Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,4296 руб.
  • Курс евро EUR: 68,0822 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,2039 руб.
Март
пн вт ср чт пт сб вс
        01 02 03
04 05 06 07 08 09 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31

​А.Леонидов: ТОРГ-ВЫВОДЫ…

О сбое логики в важнейших аспектах теории торгового обмена

​А.Леонидов: ТОРГ-ВЫВОДЫ… Из статьи: "...Возьмем для примера рынок жилья в РФ. Безусловно, это с точки зрения механизмов, стандартный рынок, круг обмена, на котором есть и производитель и потребитель, и конкуренция, и скидки, и кризисы перепроизводства и т.п. Однако 80% населения РФ ВООБЩЕ ЗА ПРЕДЕЛАМИ ЭТОГО КРУГА ОБМЕНА. Их для рынка жилья – ВООБЩЕ НЕ СУЩЕСТВУЕТ. Они не существуют ни как покупатели, ни как получатели прибыли. Бурная рыночная жизнь на рынке жилья РФ никак не коррелирует с подавляющим большинством населения страны, чьи доходы и расходы несопоставимы с пороговыми суммами этого рынка"...

Любопытно отметить, что значение латинизированного слова «контракт» в точности соответствует русскому слову «сделка». «Контр-Акт» - это акт противоположной стороны в ответ на ваши действия. С-Делка – совместные с противоположной стороной, согласованные действия. Как видим (что и неудивительно) – в основе экономики обменов лежит координация действий двух и более сторон, понимаемая как срежиссированное заранее «совместное дело» или же как «встречный акт» (что одно и то же).

Невыполнение контракта – это невыполнение каких-то заранее согласованных с другим действий в ответ на его действия.

Таким образом, контракты (сделки) – это дирижеры совместных действий в экономике.

Они делят между контрагентами как тяготы, так и прибыль от совместной деятельности.

Отсюда принято считать, что всякая добровольная сделка выгодна – если бы она не была выгодна обеим сторонам, то одна из сторон отказалась бы от услуг другой стороны. Например, если портной запросит за починку одежды слишком много – его клиент ответит «за такие деньги я и сам зашью прореху» и сам возьмется за иглу с ниткой.

Венцом этого взгляда на двустороннуюю выгоду добровольных контрактов стал Д. Рикардо[1] с его классическим рассуждением «о вине и сукне»[2]. Теория сравнительных преимуществ Рикардо в наши дни критикуется за многие недостатки[3], однако среди хора этой критики (довольно, надо сказать, бестолкового) не звучит главных претензий. Попробуем восполнить пробел.

Названная именем Рикардо теория взаимовыгодности добровольных контрактов не учитывает, прежде всего, разные степени заменимости у разных контрагентов.

Отсюда делается вторая ошибка господствующих экономических воззрений – а именно: ставится знак равенства между повышением производительности и повышением рентабельности дела. Повышение доходов у предпринимателя оказывается едва ли не единственным индикатором, определяющим общественную пользу этого предпринимателя.

Мол, если сукно дешевле выменять, чем самому делать, то и нечего возиться – надо выменивать на то, что лучше всего у тебя получается. Тогда, мол, и производительность будет идти в гору, и рентабельность, и – как следствие – общественная полезность.

Так и было бы, если бы контракт опирался на равную степень заменимости контрагентов. Но жизнь складывается так, что предоставляет большую палитру оттенков: от незаменимых до легкозаменимых людей.

Возникают почти не изученные в нашей экономической науке теоретиками:

-проблема противоречия групп рентабельности

-и пределы приложимости прибыльного цикла.

Суть рикардианства, легшего в фундамент всех последующих экономических теорий, заключается в аксиоматически принятой выгодности обмена: мол, если обмен невыгоден – он сменяется натурализацией хозяйства.

В чем здесь ошибка? В том, что не учтена РЕСУРСНАЯ ЗАВИСИМОСТЬ ПРОИЗВОДИТЕЛЯ. Причем со времен Рикардо эта зависимость не снижалась, а стремительно росла.

Теоретически, да, крестьянин на своем наделе (при условии достаточности надела) может от обиды съесть сам то, за что ему предложили унизительно-низкую цену. Крестьянин времен Рикардо так и делал. Чего он не мог выменять – он делал сам, пусть коряво, дилетантски, но пригодным к употреблению.

Проблема производителя, лишенного достаточной для прерывания обмена ресурсной базы, появилась после, в городах, в фабричную эпоху, причем К.Маркс описал её как-то узко и кособоко, как проблему пролетариата (только).

Пора бы уже посмотреть и пошире. Экономистам пора вынуть страусиные головы из песка, и описать, наконец, проблему зональной рентабельности внутри в целом нерентабельной системы, а также ещё более широкую проблему ЛАКУНИРОВАНИЯ[4] в экономике.

Лакунирование в экономике нельзя отождествлять с простым сокращением штатов при росте технологической производительности труда.

При том, достаточно изученном (и тоже достаточно болезненном) процессе речь идет о том, что меньше людей производят больше продукции, чем раньше и сокращение связано с РОСТОМ производства.

Процессы лакунирования, которые мы изучаем, не связаны с ОБЩИМ РОСТОМ производства. Они говорят ученому о демографическом сужении рентабельной совокупности.

Речь не о том, что прежнее количество продукции производится меньшими силами (как при сокращении штатов).

При лакунировании меньшими силами производится И ОБЪЕМ ТОЖЕ МЕНЬШИЙ – но для совокупности участников это оказывается выгоднее, чем наращивать выпуск продукции. Работников (участников круга контрактов) меньше, продукции тоже меньше – но прибыль при этом больше.

Это и есть лакунирование, которое не стоит путать с технологическим снижением потребности в рабочих руках.

На лакунирование намекала М. Тэтчер, когда сказала свою странную фразу про СССР: «Территория для жизни 20 млн. человек».

Рыночная волчица в обход теории практическим умом чувствовала, что с чисто рыночной точки зрения огромное снижение населения (вымирание) может быть (и часто бывает) огромной выгодой для оставшихся.

Для нас же ясно, что экономические практики лакунирования содержат в себе с неизбежностью социальную маргинализацию и философски-мировоззренческую дегуманизацию.

Поставив ребром перед страусиной академической экономикой вопрос о пределах приложимости прибыльного цикла, мы с неизбежностью выходим на разговор о доминантных и рецессивных группах получателей прибыли.

Д-группа и Р-группы сталкиваются при альтернативах обработки ресурсов. Например, в вопросе био-топлива Д-группе выгоднее перегонять зерно в топливо, а Р-группам – делать из зерна пищевую продукцию, кормить зерном не машины, а людей.

В жестокие века доминанты обычно просто вышибали рецессивов из экономики и вообще из жизни. В ХХ веке практика социал-демократии заключалась в разработке очень интересного и по-своему уникального механизма.

Поскольку – посчитали социал-демократы – доминантная группа производить больше прибыли на единицу вложений, не нужно искусственно сдерживать её ресурсопотребление, чтобы сохранить резервации для рецессивных групп. Нужно просто посадить рецессивных на иждивение к доминантным – и всем будет хорошо.

Так сложилась машина евро-социализма, формула которой – доминантные группы извлекают свою прибыль из превышения темпов своего роста над темпами догоняющего изъятия в рамках социальных программ.

Сложно? Остановимся на этом, нам нужно это понять. Здесь разгадка самых важных проблем нашей жизни и даже ключ к нашему (человечества) выживанию.

Я убегаю – меня догоняют. Убегая быстрее преследователей, я тренирую ноги и весь опорно-двигательный аппарат. Я бегу все быстрее и быстрее. Но и те, кто меня догоняют – тоже тренируются. Они тоже бегут все быстрее и быстрее. В итоге и я, и мои преследователи год от года бежим все быстрее и быстрее, достигая олимпийских рекордов…

Шведский социализм строился на том, что богатого постоянно «догоняли» возрастающими социальными нагрузками. «Убегая» - богатый швед вынужден был наращивать производство быстрее, чем аппетиты у социальных низов. Поскольку налоги постоянно росли – для поддержания прежней роскоши уровня жизни нужно было вырабатывать в целом все больше и больше прибыли.

Понимаете? Чтобы оставить себе 10 рублей при 10% налогов нужно заработать 11 с небольшим рублей, а чтобы оставить себе те же 10 рублей при 90% налогов, нужно заработать уже 100 рублей. Таким образом социальное давление наращивало мощности производства.

Вот это и называется на языке науки «извлечением прибыли из превышения темпов своего роста над темпами догоняющего изъятия». Система динамическая, как велосипед: на месте стоять не может, чтобы не рухнуть – должна быть в движении.

Если меня перестанут догонять – я перестану убегать, а перестав убегать – перестану тренироваться. А перестав тренироваться в беге – уже не покажу олимпийских рекордов на беговой дорожке…

Жесткая привязка доминантной группы к рецессивным группам – изобретение ХХ века. Раньше не было такого, как в ХХ веке – мол, если хочешь получить 600 рублей вместо 60, подай на бедность 400 рублей вместо 40. Это правило появилось недавно, и не очень типично.

Гораздо чаще в истории экономики доминантная группа извлекала прибыль не из увеличения своих отчислений бедным, а из их полной, доходящей до убийства, утилизации.

Обмен вовсе не обязан включать в себя всех людей (он никогда ВСЕХ и не включал). Круг субъектов обмена всегда более узок, чем круг нуждающихся в экономических благах.

Вопрос не в этом. Вопрос в другом: НАСКОЛЬКО он может сужаться, до каких пределов, вытесняя в никуда «лишних людей» как со всем их потенциалом, так и со всеми их потребностями.

Возьмем для примера рынок жилья в РФ. Безусловно, это с точки зрения механизмов, стандартный рынок, круг обмена, на котором есть и производитель и потребитель, и конкуренция, и скидки, и кризисы перепроизводства и т.п.

Однако 80% населения РФ ВООБЩЕ ЗА ПРЕДЕЛАМИ ЭТОГО КРУГА ОБМЕНА. Их для рынка жилья – ВООБЩЕ НЕ СУЩЕСТВУЕТ. Они не существуют ни как покупатели, ни как получатели прибыли.

Бурная рыночная жизнь на рынке жилья РФ никак не коррелирует с подавляющим большинством населения страны, чьи доходы и расходы несопоставимы с пороговыми суммами этого рынка.

Порядка 60% населения планеты Земля в таких же сложных отношениях с рынком продовольственных товаров. Что-то они конечно, едят, иначе бы не жили, но в целом большая часть пищевкусовой продукции Земли как производится ВНЕ ИХ КРУГА, так и потребляется ВНЕ ИХ КРУГА.

Они не создают ни прямо, ни косвенно, прибавочной стоимости на рынке хамона, и не являются ни оптовыми, ни розничными его потребителями. КРУГ ОБМЕНА ХАМОНОМ СУЩЕСТВУЕТ ВНЕ НАСЕЛЕНИЯ ЗИМБАБВЕ, А КРУГ ОБМЕНА ЖИЛЬЁМ – ВНЕ НАСЕЛЕНИЯ РОССИИ.

Теоретически, если бы добрый дядя раздал жителям Зимбабве много долларов, они могли бы увеличить потребление хамона, и, следовательно, повлиять на рост его производства. Их теоретически проектируемый спрос мог бы благоприятно повлиять на доходы производителей хамона. Но на практике никто не организует этот спрос, и никто под него не наращивает производство хамона (или строительство квартир в РФ).

Никого не волнует упущенная прибыль, связанная с отказом от обслуживания вычеркиваемых из рынка людей. Это и названо нами экономической ЛАКУНИЗАЦИЕЙ: рентабельностью сокращения производства при сужении круга обмена.

Безусловно, как экономист, не могу молчать: помимо совершенно очевидного механизма ГЕНОЦИДА, отработанного ещё на английских «огораживаниях», явление лакунизации содержит в себе едва ли не главный тормоз научно-технического прогресса. Ведь средства НТП развиваются только там, где есть реальная потребность резко увеличить и удешевить продуктовую линейку. А лакунизация такой потребности в себе не содержит. Она живет по принципу «кому надо – всем всего хватает, а на остальных наплевать».

Не решая проблем социализации, она не решает и проблем технофикации. На сегодня – эта проблема мало обсуждается учеными-экономистами, хотя относится к числу важнейших проблем экономической науки.


[1] Д. Рикардо в работе "Начала политической экономии и налогового обложения" (1817 г.) сформулировал более общий принцип взаимовыгодной торговли и международной специализации, включающий в качестве частного случая модель А. Смита. Он показал, что международная торговля выгодна каждой стране, даже если ни одна из них не обладает абсолютным преимуществом в производстве конкретных товаров. Д. Рикардо сформулировал теорию сравнительных преимуществ, введя понятие альтернативной цены. Альтернативная цена - отношение рабочего времени, необходимого для производства единицы одного товара, к рабочему времени, необходимому для производства единицы другого товара. Закон сравнительных преимуществ можно сформулировать так: страны специализируются на производстве тех товаров, по которым их трудовые издержки сравнительно ниже, хотя абсолютно они могут быть и несколько больше, чем за границей. Отсюда следовал вывод: свободная мировая торговля ведет к специализации в производстве каждой страны, развитию производства сравнительно преимущественных товаров, увеличению выпуска продукции во всем мире, а также к росту потребления в каждой стране.

[2] приводит ставший хрестоматийным пример обмена английского сукна на португальское вино, в результате которого получают выгоду обе страны, даже если абсолютные издержки производства сукна и вина в Португалии ниже, чем в Англии.

