Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,4296 руб.
  • Курс евро EUR: 68,0822 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,2039 руб.
Сентябрь
пн вт ср чт пт сб вс
            01
02 03 04 05 06 07 08
09 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30            

ЕВРОИНТЕГРАЦИЯ: ПЕНИЕ СИРЕН...

ОТРЫВОК ИЗ НОВОЙ КНИГИ "БИТВА ОККАМА" - ОБ ИСТОКАХ ЕВРОФРЕНИИ И КАННИБАЛОКРАТИИ

ЕВРОИНТЕГРАЦИЯ: ПЕНИЕ СИРЕН... ​Европа – это чудеса техники, здравоохранения, высокая культура быта, это привлекательный образ жизни. Но в то же самое время Европа – это война и геноцид. Это одна из самых агрессивных цивилизаций в мировой истории, которая постоянно ведет войны. Как так получается? Почему высоты духа сочетаются, фактически, с каннибализмом? Ведь это болезнь, еврофрения, в этом нет никакой объективной потребности. Европейские наука и техника сами по себе привлекательны. Они и так, без всякой войны, без порабощения притягивают всех мыслящих существ. Они и так, без насилия вызывают жажду подражания. Ведь только уродливое нужно навязывать силой – прекрасное (а европейский быт именно прекрасен!) само проложит себе дорогу в сердца подражателей… ТОГДА ЗАЧЕМ?!

Потому что у Европы раздвоение коллективной личности. Потому что Европа больна. Их вообще две, добрая и злая сестры-близнецы, живущие в одном теле. Добрую Европу, светоч всему свету, создал Фома Аквинский. Конечно не он один, но он главный среди движения «реалистов» - людей, задумавших ещё в XIII веке от Р.Х. поставить науку на службу человечеству. А злую Европу, склонную к людоедству, Европу-каннибала, создал Уильям Оккам. Конечно, не он один, но он – главный в движении «номиналистов», которые в глухом средневековье задумали поставить науку на службу человеку.

Реалисты – наука должна служить человеЧЕСТВУ.

Номиналисты – наука должна служить человеКУ.

Велика ли разница?

Очень велика.

Соответственно, велика и разница ДВУХ евроинтеграций: Робинзон Крузо научил Пятницу всему, что знал сам, поделился с ним и едой, и кровом, и всем, что имел, и это форма интеграции. Но и те людоеды, которые собирались Пятницу сожрать - тоже ведь по своему интегрировали бы его в свои организмы...

Если наука служит человечеству, как заложили в её фундамент реалисты, первые великие европейские ученые, тогда я, открыв какую-нибудь полезную вакцину, бегу ко всем, буквально – к эскимосам и папуасам, и кричу: «Ребята, вот что я открыл! Это ВАМ поможет! Это ВАС исцелит! Где ваши больные детишки?! Счас я их поставлю на ноги!» Словом, Айболит в действии.

Есть такая Европа? Есть, и мы её прекрасно знаем. Эта добрая Европа реалистов принесла нам много прекрасных даров, и мы щедро отдаривались. Эта Европа, Европа средневековых реалистов, служит человечеству и потому любима человечеством. Она принесла в Россию телеграф и получила в ответный дар из России чудо радио. Она принесла в Россию телефон – и получила взамен из России чудо телевизора. Она доставила в Россию автомобиль – и получила взамен из России вертолеты…

Это НАША Европа, и она бесконечно дорога нам. Нам не нужно в неё интегрироваться, потому что мы давно в неё интегрированы. Там добрая половина техно-чудес – из России, как, впрочем, и в России половина всех благ – европейские (и американские) по происхождению: мы им генетику, они нам кукурузу!

Но все меняется, если наука начинает служить ОТДЕЛЬНО ВЗЯТОМУ ЧЕЛОВЕКУ или ограниченной ГРУППЕ ЛЮДЕЙ.

