Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,4296 руб.
  • Курс евро EUR: 68,0822 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,2039 руб.
Январь
пн вт ср чт пт сб вс
  01 02 03 04 05 06
07 08 09 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31      

"ЗА ЦИВИЛИЗАЦИЮ!" ГЛАВЫ 14-17

"ЗА ЦИВИЛИЗАЦИЮ!" ГЛАВЫ 14-17 Многие ученые (не только марксисты) полагали, что вначале был первобытный коммунизм, а потом – по экономическим причинам из него выросло рабовладение, как более высокая стадия прогресса. Маркс писал, что «…рабский труд стал основой существования общества. Общество раскололось на два основных противоположных класса — рабов и рабовладельцев». Но здесь он весьма заблуждался, потому что для определенного типа обществ рабство изначально БЫЛО (а не стало в определенный момент) основой существования, и общества такого типа не «раскалывались» на рабов и рабовладельцев, потому что изначально были разделены. Ведь рабство существует и в животном мире.

Многие ученые (не только марксисты) полагали, что вначале был первобытный коммунизм, а потом – по экономическим причинам из него выросло рабовладение, как более высокая стадия прогресса.

Маркс писал, что «…рабский труд стал основой существования общества. Общество раскололось на два основных противоположных класса — рабов и рабовладельцев».

Но здесь он весьма заблуждался, потому что для определенного типа обществ рабство изначально БЫЛО (а не стало в определенный момент) основой существования, и общества такого типа не «раскалывались» на рабов и рабовладельцев, потому что изначально были разделены. Ведь рабство существует и в животном мире. Так, к примеру, лев-самец сам не охотится, заставляет охотиться львиц своего прайда, а потом берет себе лучшие куски добычи. Можно ли сказать по марксистски, что «прайд львов в определенный момент раскололся на львов-господ и львиц-рабынь»? Определено, нет: у львов просто все так устроено, как, отчасти у волков, и других стайных животных.

Мы же полагаем, что рабовладение ниоткуда не вырастало, тем более - экономически, тем более – как более высокая стадия[1].

Мы полагаем, что ИЗНАЧАЛЬНО СОСУЩЕСТВОВАЛИ и первобытный коммунизм, и первобытное рабовладение. Они пребывали и пребывают в вечной борьбе, но при этой борьбе у них происходит взаимная диффузия признаков. Возникают смешанные (переходные) общества, в которых часть признаков – от коммунизма, а часть – от рабовладения.

Ф.Энгельс для своей теории использовал работы американца Льюиса Г. Моргана. Но Морган исследовал только ирокезов (ставших известную нам со школы моделью «первобытного коммунизма»). А ирокезы – небольшой этнос, они скорее исключение, тем более к моменту исследования Морганом и Энгельсом они были активно пропитаны соседством с христианской цивилизацией, и многое могли скопировать с чужих образцов.

А вот этнографические исследования чукчей, например, дают совершенно иные результаты. Находясь на стадии развития ещё ниже ирокезов, чукчи, тем не менее, отнюдь не составляли никакого «первобытного коммунизма». Охотники и собиратели каменного века, чукчи, тем не менее, были обществом нацистским, рабовладельческим, и очень воинственным. Марксизм полагает, что древние люди воевали мало, потому что им нечего было отнимать друг у друга (теория породившей общинный коммунизм крайней бедности). На примере чукчей мы видим, что это совершенно не так, но вовсе не потому что чукчи были богаты или имели прибавочный продукт, производство и другие атрибуты рабовладельческого государства. В начале ХХ века, когда марксизм ещё не был господствующим учением, об этом говорили и знали больше, чем сейчас. Например, из Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона (1890—1907) можно было почерпнуть многие неканонические для марксизма сведения. Из них очевидно, что уровень развития рабства, как института, никак не связан с уровнем развития производительных сил, а уровень зверства в отношениях – никак не убывает автоматически с развитием техники и технологий.

Первобытному человеку всегда было что взять у другого первобытного человека: это идолы и иные сакральные предметы, это женщины для зоологических утех, наконец – это собственно человечина для каннибалов.

Наиболее примитивными обществами в начале XX века являлись австралийские племена. Но и здесь мы встречаем рабство, принявшее, правда, половой характер: весь труд лежит на женщинах, играющих роль настоящих рабынь: с ними всегда жестоко обращаются — хуже, чем с собаками; нередко кроме роли вьючного скота они играют и роль скота убойного.

