Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Апрель
пн вт ср чт пт сб вс
      01 02 03 04
05 06 07 08 09 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30    

Научное мышление и носители "фейк-культуры"

Научное мышление и носители "фейк-культуры" Есть люди, которые хотят обустроить землю, страну, общество. А есть люди, которые хотят хапнуть. Люди, которые хотят хапнуть – не заинтересованы в объективном отражении мира. Они не хотят адекватности в оценках событий. Всю их информационную политику перекашивает, подобно флюсу, в сторону их личных коммерческих интересов.

Одно дело – если я хочу честно рассказать о событии.

И совсем другое – если я хочу на событии нажиться, обогатиться.

Тогда мне неинтересно рассказывать – как оно было или есть на самом деле. Мой интерес излагать материал так, чтобы мне с рассказа выгода была.

Для человека, одержимого стяжательским эгоизмом, неоплаченного не существует, а оплаченному совсем не обязательно быть в реальности.  

Раз его оплачивают – этого достаточно, чтобы о нём говорить. А было оно или не было в реальность – вопрос десятый…

+++

Диалог между искателями истины (носителями научного склада ума) и представителями «фейк-культуры» невозможен. Искатель истины анализирует результаты тех или иных замеров, опытов, событий, а носитель «фейк-культуры» просто выдумывает результаты всех опытом и нужные ему события. Понимаете?! Просто выдумывает – как Толкиен выдумал страну хоббитов, а Солженицын – «архипелаг Гулаг»!

Но искатель истины исходит из аксиомы достоверности того первичного материала, который он исследует. Это самое слабое место у людей с научным складом ума. Они обречены веровать в добросовестность поставщиков первичных данных.

А если им подсунули чистой воды фуфло, как, например, подсунули нашей интеллигенции «экономический рост при Пиночете в Чили» (которого в реальности просто не было) – то всякое осмысление фуфла само окажется фуфлом. И в этом смысле носителям «фейк-культуры» легко «разводить как лохов» людей с научным складом ума, добросовестных искателей истины.

Всякий вывод, пусть строго логически выведенный, НО из подложных исходных данных будет глупостью, маразмом, беспочвенным безумием! 

Если вы начали разговор с «массовых репрессий»[1] - то вы уже подтолкнули собеседника к «фейк-выводам», независимо от того, осудит он или попытается оправдать «массовые репрессии». Потому что всякий вывод, не имеющий достаточного основания (закон достаточного основания в логике) – суть есть безумная игра ложными сущностями.

Носитель «фейк-культуры» приучен и мотивирован своими доходами, материально стимулируется признавать бывшее небывшим, и не бывавшее никогда – «твёрдо установленным фактом».

Это связано с тем, что объективная шкала измерений учёного и субъективная шкала шкурника – часто дают противоположные результаты замеров. 

Не открою Америки, если скажу, что невыгодное человечеству очень часто выгодно узкой группе людей. И наоборот, полезное всему человечеству объективно – может быть крайне невыгодным узкой группе его представителей.

И если вы хотите говорить о фактах объективно – то это будет один разговор. А если с позиции личной выгоды – то разговор получится совсем другим. Это приведёт к традиционному для сообщества частных собственников искажению фактологии, когда интересант судью-Бога (беспристрастного, равноудалённого от всех) подменяет собой и своим личным мнением.

Например, помещик И.Бунин не был человеком глупым, бездарным, его склад ума позволял ему быть гениальным литератором. Как гениальный литератор – он лучше всех отразил свинцовый ужас дореволюционной деревни. К 1917 году весьма одарённый И.Бунин не был уже, по сути, и помещиком – тем не менее, он считал правильным им же описанный беспросветный ужас 93% населения страны ради его белых воротничков и завтраков в ресторации.

То есть в его понимании несвежий воротничок бывшего помещика Бунина куда страшнее, чем массовая смертность крестьянских детей в грязи и непреходящему гложущем голоде курных изб.

А раз так, что с И.Буниным уже не получается говорить языком науки, он превратил себя в носителя «фейк-культуры». Главный признак какового:

-Некритическое восприятие всех приятных лично ему сведений.
-Принципиальный отказ от всякой неугодной информации, какой бы заверенной и достоверной[2] она ни была.

Объективность (научность) по определению самого термина требует изучения предмета с разных точек зрения. Если же рассматривать предмет, как это делают животные, только со своей точки зрения, ведя отсчёт только от себя и собственного – то получим главного врага науки, локализм. В основе дезинформации лежит культ дислокации. Личных ощущений. Неспособность понимать подобие между собственным восприятием и восприятием других познающих субъектов.

+++

С точки зрения материальной, физической – частная собственность есть просто забор, отделяющий какие-либо блага от других людей. В этом смысле (как забор) она куда менее опасна, чем её отражение в сфере духовной, психологической. Там, в области отражений, отгороженный забором участок воспринимается как автономный, независимый от бурь и катастроф за пределами ограждения.

Человека волнует только то, что включено в его оградку (превращающуюся в могильную), и не волнует ничего за пределами этой локализации.

Лишённый самой возможности мыслить объективно, соблюдать закон тождества в логике мышления[3] – частный собственник начинает всерьёз думать (и верить) – что свободен от причинно-следственных связей в мире, что засуха или потоп «по ту сторону забора» его не касаются, и вообще ничто извне не может сравниться по важности с локальными событиями внутри собственнического мирка.

+++

Это производит деформацию сознания (мышления) значительно более глубокую, чем простая ошибка добросовестного исследователя. Которая, по определению добросовестного заблуждения - доказуема, объяснима, устранима. Локализм психики – это не ошибка, а альтернативная теория познания, базового миропонимания.

Это альтернативная наука, которая, если признавать её базовые аксиомы – ничуть не менее истинна с точки зрения аргументов разума, чем традиционно преподаваемая в наших школах классическая наука (на дрожжах религиозности и продукта религиозности – объективности, т.е. способности смотреть «глазами Бога» вместо собственных земных).

Частная собственность деформирует психику собственника, отрывая её от ноосферы в ложную «автномность». Противопоставляет мышление биологической особи, с её рождением, смертью и локацией в пространстве – коллективному разуму, вечности и бесконечности.

Когда этот акт локализма случился – у него «отрастают» практические последствия. Люди воспринимают общество не как взаимопомощь и взаимное развитие, а как арену бешеной борьбы за доминирование. Отношения «учитель-ученик», «автор-читатель» сменяются под воздействием психического локализма на отношения «хищник-жертва».

Хищник делает убийцей не только себя, но и тех, кто вынуждены его убивать. Он как бы втягивает своей хищностью в формулу «хищник-жертва» всех, замазывая кровью каждого, кто хочет выжить.

Когда рынок сформировался и выдавил религиозные мотивы человеко-подобия – он уже не спрашивает, хочешь ли ты быть людоедом, или не хочешь. Твои желания ничего не значат: система всё решает за тебя. Не желаешь людоедства – значит, тебя просто съедят, и вопрос закрыт!

Рассмотрев первичные вопросы глубинной психологии – рассмотрим теперь, как они отражаются на поверхности житейской практики.

+++

С чего всё начинается?

-Это моё! – с доброй улыбкой говорит один человек.
-Нет, это моё – с такой же доброжелательной интонацией поправляет его другой.
-Моё!
-Нет, моё!

Постепенно добрые улыбки, с которых всё начиналось, сходят с их лиц. Они начинают кричать друг на друга, давить психологически, подавлять морально. Когда это не помогает – переходят к рукоприкладству. Когда один победил в кулачном бою, другой берёт реванш, доставая нож. Так постепенно их «диалог» сводится к тяжёлым танкам и ракетам.

По-научному это называется «эскалация агрессии в рыночной конкуренции».

Что делает войны и кровавую резню при капитализме с его частной и акционерной собственностью – неизбежными. И неизбежно-нарастающими. Потому что первые войны в рамках «моё – нет, моё» - как вы понимаете, тоже стараются вести себя «по-джентельменски». Тотальный геноцид народа, у которого отбираешь землю – случается не сразу.

Человек так устроен, что почти всегда (есть патологические исключения, но они только подтверждают правило) предваряет террор шантажом. В подавляющем большинстве случаев человек, прежде чем убить другого человека («моё- нет, моё») выставляет запугивающий ультиматум. Суть которого укладывается в стандартную формулу:

-Если ты не сделаешь, как я хочу – я тебя уничтожу.

А когда другой отказывается выполнять ультиматум – его начинают расчеловечивать, шельмовать и выставлять исчадием ада, чтобы – психологи знают эту «фишку» - снять древнее табу на людоедство. Себе подобных кушать нельзя – это вбито в человека на протяжении сотен поколений. Потому надобно доказать, что «эти» - не подобны нам, ни в чём с нами не схожи.

Чёрный юмор истории в том, что в условиях потребительского стяжательства (завидный куш пытаясь оторвать) – расчеловечивающие друг друга враги как раз тождественны, сходны, как однояйцевые близнецы! У них и цели одинаковы, и методы одинаковы, и мотивы, и даже пропаганда – одинаковы.

А именно (говоря научным речекряком) – «субъект отнимает объект у другого субъекта».

В таких условиях объединение субъектов само по себе, для совместного проживания и совместной пользы, невозможно. Оно возможно только для совместного нападения на «третьих лиц». 

Что, кстати говоря, есть формула фашизма, наиболее ядровая, наиболее очищенная от случайных исторических примесей (вроде личной ненависти Гитлера к евреям).

Евреи тут совершенно ни при чём, их можно ненавидеть или даже любить, дело фюрера, а неотменная суть фашизма – попытки совместить рыночную конкуренцию хозяйствующих субъектов и единство какого-то сообщества[4].

А как достичь единства делящих добычу разбойников? Каждый из которых орёт:

-Моё!
-Нет, моё!

Только одним способом: увлекая их добычей нового разбоя. Когда они с делёжки награбленного переключаются на захват, завоевание новых ресурсов, а военное дело требует солидарности, конкуренции особей не терпит.

+++

Говорить, что многопартийность и регулярные выборы защищают свободу современного горожанина – всё равно, что говорить, будто феодальная раздробленность и войны магнатов между собой защищали свободу средневекового крестьянина.

+++

«Регулярно сменяемая» власть не означает отказ от разбоя – наоборот, стимулирует его у временщиков, понимающих, что они у власти ненадолго, и «надо успеть». Войны между собой могущественных кланов-«демокраДов»[5], как и войны феодалов в своё время – приводят к разорению низов быстрее и вернее, чем устойчивая централизованная власть. Что касается «свободы», то расплывчатость этого понятия даёт «демокрадам» возможность трактовать его как… ликвидацию прав человека! То есть «освобождение» человека ото всех защищавших его и снабжавших жизненно-необходимым систем.

Получается, что «свобода» - это когда ни твоя нищета, ни даже твоё умерщвление – никого, кроме тебя, не беспокоят. "Твоя свобода ото всех = твоей ненужности никому".

«Привыкай рассчитывать только сам на себя» - как любят поучать либералы.

Попытка защитить права человека, даже самые элементарные (например, право на жизнь) – рассматриваются либералами, как покушение на свободу. На либеральном языке это называется «поощрение иждивенческих настроений» и «патернализмом» (отцовством!), который враг «свободы» в их понимании.

Свобода людей в целом – это регламентированная ограниченность каждого в потреблении материальных ресурсов. По формуле – «не больше Х, не меньше Y». Только в этом случае ограждённости надела человек успокаивается, и перестаёт убивать других людей.

Иначе его может успокоить только пуля или кандалы. Потому что им движут азарт и страх. Азарт отнять у других всё (если общество не поставило верхнего предела личному обогащению) и страх, что другие отнимут у него всё. Это превращает кооперацию обмена благами – в схватку. Люди не просто меняются в рамках продуктообмена: они постоянно, и с обеих сторон, пытаются надуть друг друга, заняты изощрениями взаимного обмана, поисками слабости у противной стороны. Всяким несчастьем другого человека рыночный человек цинично пользуется, наживается на чужой беде всякий раз, как только появляется такая возможность.

+++

Любая встряска лишь повторяет цикл перехода «добрых улыбок» в злобное расчленительство:

-Это моё!
-Нет, моё!
И понеслось…

-------------------------------------------------------------------------

[1] При том, что у Сталина в 1937 году (!) сидело меньше людей, чем в США при Обаме в 2016 году. Хотя Обама не знал ни революций, ни гражданских войн, ни мировой войны – а людей в тюрьму упёк больше, чем товарищ Сталин!

[2] Кстати сказать, в обоих словах корень – «вера». Очевидно, что религиозная вера делала человека объективным, потому что заставляла смотреть на мир глазами Бога, а не собственными, биологическими. «А как на это посмотрит Бог?» - вопрос, который делал оценку событий древним человеком объективной. Поэтому в философии нашего языка ответ на задачу в учебнике математики, если не ошибочный – то «верный». Отсюда и слова «достоверные сведения», «заверенный документ», «верность принципам» и т.п.

[3] Одинаковые вещи с точки зрения здравого смысла одинаковы. Две одинаковых рубашки равны между собой. Но с точки зрения частного собственника «своя рубашка ближе к телу», две одинаковых рубашки принципиально неодинаковы в его восприятии, та, которая в собственности, на порядки и степени важнее, выше, больше, чем та, которая не в собственности. Так частная собственность нарушает закон тождества логики, согласно которому «А есть А» или «А = А», рубашка равна рубашке, человек – человеку и т.п. Абсолютно одинаковые предметы – «благодаря» собственничеству становятся «две большие разницы» и т.п. Энгельс в одном из писем 1883 г. говорит о Родбертусе: «Этот человек когда-то близко подошел к открытию прибавочной стоимости. Его поместье в Померании помешало ему сделать это». Очень многим и очень часто «поместья в Померании» мешают сделать открытия в науке…

[4] Не обязательно нации, может быть – правящего класса, «элиты», секты и т.п.

[5] Т.н. «Полиархия», «Многовластие», реальное разделение властей – амбициозные лидеры ветвей которых тут же начинают взаимную борьбу, не желая уступать один другому.

Александр Леонидов; 6 декабря 2020

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Подписка

Поиск по сайту

  • Дети, Крым, счастье, позитив...

    Дети, Крым, счастье, позитив... В нашей жизни очень много грустных новостей. И потому мы часто забываем, что кроме мрачной геополитики есть ещё и просто жизнь. Наши дети выходят в жизнь и занимаются творчеством, создают нехитрые истории о своём взрослении, создавая позитивные эмоции всякого, кто видит: жизнь продолжается! Канал без всякой политики, о замечательных и дружных детишках, об отдыхе в русском Крыму и не только - рекомендуется всем, кто устал от негатива и мечтает отдохнуть душой!

    Читать дальше
  • Геноцид армян: новая глава

    Геноцид армян: новая глава Карабахский конфликт - это одна из глав чёрной книги геноцида армян, которым с XIX века занимаются турки. В их понимании армяне "недобиты", и хотя армяне потеряли большинство своих земель, всё-таки небольшой анклав армян остаётся в турецком море Закавказья. Геноцид армян обрёл второе дыхание в годы "перестройки", в конце 1980-х, когда турки вырезали армян в ряде населённых пунктов, но снова не везде. Военное сопротивление побудило турок прекратить резню.

    Читать дальше
  • ​Самозамкнутость и Традиция

    ​Самозамкнутость и Традиция В детских книжках, которые я очень любил в детстве, поучительные картинки всегда изображали очень кучно и динозавров и электроны атома. В реальной жизни динозавры не смогли бы жить так близко друг от друга, а электрон далёк от ядра атома так же, как булавочная головка на последнем ряду гигантского стадиона была бы далека от теннисного мячика в центре стадиона. Но нарисовать так в книжке нельзя – потому рисуют кучно, сбивая масштабы. Та же беда случается всегда и с историей цивилизации. Оглядывая её ретроспективно, из неё сливают огромные пустоты разреженного протяжения, оставляя близко-близко друг от друга значимые факты духовного развития.

    Читать дальше

Свобода - более сложное и тонкое понятие. Жить свободным не так легко, как в условиях принуждения — Томас МАНН