питающиеся лузерами (победители, пожирающие неудачников) – ещё гениальным Уэллсом (морлоки и элои) описанный вывод из самого существования винеров и лузеров.

Страшно, а самое главное – крайне неожиданно смотреть, как «цивилизованная Европа» (читай, все белое человечество, европеизированные люди) легко перешла в последние годы к человеческим жертвоприношениям и каннибализму.

Конечно, учитывая сытость Европы (её светлая сторона – грандиозный технический прогресс) каннибализм по большей части ритуальный, не для утоления голода, а для утоления извращенных психологических потребностей западника.

Так вот, на мой взгляд, средневековый номинализм своей упорной многовековой борьбой с реализмом заложил основы еврофрении и каннибалократии. Но прежде чем подробно обсуждать еврофрению и номинализм, посвятим первую главу наиболее зрелищному, скандальному, хотя и последнему по счету: каннибалократии.

(Продолжение следует)


[1] Атеистический словарь.— М.: Политиздат. Под общ. ред. М. П. Новикова. 1986.

А. Леонидов-Филиппов.; 4 февраля 2014

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ​Самозамкнутость и Традиция

    ​Самозамкнутость и Традиция В детских книжках, которые я очень любил в детстве, поучительные картинки всегда изображали очень кучно и динозавров и электроны атома. В реальной жизни динозавры не смогли бы жить так близко друг от друга, а электрон далёк от ядра атома так же, как булавочная головка на последнем ряду гигантского стадиона была бы далека от теннисного мячика в центре стадиона. Но нарисовать так в книжке нельзя – потому рисуют кучно, сбивая масштабы. Та же беда случается всегда и с историей цивилизации. Оглядывая её ретроспективно, из неё сливают огромные пустоты разреженного протяжения, оставляя близко-близко друг от друга значимые факты духовного развития.

    Читать дальше
  • "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..."

    "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..." Московское издание полной версии романа А.Леонидова "Иго Человеческое" - не оставит равнодушным никого, кто думает о судьбе Отечества, да и просто об устройстве человеческой жизни. В остросюжетной форме исторического повествования автор ставит самые глубинные и "проклятые" вопросы, на которые бесстрашно, порой, может быть, опрометчиво - даёт ответы. Спорить с автором в данном случае ничуть не менее полезно, чем соглашаться: произведение ВЗРОСЛИТ, независимо от отношения читателя к заявленным идеологемам.

    Читать дальше
  • ​«Легенда о Китеже» и западная советология

    ​«Легенда о Китеже» и западная советология Чтобы понять, о чём речь, предлагаю сперва рассмотреть условную, умозрительную модель, которую пока не привязываю ни ко времени, ни к географическому месту. Модель начинается словом «Допустим». Просто допустим, что есть система, в которой житейские доходы человека неопределённые. В силу неопределённости (обозначаемой алгебраическим «х») они могут быть любыми. Есть вероятность любого значения «х». «Х» может быть равен 0, 1, 2, 5, 100 и т.п. Личные доходы человека не ограничены ни сверху, ни снизу. Они строго индивидуальны: могут быть сколь угодно большими, а могут и вообще отсутствовать (=0).

    Читать дальше

Свобода - более сложное и тонкое понятие. Жить свободным не так легко, как в условиях принуждения. — Томас МАНН.