То же и у папуасов, на некоторых островах (Фиджи) – тоже встречено рабство, хоть нет ни государства, ни прибавочного продукта, ни производительного хозяйства. Здесь оставляют в живых пленных в качестве пищи, но в промежуток времени между взятием в плен и съедением военнопленные используются в качестве рабочих рук. На других островах — Соломоновых, Новой Гвинее — рабами пользуются и как меновыми ценностями.

В Африке у кафров место рабов заступают женщины. У дикарей тропического пояса (от Гвинейского залива до области Великих озёр и Мозамбикского пролива) - рабство вполне установилось: пленных здесь часто убивают, иногда съедают, но часть всегда сохраняется; чем более племя предано людоедству, тем менее в нём число рабов. Патагонцы и другие бродячие племена южноамериканских пампасов захватывают в плен женщин и детей, но редко оставляют жизнь пленным мужчинам, выменивая их на лошадей и скот.

На северо-западном берегу Америки, у племён, происшедших от смешения эскимосов с индейцами, рабство вполне укоренилось. У тлинкитов и индейцев канадской провинции Британская Колумбия рабы составляли около трети всего населения. Эти племена с рабами обращались очень жестоко. Рабы выполняли здесь все тяжёлые работы; ими вели значительную торговлю, они же заменяли ходячую монету. У тлинкитов, когда раб старился, его убивали. Часто рабы закалывались на могиле своего владельца; нередко их приносили в жертву богам. Столь же жестоки к рабам рабовладельческие племена индейцев чинуки и апачи.

Вопрос рабовладения – это не экономический, а идеологический вопрос. Это вопрос гуманности общества: оно либо движется вперёд, к полному социализму, либо откатывается назад, к полному рабовладению. Но в дороге между двумя полюсами большинство обществ представляют собой переходные типы.

Такое общество, на наш взгляд, классический капитализм. Это общество наполовину свободных, наполовину порабощённых людей. Причем баланс неустойчив, при капитализме он постоянно смещается то в ту, то в другую сторону. Одни капиталистические страны дрейфуют в сторону полного социализма, и у них всё меньше остаётся черт рабовладельческого общества. Другие, наоборот – и у них всё меньше черт социалистического строя.

Откуда же взялся миф о всеобщем первобытном коммунизме? Нам представляется, что это – следствие знакомства этнографов с наиболее мирными и неагрессивными отсталыми сообществами людей.

Более агрессивные были истреблены в течении истории, сломлены или слиты с ведущими культурами. А на отшибе, никому не мешавшие, остались общества наиболее коммунистические по своему устройству, наиболее миролюбивые, замкнутые и безобидные. К тому же они зачастую подверглись уже мощному христианскому влиянию к моменту записи их обычаев и нравов.

Их-то преимущественно и изучали этнографы, делая свои ошибочные выводы ОБО ВСЁМ ЧЕЛОВЕЧЕСТВЕ на основании именно этих пережитков старины.

15.

История человечества – это в первую очередь история его социопсихики (или социопсихик – если принимать во внимание множественность цивилизаций). Социопсихика – это коллективное мышление общества, складывающееся как средняя статистическая величина из всех его индивидуальностей. Социопсихика – это набор мыслей и психических процессов, которые присущи всем (или, на худой конец – подавляющему большинству) членов данного конкретного общества.

Мысль – первична. Она предшествует всякому акту, кроме зоологически-инстинктивных. Вначале мысль – а потом построенная этой мыслью экономика. Вначале мысль – а потом построенная этой мыслью техника. Вначале мысль – а потом построенные этой мыслью административная машина и политическая структура. Вначале мысль – а потом уже предательство или подвиг, уступчивость или упорство, работа над собой – или морально-бытовое разложение.

Именно поэтому обречены все попытки описать историю человечества (или спрогнозировать его будущее), опираясь на материальные и вещественные свидетельства эпох, на экономические отношения, на биографии царей и полководцев, на расположение континентов и природных ресурсов, на расовые признаки и т.п.

Кроме как историю взлётов и деградаций коллективного мышления – описать историю и человечество никак нельзя. Всё остальное производно от мысли. ВСЁ НАЧИНАЕТСЯ С ПРОЕКТА.

Проект, возникнув в голове (головах) – изыскивает средства и возможности возведения задуманного. С проектов начинаются дома и заводы, города и мосты, рудники и космодромы. Если человеку они стали не нужны – они разрушатся и погибнут, превратятся в курганы для археологов. Если человеку они изначально были неинтересны – они и не возникнут…

Именно это обуславливает необходимость написания научной и специализированной истории социопсихики человечества, которая могла бы, хотя бы вкратце, в общих чертах рассказать – как возникают и почему погибают цивилизации.

Наши представления о сознании связаны с теорией «первичной вспышки» Разума. Первичная вспышка – с одной стороны, предельно ярка, с другой – не различает деталей, особенно мелких. Первобытного человека или повторяющего его пусть младенца постигает состояние «Отражения Всеединства» мира. Происходит отделение Бытия от Небытия, как первый акт пробуждающегося сознания. Отметим, забегая вперёд, что это – самый важный акт. Он не только порождает мышление, но и лежит в его основе далее.

Бесконечно яркое ощущение Единого Бытия постепенно угасает, тускнеет. За счет этого вместо ослепительного сияния (противостоящего мгле небытия) человек начинает видеть множество деталей и различий.

Накал разума снижается – зато расширяется спектр восприятий. Следует процесс спектрализации, когда в уме человека идёт преломление ощущений в концепции, понятия.

В чем опасность этого процесса с точки зрения научной социопатологии? Яркость протоощущений ума – слепит, но в то же время содержит максимальную яркость мыслеощущений. Для человека это эпоха раскалённого религиозного фанатизма – крайне примитивного, но в то же время крайне энергичного и цельного. Движение этого процесса в сторону научности мы не можем назвать (как О.Конт[2]) восхождением.

Конечно, при становлении научного (детального) сознания – увеличивается количество различаемых умом деталей. Но с другой стороны, расплатой за это служит снижение накала мысли, нарастающая сумрачность сознания. Мы видим всё больше и больше элементов, слагающих Бытие; но при этом само Бытие для нас становится менее ярким, менее очевидным. Мы всё больше находим различий между вещами, но при этом всё менее отчетливо осознаём их взаимосвязь, их внутреннее единство[3].

Поэтому мы не можем так однозначно, как О.Конт, утверждать, что переход от мифа к науке является развитием сознания. С одной стороны – да, развитие. Но с другой – старение, потускнение, угасание. Вероятно, память дряхлого старика содержит больше деталей, чем память юноши в цветущие годы. Однако никто не рискнёт утверждать, что старый, изношенный, мозг совершеннее юного, с его огромным потенциалом.

Сложнейшие вопросы диалектики многодетальности и образной яркости мышления до этой монографии практически не рассматривались.

16.

Первобытный человек жил в жестоком мире, и земля, говоря словом Библии, произрастила ему «тернии и волчцы». Это означало жесточайшую борьбу людей и их племён за место под Солнцем, за необходимые для жизни (и очень ограниченные) природные ресурсы. В условиях постоянной нехватки материальных благ и чудовищного ежедневного риска – человеку не с чего было становиться гуманистом. Он зачастую съедал не только отобранное у ближнего, но и его самого[4].

В то же время человек с самых ранних времен замечал удивительное явление: оно называется «бесконечная неубываемая делимость мысли, всего идеального».

Например, отдав другому кусок мяса – сам останешься без мяса. Но подарив другим сказку, легенду, песню, вообще любую мысль – не только не потеряешь её, но и наоборот: сам твёрже запомнишь!

При передаче другому информация не уменьшается (как, например, пищевые припасы), а наоборот – становится больше. При этом мысли не нужно пространство, «место под солнцем» - а телу нужно. Но ведь мысль и тело неразделимы?

Мир мыслей говорил о бесконечности, бессмертии, он не требовал ни еды, ни пространства. Мир тела – говорил об обратном. Первобытный человек вряд ли осознавал это в таких сложных, как у нас, философских формулировках. Но он это чувствовал, порой вообще никак не осмысляя теоретически – чувствовал, как самоочевидность. Почтение к сказителям и сказочникам восходит тоже к наиболее седым временам древности – как и ненависть к конкуренту за ресурсы.

