Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,4296 руб.
  • Курс евро EUR: 68,0822 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,2039 руб.
Май
пн вт ср чт пт сб вс
    01 02 03 04 05
06 07 08 09 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31    

​ДЕРЖАВНОСТЬ И СОВЕТСКАЯ ВЛАСТЬ

​ДЕРЖАВНОСТЬ И СОВЕТСКАЯ ВЛАСТЬ Поскольку советская власть в целом на шкале цивилизации[1] существенно выше всех ныне существующих типов власти, то её опыт непременно будет востребован любым, кто желает сменить сползание в первобытность на восхождение. И тут очень важно понимать, чем была советская власть, аналитически разделить её генезис, сущностное содержание, случайные примеси к ней, тактические виражи по обстоятельствам от стратегического курса «в идеале». Советская власть исторически сформировалась в яростной борьбе с самодержавием, которое было плохой властью.

Возникает закономерный вопрос: она была плохой потому, что была самодержавием (как учат нас начётники и анархисты)? Или же потому, что руководствовалась дурной и бредовой, регрессивной программой?

И далее: а если бы самодержавие руководствовалось не дурацкой, дегенеративной стратегией, рождённой из бредней Победоносцева и чернокнижия профессионального мага Папюса? А руководствовалось бы оно стратегией разумной, прогрессивной – нужен ли был бы советской власти конфликт с ним?

Мог ли Николай Романов стать Иосифом Сталиным? Конечно же, нет, потому что они очень разные люди, с очень разными личностями, но, теоретически, если бы внутрь Николая Романова вселился бы Иосиф Сталин?

То есть неадекватного правителя сменил бы правитель адекватный? Тогда революцию и гражданскую войну можно было бы пропустить, как в настольных играх при удачном броске игровых кубиков можно перескочить через несколько ходов…

Потому что со Сталиным советская власть прекрасно уживалась, а властные полномочия у Сталина, как верховного правителя, были больше, чем даже у царя-помазанника…

+++

С точки зрения политэкономии советский гражданин был «кондоминьером» (термин, придуманный В.Авагяном, чтобы описать этот феномен). Он рождался совладельцем всего производственного комплекса СССР, но это мало подчёркивалось, мало осмыслялось, и в этом – большой минус прошлой эпохи.

Совладелец (кондоминьер) – благодаря отсутствию безработицы и праву на труд выступал в СССР не заложником, а хозяином экономики. Экономику не спрашивали – нужен ли ей новый участник; напротив, её обязывали принять и разместить нового совладельца, обеспечив ему оплату труда не хуже, чем у всех остальных из его социальной среды.

Так было осуществлено великое дело: всегда в истории беспомощный человек был для экономики, впервые в истории экономика стала для человека. Роли поменялись: если раньше экономика решала, сколько людей она может принять и разместить, то теперь ей в приказной форме говорили, скольких она обязана прокормить и обеспечить.

Поэтому крушение советского кондоминиума стало огромным провалом цивилизации: экономика из управляемого слуги людей снова превратилась в их непредсказуемого господина. Это можно сравнить с переходом от управляемых кораблей – обратно к плотам, не имеющим рулевого управления, и плывущих только по течению. А не туда, куда хотят люди.

Из рулевых люди превратились в заложников на этом «корабле», утратившим управление Разумом в пользу слепых стихий и случайных комбинаций.

"Скучный" гарантированный заработок превратили в азартную лотерею, в которой человек не решает, а слепо выигрывает. Или проигрывает.

+++

Единоначалие может стать попутчиком советской власти и социализма?

Вся история социалистических говорит нам только об этом. Самодержцы-генсеки в СССР, Фидель Кастро на Кубе, попросту наследственная монархия Кимов в КНДР, и т.п. Интересно отметить, что и стабилизаторы Запада, видные деятели с той стороны – были если не самодержцами, то близкими к единовластию фигурами.

Де Голля называли «его величество президент», королевским титулом, а Ф.Д. Рузвельт демонстративно наплевал на разрешённое конституцией США количество президентских сроков, и попросту правил до самой смерти «при исполнении». Ли Куан Ю, который весьма почитается на Западе, как творец «сингапурского экономического чуда», стал первым премьер-министром Республики Сингапур в 1959 году и самодержавно правил до 1990. И т.п.

Напротив, попытки построить социализм на республиканских началах – везде в истории проваливаются, от Испании 30-х до европейских социал-демократий нашего времени.

Там, где нет мощной и идейной централизованной власти – «сила права» очень быстро сменяется на первобытное и грубое «право силы».

Там, где все гомонят и трясутся над личной своей свободой как над писаной торбой – и право голоса и личную свободу имеют в итоге только самые крупные и свирепые хищники общества.

Так что вопрос глубже: самодержавие не только может быть попутчиком социализма. Оно, оказывается (как это ни странно начётникам) – не просто попутчик, но и симбиот, необходимый элемент слагаемой головоломки построения справедливости.

Это большой и сложный, очень важный вопрос – и нам нужно глубоко в нём разобраться…

+++

Суть и главное содержание советской власти в прямой и непосредственной связи труда и собственности, производства – и владения произведённым. Первая форма, в которой появились Советы – это «Советы трудовых коллективов».

Это потом они стали подобием муниципалитетов, а сперва были собранием трудящихся на предприятии, взявшим в свои руки власть над предприятием. Так реализовывался библейский, евангельский принцип «кто не работает, тот не есть», и напротив (что более важно) – кто работает, то и кушать досыта вправе.

Непосредственный производитель блага сам же и распоряжается этим благом, что есть величайшее историческое наследие советской власти. Труд не калечит, как на капиталистической фабрике, а даёт достаток и уважение. Распоряжается производством тот, кто на нём работает. Собственником средств производства человека делают не деньги, а готовность и желание трудиться.

Устроился работать на завод или фабрику – стал совладельцем и соправителем этого завода или фабрики! Как, впоследствии, и совладельцем (на правах кондоминиума) всего комплекса советского народного хозяйства!

Если при капитализме успех чужого предприятия несёт тебе разорение и гибель, то при советской власти нет «чужих» предприятий – все тебе принадлежат в режиме кондоминиума (совместного неделимого владения). А значит, успех любого предприятия СССР, где бы оно ни находилось – повышает и твой жизненный уровень, как совладельца!

Такой порядок отсылает нас не только к евангельским нормам[2], но и к корнесловице славянского слова «Счастье», которое, суть есть, изначально – «Со-частие», участие в делах и добыче славянского племени. Быть счастливым – а не изгоем – значит иметь право на долю прибыли племени и право голоса на его собрании.

И всё бы хорошо – на бумаге-то! – если бы в теорию не ворвалась грубая реальная жизнь…

+++
Унаследованное либералами из социал-дарвинизма представление о справедливости хорошо известно: «справедливо» то, что само собой, без вмешательства извне, сложится в жизни. Высшей справедливостью считается естественный ход событий, свободные отношения индивидов в режиме горизонтальных двусторонних контрактов, в которые не вмешивается власть.

Либералы не понимают (или, скорее, делают вид, что не понимают): такой ход событий обрекает на застой «ловушки свободного рынка»[3] и на сползание во мглу по закону нарастания энтропии[4] в неуправляемых, стихийных, хаотических отношениях.

Нормальному человеку понятно, что Справедливость – как высшая ценность и ориентир цивилизации – не имеет никакого отношения к «естественному» ходу событий. Зоологизм отношений не уменьшает, а увеличивает несправедливость. Даже древняя русская поговорка разделяет наличное от потребного: «Не в Силе Бог, но в Правде». Сила – это то, что имеется на данный момент в качестве преобладающего, Правда же – то, к чему стремятся. Во многом – вопреки преобладающему на данный момент.

Справедливости нельзя добиться бросив всё на самотёк и ничего не регулируя – мол, что-нибудь, да сложится в итоге! Напротив, Справедливость нужно устанавливать, преодолевая естественное сопротивление зоологической среды, сопротивление биосферы с её жестокими законами взаимного пожирания.

На всякую ноосферную народную поговорку[5] – найдётся противоположная, биосферного происхождения[6]. Ноосфера, как чистый и коллективный разум человечества, пытающийся освободиться от довлеющей над ним конкретной биологической особи – встречает очень сильное сопротивление звериных инстинктов и философии вещизма[7].

+++

Советская власть – это явление социально-экономическое. А единоначалие, единовластие – явление военно-политическое. По сути, это проблема отношений вина и сосуда, масла и кувшина! Амфора, конечно, не является ни вином, ни маслом, её невозможно пить или добавлять в пищу. Но амфора необходима для сохранения доверенного ей содержимого.

Может ли явление социально-экономическое существовать без опоры на военно-политический аппарат? Нет, жизнь доказала, что не может. В теории непосредственная власть труженика над продуктом своего труда смотрится красиво, но, приложенная к жизни без самодержавия, оказывается утопией, гибнет и разлагается почти моментально!

Социально-экономическое содержание Справедливости нуждается в военно-политическом обеспечении. Иначе всякое социально-экономическое содержание растает, как роса поутру, под радиоактивными лучами звериного естества, если дать ему восторжествовать в людях (то есть не пресечь его).

+++

Проблема обоюдоострая. Не сделаю никакого открытия, если скажу: реализация безумной стратегии, лишённых разума планов – ведёт к трагедии и катастрофе. Разумность программы, её адекватность законам жизни – необходимое условие для построения справедливого общества.

Необходимое – но единственное ли?

Способность преодолевать сопротивление – не менее важно в программе действий, чем их разумность. Допустим, мы создали гениальную идею всеобщего блага и просвещения – но её никто не принял, и вообще не узнал.

Какова цена гениальности такой «вещи в себе»? Ведь важно не только сказать разумное (по принципу «я прокукарекал – а там пусть хоть не рассветает»), но и чтобы тебя услышали! Для этого нужны и средства донесения, и способность к восприятию у слушателей. Иначе даже самая гениальная идея становится «абракадаброй», бессмысленным и отвлечённым умствованием.

- Ещё многое имею сказать вам; но вы теперь не можете вместить - говорит Христос[8]. И сразу ставит две проблемы: есть ли нам что сказать? Имеют ли слушатели – куда вместить сказанное?

Но допустим даже, что гениальная идея овладела массами. Жизнь показывает, что даже массовое, но пассивное знание – само по себе не даёт никакого результата. Подавляющее большинство современных русских понимают, что их обманули при распаде СССР, обманули приватизацией, обманули в выборе стратегии будущего. Это показывают все соцопросы, включая и те, которые устраивают антисоветчики-либералы.

Люди не только услышали мысль – но и приняли её. Усвоили и вместили. И что? Даже став массовым, знание чего-либо не обладает двигательной силой, пока не создаст аппарата, ломающего сопротивление идее.

Можно сто лет (и больше) просидеть, «всё понимая» - и в бессилии что-либо изменить. Самому себе изнури кажешься очень искушённым, но снаружи выглядишь дурачком, и это внешнее впечатление – не обманчиво.

+++

Фокус в том, что согласовательные механизмы работают только внутри среды, окрылённой общей целью. Вы можете чего-то согласовать с теми, кто стремится к тому же результату, что и вы. Вы можете без насилия их убедить, доказать им свою правоту, прийти к единому мнению.

Но нельзя ничего доказать тому, чьи цели противоположны вашим устремлениям. Не может заяц ничего доказать волку, потому что у зайца цель выжить, а у волка – сожрать зайца. Что тут согласовывать?

У республиканства нет инструментов противодействия хитрым оборотням, которые съедают республику изнутри, подменяя реальное волеизъявление его имитацией, срежиссированным действием. И потому республиканство на протяжении всей истории увязало и увязает в бесплодной болтовне, в бесконечных «согласительных комиссиях», в прениях и дискуссиях.

Оно подобно поезду, в котором вагоны отцеплены от локомотива и друг от друга. Один вагон катится вперёд, другой назад, третий вообще ушёл под откос, а в целом-то, общего движения нет и быть не может!

Поборники прав и свобод, забывая, что и права и свободы – продукт обязанностей и служения – ненавидят Сталина или Петра I. В каждом из них они находят ненавистное им подавление индивидуалистической асимметрии, подавление бесчисленных придурей отдельных людей, когда люди из уникальных глыб превращаются в типовые кирпичи возводимого здания.

