Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Апрель
пн вт ср чт пт сб вс
    01 02 03 04 05
06 07 08 09 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30      

​«Мы здесь власть!»: МОКроделы...

​«Мы здесь власть!»: МОКроделы... Это вполне ожидалось. В понедельник комиссия Международного олимпийского комитета под руководством бывшего «социалистического» министра спорта Франции и главы Независимой организации антидопингового тестирования (ITA) Валери Фурнейрон предсказуемо отказала в приглашениях в Пхенчхан 13 российским спортсменам и двум тренерам — по мнению МОК, несправедливо оправданным Спортивным арбитражным судом. Напомним: чуть ранее CAS, являющийся высшей и окончательной инстанцией формализованного международного спортивного движения, принял решение оправдать 28 российских спортсменов, пожизненно отстраненных другой «специальной комиссией МОК» от Олимпийских игр.

Мотивировочной части решения Спортивного арбитражного суда пока еще нет. Но совершенно очевидно, что CAS обнаружил настолько вопиющие нарушения, что, даже будучи абсолютно лояльным Международному олимпийскому комитету, просто не был в состоянии подтверждать решения, идущие вразрез не только со спортивным, но и общегражданским правом.

Ответ МОК был прост — решение суда игнорировать. Какой такой суд?

«Комиссия согласилась, что решение CAS не сняло подозрений в допинге, не предоставив комиссии достаточную уверенность в том, что данные 13 спортсменов могут считаться чистыми».

Что называется — можно застыть в изумлении.

В переводе на русский это звучит следующим образом: на основании подозрений, которые мы не должны ни перед кем ни раскрывать, ни тем более доказывать, мы отрицаем судебную инстанцию как институт права.

CAS нам не указ

Потому как если суд не дает нам «достаточную уверенность» в том, что наши подозрения беспочвенны, мы по-прежнему имеем полное право попирать Олимпийскую хартию, базовые принципы международного общегражданского права и права человека, включая право на труд.

Не говоря уж о каких-то замшелых глупостях вроде презумпции невиновности.

Короче, прямо-таки классическое: «Мы здесь власть».

Комментировать всерьез все это просто невозможно. Группа никем на то не уполномоченных спортивных чиновников полностью переписывает все существующие законы «под себя», а если им не нравятся судебные решения, они их не только не обязаны исполнять, но еще и заявляют о том, что суд необходимо «реформировать» в соответствии с их представлениями о прекрасном.

А нам в этой замечательной реальности «нового дивного мира» предлагается жить, оплачивая прихоти новых «властелинов» из своего собственного кармана (просто напомним про «15 миллионов долларов для начала»). И не смея даже просить их объяснить, на основании чего конкретно ими принимаются решения.

Читайте также: Отказались хоккеисты, биатлонисты, фигуристы: россияне готовы бойкотировать открытие Олимпиады в Пхенчхане

И поэтому тут, пожалуй, уже имеет смысл думать главным образом не о предстоящей Олимпиаде в Южной Корее, стараниями нынешних спортивных бюрократов из WADA и МОК уже вставшей в один ряд с «неполными спортивными форумами» времен холодной войны. Она пройдет так, как пройдет.

Теперь надо думать о том, что со всем этим взбесившимся спортивно-бюрократическим зоосадом делать по завершении Игр. Надеяться, будто эти люди остановятся и «не продолжат тренд», крайне наивно.

У них сейчас на кону такие деньги и такая власть, что они будут гнуть свою линию, позволяющую так или иначе участвовать в распиле «олимпийского наследства» до конца.

Причем до конца не своего, а всего олимпийского движения: ибо спорт, лишенный спортивного принципа честного соревнования, просто перестает быть собой.

Скажу честно: я лично (как и все, пожалуй) не знаю, что конкретно в этой ситуации делать.

Гигантская транснациональная бизнес-корпорация под названием «некоммерческая организация Международный олимпийский комитет» живет по своему внутреннему распорядку, который устанавливается исключительно ее высшим менеджментом, бесконтрольно и не уравновешиваясь ничем.

ЗаМОКнулись на спорт

Теперь уже, кстати, просто по факту — и «судебной властью» в лице CAS.

И способна ли эта организация хоть к какому-то реформированию и «постановке под контроль» неважно кем — хоть «общественностью», хоть государствами, хоть ООН, — очень большой вопрос.

С другой стороны, терять олимпийское движение, «приватизированное» этими светлыми людьми по факту, а по сути являющееся, извините за пафос, бесспорным достоянием всего человечества, тоже очень не хочется.

Можно, конечно, оставить «все как есть». Но тогда, как уже было сказано, олимпийское движение просто умрет.

Просто потому, что спорт, лишенный принципа честного соревнования, просто банально неинтересен зрителю и болельщику. И те рекламно-спонсорские деньги, за «участие в потоках» которых менеджмент МОК так бьется в своих корпоративных интересах, — оттуда просто уйдут.

Поэтому, вероятно, тем, кто у нас отвечает за международную спортивную жизнь страны, предстоит поучиться у тех, кто несет ответственность за прочие аспекты международной жизни.

Ведь как-то так вышло, что Евросоюз под дружные крики о необходимости сдерживать Россию горячо одобряет строительство новых газопроводов в обход собственных «ассоциированных партнеров».

При этом каким-то образом получилось, что на исходе большой кампании по наказанию России Минфин США выдает вердикт «с русскими ссориться не рекомендуется».

Читайте также: Охота за счетами участников «кремлевского доклада» началась

Олимпийский принцип, напомним, — «Быстрее, выше, сильнее». Это в данном случае означает, что в диалоге с МОК справедлива и обратная формулировка: «Слабых бьют» (В.В. Путин).

Значит, выбор стратегии на будущее невелик: дать почувствовать международной бюрократической корпорации МОК силу России — или будут бить.

Д. Лекух

7 февраля 2018

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ​Самозамкнутость и Традиция

    ​Самозамкнутость и Традиция В детских книжках, которые я очень любил в детстве, поучительные картинки всегда изображали очень кучно и динозавров и электроны атома. В реальной жизни динозавры не смогли бы жить так близко друг от друга, а электрон далёк от ядра атома так же, как булавочная головка на последнем ряду гигантского стадиона была бы далека от теннисного мячика в центре стадиона. Но нарисовать так в книжке нельзя – потому рисуют кучно, сбивая масштабы. Та же беда случается всегда и с историей цивилизации. Оглядывая её ретроспективно, из неё сливают огромные пустоты разреженного протяжения, оставляя близко-близко друг от друга значимые факты духовного развития.

    Читать дальше
  • "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..."

    "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..." Московское издание полной версии романа А.Леонидова "Иго Человеческое" - не оставит равнодушным никого, кто думает о судьбе Отечества, да и просто об устройстве человеческой жизни. В остросюжетной форме исторического повествования автор ставит самые глубинные и "проклятые" вопросы, на которые бесстрашно, порой, может быть, опрометчиво - даёт ответы. Спорить с автором в данном случае ничуть не менее полезно, чем соглашаться: произведение ВЗРОСЛИТ, независимо от отношения читателя к заявленным идеологемам.

    Читать дальше
  • ​«Легенда о Китеже» и западная советология

    ​«Легенда о Китеже» и западная советология Чтобы понять, о чём речь, предлагаю сперва рассмотреть условную, умозрительную модель, которую пока не привязываю ни ко времени, ни к географическому месту. Модель начинается словом «Допустим». Просто допустим, что есть система, в которой житейские доходы человека неопределённые. В силу неопределённости (обозначаемой алгебраическим «х») они могут быть любыми. Есть вероятность любого значения «х». «Х» может быть равен 0, 1, 2, 5, 100 и т.п. Личные доходы человека не ограничены ни сверху, ни снизу. Они строго индивидуальны: могут быть сколь угодно большими, а могут и вообще отсутствовать (=0).

    Читать дальше

Свобода - более сложное и тонкое понятие. Жить свободным не так легко, как в условиях принуждения. — Томас МАНН.