Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,4296 руб.
  • Курс евро EUR: 68,0822 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,2039 руб.
Март
пн вт ср чт пт сб вс
        01 02 03
04 05 06 07 08 09 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31

УРОКИ ПРОШЛОГО И ВИДЫ НА БУДУЩЕЕ

УРОКИ ПРОШЛОГО И ВИДЫ НА БУДУЩЕЕ Веками экономика двигалась по замкнутому кругу мизерного производства, вызванного низкой платежеспособностью, вызванной в свою очередь мизерностью производства, вызванного, опять-таки, низкой платежеспособностью. Из этого круга не существует спонтанного выхода «самоходом». Низкую платежеспособность населения нельзя преодолеть, пока производят мало. А производить больше невозможно, потому что низкая платежеспособность не даст продать больше, чем продается.

Этот тип экономики производил МНОГО ДЛЯ НЕМНОГИХ. В нем изобилие для платежеспособных век от века росло, а вот их круг стагнировал или сужался. Более того: принцип ИЗОБИЛИЯ ДЛЯ НЕМНОГИХ заставлял этих немногих вступать в заговор против человечества, быть напрямую заинтересованным, чтобы круг потребителей не расширялся: больше будет платежеспособных покупателей – меньше останется изобилия для избранных.

В качестве АНТИТЕЗЫ этому типу экономики в ужасных муках и крови возник сопровождаемый маньяками по бокам советский экономический тип. Советский тип экономики разорвал узость потребительского круга, постепенно избавился от маньяков и садистов в своем окружении, и попытался воплотить старую левеллерскую утопию эгалитаризма: экономику, в которой товаров НЕМНОГО, но зато - ДЛЯ МНОГИХ.

Круг покупателей получился широким, а вот пайка выдаваемая им, базовый набор – относительно небольшим. Несмотря на этот недостаток, новый строй имел абсолютное преимущество над старым до появления ТРЕТЬЕГО ТИПА экономики, экономики «НАЦИЙ-КОРПОРАЦИЙ».

Самая слабая сторона ЭГАЛИТАРИЗМА, старой-старой мечты-утопии заключается в её перекосе в сторону деления, передела, а не прибавления и умножения. Эгалитаризм отнимает у богатых и делит между бедными.

На этот счет можно перечитать 7 главу «Поднятой целины» М.Шолохова, великого свидетеля эпохи, честно показавшего с натуры все: и кулацкое горе, и бедняцкую радость. Обелять и восхвалять упырей, которых радостно разграбили их собственные соседи (значит, было за что!) мы в отличии от многих авторов не будем. Шолохов талантливо показывает, что для участников раскулачивания настоящим праздником(1).

Порадуемся за тех, кто получил прежде скрываемые от них блага, однако поймем и другое: таким путем (простого раздела) благ-то на всю голытьбу не напасешься. Эгалитаризм даст первичный всплеск уровня жизни, исторического оптимизма нации, а потом – начнется застой постоянных переделов, сдерживание активных сил нации, которых искусственно удерживают на уровне пассивных и отсталых элементов, чтобы не создавать ненавистного неравенства.

Советский антитезис вплоть до 50-х годов ХХ века вчистую выигрывал в глазах и мнении большинства жителей Земли по сравнению со старым тезисом, экономикой ИЗОБИЛИЯ ДЛЯ НЕМНОГИХ ценой немыслимых жертв и насилий, зверств и бедствий в народных низах. Безусловно, советский вариант был и новее, и гуманнее, и перспективнее, и привлекательнее старой экономики Смита и Рикардо.

Однако, в отличии от мутноголовых горбачевцев Запад сумел грамотно и толково произвести перестройку, воспользовавшись передышкой, данной смертоносным ядерным оружием. Суть КОЛОССАЛЬНОЙ РЕФОРМАЦИИ на Западе, в которой советская угроза и страх перед Совдепом сыграл едва ли не решающую роль – перевод структуры экономики из «МНОГОЕ ДЛЯ НЕМНОГИХ» в кейнсианскую форму «МНОГОЕ ДЛЯ МНОГИХ».

