Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Сентябрь
пн вт ср чт пт сб вс
  01 02 03 04 05 06
07 08 09 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30        

Зло инкогнито

Зло инкогнито ​Воевать со злом проще, если зло не отрекается само от себя. Часто, наверняка, вы слышали фразу в СМИ: «ответственность за теракт взяла на себя террористическая организация ХХХ» или что-то в этом духе. Или какой-нибудь наивный латиноамериканский генерал сверг президента с парламентом и ввёл режим военной хунты. То есть он сам себя так называет, а не врёт, что его народ избрал… С такими не то, чтобы легко жить, но проще разобраться. Но с чего бы злу всё время признавать себя злом?! Отчего бы ему не пойти в «отказку», объявив, что теракт ему приписывают враги, и хунтой называют тоже враги – а так-то, по жизни, оно белое и пушистое…

Именно с таким злом мы столкнулись в лице всё более раскрывающего себя Запада. Террорист N 1 в мире не хочет брать на себя ответственность за свои теракты. Путчист N 1 на всей планете – хочет именовать свои кровавые путчи «всенародным волеизъявлением», своих ставленников-марионеток именует «избранными президентами» и т.п.

И вообще у них на бумаге – равноправие людей и равенство возможностей. Ну и что, если в жизни их нет?! На бумаге-то есть, а сверяют дело по бумагам, а не по фактам (у них). Пусть души мёртвые – по ревизской сказке они значатся, стало быть живые. А которые живые, но в сказке не значатся – тех и нет, и не было никогда…

Таково зазеркалье западной бумажной «демократии», суть которой в том, что экономический и карьерный заговор имитирует (с разной степенью артистических талантов) своё отсутствие…

+++

Дегенератизм псевдо-демократической системы «оne person-one vote»[1] заключается в том, что она полностью вырвана из экономического, культурного, образовательного и всех прочих контекстов. Именно поэтому существовать она может только как химера и симуляция, что отчасти удавалось скрывать в век печатных изданий, и что совершенно очевидно всплыло в век интернета, в век горизонтальных обменов информацией напрямую, без редакторов, цензур и финансовых ограничений, державших прежние СМИ в заложниках у богачей и начальства.

Равенство – есть равенство, его нельзя разделить. Скажем, в спорте: равенство беговых дорожек ещё ничего не значит. Да, у соревнующихся бегунов должны быть одинаковые дорожки; но если один пешком, а другой на мотоцикле, то равенство дорожек ничего не значит. Если боксёры одинакового роста – но разного веса? Одинакового веса – но разного возраста? О каком равенстве в состязании можно говорить, если равенство устанавливается только по одному, формальному критерию?!

Один боксёр весит 90 кг, и ему тридцать лет, а другой тоже 90- но ему семьдесят… А нам предлагают считать, что их поединок честный, потому что их ведь взвесили, и честно взвесили!
Смешно?
А вот создателям симулякра «оne person-one vote» вовсе не смешно. Они поняли очень простое правило, связанное с номинализмом и реализмом: лучший и простейший способ защитить самодержавие – это объявить (номинально) – что оно не является самодержавием.

В этом случае используется запрещённый приём, недопустимый в рыцарских поединках: номинальный переход на позицию оппонента, оглушающий и нивелирующий весь пафос оппонента. Вы хотели республику? Да вот вам республика! Вы хотели конституции – да вот вам конституция, подавитесь!

Царь Николай II Романов погиб, потому что не умел и не хотел играть в такие игры. Он не умел объявить «всеобщие, равные и тайные» выборы, на которых «выбрали» бы 200 его заранее отобранных вельмож. Ну вот народ так решил! Тайное же голосование, непонятно, почему они в кабинках такой выбор в последний момент сделали… Есть повод политологам порассуждать на ток-шоу о таинствах души избирателя: бухтел-бухтел мужик, а выбрал-то только миллионеров, ни одного крестьянина или рабочего не выбрал…

У царя (рыцарская натура, аристократ) – был корявый и уродливый избирательный закон со всякими позорными цензами и фильтрами. Зачастую 1 голос землевладельца был равен 300 голосам пахарей! Но при этом у царя каким-то образом в Думу проникли и рабочие в поддёвках, и крестьяне в косоворотках, и мещане в картузах…

Потому что царь действительно выборы проводил, пусть и по дурацкому закону, но реально. А машина буржуазных выборов работает так, что при всём «всеобщем, равном, тайном, без цензов» голосовании – никого, кроме миллиардеров в Думу (или французский парламент) сроду не проникнет!

Вот это, друзья мои, и есть различие между реализмом и номинализмом, между реальным и номинальным, между тем, что действительно делают и тем, что только декларируют.

+++

А всё потому, что реальное (не номинальное) равенство возможно только в виде неделимой целостности всех прав, а не исключительно политических (и тайных, чтобы никто проверить не мог). Известные нам формы политического равенства увенчивают декоративным флюгером большую постройку из экономических, образовательных, трудовых, мобилизационных и прочих равенств. В марке, общине или в Афинах это равенство вырастает из единого образа жизни, из совместного владения и пользования, совместного распределения и распоряжения всеми материальными и духовными ресурсами общины.

Если люди живут вместе и одинаково, если они с рождения до смерти все про всех всё знают – тогда, действительно, возможен вполне себе демократический избирательный процесс. В числе прочего он будет означать объединение всех против сильнейшего игрока и взаимное препятствование личному успеху друг друга. Именно этому учит нас опыт полисной демократии – регулярно казнившей(!) философов и героев, «чтобы не выпендривались».