За этой ненавистью, с виду благородной – стоит бесплодие, беспомощность и беспочвенность. Ведь потакание индивидуальным особенностям человека всегда создаёт ситуацию «лебедь, рак и щука», когда многообразие людей разрушает целенаправленность их совместного движения к единой цели.

Культ свободничества отрывает человека от жизни, делает безвольным свидетелем процессов, которые идут сами по себе, никак не направляемые человеком.

В романе всей жизни М.Горького, о жизни Клима Самгина, большевик с вызывающей фамилией Кутузов, заранее, без розового флёра и либерального фантазёрства, говорит удивительно трезвую фразу:

- Ежели вы противоборствуете власти, так не отказывайтесь посидеть, изредка, в каталажке, отдохнуть от полезных трудов ваших. А затем, когда трудами вашими совершится революция, – вы сами будете сажать в каталажки разных граждан.

То есть революция совершается не для слома тюрем, а для того, чтобы «правильно сажать». Механизм-то тот же самый, единодержавия механизм (кстати сказать, слово «самодержавие» - русская калька термина «суверенитет»). Меняются принципы и подходы его работы. Но совсем-то отменить или сломать его нельзя: ты отказываешься сажать «разных граждан» - так они тебя отловят и самого посадят. Вернут, что было (это, в общем-то и произошло ведь!).

Короткий и очевидный вывод: социализм без державности как черепаха без панцыря. Слизняк – и ничего больше. Его сожрёт первый же хищник, который первым до него добежит.

Разговоры о "свободе для всех" бессмысленны, потому что человек, который не отстаивает своей свободы (в том числе и вооружённой рукой) – попросту теряет её. Чтобы человек мог ходить по зоопарку непожранный – льва нужно держать в клетке. И не его одного: прочих хищников тоже. Откройте все клетки – и это будет последним вашим делом на Земле.

Необходимо не разрушение власти, а её исправление, перенастройка её механизмов (в том числе и карательных) для точного соответствия цивилизации. Разрушение же власти – лишь хаос, из которого рождается новая тирания, далеко не всегда прогрессивная.

Если у социально-экономических процессов нет военно-политического прикрытия, то они оказываются и дегенеративны, и недолги.

Описывая «уставную» работу самодержавия при прогрессивных царях, до того, как оно мутировало в нечто нелепое, безобразное основоположник социологии в США Питирим Сорокин писал: «под железной крышей самодержавия жило 100 000 крестьянских республик», имея в виду сельский сход и его демократические традиции.

Эту же формулу почти в точности мы находим в отношениях сталинизма и советской власти: железная крыша централизованной власти, под которой только и могут существовать 100 000 местных Советов рабочих и крестьянских депутатов. Когда «крышу» снесло ураганом безумия – 100 000 маленьких демократических республик не продержались и пары лет! Должно это нас чему-то научить?

Или же мы будем продолжать нести бред про «самоуправляемые общины», маленькие, но гордые – будто живём в мире, в котором маленькой, но гордой общине ничего не угрожает извне?!



[1] -

[2] Первозванные апостолы создавали КОЛХОЗЫ, что однозначно видно из книги деяний апостолов, во время коллективизации хозяйства не только боролись с укрывателями, но и делали это в весьма жёсткой форме: вплоть до смерти тех, кто укрывал личное имущество от колхозников апостольской общины!

[3] ЛОВУШКА СВОБОДНОГО РЫНКА – теория неподвижности естественно сложившегося положения, которое, без внешнего вмешательства, складывается один раз и навсегда (до большой катастрофы, спутывающей все карты). То, что выгодно, рентабельно делать – кто-то уже делает, это «занято». А то, что никто не делает, то дело, которое «свободно» - потому и свободно, что невыгодно и нерентабельно! Жизнь, после периода борьбы и притирок, складывается в мёртвое кольцо бесконечного повторения естественно сложившегося порядка вещей. Всё, что в этом обществе, на этом уровне развития общества выгодно – уже кто-то делает. А больше никто ничего сделать не может – потому что упрётся в нерентабельность. Для того, чтобы вывести застойное общество на новый уровень развития цивилизации – нужно искусственное (а не естественно-сложившееся) стимулирование, грандиозные планы и проекты с изначально осознаваемой плановой убыточностью их на первых этапах становления.

[4] В любой системе, которая предоставлена сама себе и не контролируется извне управляющим Разумом – нарастает энтропия, что является следствием стремления процессов к наиболее вероятному их состоянию. А наиболее вероятное их состояние – это наиболее примитивное их состояние: например, молоко стремится скиснуть, материалы, из которых сложен дом – обвалится в холмик (наиболее естественное для них состояние) и т.п. Разумеется, и общество, которым не управляет единый Разум (штаб развития) – неизбежно деградирует в рамках хаотичных контактов и столкновений своих элементов. Оно накапливает энтропию – то есть сводит сложные практики к простейшим, наиболее примитивным, имея вектором движения животное состояние, отношения абсолютно естественные, как в стаде обезьян.

[5] «Кто не работает, тот не ест», «человек человеку – друг, товарищ и брат» и т.п.

[6] «Человк человеку волк», «рыба рыбой сыта, а человек человеком» и т.п.

[7] В мире материи любое вещество при делении уменьшается. Мир материи наказывает тех, кто склонен быть щедрым, склонен делиться с другими – и премирует повышенным достатком тех, кто мироед, эгоист, не склонен ни с кем делиться захапанными ресурсами. Напротив, в мире идей любая идея при делении увеличивается, её пространство и сила возрастают: если увеличить у книги тираж, то содержание книги не уменьшится, а влияние и значение книги возрастёт. Чем больше учитель делится знаниями с учениками – тем влиятельнее и могущественнее школа мысли, которую он представляет, тем большее значение получают его идеи. Получается, что человек с приоритетом мыслителя над собственником – склонен делиться, заниматься благотворительностью, раздавать. Напротив, приоритет собственника над мыслителем делает из человека жадного куркуля, агрессивного единоличника. В того, кто оберегает своё «добро» (в языческом смысле слова «добро», т.е. барахло) от уменьшения путём его деления.

[8] Евангелие от Иоанна, Глава 16.

Александр Леонидов; 6 мая 2019

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • о. Василий (Литвинов): ​Слово о счастье

    о. Василий (Литвинов): ​Слово о счастье Василий Литвинов, священник Русской Православной Церкви, написал Открытое письмо к олигархам и всем деловым людям, всех людей считая братьями. Он просит все СМИ распространять это пастырское назидание, надеясь, что оно дойдёт до адресата. Будет принято или нет – другой вопрос. Но всегда лучше попытаться решить дело миром, пробудить в человеке человека – прежде чем суровая необходимость заставить уничтожить свирепых зверей. Вот что пишет о. Василий:

    Читать дальше
  • В.Авагян: "СЕЯЛКА ИЛИ ДАВИЛКА"?

    В.Авагян: "СЕЯЛКА ИЛИ ДАВИЛКА"? ​Основное противоречие США, как мирового гегемона заключается в конфликте расширяющейся, углубляющейся политической экспансии – и сжимающимся контуром экономических отношений. Чем больше поглощает империя – тем больше она разоряет тех, кого поглотила. Если у нормальных империй после захвата начинается восстановление разрушенных борьбой экономик, уже на своей территории, то для США после их победы начинается разорение, выжирание и вымаривание дотла побеждённого.

    Читать дальше
  • …И С ВЕЧНОСТЬЮ ДЫШАТЬ В ОДНО ДЫХАНЬЕ…

    …И С ВЕЧНОСТЬЮ ДЫШАТЬ В ОДНО ДЫХАНЬЕ… «Можно изображать становление национальной буржуазии» – говорит герой новой книги «Волки из пепла» Александра Леонидова – «А можно национальной интеллигенции… Но когда это в одном лице – то смешно получается». И действительно, получилось смешно. Но не в том смысле, что получилось плохо, а в том, что всё произведение пронизано тонким и психологическим юмором, включило в себя сочное богатство народного анекдота, именно язык, а не сюжет анекдотической (в хорошем смысле слова) речи. Если говорить о сюжете, то действительно, персонаж не солгал: основное содержание – становление в РФ национальной буржуазии и национальной интеллигенции. Они метафизически противопоставляются космополитам и компрадорам во власти и быдловатой, худшей части народной толпы.

    Читать дальше

Свобода - более сложное и тонкое понятие. Жить свободным не так легко, как в условиях принуждения. — Томас МАНН.