Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,4296 руб.
  • Курс евро EUR: 68,0822 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,2039 руб.
Март
пн вт ср чт пт сб вс
        01 02 03
04 05 06 07 08 09 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31

​РОССИЯ И ЗАПАД: ВИЗАНТИЗМ И ВАНДАЛИЗМ

​РОССИЯ И ЗАПАД: ВИЗАНТИЗМ И ВАНДАЛИЗМ Статью «Россия как «теневое» отображение Запада» написал 3 апреля 2014 Олег Носков на очередной помойке либеральной мысли, «Руфабуле». Конечно, бумага (и электронный экран) все стерпят. Им безразлично, кто чьё «теневое отображение» - хоть Китай папуасов, хоть перуанцы – алеутов. Однако нам важно подчеркнуть другое: хотя бумага терпит все, но смысл употребляемых слов авторам следует все же понимать. Потому что читатель, в отличии от бумаги, всего не стерпит…

Носков пишет: «У нас как-то вошло в привычку ассоциировать западную культуру исключительно с рационализмом, прагматизмом, либерализмом, демократией. То, что этому противоположно — религиозный фанатизм, традиционализм, автократия — мы, не моргнув глазом, приписываем Востоку».

Здесь мы сразу же замечаем, что смысла слов «рационализм, прагматизм, либерализм, демократия» автор не понимает, и употребляет их в эмоционально-хвалебном смысле, как комплимент. Ему нравится Запад, и он очень хочет похвалить этот Запад, и думает, что вышеперечисленными словами передаст своё трепетно-восторженное отношение к Западу.

Наука же комплиментов не делает. Она не оценивает по шкале «хороший-плохой», ибо это дело вкуса. Она пытается понять суть явления.

Поймем и мы.

+

Рационализм – это логическая безупречность цепи умозаключений, проложенных от некоей исходной догмы (аксиомы). Простой и яркий пример рационального мышления – доказательство теорем. Берется аксиома (которую заведомо нельзя ни доказать, ни обосновать ничем, кроме очевидности для доказующего) – и от неё пролагается логическая цепь, в которой каждое следующее звено с необходимостью вытекает из предыдущего.

Вот и все.

Рационалиста нельзя считать хорошим или плохим человеком, его нельзя даже считать умным или глупым. Он ни то, ни другое. Причина – рационализм никак не может воздействовать на первичную данность рассуждений, на исходные догмы. Их качество – сугубо эмоциональное, оценочное.

Один исходит из того, что жизнь прекрасна, и выделяет сто силлогизмов от этой посылки. Он рационалист.

Другой исходит из того, что смерть прекрасна. И тоже безупречно умозаключает из этой посылки сотни разных выводов. Он тоже рационалист.

Кратко говоря – рационалист есть тот, у кого используемые средства соответствуют поставленным целям. При перестановке целей старые средства оказываются иррациональными, и появляются новые рациональные средства, ранее бывшие безумными.

+

Прагматизм – это примат личной сиюминутной выгоды. Ставить знак равенства между рационализмом и прагматизмом, как это сделал Носков, невозможно. Прагматично, например, дезертирство, сохраняющее жизнь в данный момент (боя) – но оно нерационально, поскольку дезертиры оказываются в итоге в концлагере, причем независимо от того, кто победит в бою.

Прагматизм ставит ребром проблему противоречия личной выгоды и общего блага. Они противоречивы, но возможны ли одно без другого? Могут ли люди сожрать друг друга, чтобы прагматично насытится, и при этом остаться все в живых?

Если рационализм – это железное порабощение логическими правилами, то прагматизм нечто противоположное, когда правила подстраивают под момент. Поэтому рационализм и прагматизм (в рационализме человек – раб логики, а в прагматизме он делает, чего захочет) нельзя перечислять через запятую. Тут уж, извините, или рационализм, или прагматизм…

+

Либерализм – в дословном переводе «освобожденчество». Нельзя «освободить» просто так. Освобождают всегда кого-то и от чего-то конкретного. Свобода есть парное с рабством понятие, и усиление свободы на одном полюсе неизбежно сопровождается усилением рабства на другом.

Нельзя, например, у магнита нарастить силу отталкивания, и не нарастить при этом силу притяжения. Действие равно противодействию. «Освобожденчества» всех быть не может. Освобожденчество одних – есть порабощение других.

Именно поэтому либеральная демократия, будь она античной, американской или современной, глобалистской – неразрывно связана с рабовладением. Тут ларчик открывается просто: свободный человек не будет свободен, если раб не будет делать за него те вещи, которые свободный человек делать не хочет.

Ведь свободный человек – тот, который делает только то, что хочет. Разве не так?

Если он не хочет стирать свои подштанники? Он же свободный… Пусть ходит грязным? А если он ещё и не хочет, чтобы они воняли? Он же свободный! 

И стирать не хочет, и ходить в вонючем белье не хочет… Коллапс мысли?! Выход из несвободы только один – найти раба, который будет стирать за него. Тогда оба желания свободного человека будут удовлетворены.

Либерализм – незавершенный термин. Он – оборванный термин. В самом деле – «освобожденчество» - кого? От кого?

Термин оборван не ради экономии букв. Он оборван с коварной целью – обмануть наивных. На самом деле речь идет об «освобождении рабовладельцев» от уз законов и моральных норм, наложенных на рабовладельцев христианством и социализмом. 

Рабовладельцы очень страдают в несвободе: их заставляют либо самим стирать трусы, либо ходить вонючими. А они не хотят ни того, ни другого! Их ПРИНУЖДАЮТ – жизнь в условиях такого принуждения кажется им ГУЛАГом!

И у склонных к рабовладелию эгоистов-гедонистов родилась мечта по имени «либерализм»: раскрепоститься, освободиться, сделать такой «трудовой кодекс» (смотри идеи М.Прохорова, к примеру) – чтобы рабочий был кругом должен и обязан, как раб, а работодатель – никому ничего не должен.

Можно ли писать «либерализм» через запятую с «демократией», как это сделал Носков? Нет, конечно.

+

Демократия – власть демоса, коренного народа (потому что были ещё «понаехавшие» в Афины – неполноправные метеки). Демократия не может быть либеральна, так же как либерализм не может быть демократическим. Называя себя «либеральной демократией» современная элита просто скрывает свою природу «либеральной олигархии».

Ибо демократия предполагает равенство и равные обязанности ВСЕХ коренных. Никто никому не обязан стирать вонючие носки, как при либерализме (в котором деньги освобождают гражданина от неприятных, нежеланных обязанностей). Равенство – штука суровая, и она где-то рядом с «казарменным коммунизмом». Сами понимаете, это не то, о чем мечтают авторы «Руфабулы»…

+

Изначальное искажение видения мира предопределило провал всех последующих рассуждений Олега Носкова.

Думая выделить какой-то «чистый» рационализм, без присадки устойчивого, однозначного фанатизма, Носков попадает впросак. Ибо как нет теорем без аксиом, так и рационализма не бывает без изначального однозначного фанатизма. Нельзя откладывать умозаключения от пустоты, нельзя доказать теорему, ни на чем изначально (бездоказательно, но уверенно) не обосновываясь.

Носков и сам, как обиженный ребенок, видит это в истории. И ругается: «…при желании и в истории того же Запада мы найдем сколько угодно примеров религиозного фанатизма, традиционализма, попыток установления автократии. Куда мы денем альбигойские войны, самосожжение катаров, выступления фанатиков-таборитов, анабаптистов, цвиккаукских пророков, разгул оккультизма в эпоху Возрождения?».

Естественно, господин Носков! И вам нехудо бы понять, что ИМЕННО накал всяких «альбигойских войн» предопределил качество европейского рационализма. Без христианского фанатизма Средневековья не было бы и европейского рационализма Нового времени, ему неоткуда было бы взяться, не от чего оттолкнуться.

+

Но для Носкова фанатизм – не компонент рационализма (причем необходимый), а антипод, противоположность рационализму. Носков ставит вопрос так: ИЛИ фанатизм, ИЛИ рационализм. 

Это совершенно ложная постановка вопроса, ибо если человек не убежден в чем-либо фанатично, то ему элементарно «пофиг» на всё вокруг, и он легко соглашается со всем, что ему ни скажут. Таков феномен современного безверного европейского потребителя, человека-свиньи, утрачивающего способности к рациональной деятельности.

Рационализм (как и породившая его наука Логика) – рождается в отстаивании определенных символов веры, в битве идеалов, как апологетика высшей цели устремлений человека. Уберите эту высшую цель (недоказуемый эмоциональный идеал) – и умственная деятельность прекратиться в связи с полной своей бессмысленностью.

Для того, чтобы активно мыслить, нужно верить, что истина одна, и тогда её можно напряженно искать. Если же человек плюралист, и верит, что истина во всем, везде, в каждом утверждении – то ему просто незачем вести интеллектуальный поиск.

Рационализм – это отыскание одних идей и отбрасывание других идей. Зачем таким поиском заниматься, если считаешь идеи тождественными друг другу?

Попав в ловушку безумия ( ИЛИ рационализм, ИЛИ фанатизм), Носков выстраивает традиционно (для Руфабулы) русофобскую фантасмагорию:

«На протяжении столетий рациональная и прагматичная часть Европы выталкивала на периферию темную стихию религиозных фанатиков и идейных маньяков, приносивших энергию своего исступления на русские земли, где этот импульс соединялся с местной темной стихией, удваивался и накрывал бурлящей волной ростки рационализма в русском обществе».

Собственно, в этой фразе заключена вся суть его многословной и путаной работы. Как он восклицает в другом месте, сильно окрысившись на попытки построения социализма в России – «Так вот, есть ли у нас основание считать, что так было только в XX веке? Не было ли чего-то похожего еще раньше, во времена становления российского самодержавия, в XV — XVI веках? А если брать еще более ранний период — с XI по XIII столетие, то не наблюдались ли и здесь какие-то общие с Западной Европой идейные течения?»

И вывод: «…отсюда, из России, здравомыслящая и рациональная часть людей перемещалась на Запад, а все иррациональное и темное начинало цвести пышным цветом в силу отсутствия серьезных препятствий и противодействия. Именно так Россия становилась «теневым» отображением Западной Европы. Маргинальное — там, обретало полную легитимность — здесь».

Носков щедр и дает русским лазейку для выскальзывания из статуса «орков»: «В принципе, все это справедливо для любой страны. Возьмем две Кореи — Северную и Южную. Один и тот же народ, но какие разные судьбы! Точно так же и судьба России всегда определялась намерениями ее элиты, ее властвующей верхушки. «Национальные психотипы» и «ментальные коды» стали лишь результатом МНОГОВЕКОВОЙ СОЦИАЛЬНОЙ СЕЛЕКЦИИ. Власть старательно взращивала в людях именно то, что ей особенно благоприятствовало, и всячески подавляла те черты и наклонности (зачастую вместе с их физическими носителями), которые могли подорвать ее положение. … Я утверждаю, что власть в России обожествляли намеренно, целенаправленно и методично! И всякие псевдонаучные утверждения насчет «врожденного» монархизма русских людей — не более чем идеологический миф, призванный как раз оправдать эту практику».

+

Странно слышать такие словеса о России человеку, знакомому с историей, и сведущему о том, как власть нормано-германских завоевателей взращивала в порабощенных англах и франках «именно то, что ей особенно благоприятствовало, и всячески подавляла те черты и наклонности (зачастую вместе с их физическими носителями), которые могли подорвать ее положение». 

Мы-то знаем, что история России (со всеми её эксцессами) куда гармоничнее истории той же Англии. Той самой Англии, подданные которой разбежались от своей страшной матери по всем континентам, буквально выдавленные с родной земли невыносимым насилием имперского Лондона…

Британские колонии воевали за независимость с Лондоном, тогда как русские поселенцы с поклоном несли свои территориальные приобретения русскому царю: разница, как видим, диаметральная. Москва для русских на Амуре или на Аляске всегда была заветным центром, а Лондон для англичан Нового Света – ненавистным насильником.

+

Так зачем же, спросит нас читатель, мы вообще так долго возимся с очевидным сумасшедшим и русофобом Носковым? Зачем мы так въедливо читаем его бредни, если они изначально приняли извращенный толк?

Дело в том, что есть важная черта, отмеченная и даже раздутая Носковым – ЗЕРАКАЛЬНОСТЬ православного и католико-протестантского миров. Она основана на ЕДИНСТВЕ цивилизиционного процесса, в котором всякое следствие связано с предыдущей причиной.

Большевики, например, этой причинности совсем не понимали. Они искренне (как и Носков) думали, что жила-была отсталая страна, которая, попав в руки светлых голов – стала вдруг авангардом человечества: «И Ленин великий нам путь озарил…».

Так, ребята, не бывает. Любое настоящее стоит на фундаменте прошлого, без которого не могло бы осуществиться. Не могла Россия стать живой, биологической плотью духа социализма, если бы не было в её истории оснований для этого. Отсталая, забитая, ущербная страна вошла бы в будущее последней, а не первой. Таков закон жизни.

Понимая преемственность всех форм житейского уклада от предыдущих, мы поймем и Россию и Запад.

Дело в том, что стволовой носитель цивилизации – Римская империя, римский мир – раскололась. Она пошла двумя потоками. Первый – это Западно-римская империя, из которой вышел весь современный Запад. Второй – это Восточно-римская империя, из которой прямую преемственность ведет «Третий Рим» - Россия, Москва.

Непрерывность развития линии «Рим-Константинополь-Москва» обеспечивала гармоничность восхождения человечества к высотам духа и цивилизации. Отсюда к ХХ веку и социализм, и улыбка Гагарина, и «мир во всем мире» и тропинки на Марс, как ближайшая перспектива человечества.

Другая же линия – «Рим - варвары - новый Рим» неспроста приняла патологические черты. Ведь в ней случился страшный, многовековой разрыв преемственности! Между древним Римом и современным Западом стоят многие века варварских корольков, отлично, кстати (в отличии от Носкова) – осознававших свою культурную ущербность и старательно ПАРОДИРОВАВШИХ нравы и порядки «настоящих», как они считали, империй – Римской и Византийской.

Современный Запад, как и Православный Мир, перенял наследие Римской империи. Но он перенял его в пародийном, карикатурном виде, через руки вандалов. И это придало западной мощи зловещие черты: вместо улыбки Гагарина – оскал Гитлера, вместо социализма и тропинки к звездам – рабовладение и архаичные формы личного произвола богачей, вместо роботизации производств – гастарбайтеризация производств (по принципу «косоглазый дешевле робота»)…

Сегодня над планетой витают как бы два духа, тесно связанные с нашим прошлым: ВИЗАНТИЗМ И ВАНДАЛИЗМ. Византизм – это сила, выращенная с целью. Это силовое обеспечение неких идеалов (прежде всего, православных) – когда мощь подгонялась под гармонию, итогом должно было стать не всемогущество, а всегармоничность.

Вандализм – это так же самая сила (грубо говоря, тот же самый автомат Калашникова) – но попавшая в руки к дикарям (германцам). Они быстро научились пользоваться ТЕХНИЧЕСКОЙ СТОРОНОЙ СИЛЫ, которую дает христианская цивилизация. Но смысла и сути – зачем эта сила была произведена на свет – они так и не поняли. У вандалов – кто силен, тот и прав. Отсюда, кстати, и современный их правовой нигилизм – когда они «в упор не видят» сходства между Косово и Крымом и т.п.

Христианство в Православии развивалась на родных языках (в частности, на русском) и с национальными лидерами церквей. На Западе его истины долдонили на непонятной народам латыни, и подчиняли иностранному авторитету исторически говоря, самозванца - «римского папы».

Это похоже на использование компьютера грамотным и неграмотным людьми. Для грамотного компьютер – источник текстов, знаний, орудие труда. Для неграмотного – тот же самый компьютер – источник спецэффектов, игр, разного рода развлечений.

Поэтому для православного человека автомат Калашникова – прежде всего, средство защиты от дубины варвара.

Для западного человека автомат Калашникова – усовершенствование той же самой дубины, приобретение ею новых замечательных свойств.

Западный человек только ТЕХНИЧЕСКИ вооружен как мы (или даже лучше нас) – но внутри он остается тем же вандалом, с восторженным изумлением вертевшим в руках предметы античного наследия.

Для нас развитие цивилизации – это путь к гармонизации.

Для Запада развитие цивилизации – наоборот, средство дисгармонизации, средство усиления чаяний и устремлений, по сути своей, ПЕРВОБЫТНЫХ, ЗООЛОГИЧЕСКИХ.

Как рассуждает вандал? «Со старой дубиной я мог бы убить только десять человек… А с этой прекрасной, новой, мощной – я убью в десять, в сто, в тысячу раз больше! Да здравствует технический прогресс! Какие он дает прекрасные дубины!»

+

Этим, кстати, объясняется потрясающая организационная бесплодность современного вандализма. 

Был период, когда и мы сами (устав от лидерства) смирились, что США – светоч человечества и передали туда социальную инициативу: «Веди нас, Сусанин!» Ну, и куда всемирный Сусанин в итоге нас завел? Двадцать пять лет он безраздельно властвовал над человечеством, был последней инстанцией. И что?