Я не готов сейчас обсуждать – хорошо это или плохо, но я понимают прекрасно, что это не имеет никакого отношения к оторванному от быта и течения жизни симулякру «оne person-one vote» в современных олигархических, во многом уже и кастовых обществах.

Это тот случай, когда номинал совершенно утратил связь с реалом, и за «злотый» не дают не только золотой монеты, но даже и серебряной, и медной, настолько номинальный «злотый» девальвировал.

Ведь политика – не какой-то ритуал, существующий в отрыве от непосредственного быта людей! Это же организация жизни, отношений, обменов и распределения, это направление туда или сюда. Нам же предлагают выхолощенную псевдо-политику, в которой выбираешь одного (условно – Немцова), а правит совершенно другой (условно, Березовский или Ходорковский). Через четыре года взамен Немцова выбираешь Кравцова, потом Певцова, Вострецова, Подлецова – а в жизни и в отношениях собственности ничего не меняется… Избиратели выбирают куклу для битья, а олигархи выбирают избирателей…

Маколей (Macaulay), Томас Бабингтон (25.X.1800 - 28.XII.1859) - английский историк, публицист и политический деятель, активно критиковал идеи всеобщего избирательного права, которое, по его мнению, было "несовместимо с собственностью и цивилизацией".Маколей был реалистом (а не номиналистом), он прекрасно понимал (и открыто писал), что бедные, которых всегда большинство, воспользуются большинством голосов, чтобы конфисковать собственность у богатого меньшинства.

Бедняга «не догонял», что готовится величайшая профанация, при которой номинальное никто не думает переводить в реальность.

+++

Номинализм дьявольски удобен для угнетателей. При этом он очень опасен для той цивилизации, за которую так беспокоился Маколей. Если вместо правды постоянно говорить ложь, то ложь становится системной и системообразующей. Она не просто корректирует реальность – она превращается в альтернативную реальность. Человек делится пополам: тело его остаётся в реальном мире, а ум витает в эмпиреях номинальных обозначений.

В итоге у человека тело слепое, беспомощное в своей слепоте (и беспомощно гибнущее) – а ум беспочвенный, работающий вхолостую, впустую, пережёвывает бесконечную жвачку иллюзорных понятий…

А как быть, скажем, инженеру? Номинализм с его «эзоповой речью» переставил все обозначения: на чертежах одно, а реальная машина устроена совершенно иначе. Словом «шестерёнка» почему-то обозначается карбюратор, а слово «карбюратор» переклеено почему-то на выхлопную трубу… И только бедный инженер привык кричать «карбюратор», чтобы подали трубу – как слова снова переклеивают, этикетки опять меняют под текущую выгоду хозяев жизни…

+++

Зазеркалье "Западной Демократии" представляет для цивилизации очень опасную ловушку. Расхождение между реальным и виртуальным мирами, поддержанное всей технической мощью "индустрии грёз" ведёт к невменяемости и неадекватности уже не отдельно взятого человека или группу людей, а целые нации и всё человечество.

Разорвать заговор умолчаний и фейков, выйти к реальности, вновь начать отражать в сознании реальность, а не фантасмагорию выдуманных миров - важнейшая задача сегодняшнего дня.


[1] Англ. «Один человек – один голос», принцип всеобщего и равного голосования.

Николай ВЫХИН, специально для «ЭМ»; 27 марта 2018

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ​Самозамкнутость и Традиция

    ​Самозамкнутость и Традиция В детских книжках, которые я очень любил в детстве, поучительные картинки всегда изображали очень кучно и динозавров и электроны атома. В реальной жизни динозавры не смогли бы жить так близко друг от друга, а электрон далёк от ядра атома так же, как булавочная головка на последнем ряду гигантского стадиона была бы далека от теннисного мячика в центре стадиона. Но нарисовать так в книжке нельзя – потому рисуют кучно, сбивая масштабы. Та же беда случается всегда и с историей цивилизации. Оглядывая её ретроспективно, из неё сливают огромные пустоты разреженного протяжения, оставляя близко-близко друг от друга значимые факты духовного развития.

    Читать дальше
  • "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..."

    "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..." Московское издание полной версии романа А.Леонидова "Иго Человеческое" - не оставит равнодушным никого, кто думает о судьбе Отечества, да и просто об устройстве человеческой жизни. В остросюжетной форме исторического повествования автор ставит самые глубинные и "проклятые" вопросы, на которые бесстрашно, порой, может быть, опрометчиво - даёт ответы. Спорить с автором в данном случае ничуть не менее полезно, чем соглашаться: произведение ВЗРОСЛИТ, независимо от отношения читателя к заявленным идеологемам.

    Читать дальше
  • ​«Легенда о Китеже» и западная советология

    ​«Легенда о Китеже» и западная советология Чтобы понять, о чём речь, предлагаю сперва рассмотреть условную, умозрительную модель, которую пока не привязываю ни ко времени, ни к географическому месту. Модель начинается словом «Допустим». Просто допустим, что есть система, в которой житейские доходы человека неопределённые. В силу неопределённости (обозначаемой алгебраическим «х») они могут быть любыми. Есть вероятность любого значения «х». «Х» может быть равен 0, 1, 2, 5, 100 и т.п. Личные доходы человека не ограничены ни сверху, ни снизу. Они строго индивидуальны: могут быть сколь угодно большими, а могут и вообще отсутствовать (=0).

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношение каждого конкретного человека..