Потому что принцип «наши достижения – ваши достижения», «ваши проблемы – наши проблемы» волшебным образом испаряется и вступает в силу номиналистическое, оккамовское «сокращение сущностей».

Если МЫ чего-то достигли, то это не значит, что вам от этого лучше. Даже наоборот: каннибал с дубиной гораздо менее опасен, чем каннибал с авианосцами. Принцип социального каннибализма: «НАШИ ДОСТИЖЕНИЯ ПОМОГУТ НАМ ВАС СОЖРАТЬ»…

[ ЗДЕСЬ АВТОР КНИГИ НА 30 СТРАНИЦАХ ПРИВОДИТ ПРИМЕРЫ ЕВРОПЕЙСКОГО СОВРЕМЕННОГО РИТУАЛЬНОГО, МЕДИЦИНСКОГО, А ТАК ЖЕ СОЦИАЛЬНОГО КАННИБАЛИЗМА; В ГАЗЕТНОЙ ПУБЛИКАЦИИ МЫ УПУСКАЕМ ЭТИ ПОДРОБНОСТИ ].

Словом, «плохая» Европа видит в папуасе и эскимосе не ученика, который, выучившись, станет подобен учителю, а ПИЩУ. Задача стоит – не обучить азиата, африканца, украинца жить как в Лондоне, Париже, Берлине, а попросту сожрать его. И через эту подпитку повысить тонус своей и без того завидной экономики, социальной сферы, медицины и т.п. Европа давно занималась этим в виде колониализма и неоколониализма, а так же в антисоциалистических проектах.

Странно, скажут знающие люди. Обычно цивилизации бывают оседлыми или кочевыми. Оседлые цивилизации развитые и миролюбивые. Кочевники – примитивны, но очень воинственны. Европа же одновременно и оседлая, и кочевая цивилизация, она одновременно и миролюбива и воинственна.

У «хорошей» Европы социопсихика развивалась так: 

- торжество христианства родило его систематизацию (Фома Аквинский и другие, реализм).

- Систематизация разума на основах реализма родила науку и технику. 

- Наука и техника родили возможность и реальность постоянного повышения производительности труда и уровня жизни. 

- Возможность и реальность делать все больше благ породили ИДЕЮ СОЦИАЛИЗМА – т.е. (отметая все исторические извращения социалистов) идею о равномерном распределении постоянно растущих благ цивилизации в рамках всего единого, неделимого человечества.

Суть очень проста: если ты обожрался так, что кушать больше никак не можешь – не гнои излишки пищи, отдай их голодающему.

Это идея христианская и социалистическая одновременно. Разница лишь в том, что в христианстве делиться с бедным означало жертву (потому что ещё не было техники, постоянно наращивающей количество благ). А в социализме можно обойтись и без жертвы: для того, чтобы помочь бедному, не требуется обделять себя, ведь благ все больше и больше, наука об этом позаботилась…

Это и есть «томизм» - основанное на христианской этике движение реализма (и средневекового, и вообще всякого): умножай сущности, раздвигай границы возможного в деле благотворения. Вырасти два колоса там, где раньше рос один. А зачем? – спросят. Мне и одного хватало – скажут.

Реализм – «томизм» ответит: потому что Бог велел делиться, а чтобы много делиться – нужно много чего иметь. Вооружившись наукой, становись богаче и богаче, чтобы помочь все большему и большему количеству своих ближних.

Ни христианство, ни нормальный социализм (о троцкизмах и прочих извращениях я не говорю) не осуждают богатства, хозяйственности, рачительности, деловой смекалки, новаторства. Но цель обогащения в реализме (рожденном христианством и родившем социализм) – «умножать штаты», «раздувать» их всеми возможными способами.

И наука, и техника, и капитал нужны реализму для РАСШИРЕНИЯ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТИ в самом широком смысле слова. Бедный никому не помощник, а богатый может помочь очень многим. Но при одном условии: если захочет…

А с чего бы ему хотеть делиться? Реализм отвечает очень просто: ты (богач) нагим пришел в этот мир, и нагим уйдешь из него. Тебе предстоит держать ответ перед Богом, а Бог требует добрых дел. Не будь дураком – наделай добрых дел побольше, чтобы потом не краснеть и не бледнеть на Страшном суде. Инструмент для этого главного дела твоей жизни – твое богатство. Бог дает тебе его, чтобы ты успел себя оправдать, торопись, ибо земная жизнь коротка…

А если кто усомнится в бытии Бога? И на это у реализма были приготовлены зубодробительные аргументы: перводвигатель, первопричина, целесообразность мира, высшая из степеней любых качеств, развитие всего живого вопреки энтропии, вполне эмпирически фиксируемые чудеса и много другого. Реализм предлагал сомневающимся убедиться в том, что Бог абсолютно реален (он и есть реальный Абсолют). И, убедившись, продолжить научный поиск по улучшению экономики для прокормления все большего и большего числа людей…

Мы пришли в современность именно с этим наследием средневекового реализма. То есть: с наукой космической и ядерной. И с населением, выросшем на несколько МИЛЛИАРДОВ человек - благодаря европейской технике, технологиям, медицине и т.п.

Такого рода успехи – и в науке, и в демографии планеты – безумно полагать случайно сложившейся ситуацией или слепым развитием слепых сил прогресса. Эти успехи – продукт неустанного труда и монашеской аскезы всего Средневековья – и европейского, и русского. Современность – это воплощенный проект средневековых реалистов, вполне осознано сформулированный ими ещё в XVIII-XIV веках. «Добру нужна сила, чтобы его стало больше, а силу дает знание» - так в двух словах можно сформулировать проект реалистов.

Они, верующие христиане, верили в чудеса, но не ждали чудес. Много поколений они работали на современный результат, причем прекрасно понимали, что первые поколения ничего не вкусят из грядущих результатов. Тут и потребовалась школа монашеской аскезы, самоотречения – без них невозможно было бы работать на неведомое будущее, до которого заведомо не доживешь.

Давайте и мы станем реалистами, и, оглянувшись вокруг, осознаем, что никто, кроме христиан, современных успехов в науке и технике не добился, и что для ВСЕХ альтернативных христианской цивилизаций – средневековье ещё не кончилось.

Но христианская цивилизация не едина. У неё есть Православие. И есть католичество. Которое, в свою очередь, раскололось на реализм и номинализм. Все последующие расколы в католическом мире – только следствие этого первого, интеллектуального раскола его высшей мыслящей элиты, его пастырей.

Ведь раскол – это не другой ритуал. Раскол – это другая цель в жизни. Именно поэтому я и думаю, что русский раскол – это не раскол, а недоразумение, связанное с малограмотным фанатизмом темных людей. Ведь нет большой разницы – тремя, двумя перстами креститься или всей ладонью. Это все символизм – важный, но не самим символом, а тем, что за ним стоит.

Настоящий раскол проходит на уровне пусть немногочисленной, но НАПРАВЛЯЮЩЕЙ СОЦИОПСИХИКУ интеллектуальной элиты, на уровне творцов идей и смыслов.

Номинализм Оккама и других стал именно таким расколом. Он в тысячу раз важнее лютеранских и англиканских расколов католичества, хотя обывателю почти незрим.

В основе номинализма – очень странная и вычурная мысль о том, что ничего общего не существует, есть только конкретные предметы. Нет такого рода животных – «козы», есть только коза Машка и коза Зорька. У Машки с Зорькой нет ничего – ровным счетом ничего! – общего.

Если мы хорошо помним козу Машку – то представляем в уме именно её. Если же мы помним её плохо, запамятовав ряд её черт, если мы можем вызвать в памяти только расплывчатое и неточное её отражение – то мы говорим о неких «козах» вообще. Козы вообще – это смутный, неточный образ конкретной козы в памяти…

Странный бред, и не более того? Но за него умнейшие и образованнейшие люди своего времени шли буквально на смерть, не говоря уже об опале, они рисковали карьерой, причем много веков подряд.

Номинализм заложил «второе Я» у Европы. Если из реализма вырастал научный теизм просвещение и социализм (Бог, как реальность, всеединство как принцип, всеобщее благо – как цель), то из номинализма вырастал атеизм и капитализм с колониализмом.

Номинализм первым покусился на очевидную разуму реальность Бога.

[ Здесь автор на 27 страницах анализирует томисткие и неотомистские доказательства бытия Божия в сфере разума, и противостоящую им иррациональную линию Оккама-Канта. Общий смысл – безбожие иррационально и притянуто за уши путем многовековых тренировок ума в режиме ограниченной вменяемости. В газетной публикации опущено ].

Номинализм провозгласил теорию «двойной истины» - а это уже шизофрения без маски и псевдонима. Номиналисты считали, что религиозные истины наукой не доказуемы, а научные истины – религии противоречат. При этом истинны и те, и другие – каждая по своему. 

Это все равно, как если бы я заявил, что дважды два, конечно, четыре, но ещё и пять и семь одновременно. Истин не может быть две – потому что это аксиома ПСИХИЧЕСКОГО ЗДОРОВЬЯ ЧЕЛОВЕКА.

Если истины не противоречат друг другу, то они суть есть части одной, единой истины. Если же противоречат, то получается, что одно и то же и верно, и ошибочно одновременно, а это уже диагноз для психиатра.

Человек, пошедший путем «Двух истин теории» - уже опасный для общества психопат. А часть европейской науки (и значительная часть) шла этим путем (с легкой руки номиналистов) много веков подряд! Так рождалась темная коллективная личность Европы, её коллективный Гитлер в пику её коллективному Паскалю.

Христианство мечтало о материальных благах для всех и каждого, чтобы никто не ушел обиженным. Реализм дал для этого научно-технические средства. Социализм думает воспользоваться средствами для воплощения мечты. Такова Европа светлая, преемственная от истоков своей культуры.

Если в схеме убрать хотя бы одно звено – все рухнет, вся современность сколлапсирует. Уберите мысленно христианство – что получится? Есть некие технические средства, позволяющие накормить всех нищих – и что с того? 

У нас есть технические средства, чтобы выкинуть наш телевизор с крыши высотного дома. Иначе говоря, мы имеем с читателем сильные руки, телевизор и высотный дом. Теоретически мы можем подняться на его крышу и чисто технически нам вполне доступно выбросить наш телевизор оттуда на асфальт.

Но зачем?! Ведь кроме технических средств нужно ещё иметь мечту – а идея выбрасывать телевизор с многоэтажки кажется нам странной, нелепой, и нашей мечтой ни в коей мере не является. Ну и что, если мы можем? Мало ли чего мы можем? Мы вот и удавиться (чисто технически) можем – но ведь не хотим же!

Реализм науки порожден вполне конкретной (христианской) мечтой. Без этой мечты он становится ненужным, кажется странным и сумасшедшим, как таскание телевизоров на крышу с целью последующего сброса.

Но тогда и распределитель в этой компании, социалистическая идея – зачем? Христианство хотело, реализм дал возможность, социализм осуществил: такова схема развития «главной» Европы, и она понятна, логична, взаимосвязана.

А вот зачем марксисты хотели воплотить ЧУЖУЮ ДЛЯ НИХ мечту и логику – я никогда не мог понять. И вам не советую: в этом запутанном наследии номиналистической шизы вы сойдете с ума, попытавшись связать тезисы и выводы.

Ведь дарвинист исходит из идеи УЛУЧШЕНИЯ ВИДА ЧЕРЕЗ ВЗАИМОИСТРЕБЛЕНИЕ ИНДИВВИДОВ. Поэтому самый зверский конкурентный капитализм без правил и законов – идеальное для дарвиниста воплощение его веры. Чем жестче взаимное истребление людей – тем быстрее и масштабнее улучшение их рода. Зачем и с какой целью в режиме товарищества и братства сохранять жизнь калекам, которые только портят (по дарвинизму) и тормозят развитие человечества?

Это прозвучит довольно притянуто для неискушенного в логике ума, но все же произнесем: средневековый номинализм приготовил идеальную базу для оправдания всех видов каннибализма.

Дело в том, что каннибализм – это действие. Но действия бывают трех видов: случайные (не хотел, а сделал), рефлекторные (не знал, что хотел, но, оказывается, и хотел и сделал) и осмысленные. Осмысленные действия не бывают без предваряющей их идеи.

Колонизатор, срезающий с индейцев скальпы на продажу или гитлеровец, сжигающий стариков и детей Хатыни в сарае скопом – не могут ведь осуществить свой поступок случайно или рефлекторно. Они ведь о чем-то думали, прежде чем делать, и раз поступки столь ужасны – значит, очень важно знать, о чем они думали, почему и как так получилось, что они не думали ни о чем ином?

Вот этот вопрос – адресован к узкому и на первый взгляд, малозаметному кругу интеллектуальной элиты, тех, кто занимается смыслообразованием для шир-нар-масс (широких народных масс). Они произвели некий продукт, который потом трансформировался (через головы «подключенных пользователей») в Освенцим и Хатынь.

Чего такого придумал номинализм, что стало идейной базой для самооправдания каннибалократии?

А вот то самое, с чего мы начинали, и придумал. Нет общих понятий, есть только конкретные вещи. Универсалии (общие понятия) – ложь и нагромождение нелепиц. По Оккаму – «умножение сущностей». 

(Продолжение следует)

А. Леонидов-Филиппов.; 6 февраля 2014

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ​«АПОЛОГЕТ»: ПРЕДЕЛЬНАЯ КОНЦЕНТРАЦИЯ ИСКРЕННОСТИ...

    ​«АПОЛОГЕТ»: ПРЕДЕЛЬНАЯ КОНЦЕНТРАЦИЯ ИСКРЕННОСТИ... Можно спорить о художественных достоинствах или философских идеях романа «Апологет» А. Леонидова, на днях опубликованного замечательным издательством «День Литературы»[1]. Об одном спорить не приходится: с такой стороны революцию и советский строй ещё никто не осмыслял! Ни сторонники, ни противники таким образом её не рассматривали, факт. Остальное – спорно. Как, в общем-то и должно быть с художественным произведением, главное требование к которому во все времена – свежесть и оригинальность. И это есть…

    Читать дальше
  • ​О. Василий (Литвинов): Слово об экономике

    ​О. Василий (Литвинов): Слово об экономике В первой части Открытого Письма (Слово о счастье) мы выяснили, что сверхбогатым людям мешает обрести счастье внешняя и внутренняя агрессия. Чтобы найти способ преодоления проблемы, надо определить её источник. Так, где же "собака зарыта"? На данный момент политэкономия указывает нам: произвольное деление земных, материальных благ делает людей врагами друг другу. Не какие-то мифические классы, а именно людей, персонально.

    Читать дальше
  • о. Василий (Литвинов): ​Слово о счастье

    о. Василий (Литвинов): ​Слово о счастье Василий Литвинов, священник Русской Православной Церкви, написал Открытое письмо к олигархам и всем деловым людям, всех людей считая братьями. Он просит все СМИ распространять это пастырское назидание, надеясь, что оно дойдёт до адресата. Будет принято или нет – другой вопрос. Но всегда лучше попытаться решить дело миром, пробудить в человеке человека – прежде чем суровая необходимость заставить уничтожить свирепых зверей. Вот что пишет о. Василий:

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека — А. Прокудин.