Если эгалитаризм строился, в основном, на том, чтобы делить богатства упырей общества, и далее – держаться возникшего равенства (даже если это равенство в бедности), Запад и его кейнсианство породило очень привлекательную картинку ОБЩЕСТВА ВСЕОБЩЕГО ИЗОБИЛИЯ.

Это новое общество очень недавнее, к классическому (до 1917 года) капитализму оно имеет весьма и весьма отдаленное отношение и сходство с ним – чисто внешнее.

Если:

- экономика старого типа, столкнувшись с недостатком товаров, стремилась (и стремится сегодня) ОТСЕЧЬ ОТ ПОТРЕБЛЕНИЯ ЛИШНИХ, т.е. максимально сузить круг потребителей;

- если экономика советская, столкнувшись с тем же (недостаток товаров) шла путем деления на маленькие и убогие пайки;

То:

- кейнсианство поставило вопрос о ВОЗМОЖНОСТИ СДЕЛАТЬ РАЦИОН НЕМНОГИХ РАЦИОНОМ МНОГИХ БЕЗ ДЕЛЕНИЯ, ДРОБЛЕНИЯ И УМЕНЬШЕНИЯ.

Говоря в двух словах, кейнсианство не преследует богатых за их богатство (не раскулачивает), оно преследует их за лень и застой на производствах.

Недостаток товаров можно возместить, производя их в расширенном варианте, в том числе и в виде ПРОИЗВОДСТВА ТЕХНОЛОГИЙ ВСЕ БОЛЕЕ РАСШИРЕННОГО ПРОИЗВОДСТВА.

Если советская формула «Немногое для многих» однозначно выигрывала у старой «Многое для немногих», то она так же однозначно проиграла кейнсианским миражам «МНОГОГО ДЛЯ МНОГИХ».

Если эгалитаризм требует равенства, то кейнсианство равенства не требует. Оно требует ПОСТОЯННО РАСТУЩЕГО БЛАГОСОСТОЯНИЯ У ВСЕХ – так, чтобы богатые богатели год от года, и бедные богатели год от года. Пусть разрыв не сокращается, говорят кейнсианцы, не беда! То, что вчера было товаром для элит, сегодня становится товаром для среднего класса, а завтра попадет и в руки нищих.

Исчезло свойственная миру Смита и Рикардо ЗАСТОЙНОСТЬ ПОТРЕБЛЕНИЯ. Кейнсианство поселило в людях мечту о том, что БОГАТЫМИ В ИТОГЕ МОГУТ СТАТЬ ВСЕ, и не нужно ни у кого ничего отбирать.

Не с богатством будем бороться методом деления, а с бедностью методом умножения! – заявили опьянившие мир кейнсианские утописты.

Планета понесла их на руках с криками «ура!»…

Во время «весны капитализма» - естественно, обновленного, которую пережило мое поколение, очень многое забылось и вылетело из виду. Тезисно пометим это в нескольких пунктах:

-Энтузиасты кейнсианства забыли, что планета не резиновая, что выдержать 6-7 млрд. обжор ей труднее, чем несколько тысяч обжор из числе природных лордов и биржевых нуворишей. «Весна капитализма» вдребезги разнесла ЭКОЛОГИЮ, для которой принцип скудных пайков куда предпочтительнее расточительного потребительского пиршества масс.

-Энтузиасты кейнсианства забыли, что их реформы совершились внутри общества, органически чуждого человечности, внутри строя, в котором богачам присущ ВНУТРЕНИЙ САДИЗМ, в котором богатым слезы, нищета и унижение бедных нужны не для обогащения, а для психологического самоутверждения.

-Энтузиасты кейнсианства забыли, что важнейший фактор их успеха – страх капиталистов перед СССР – будет выбит у них из рук с ликвидацией СССР. И значит, с уходом холодного противостояния капитализм попытается сбросить с шеи со страху повешенный туда огромный «средний класс» из простой буржуазной бережливости, не говоря уже о наслаждении его садизма при сбрасывании.

В силу всех этих факторов ПОКАЗУХА ВСЕОБЩЕГО БЛАГОДЕНСТВИЯ после краха СССР быстро сменилась брюзжанием о «недопустимости кормить тунеядцев», капитализм начал возвращаться в XIX век со стремительностью, удивившей и его врагов, и его друзей.

Дело в том, что рост среднего уровня жизни органически чужд капитализму, это очень искусственная программа, внедренная в капитализм, как крысе вживляют в мозг металлические электроды.

Капитализм выстроен на снижении издержек фирмы, и потому между капиталистами идет вечное соревнование: они ищут путей, методов и способов заплатить меньше. Успех в этом соревновании является успехом в рыночной конкурентной борьбе за снижение издержек. Капиталисты никогда не будут соревноваться за то, чтобы заплатить больше. И даже не потому, что не хотят (хотя и поэтому тоже). Прежде всего, ОНИ НЕ МОГУТ СЕБЕ ПОЗВОЛИТЬ ТАКОЙ РОСКОШИ в условиях конкуренции за снижение издержек, отражающейся на цене произведенного товара.

Если государство (кстати, перестав быть буржуазным) нападает НА НИХ НА ВСЕХ с дубиной, и гонит силком в сторону РОСТА ЗАРПЛАТ И ШТАТОВ РАБОТНИКОВ, то они вынуждены подниматься по лестнице прогресса, и конкурировать за снижение издержек уже на более высоком уровне. Но и только.

Как только государство перестало ТЕРРОРИЗИРОВАТЬ капиталистов по части принуждения к росту расходов на их рабочих, капиталисты под давлением конкурентной борьбы начнут повсеместно «сбрасывать пар» из котла «чрезмерных социальных издержек», якобы обременяющих бизнес.

То, что эти издержки обеспечивают бизнесу платежеспособный спрос – видно только на уровне макроэкономики. Отдельно взятый хозяин фирмы не хочет, не может, и не в состоянии в одиночку повышать уровень платежеспособности во всей стране, так, чтобы плодами его даров пользовались бы другие капиталисты (может быть, и его конкуренты).

Таким образом, как только государство перестает терроризировать бизнес, бизнес начинает терроризировать своих рабочих. Формула ясна и давно известна:

2 товара по 5 рублей = 5 товарам по 2 рубля

Иначе говоря, гораздо удобнее производить два товара по пять рублей, чем пять по два. Возни меньше, труда меньше, ресурсов тратится меньше, а прибыль та же самая. Эта формула (т.н. формула Брускина) перечеркивает все надежды на то, что рыночная экономика сама по себе, без давления государства обеспечит расширенное воспроизводство. ЕЙ ВЫГОДНЕЕ СВОРАЧИВАТЬСЯ, А НЕ РАЗВОРАЧИВАТЬСЯ.

Разворачиваться её заставили рузвельтианцы, насилием и принуждением, под угрозой «товарища маузера», зримо приставленного к голове капитализма «рукой Москвы». Рост производства капитализму (как разновидности элитаризма) категорически чужд, капитализм имеет внутреннюю тенденцию сворачиваться.

Победа над социализмом сыграла с обществом всеобщего изобилия дурную шутку: оно стало быстро разлагаться под воздействием убаюканной бдительности и внутренних противоречий ОБЩЕСТВА-МУТАНТА, в общем-то созданного Рузвельтами и Де-Голлями в пробирке из скрещивания сильных сторон капитализма и социализма.

Таким образом все, кто прельстился благополучием общества-мутанта, столкнулись с чудовищной реакционным проектом ВОЗВРАЩЕНИЯ В XIX ВЕК, к формуле «МНОГОЕ ДЛЯ НЕМНОГИХ», являющейся для капитализма базовой и органичной, в отличии от кейнсианских утопий.

Но самое главное – кейнсианский утопизм столкнулся с нарастающим валом ЭКОЛОГИЧЕСКИХ ПРОБЛЕМ, ограниченностью ресурсов планеты, а это уже приговор ему, обжалованию не подлежащий.

Общество будущего – это общество весьма ограниченного и усредненного пайка.

Если человечество хочет выжить – оно должно понять, что планета лишь большой космический корабль, и черпать за обшивкой этого корабля нечего, а кладовые – весьма и весьма ограничены.

Общество в котором будет до грамма отмеренный паек на каждое лицо… Даже бесполезно обсуждать, хорошо это или плохо!

Мы не не обсуждаем, хорошо или плохо умирать…

-----------------------------------------------------------------------

(1)Персонаж Шолохова Демка Ушаков с явным удовольствием пересчитывал стулья, кровати, сапоги, тулупы. Застенчивый Михаил Игнатенок пытался стащить с хозяйской дочки юбки, которые та успела на себя надеть. Даже Демид Молчун, который говорил только при крайней необходимости, и то оживился, вступил в разговор. А когда вскрыли амбар, то все просто опьянели от радости. Червонного золота пашеница была в огромном количестве: тут и на хлебозаготовку хватит, и скот подкормить. Только Андрей Разметнов не разделял всеобщей опьяняющей радости…


А. Леонидов-Филиппов.; 6 апреля 2013

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • В.Авагян: "СЕЯЛКА ИЛИ ДАВИЛКА"?

    В.Авагян: "СЕЯЛКА ИЛИ ДАВИЛКА"? ​Основное противоречие США, как мирового гегемона заключается в конфликте расширяющейся, углубляющейся политической экспансии – и сжимающимся контуром экономических отношений. Чем больше поглощает империя – тем больше она разоряет тех, кого поглотила. Если у нормальных империй после захвата начинается восстановление разрушенных борьбой экономик, уже на своей территории, то для США после их победы начинается разорение, выжирание и вымаривание дотла побеждённого.

    Читать дальше
  • …И С ВЕЧНОСТЬЮ ДЫШАТЬ В ОДНО ДЫХАНЬЕ…

    …И С ВЕЧНОСТЬЮ ДЫШАТЬ В ОДНО ДЫХАНЬЕ… «Можно изображать становление национальной буржуазии» – говорит герой новой книги «Волки из пепла» Александра Леонидова – «А можно национальной интеллигенции… Но когда это в одном лице – то смешно получается». И действительно, получилось смешно. Но не в том смысле, что получилось плохо, а в том, что всё произведение пронизано тонким и психологическим юмором, включило в себя сочное богатство народного анекдота, именно язык, а не сюжет анекдотической (в хорошем смысле слова) речи. Если говорить о сюжете, то действительно, персонаж не солгал: основное содержание – становление в РФ национальной буржуазии и национальной интеллигенции. Они метафизически противопоставляются космополитам и компрадорам во власти и быдловатой, худшей части народной толпы.

    Читать дальше
  • В. АВАГЯН: "ТРИЕДИНЫЙ ДЕКРЕТ"

    В. АВАГЯН: "ТРИЕДИНЫЙ ДЕКРЕТ" ​Вот представьте, что вы – производитель сковородок. Конкурентов у вас нет: продуманный протекционизм вытеснил с рынка иностранные сковородки. При этом зарплаты и пенсии в стране растут. И при этом повышать цены запрещено. Людям куда деваться? Они идут и покупают ваши сковородки. Чужих они купить не могут: чужих с рынка удалили. Не покупать – зачем тогда деньги? Продать им дороже твёрдой цены вы не имеете права. Таким образом, перекрывая все сливы капиталов (за границу, в спекуляцию и др.) вы канализируете энергию производительного труда в рост производства. Ваше производство сковородок растёт, предложение расширяется. Вы обновляете производственные фонды, обеспечиваете занятость на рынке труда, ищите новые технические решения, придумываете новые виды продуции...

    Читать дальше

Свобода - более сложное и тонкое понятие. Жить свободным не так легко, как в условиях принуждения. — Томас МАНН.