Восток и Юг этот горе-проводник загнал (и вбомбил) в каменный век, а Северо-Запад планеты наградил гомосексуальными браками, рабочим «кровавым» законодательством эпохи Тюдоров и нарастающим каннибализмом…

Вместо «тропы к звёздам» (мечты 60-80-х годов ХХ века) США предложили человечеству тропу в сортир, причем в его нижнюю, выгребную часть... 

Мы долго сидели в растерянности – думали, может, они так шутят?! Но годы шли, и мы понимали, что современный Запад не имеет внятного ответа ни на один современный вызов человечеству.

Всемирная технологическая деградация, сворачивание фундаментальной науки, падение уровня жизни, нарастание экологических катастроф, озверение и оскотинивание человека приняли всемирный характер. У «американского мира» нет никакого будущего – ни в экологическом, ни в производственном, ни в антропологическом, ни в культурном смысле.

Торжествующий вандализм на пике своего торжества устами Фукуямы возвестил «конец истории» - потому что варвар не мыслит категориями развития. 

Он мыслит категориями победы и торжества. Он победил, восторжествовал – следовательно, история закончилась. Мысль же о том, что полученную во владение планету нужно обустраивать, развивать, совершенствовать – совершенно чужда варвару.

«Мы же победили! Чего ещё-то, не поймем…»

+

Кстати, и русофобия – отсюда же. Из острого понимания вандалами своей ущербности и неполноценности. «Мы победили, значит мы лучшие! А они выпендриваются, идут своим особым путем, эти мерзкие русские!»

И не объяснишь «партнерам», что если крокодил слопает ротозея-купальщика – это не значит, что крокодил более развитое существо, чем человек. Хоть в данной ситуации он и победил! Сама по себе техническая победа – только для вандалов аргумент. Для тех, кто сумел освоить средства цивилизации, но так и не понял её цели

А. Леонидов-Филиппов.; 3 апреля 2014

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • В.Авагян: "СЕЯЛКА ИЛИ ДАВИЛКА"?

    В.Авагян: "СЕЯЛКА ИЛИ ДАВИЛКА"? ​Основное противоречие США, как мирового гегемона заключается в конфликте расширяющейся, углубляющейся политической экспансии – и сжимающимся контуром экономических отношений. Чем больше поглощает империя – тем больше она разоряет тех, кого поглотила. Если у нормальных империй после захвата начинается восстановление разрушенных борьбой экономик, уже на своей территории, то для США после их победы начинается разорение, выжирание и вымаривание дотла побеждённого.

    Читать дальше
  • …И С ВЕЧНОСТЬЮ ДЫШАТЬ В ОДНО ДЫХАНЬЕ…

    …И С ВЕЧНОСТЬЮ ДЫШАТЬ В ОДНО ДЫХАНЬЕ… «Можно изображать становление национальной буржуазии» – говорит герой новой книги «Волки из пепла» Александра Леонидова – «А можно национальной интеллигенции… Но когда это в одном лице – то смешно получается». И действительно, получилось смешно. Но не в том смысле, что получилось плохо, а в том, что всё произведение пронизано тонким и психологическим юмором, включило в себя сочное богатство народного анекдота, именно язык, а не сюжет анекдотической (в хорошем смысле слова) речи. Если говорить о сюжете, то действительно, персонаж не солгал: основное содержание – становление в РФ национальной буржуазии и национальной интеллигенции. Они метафизически противопоставляются космополитам и компрадорам во власти и быдловатой, худшей части народной толпы.

    Читать дальше
  • В. АВАГЯН: "ТРИЕДИНЫЙ ДЕКРЕТ"

    В. АВАГЯН: "ТРИЕДИНЫЙ ДЕКРЕТ" ​Вот представьте, что вы – производитель сковородок. Конкурентов у вас нет: продуманный протекционизм вытеснил с рынка иностранные сковородки. При этом зарплаты и пенсии в стране растут. И при этом повышать цены запрещено. Людям куда деваться? Они идут и покупают ваши сковородки. Чужих они купить не могут: чужих с рынка удалили. Не покупать – зачем тогда деньги? Продать им дороже твёрдой цены вы не имеете права. Таким образом, перекрывая все сливы капиталов (за границу, в спекуляцию и др.) вы канализируете энергию производительного труда в рост производства. Ваше производство сковородок растёт, предложение расширяется. Вы обновляете производственные фонды, обеспечиваете занятость на рынке труда, ищите новые технические решения, придумываете новые виды продуции...

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека..