Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Сентябрь
пн вт ср чт пт сб вс
  01 02 03 04 05 06
07 08 09 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30        

Почва и судьба (литературное)

Почва и судьба (литературное) ​Скажут: кукушка хвалит петуха, друг расхваливает лучшего друга! Чтобы так не сказали – я не буду хвалить своего давнего товарища, Сашу Леонидова, с которым пуд соли съеден, и сосредоточусь только на его трилогии «Апологет»- «Иго человеческое»- «Стая»[1]. Начну с того, что литературу подразделяю на балагурство и Откровение. Балагурство суть есть ремесло, очень полезное для развлечения народа, отдыха с пользой после трудового дня. Умелый балагур в литературе дорогого стоит! Можно – если овладел тонкостями ремесла – создать очень и очень качественный детектив, мелодраму или сказку. Но как бы легко и увлекательно они не читались – в них не разглядишь признаков подобной религиозной мистерии – Откровения.

Балагур – ваш друг и собеседник, пока читаете. Закрыли книгу – распрощались с ним. Может быть, до следующей встречи, а может быть – и навсегда. Хороший он был парень, и скоротал вам время в поезде, например. Не дал скучать с 8 до 11 или вроде того.

Саша Леонидов тоже, в общем-то, балагур. Он плодовитый автор, и я читал много ремесленно-безупречных его книг. Он и сюжет закрутит, и словом играет, и персонажи жизненные – всё на своём месте. Но хороший ремесленник – остаётся ремесленником. До того таинственного и мистического момента, когда, как сказал Пастернак:

Когда строку диктует чувство,
Оно на сцену шлет раба,
И тут кончается искусство,
И дышат почва и судьба....

В трилогии «Апологет» - искусство реально кончилось. Саша впал в транс – и перестал играть словечками, рисоваться, кокетничать с читателем, он как бы вообще перестал быть. Я не стану ему льстить – он бывает шоуменом, отрабатывающим номер. Но не здесь.

Я читаю и понимаю: тут нет никакого искусства, тут почва и судьба! И чтобы это увидеть, ощутить нечто мистериальное в «Апологете» - достаточно лишь почитать другие книги того же автора. Он всегда умел блестеть, даже блистать, но так, чтобы светить…

Автор в «Апологете» пропал. В нём пропадает всё, что есть у писательского ремесла: сюжет, жанр, локация, все эти завязки, кульминации и развязки, и прочие инструменты писательского искусства. Там они зыбко перетекают друг в друга, и завязку от развязки не отличишь. «Апологета» нельзя пересказать. Пересказ занял бы больше места, чем сам роман. Если попытаться его спрессовать в «краткое содержание произведения» - то ничего не получится.

Романы «Апологета» - мистерия. Сотканная из снов и видений, из каких-то галлюцинаций и смутных образов, теней и полунамёков так, что порой это просто пугает. Роман вдруг показывает нам что-то, без полагающегося зачина – и столь же внезапно это топит, не дав развиться ходу действия, оставив гадать и додумывать, к чему это было…

И всё это безыскусно – в хорошем смысле слова, но всё же. От умелого и опытного ремесленника такого не ждёшь. Это как если бы модный портретист ударился в абстрактную живопись. Если это роман для красоты – то он безобразен. Если это роман идей – то какие же в нём идеи, если всякой приплюсована её же противоположность? Если это триллер с напряжённым действием – то почему действие рассыпается мозаичным калейдоскопом, не следует единому приключенческому сюжету?

***

В бессилии персонажей перед некими высшими мистическими силами – отражается, на мой взгляд, бессилие автора, как человека, противостоять неким высшим источникам его повествования-священнодействия. Автора просто превратили в передатчик, в наборщика текстов. А ему хватило ума не влезать со своей игрой, с отсебятиной.

Я его много лет знаю. Он бы раскрыл тему иначе. Но в данном случае его никто не спрашивал.

Никто уже не спрашивает у автора – как бы он хотел выстроить действие: всё будет только так, как в объективной реальности. Нам она не нравится, уверен, что она и Леонидову не нравится – но он не станет, как в примитивных драмах, спускать на верёвках Deus ex machina, чтобы распутать узлы.

Например, учёный с величием его творческого и созидательного гения – показан жалким и беспомощным без криминального конвоя. Нет, учёный, даже гениальный – сиянием чистого разума не рассеет тьму, а наоборот, будет ею проглочен и пережёван. Тьме что учёный, что неуч – одинаково ужин.

Леонидов в романе «Стая» изображает (сюжетно) столкновение двух криминальных кланов, и всё живое в стране оказывается между этими двумя жерновами. И – без шуток – так ведь всё и было! Опровергать зло героям романа придётся не в рамках красивой дискуссии, а без арбитров и правил, в режиме грязной драки.

Интересный приём автора – как он показывает жалкость героизма. В сплетении сюжета есть персонаж, который лично перестрелял целую банду отморозков, а потом ещё голыми руками сумел победить… льва! Казалось бы, весь набор подвигов, делающих персонажа героем, но… Он в контексте событий оказывается жалким и беспомощным среди тех, которые на вид куда его слабее.

Нет, он ни в коей мере не есть «слабый человек». Тут другое: он – человек, и потому слаб. По причине своей человеческой природы, которой совершенно недостаточно для столкновения с прямыми космическими лучами ледяной тьмы. В таком противостоянии нужно опереться на некую сверх-правду, сверх-реальность. Потому что материальная реальность рассыпается в прах.

Вопрос не в том, что мир, нарисованный Леонидовым, мир 90-х годов, коррумпирован. Словно бы давая фору оппоненту, Леонидов даже показывает, что мир этот не так уж и коррумпирован: по крайней мере, милицейское начальство вполне себе в рамках закона, хоть это и парадокс для общей картины сюжета.

Беда не в том, что этот мир коррумпирован, а в том, что он забесовлен. Как говорит один из персонажей «Стаи» - «наша правоохранительная система не предназначена для ловли нечистой силы». Мол, дайте преступника – примем в наручники. Но как арестовать пустоту?

В этом богооставленном мире 90-х человек трагически слаб, даже если по человеческим меркам силён. Бес умеет направить против человека его же собственную силу. Убрать людей руками людей.

И такое описание 90-х мне кажется куда более реалистичным (при всём ворохе мистики), чем детективы без участия потусторонних сил. Ну, в самом деле, спрашивал я себя, читая «Стаю» - ну, сколько может быть в банде членов? Ну 10-15… Ну пусть даже 100, 300… Разве может такой крошечный коллектив, даже состоящий из отъявленных храбрецов – овладеть целой страной, целым народом, подмять под себя многомиллионный город?

Ведь очевидно же, что под маской банд, всех этих пресловутых «солнцевских» и «такташевских» - скрывается нечто иное! И что банды эти, в кожанках и спортивных штанах, вооружённые, как питекантропы – битой да кастетом – нужны только для прикрытия силы, на много порядков их превосходящей, но желающей оставаться в тени.

А иначе пасьянс не сложится! Криминальный клан слишком мал, глуп, примитивен и алчен, чтобы стать хозяином в целой стране. Там нечто иное – Леонидов и приоткрывает нам это иное. И потому он реалист, а писатели традиционных детективов о 90-х сказочники.

Леонидов пишет в жанре «мистический реализм» (не путать с жанром «магический реализм»[2]) – он гораздо более реалист, чем мистик. Он говорит о тех вещах, которые объяснить без мистики – менее правдоподобно, чем с ней. А главное в его реализме – беспощадная объективность, умение не прятаться от жизни за словами и ритуалами. Провозгласить можно всё, что угодно, а как реализовать?

Ведь люди, которые мешали реализовать раньше прекраснодушные идеи – после их торжественного провозглашения никуда не деваются. Они так же и мешают – как и века назад. Тогда что? Дыба, застенки, расстрелы? Или, как мечтают романтики – без насилия? Но тогда и вообще без ничего. Вы можете провозглашать что угодно: пока сопротивление не сломлено, это лишь слабые колебания воздуха.

И в этом Леонидов – жесточайший реалист. Между именем и существом – почти непреодолимая пропасть, говорит он нам. На словах можно отменить что угодно – людоедство, угнетение, террор, деспотию, можно принять закон, запрещающий смерть – и что, люди после такого закона умирать перестанут?

В мистике Леонидова нет никакой мистификации: наоборот, она помогает понять, что мистификация – удел огромного множества вопросов, которые пытаются решить «по-простому», арифметически, без мистики или таинственной благодати.

Где грань, отделяющая волка от волкодава? Ясно ведь, что грань эта – отнюдь не вегетарианство. По Леонидову, вся история «борьбы со сталинизмом» - есть осуждение волкодавов за «жестокость их методов», после чего мы попали в полную власть волков тёмного леса… Ну что ж! Дерзайте отразить волков свирелью, пантомимой, декламацией стихов Бродского, речами Альенде или чтениями Фромма! Вы не хотели того кровопролития – попробуйте на вкус обратное…

***

Очень важная грань – между реализмом в описании мирового зла и его оправданием. Леонидов говорит: я не оправдываю, но я понимаю. Понимать поступок – не значит восхищаться им. Ошибка – есть ошибка, но и причина её – есть причина, а не фикция.

Леонидов выносит приговор либерализму, причём так и такой, что в здравом уме уже не обжалуешь. Либерализм строится на чувственно-вкусовом восприятии событий: «приятно-неприятно». Это система реагирования животного, причём животного низших видов. Если включить понимание причинно-следственной цепи, то Разум не даст жить чувственно-вкусовым удовольствием.

Очень многое из приятного в нашей жизни – с учётом далеко идущих последствий предстанет как чудовищное. И наоборот, очень многое, отталкивающе-неприятное, с включением понимания последствий – предстанет как необходимое и сверхценное.

Книги Леонидова – это, если в двух словах, книги о последствиях. Ничто не беспричинно, и ничто не исчезает бесследно. И пусть этого не понимают гоняющиеся за ощущениями майдауны – «человек разумный» обязан это понимать. Человечество не для того училось тысячелетиями отыскивать причинно-следственную связь, чтобы отказаться от этих поисков ради чувственной сиюминутной капризности.

Например, наркотик – это не удовольствие, как кажется наркоману под кайфом: это самоубийство и смерть. И много о чём ещё можно сказать то же самое.

Главный герой трилогии идёт в обратном окружающему миру направлении. Традиционная тема становления личности, её развития, духовного прогресса от низших позывов к высшим озарениям раскрыла Леонидовым на неожиданном фоне: общество, массы, страна, человечество - сходят с ума. В романе «Стая» это нарастающее безумие общества раскрыто уже как клиническая смерть коллективного разума. При этом отдельные люди идут в обратном направлении. Их духовное возмужание нарисовано на фоне пиршества некрофагов, среди гибельной долины тьмы. И тем ценнее уроки этой умственной и духовной зрелости, наступающей в таких невыносимых условиях.

Бог у Леонидова – творит, но не навязывает. Он не принуждает человека быть человеком. Он лишь создаёт и кладёт поближе человеческие орудия – и ждёт от человека, что человек сам протянет за ними руку. А как иначе даровать человеку свободу воли?! Свободу выбора личности между светом и тьмой?

+++

Обычная книга для вас заканчивается, когда вы дочитали последнюю страницу. Особенная книга на этом моменте для вас только начинается! Она остаётся в размышлениях, возражениях, фантазиях и даже протесте, потому что есть такие книги, которые навсегда остаются с человеком.

Тот ли тут случай?

Прочитайте – узнаете…



[1] https://denliteraturi.ru/article/4883 (ссылка активна).

[2] Магический реализм — художественный метод, в котором магические элементы включены в реалистическую картину мира. В современном значении этот термин скорее описательный, чем точный. Первоначально термин «магический реализм» использовался немецким критиком Францем Рохом для описания «новой вещественности» — жанра живописи.

Вазген АВАГЯН, специально для ЭиМ.; 5 июня 2020

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ​Самозамкнутость и Традиция

    ​Самозамкнутость и Традиция В детских книжках, которые я очень любил в детстве, поучительные картинки всегда изображали очень кучно и динозавров и электроны атома. В реальной жизни динозавры не смогли бы жить так близко друг от друга, а электрон далёк от ядра атома так же, как булавочная головка на последнем ряду гигантского стадиона была бы далека от теннисного мячика в центре стадиона. Но нарисовать так в книжке нельзя – потому рисуют кучно, сбивая масштабы. Та же беда случается всегда и с историей цивилизации. Оглядывая её ретроспективно, из неё сливают огромные пустоты разреженного протяжения, оставляя близко-близко друг от друга значимые факты духовного развития.

    Читать дальше
  • "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..."

    "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..." Московское издание полной версии романа А.Леонидова "Иго Человеческое" - не оставит равнодушным никого, кто думает о судьбе Отечества, да и просто об устройстве человеческой жизни. В остросюжетной форме исторического повествования автор ставит самые глубинные и "проклятые" вопросы, на которые бесстрашно, порой, может быть, опрометчиво - даёт ответы. Спорить с автором в данном случае ничуть не менее полезно, чем соглашаться: произведение ВЗРОСЛИТ, независимо от отношения читателя к заявленным идеологемам.

    Читать дальше
  • ​«Легенда о Китеже» и западная советология

    ​«Легенда о Китеже» и западная советология Чтобы понять, о чём речь, предлагаю сперва рассмотреть условную, умозрительную модель, которую пока не привязываю ни ко времени, ни к географическому месту. Модель начинается словом «Допустим». Просто допустим, что есть система, в которой житейские доходы человека неопределённые. В силу неопределённости (обозначаемой алгебраическим «х») они могут быть любыми. Есть вероятность любого значения «х». «Х» может быть равен 0, 1, 2, 5, 100 и т.п. Личные доходы человека не ограничены ни сверху, ни снизу. Они строго индивидуальны: могут быть сколь угодно большими, а могут и вообще отсутствовать (=0).

    Читать дальше
  • Наш сайт (ЭиМ) глушат!

    Наш сайт (ЭиМ) глушат! Одно дело - слышать про такое со стороны. Другое - лично столкнуться.В РФ начиная с 30 сентября сего года неизвестными лицами произведено техническое веерное отключение сайта ЭиМ, который для большинства пользователей вдруг стал "недоступным". У нас он работает, как ни в чём не бывало, но мы - в локальном пузыре, а с мест сообщают, что сайт нигде не открывается.

    Читать дальше
  • ​«АПОЛОГЕТ»: ПРЕДЕЛЬНАЯ КОНЦЕНТРАЦИЯ ИСКРЕННОСТИ...

    ​«АПОЛОГЕТ»: ПРЕДЕЛЬНАЯ КОНЦЕНТРАЦИЯ ИСКРЕННОСТИ... Можно спорить о художественных достоинствах или философских идеях романа «Апологет» А. Леонидова, на днях опубликованного замечательным издательством «День Литературы»[1]. Об одном спорить не приходится: с такой стороны революцию и советский строй ещё никто не осмыслял! Ни сторонники, ни противники таким образом её не рассматривали, факт. Остальное – спорно. Как, в общем-то и должно быть с художественным произведением, главное требование к которому во все времена – свежесть и оригинальность. И это есть…

    Читать дальше
  • ​О. Василий (Литвинов): Слово об экономике

    ​О. Василий (Литвинов): Слово об экономике В первой части Открытого Письма (Слово о счастье) мы выяснили, что сверхбогатым людям мешает обрести счастье внешняя и внутренняя агрессия. Чтобы найти способ преодоления проблемы, надо определить её источник. Так, где же "собака зарыта"? На данный момент политэкономия указывает нам: произвольное деление земных, материальных благ делает людей врагами друг другу. Не какие-то мифические классы, а именно людей, персонально.

    Читать дальше
  • о. Василий (Литвинов): ​Слово о счастье

    о. Василий (Литвинов): ​Слово о счастье Василий Литвинов, священник Русской Православной Церкви, написал Открытое письмо к олигархам и всем деловым людям, всех людей считая братьями. Он просит все СМИ распространять это пастырское назидание, надеясь, что оно дойдёт до адресата. Будет принято или нет – другой вопрос. Но всегда лучше попытаться решить дело миром, пробудить в человеке человека – прежде чем суровая необходимость заставить уничтожить свирепых зверей. Вот что пишет о. Василий:

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношение каждого конкретного человека..