Возникало базовое, фундаментальное противоречие. С точки зрения материальной другой человек съест то, что мог бы съесть я! Но в то же время – он может мне поведать то, чего я не знаю. С одной (материальной) стороны существование другого человека мешает мне жить. С другой (идеальной) – помогает…

Конечно, наш читатель понимает, что речь шла не только о сказках и легендах, хотя и их значение очень велико во времена, когда никакого иного досуга у человека не существовало. Речь идёт ещё и о том, что хранитель полезной информации, хранитель духа, может, по слову евангельскому[5], накормить (в буквальном смысле слова) и пищей телесной, плотской. Носитель полезных знаний – углубляет обработку наличных ресурсов, что позволяет прокормить тысячи и миллионы там, где прежде кормились только десятки и сотни людей. В то же время полезные знания при делении ими между людьми не уменьшаются, а увеличиваются…

Таким образом, «человек человеку волк» - если речь идёт о делении готовых, конечных, материальных благ, но в то же самое время «человек человеку друг, товарищ и брат» - если речь идёт о созидании духовных и умственных ценностей. А поскольку практически невозможно отделить делёжку готовых материальных благ от ума и знаний племени – для первобытного человека такое деление было ШИЗОФРЕНИЕЙ КОЛЛЕКТИВНОЙ ПСИХИКИ. Возникла по вышеописанной причине двойственно-противоречивая традиция отношения к ближнему, сохраняющаяся в СОЦИОПСИХИКЕ с древнейший времён – и до наших дней.

Ну в самом деле, есть отношения «начальник-подчинённый». Но кто учитель или отец (добавим родительский инстинкт)? Конечно, начальник! В то же время он не угнетает, а обогащает своих учеников (детей). Но только в роли учителя или отца. Тот же самый человек может быть и экономическим угнетателем – и он не обогащает подчинённых ему людей, а наоборот – отбирает у них порой самое необходимое…

Запомним: учитель обогащает своих учеников.

Угнетатель – наоборот, угнетает подчинённых.

Но оба они – начальники, властвующие над подчиненными. Блага в мире идеального идут сверху вниз (в том числе и материальные блага, создаваемые наукой), а в мире материального – они идут снизу вверх.

Если шеф – и учитель и угнетатель в одном лице – тогда включается противоречивый процесс, когда он и даёт и отбирает. И неизвестно, чего больше…

Нетрудно понять, что делящие между собой информацию люди рождают в итоге коммунистическую мечту, а делящие между собой материальные блага - рабовладельческую.

Для того, чтобы заполучить все знания на свете – нужно, чтобы все их носители, все люди планеты, были живы и благополучны. А вот для того, чтобы заполучить все материальные богатства планеты – нужно конкурентов или убить, или сломать до состояния «говорящего орудия труда». Если общаешься – то в почете деликатность и вежливость, а если отбираешь – в почете грубость, цинизм и агрессия.

Мысль тяготеет к братству. Плоть – тяготеет ко вражде. А человек, обладающий и тем и другим, мечется между ними.

17.

Означает ли это, что всякое развитие мысли – это развитие социалистического гуманизма? Отнюдь нет.

От некоего условного «ноля» слабоумия мысль может развиваться как в сторону положительных величин, так и в сторону отрицательных величин.

Социопатология как раз и рассматривает случаи ПАТОЛОГИЧЕСКОЙ АКТИВНОСТИ МЫСЛИ. Это – когда её плоды не лучше, а хуже слабоумия (притом, что различные формы слабоумия так же принимаются в качестве социопатологического явления).

Мы констатирует существование двух миров: мира мысли, в котором главное – духовное, и мира плоти, в котором главное – телесное. Но в человеке они переплетены. Одно может быть поставлено на службу другому: или плоть – идее, или идеи – плоти.

Человек, как носитель информации и технологий – помощник. Человек, как едок – конкурент.

Все знают, сколь мирны и благочинны БЕСПЛАТНЫЕ общества «по интересам», добровольные кружки и клубы. И все знают, как много интриг, скрытой ненависти, грызни в сообществах – в которых люди претендуют на оплату, делят некий конечный (в отличие от мысли и общения) ресурс.

Коммунизм, как образ жизни, моментально осуществляется там, где не происходит деления материальных ценностей, где общение сводится к обмену информацией. Ведь отдав своё знание, я его не потеряю, только крепче затвержу, и, глядишь, ещё и чужое заполучу!



[1] Несколько лет назад, в Башкирии, в Учалинском районе археологами была обнаружена древняя обсерватория возрастом 5000 лет. Это озвучили как «Открытие башкирского Стоунхенджа». Археологические раскопки показали нам общество рабовладельческое, и в то же время – первобытно-собирательское.

Строители башкирского стоунхеджа – это, как очевидно из исследований куч оставленных ими отходов – люди охотничьей примитивной экономики, не производившей прибавочного продукта. Тем не менее, они знали рабство, но не экономическое, а КУЛЬТОВОЕ.

Огромные массы охотников и собирателей были согнаны на территорию нынешнего Учалинского района Башкирии, где они строили Вудхендж («Деревянный хендж»), в архитектуре которого нет каменных конструкций – только деревянные.

Все эти хенджи объединяет круговая планировка, системы валов и рвов, каменные конструкции, а если их нет – столбовые ямы от деревянных частоколов, а главное – ритуальная принадлежность этих грандиозных сооружений, их астрономическая значимость.

Судя по пищевым отходам, люди страшно голодали: каждая кость разбита для высасывания костного мозга, попадаются кости хищников (нескольких волков), хотя вольче мясо омерзительно на вкус, и даже обглоданные человеческие кости. Рабов согнал на стройку какой-то первобытный фанатизм (вроде того, что строил гигантов из камня на о.Пасхи), но, поскольку производительного хозяйства ещё не было, то и источники пищи для строителей оказались весьма скудны.

Учалинская находка дала основание ученым ЕврАПИ Р.Латыпову и А.Туху предположить, что первой формой рабства было не экономическое рабство, а идеологическое, культовое, напрямую вырастающее из дремучего животного садизма. Такое рабство отлавливает рабов не для труда и выгоды, а ради удовлетворения демонических культовых нужд – в качестве ритуальных жертв или строителей шаманско-храмовых комплексов.

[2] Вслед за А. Сен-Симоном Конт разрабатывал идею трёх стадий интеллектуальной эволюции человечества. Конт сделал вывод, что есть некий великий закон, согласно которому каждое из наших главных познаний проходит последовательно через три различных теоретических стадии:

Теологическая (фиктивная, состояние вымысла) — необходимый, исходный пункт развития человеческого мышления; все явления объясняются на основе религиозных представлений; имеет место господство сверхъестественного, поскольку оно объясняет всё, что представляется аномальным и невозможным; нет самостоятельной идеологии, отличной от религиозной, в мировоззрении слиты светское и религиозное, жизнь проникнута духом насилия, завоеваний.

Метафизическая [1300—1800] (абстрактная, состояние отвлечённое) — теологические идеи вытесняются отвлеченными философско-спекулятивными понятиями, «мнимыми сущностями» и выдуманными «первопричинами» — «идеи» Платона, «формы» Аристотеля и схоластов, «общественный договор», «права человека», «субстанция» Спинозы, «вещь в себе» Канта, «абсолютный дух» Гегеля, «материя» материалистов и так далее. Также на этой стадии возникают и получают широкое распространение идеи альтруизма, социальности, позитивной философии, индивидуализма, либерализма и демократии, которые в совокупности с развитием промышленности и науки приводят к разложению и разрушению традиционных верований и прежних порядков. Эта стадия включает Реформацию, Просвещение и Революцию.

Научная [XIX век] (положительная, состояние позитивное) — на этой стадии главенствует научное познание, возникает социология и начинают изучаться законы функционирования социальных систем; на основе позитивной философии по-новому реорганизуется общество; на этой стадии разум отказывается от объяснения всех процессов с помощью абстракций и отвлечённых начал, и стремится устанавливать связь между явлениями с помощью наблюдений и рассуждений, находя «неизменные отношения последовательности и подобия»; из общества уходит агрессивность; вместо аристократов и анархистов приходят социократы.

[3] Больше деталей – меньше представлений об их единстве. Описывая представления австралийцев о причинности, времени, пространстве и числе, А. Элькин указывает, что наиболее поразительным является отсутствие выражения их в абстрактных понятиях, нет исчисления времени и измерения пространства в единицах. Еще у Гомера пространство неотделимо от вещей, восприятие носит в основном плоскостной характер. Жители западных островов Торресова пролива плохо различают направления пространства. Для них имеются только два названия: слово «када» обозначает комплекс направления: «направо-вверх-вперед» и слово «муну» -- комплекс «налево--вниз--назад». Древнегреческий философ Эмпедокл уверял, что он «был уже отроком некогда, был и девой когда-то, был и кустом, был и птицей, а также рыбой морской».

[4] 9 апреля 2010 было опубликовано сообщение от немецких археологов и реконструкторов. Они доказали, что системный каннибализм практиковался совсем недалекими нашими предками. Каннибалы проживали на территории современных европейских стран и «отдавали предпочтение» молодым женщинам, подросткам и детям. (Официальный доклад ученых Гейдельбергского Университета о раскопках вблизи города Херксхайм). Согласно данному официальному докладу, акты системного каннибализма имели место в некоторых европейских племенах около семи тысяч лет тому назад. На многих обнаруженных костях отчетливо видны следы человеческих зубов….

[5] Насыщение множества народа — два отдельных чуда, сотворенных Иисусом Христом. Первое чудо — «Насыщение 5000 людей» является единственным чудом (кроме воскресения), которое присутствует во всех четырех канонических Евангелиях (Мф. 14:13-21, Мк. 6:31-44, Лк. 9:10-17 и Ин. 6:5-15). Это чудо также известно под названием: «Чудо пяти хлебов и двух рыбок». Второе чудо — «Насыщение 4000 людей» записано в Евангелиях от Марка (Мк. 8:1-9) и Матфея (Мф. 15:32-39), однако отсутствует в Евангелиях от Луки и Иоанна. Это чудо также известно как: «Чудо семи хлебов и рыбок».

Александр Леонидов; 28 января 2016

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • В.Авагян: "СЕЯЛКА ИЛИ ДАВИЛКА"?

    В.Авагян: "СЕЯЛКА ИЛИ ДАВИЛКА"? ​Основное противоречие США, как мирового гегемона заключается в конфликте расширяющейся, углубляющейся политической экспансии – и сжимающимся контуром экономических отношений. Чем больше поглощает империя – тем больше она разоряет тех, кого поглотила. Если у нормальных империй после захвата начинается восстановление разрушенных борьбой экономик, уже на своей территории, то для США после их победы начинается разорение, выжирание и вымаривание дотла побеждённого.

    Читать дальше
  • …И С ВЕЧНОСТЬЮ ДЫШАТЬ В ОДНО ДЫХАНЬЕ…

    …И С ВЕЧНОСТЬЮ ДЫШАТЬ В ОДНО ДЫХАНЬЕ… «Можно изображать становление национальной буржуазии» – говорит герой новой книги «Волки из пепла» Александра Леонидова – «А можно национальной интеллигенции… Но когда это в одном лице – то смешно получается». И действительно, получилось смешно. Но не в том смысле, что получилось плохо, а в том, что всё произведение пронизано тонким и психологическим юмором, включило в себя сочное богатство народного анекдота, именно язык, а не сюжет анекдотической (в хорошем смысле слова) речи. Если говорить о сюжете, то действительно, персонаж не солгал: основное содержание – становление в РФ национальной буржуазии и национальной интеллигенции. Они метафизически противопоставляются космополитам и компрадорам во власти и быдловатой, худшей части народной толпы.

    Читать дальше
  • В. АВАГЯН: "ТРИЕДИНЫЙ ДЕКРЕТ"

    В. АВАГЯН: "ТРИЕДИНЫЙ ДЕКРЕТ" ​Вот представьте, что вы – производитель сковородок. Конкурентов у вас нет: продуманный протекционизм вытеснил с рынка иностранные сковородки. При этом зарплаты и пенсии в стране растут. И при этом повышать цены запрещено. Людям куда деваться? Они идут и покупают ваши сковородки. Чужих они купить не могут: чужих с рынка удалили. Не покупать – зачем тогда деньги? Продать им дороже твёрдой цены вы не имеете права. Таким образом, перекрывая все сливы капиталов (за границу, в спекуляцию и др.) вы канализируете энергию производительного труда в рост производства. Ваше производство сковородок растёт, предложение расширяется. Вы обновляете производственные фонды, обеспечиваете занятость на рынке труда, ищите новые технические решения, придумываете новые виды продуции...

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека — А. Прокудин.