Англия N сукна 100 рабочих/год, для вина - 120 рабочих/год

Португалия - для сукна 90 рабочих/год, для вина 80 рабочих/год

Отсюда Рикардо было «видно», что для производства определенного количества (N) сукна в Англии потребуется труд 100 рабочих в год. На данное количество сукна Англия приобретает некоторое (М) количество португальского вина, для собственного производства которого потребовался бы труд 120 рабочих в год. Следовательно, Англии выгодно покупать у Португалии вино за счет продажи ей сукна. На производство тех же товаров Португалия затрачивает труд соответственно 90 и 80 рабочих в год, поэтому ей выгодно ввозить сукно в обмен на вино. Неэквивалентный обмен труда 100 английских рабочих на труд 80 португальских рабочих, по мнению Д. Рикардо, обусловлен трудностями перемещения факторов производства между странами.

Согласно модели Д. Рикардо Португалия обладает абсолютным преимуществом перед Англией в производстве обоих товаров, однако Португалия имеет сравнительное преимущество в производстве вина, так как для его производства потребуется 67% (80/120 х 100) издержек Англии, а для производства сукна — 90% (90/100 х 100). Следовательно, для Португалии более выгодно производить и экспортировать вино, а для Англии — сукно.

Д. Рикардо в своей модели предполагает заданным количество производимых товаров (вино и сукно) и рассматривает различия в затратах рабочего времени на их производство. Впоследствии, уже в XX в., этот подход стал интерпретироваться иначе, на основе понятия альтернативных издержек (или издержек замещения). Автором такой интерпретации считается американский экономист Г. Хаберлер. В соответствии с этим подходом заданным считается количество ресурсов, имеющихся в стране. Введем в наш анализ условие: в каждой стране технология и количество факторов неизменны.

[3] Например: теория исходит из наличия лишь двух стран и двух товаров;

подразумевает господство свободной торговли;

исходит из постоянных затрат производства;

предполагает отсутствие транспортных затрат;

не учитывает действие НТР, технических изменений;

исходит из наличия полной взаимозаменяемости ресурсов при их альтернативном использовании.

[4] Лакунирование – термин произведен от лат. lacuna — «углубление, впадина», которым принято обозначать пробелы, пропуски, изъятия в текстах.

А. Леонидов-Филиппов.; 30 сентября 2014

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • В.Авагян: "СЕЯЛКА ИЛИ ДАВИЛКА"?

    В.Авагян: "СЕЯЛКА ИЛИ ДАВИЛКА"? ​Основное противоречие США, как мирового гегемона заключается в конфликте расширяющейся, углубляющейся политической экспансии – и сжимающимся контуром экономических отношений. Чем больше поглощает империя – тем больше она разоряет тех, кого поглотила. Если у нормальных империй после захвата начинается восстановление разрушенных борьбой экономик, уже на своей территории, то для США после их победы начинается разорение, выжирание и вымаривание дотла побеждённого.

    Читать дальше
  • …И С ВЕЧНОСТЬЮ ДЫШАТЬ В ОДНО ДЫХАНЬЕ…

    …И С ВЕЧНОСТЬЮ ДЫШАТЬ В ОДНО ДЫХАНЬЕ… «Можно изображать становление национальной буржуазии» – говорит герой новой книги «Волки из пепла» Александра Леонидова – «А можно национальной интеллигенции… Но когда это в одном лице – то смешно получается». И действительно, получилось смешно. Но не в том смысле, что получилось плохо, а в том, что всё произведение пронизано тонким и психологическим юмором, включило в себя сочное богатство народного анекдота, именно язык, а не сюжет анекдотической (в хорошем смысле слова) речи. Если говорить о сюжете, то действительно, персонаж не солгал: основное содержание – становление в РФ национальной буржуазии и национальной интеллигенции. Они метафизически противопоставляются космополитам и компрадорам во власти и быдловатой, худшей части народной толпы.

    Читать дальше
  • В. АВАГЯН: "ТРИЕДИНЫЙ ДЕКРЕТ"

    В. АВАГЯН: "ТРИЕДИНЫЙ ДЕКРЕТ" ​Вот представьте, что вы – производитель сковородок. Конкурентов у вас нет: продуманный протекционизм вытеснил с рынка иностранные сковородки. При этом зарплаты и пенсии в стране растут. И при этом повышать цены запрещено. Людям куда деваться? Они идут и покупают ваши сковородки. Чужих они купить не могут: чужих с рынка удалили. Не покупать – зачем тогда деньги? Продать им дороже твёрдой цены вы не имеете права. Таким образом, перекрывая все сливы капиталов (за границу, в спекуляцию и др.) вы канализируете энергию производительного труда в рост производства. Ваше производство сковородок растёт, предложение расширяется. Вы обновляете производственные фонды, обеспечиваете занятость на рынке труда, ищите новые технические решения, придумываете новые виды продуции...

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека..