Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Апрель
пн вт ср чт пт сб вс
    01 02 03 04 05
06 07 08 09 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30      

«ССЫЛЬНОПОСЕЛЕННАЯ» ТОРГОВЛЯ

Сельские магазины: как стать маяком?

«ССЫЛЬНОПОСЕЛЕННАЯ» ТОРГОВЛЯ Коммерческая асимметрия рентабельности всегда была и всегда будет. Магазины в разных точках большой страны приносили и приносят разную прибыль даже при условии полного, тотального совпадения ассортиментов. Невозможно добиться одинаковой рентабельности для супермаркета в мегаполисе и кооперативного магазина в небольшом селе, для киоска на оживленной трассе и его родного брата-ларька в тупиковом конце магистрали.

Разной рентабельности бывает и пассажирский транспорт, и коммерческие представительства, и даже автозаправки. В соответствии с законом выравнивания прибылей, капитал инстинктивно (то есть независимо от воли и желания своих владельцев) стремился и будет стремиться либо покинуть убыточную зону приложения, либо за счет роста цен компенсировать свою упущенную прибыль. Последний путь чреват полной ампутацией социально важных направлений хозяйственной жизни. Например, именно по этой причине исчезли ряд местных авиалиний (не полетишь больше на самолёте, скажем, в Сибай), ряд маршрутов автобусов, речного транспорта, торговых точек в провинциальных весях и т.п.

Более того, это выступает противоречием главному принципу капитализма, и уж тем более – социального государства, каковым по Конституции является РФ. Если капитал обещает минимизацию цен в местах наибольшего скопления платежеспособного спроса, то, следовательно, разрушается принцип равных возможностей, гражданского равенства, равных прав жителей единой страны. Этим подрываются у нас и без того слабые зачатки демократии, и становится вопросом политическим.

Практика уже показала: отток капитала из мест наименьшего приложения по принципу замкнутого круга ещё более снижает там платежеспособность населения, капитал ещё более оттекает и бесперспективнее становится посёлок. Так могут в экономическом смысле «вымирать» огромные территории, а вся экономическая жизнь концентрируется в мегаполисах, где в силу физиологической тесноты не будет перспектив ни бизнесу, ни социальному развитию. Недаром рост мегаполисов демонстрируют, в первую очередь, не самые богатые, а самые бедные страны мира. Это Индия, Китай, Малайзия и др. Самый большой город планеты – Мехико, куда съехалась жить в ужасающих условиях половина Мексики и задыхается от смогов и невероятно тяжелых экологических условий...

Поэтому государства – в условиях гражданского мира и социального партнерства – стремятся перенаправить вектор движения капитала вопреки рыночным тенденциям – из столиц в глубинку. Причины – чисто социальные: все граждане страны должны иметь доступ к единому ассортименту товаров и услуг – иначе это уже не единая страна, и граждане в ней делятся на сорта. Большинство из нас ещё помнят, как мы ездили в советскую деревню за редкими книгами, то, что в городах раскупалось в считанные минуты, в деревнях могло лежать месяцами. Государство распределяло книги поровну между потенциальными читателями: и в городе, и на селе человек должен был иметь ко всем товарам равный доступ.

Однако уже в советской модели торговли сложилась первичная диспаритетность центров и периферии. Доходило до того, что люди ездили в Москву за колбасой– тамошние магазины снабжались лучше провинциальных. Демократы «первой волны» думали, что это издержки социалистической модели хозяйствования, и не догадывались, что капитал поступит аналогично советским начальникам, свезя в столицы главный дефицитный товар нового времени – деньги (заработки).

В 90-е годы по многим причинам сельские магазины оскудели до крайности: там можно было встретить только водку и «Приму», да хлебные батоны. С одной стороны – спрос диктовал предложение со стороны торговли. Но с другой, не будем забывать гениального Кейнса, предложение формирует спрос в той же мере. Отсутствие предложения замораживает и рост спроса, даже если вырастает платежеспособность. У платежеспособных граждан формируется чёткая поведенческая модель – «вырваться из этого проклятого места», именно так время стирает с карты целые деревни или даже городки.

Популярность кооперации с крушением её монополии на предпринимательскую деятельность существенно упала. Очень многие предприниматели, начинавшие как кооператоры, переименовались, изменили форму собственности и т.п. С начала 90-х годов отток бизнеса из кооперации в частный сектор принял обвальный характер.

В 90-х годах именно кооперативный сектор принял на себя нелегкую функцию поддерживать жизнь в отдаленных малорентабельных магазинах, магазинчиках и ларьках на отшибе большой торговли. Однако нельзя было навязать «ссыльное поселение» торговле просто как нудную повинность – торговля в силу своей природы так или иначе избавится от ярма, если не будет видеть в нём перспективы.

Именно это сформировало систему льгот и поощрений, которая функционирует по принципу внутрикорпоративной дотации. Например, чиновники стали совмещать в одних руках сверхприбыльные и убыточные точки, маршруты, базы – причём поддержание убыточной части служило обязательным условием сохранения за данным предпринимателем сверхприбыльной её «сестры». Данная практика, безусловно, необходимая государству, в настоящий момент не имеет достаточной правовой базы. Естественно, юридическое обеспечение такого рода альянсов необходимо, поскольку устный договор чиновника и предпринимателя, даже продиктованный патриотическими побуждениями, всё же рождает повод и основание для коррупции.

При наращивании усилий государства в данном направлении возможны конструктивные предпосылки для формирования особого, специфического вида бизнеса, содержащего планово-убыточную часть, сохраняемую по социальным мотивам и компенсируемую государством посредством ряда рыночных инструментов, строго прописанных в законах.

Ещё один перспективный вид развития «ссыльнопоселенной» торговли – это экспансия крупных корпораций в регионах, заранее настроенных не на сиюминутную прибыль, а на долговременную стратегию заполнения коммерческих ниш. Ряд российских корпораций открыто провозгласил принципиальную допустимость убыточных точек в своей структуре – лишь бы была перспектива их развития в будущем.

Сегодня в малом бизнесе России сложился подлинный хаос критериев доходности и убыточности. Многие малые предприятия годами демонстрируют убыточность, при этом остается непонятным, зачем они вообще существуют. Реальные проблемы с прибылью, возникающие у малого бизнеса объективно, в определенное время (на старте, сезонно и др.) и в определенном месте (в деревенском убыточном магазине и др.) подменены в массовом порядке простым и банальным уклонением от налогообложения.

Тем не менее, по мере кристаллизации структуры малого бизнеса, он обнаруживает очевидную способность поднимать ряд убыточных, депрессивных территорий, в которых обретает как бы «резервацию покоя». Наблюдается тенденция вытеснения малого бизнеса из мегаполисов сетевыми структурами крупного бизнеса, имеющего организационно-административное и ценовое, оптовое преимущество над «малышнёй». При определенных условиях эта тенденция может стать долгожданным допингом для «ссыльнопоселенной» торговли, когда ресурсы малого бизнеса под давлением сетевиков хлынут в глубинку, обустраивая там анклавы благополучия и формируя миниатюрную сетевую модель, альтернативную макросетевой.

Тогда «ссыльнопоселенная» торговля, сегодня как бы «вымороченная» государством методом выкручивания рук капиталу, из нерентабельной может стать «маяком» экономического развития.

Александр Леонидов; 2 марта 2012

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ​Самозамкнутость и Традиция

    ​Самозамкнутость и Традиция В детских книжках, которые я очень любил в детстве, поучительные картинки всегда изображали очень кучно и динозавров и электроны атома. В реальной жизни динозавры не смогли бы жить так близко друг от друга, а электрон далёк от ядра атома так же, как булавочная головка на последнем ряду гигантского стадиона была бы далека от теннисного мячика в центре стадиона. Но нарисовать так в книжке нельзя – потому рисуют кучно, сбивая масштабы. Та же беда случается всегда и с историей цивилизации. Оглядывая её ретроспективно, из неё сливают огромные пустоты разреженного протяжения, оставляя близко-близко друг от друга значимые факты духовного развития.

    Читать дальше
  • "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..."

    "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..." Московское издание полной версии романа А.Леонидова "Иго Человеческое" - не оставит равнодушным никого, кто думает о судьбе Отечества, да и просто об устройстве человеческой жизни. В остросюжетной форме исторического повествования автор ставит самые глубинные и "проклятые" вопросы, на которые бесстрашно, порой, может быть, опрометчиво - даёт ответы. Спорить с автором в данном случае ничуть не менее полезно, чем соглашаться: произведение ВЗРОСЛИТ, независимо от отношения читателя к заявленным идеологемам.

    Читать дальше
  • ​«Легенда о Китеже» и западная советология

    ​«Легенда о Китеже» и западная советология Чтобы понять, о чём речь, предлагаю сперва рассмотреть условную, умозрительную модель, которую пока не привязываю ни ко времени, ни к географическому месту. Модель начинается словом «Допустим». Просто допустим, что есть система, в которой житейские доходы человека неопределённые. В силу неопределённости (обозначаемой алгебраическим «х») они могут быть любыми. Есть вероятность любого значения «х». «Х» может быть равен 0, 1, 2, 5, 100 и т.п. Личные доходы человека не ограничены ни сверху, ни снизу. Они строго индивидуальны: могут быть сколь угодно большими, а могут и вообще отсутствовать (=0).

    Читать дальше

Свобода - более сложное и тонкое понятие. Жить свободным не так легко, как в условиях принуждения. — Томас МАНН.