Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,4296 руб.
  • Курс евро EUR: 68,0822 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,2039 руб.
Декабрь
пн вт ср чт пт сб вс
            01
02 03 04 05 06 07 08
09 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31          

Найти силы для перемен!

Найти силы для перемен! ​В силу существенных искажений рационального разума деструктивными либеральными доктринами популизм у нас понимают как нечто, приятное народу, но вредное для элит. А потому и неприемлемое: правильными либералы признают только «непопулярные» реформы. Всё же «популярное» - вредно экономике (чьей?) и развитию (чьему?). На самом деле популизм – это двойная мораль, стремление лживо понравиться публике. Популизм – это когда человек говорит приятное слуху, а делает при этом что-то своё, не стесняясь расхождением слов и дел. Если бы политик действительно проводил популярные реформы, то он назывался бы не популистом, а народным трибуном или ещё как-нибудь возвышенно.

Популистом же его зовут, потому что он лжец. Говорит одно (популярное) а делает прямо противоположное (спрятав своё людоедство под популярными лозунгами).

Честность и ответственность в современной политике не в фаворе, а потому именно популизм победил в ней с разгромным счётом. Его приметы:

  • 1)Практически все рвущиеся к власти партии говорят об одном и том же;
  • 2)Все партии, сколько-нибудь влиятельные, изначально не настроены делать то, о чём говорят.

Например, как понять разницу между демократической и республиканской партиями? Если бы боролись монархическая и республиканская, было бы понятно. Если монархическая и демократическая – тоже. Но ведь людям предлагают выбрать между совершенно одинаковыми доктринами! Это как спросить: «Что предпочитаете на ужин, лосося или лосося?»

+++

Развитое человеческое сознание обладает твёрдостью целеполагания и твёрдостью памяти. Иначе говоря, оно ясно понимает, чего хочет, к чему стремиться, и хорошо помнит собственные провалы на этом пути. В высшем состоянии оно учится на чужих, а уровнем пониже – хотя бы на собственных ошибках.

Либеральное сознание майданного типа не имеет ни цели, ни памяти. Ошибки не могут его ничему научить – потому что оно тут же забывает все ожоги: «шрам вижу, а откуда он взялся – вспомнить не могу». К тому же и цели очень туманны, расплывчаты, всё больше и больше соответствуют определению «некорректно поставленная задача».

То есть, в буквальном смысле: если эти либеральные мысле-сопли загрузить в «машину исполнения желаний», то она выдаст вердикт: «некорректные условия задания».

Некое расплывчатое желание «пусть будет хорошо» упирается в неопределённость понятия «хорошо». В отличие от квартиры, измеряемой квадратными метрами, или молока, измеряемого литрами, жирностью – единицы «хорошечности» непонятны языку алгоритмики.

Садисту хорошо, когда он всем сделал больно. Мазохисту – когда ему сделали больно. Наркоману – когда он ширнулся дозняком. Дегенерату хорошо, когда его не заставляют учиться, делая всё его время «свободным» - под слабоумные занятия и тупые развлечения. Тунеядцу хорошо, когда его не привлекают ни к каким работам. Наконец, хищнику хорошо – когда он убил и расчленил жертву.

Если всю эту пестроту чаяний загрузить в гипотетическую «машину желаний» - она просто сгорит от противоречий!

Когда коллективный «явлинский» требует «смены лиц», то мы понимаем, что его «лица» оторваны от дела, их смена важна условному «явлинскому» сама по себе, и не влечёт за собой никаких последствий, кроме нарастания либерального хаоса.

Когда тот же условный «явлинский» требует «независимого суда» - то мы понимаем, что оценивать уровень независимости суда он оставляет себе, и никому иному. То есть: под видом «независимых судов» либералы требуют зависимых от них судов!

В начале пути либералы врали, что их свистопляска – средство роста экономики, производительности, уровня жизни людей. Теперь, когда нет ни того, ни другого, ни третьего – либералы говорят, что их свистопляска есть самоцель, высшая ценность, ради которой можно пожертвовать и производством, и потреблением, и судьбой, и жизнями людей. Десятки тысяч жертв гражданской войны – ничтожная для них плата за счастье поменять одного жулика в Киеве на другого.

Мягко говоря, странным выглядит «народовластие», при котором народ выбирает себе повышение пенсионного возраста, ухудшение пенсионной системы по сравнению с прошлым(!) веком; а ведь именно такие «реформы» проведены не только в РФ, но и во всех странах Запада.

+++

Если судить о демократии по «явлинским» (образ собирательный для всех либералов-западников-рыночников), то придётся понимать под «демократией» всякое угодное лично им положение вещей. Никакого более точного определения «демократия» в их версии не имеет: просто то, что им нравится, называется «демократией». Равно как и честностью, законностью, справедливостью и т.п. Наоборот, всё, что им не нравится – именуется нечестным несправедливым беззаконием.

При этом вопрос с «мнением народным» решается очень оригинальным образом (но в духе популизма): это мнение не принимается, а просто повторяется, как повторяет попугай заученные фразы. Все партии обещают народу, чего он хочет, а у народа не хватает мозгов и памяти, чтобы их проверить на длинной дистанции.

+++

Поскольку формирование двуличного и двухэтажного «общества спектакля» в целом в западном мире завершено – нелепо даже и спрашивать, чего хочет или планирует, например, президент Зеленский. С таким же успехом можно мучится вопросом – чего думает или хочет актёр, исполняющий роль персонажа в просмотренном фильме! Актёр играет определённого сценарного персонажа, и передаёт не собственные, а сценарные послания.

Зеленский не может закончить войну – как, впрочем, он не может он её и начать, он не может сам по себе, ни поднять, ни опустить уровня жизни, и т.п.

Что же в сухом остатке?

Актёр будет говорить то, что люди хотят услышать (а точнее то, что кукловодам кажется, что люди хотят слышать). Актёр будет делать то, что прописано в сценарии, а если увлечётся импровизациями, то его удалят со съёмочной площадки за своеволие. Не актёры делают фильм, понимаете, его делают те, кто за кадром!

В итоге бесполезно как слушать, что говорит прозападный политик, так и гадать, что он на самом деле думает. Топор говорит языком дровосека и действует только в руке дровосека, сам же по себе – неодушевлённая материя.

За картонными декорациями текущей политической жизни спрятаны силовые машины реальности. Они приводятся в действие восходящими и нисходящими трендами массовой психики: способностью или неспособностью массы желать и помнить, чего вчера желала.

Если обе способности в массе людской утрачены, то жизнь приспосабливается под безголовую толпу. Иначе говоря – жизнь выдвигает в руководство удовлетворителей звериных инстинктов: тех, которые действуют в надежде на низость человеческую и говорят в надежде на беспамятство человеческое…

+++

Существуют в каждом человеке две правды: животная правда, правда животных инстинктов и человеческая – связанная с реализацией определённых сакральных идеалов. Они тем более таинственны, что в разных идеологиях – разные. Конечно, не совсем: ОТЦ учит, что у всех человеческих идеалов имеется общее смысловое ядро. Но и она не закрывает глаза на то, что различий тоже хватает, да и сама по себе сакралия обречена подпитываться духом, верой, не может опираться на материальную вещественность, на телесное удовлетворение.

Что касается животной правды, то это – т.н. «физиологическое процветание особи». Оно состоит всего из двух частей: роскоши и доминирования. Любое животное, даже низших видов, стремится к изобилию питающих его благ + к страху или хотя бы уважению себе подобных. Когда животное попадает в обстановку роскоши и доминирования, оно испытывает полное и окончательное удовлетворение, а все его действия связаны только с поддержанием текущего состояния: «остановись, мгновенье, ты прекрасно!».

Человеку (в чём, собственно, и заключается его главное отличие от животных) роскоши и доминирования мало. Человек стремится воплотить в жизнь вероисповедные идеалы, имеющие для животного иррациональную природу, статус «безумия». Животное равнодушно к т.н. «высоким идеалам», если они не затрагивают его комфорта, но очень агрессивно к ним, если они угрожают роскоши положения доминирующих особей. Например: христианство в дистиллированном виде папизма Зверь принимает, и даже полагает полезным, христианство в версии Савонаролы ненавидит и сжигает на кострах.

Главная проблема животного во власти – заключается даже не в его жестокости, и даже не в его примитивности, хотя они всегда налицо. Главная проблема – материальная реальность подстраивается под духовный мир человека. То есть: вначале мечта, потом инфраструктура. И если человек внутри, в своих мыслях, животное – то и окружающая его реальность теряет черты «антропогенного ландшафта». Происходит «конвергенция признаков» мест обитания животных и людей. Не совсем понимая этот процесс, но остро его чувствуя, коммунисты называли капиталистические мегаполисы «каменными джунглями». То есть – ещё не совсем джунгли, но уже и не совсем города разумных существ. Нечто среднее. Это – отражение конвергенции форм жизни, связанное с конвергенцией форм сознания.

Среди печальных законов мироздания – есть ещё и такой, что животное не умеет тяготиться животными условиями существования. Ими тяготиться только попавший в них человек – то есть сложившаяся в искусственных условиях культуры («возделывания») личность. Животное же тяготится не диким миром, а наоборот, попытки ставить этому «миру свободы» барьеры, ограничения и условности. Животное, пока не потеряло членораздельную речь, называет эти барьеры и табу культуры – «административными барьерами». Величайшее противоречие зоопсихологии в том, что особь очень хочет управлять – но совсем не желает, чтобы ей управляли. Особь вполне органично (инстинктивно) ненавидит чужой произвол, и обожает собственный.

Это возникло не просто так. Это возникло в результате естественного процесса, в силу которого центр самоосознания понимает себя как центр и смысл Вселенной. Само выражение «окружающий мир» подчёркивает периферийность, второстепенность, служебную (или враждебную) роль мира вокруг.

У животного не может быть иной ценности, кроме его самого. В зоопсихологии есть «Я», есть полезное мне, и есть вредное мне. Для того, чтобы выйти из этого самоцентризма, необходима иная точка зрения, внеположенная «Я». Для того, чтобы иметь глазомер, понимать перспективу – необходимы два глаза, создающие зрению бинокулярность зрения.

Для того, чтобы адекватно оценивать свои масштабы в мире, во Вселенной – сознанию тоже нужны две точки обзора, «Я» и «не-Я». То есть способность оценивать себя со стороны, как бы глядя на себя глазами иного мыслящего существа.

Это и свершилось в религиозных культах (создавших представления о государстве, праве и морали, а так же объективной истине) – когда человек удалил себя с центрального стула во Вселенной, и поместил туда «не-Я», оценивающее мышление, не связанное с особью.

Сейчас с нарастающей скоростью происходит обратный процесс: бинокулярность психического восприятия утрачена, человек – это «Я» и только «Я».

Отсюда его равнодушие и даже враждебность ко всем «высоким идеалам» и вообще абстрактному мышлению, к «чистой» (не связанной с личной выгодой) истине. Человек рассуждает так: то, что служит мне – вспомогательная система, созданная под меня. А то, что мне не служит – зачем вообще нужно? Я его и даром-то не потерплю, не то что за него платить, чем-то жертвовать!

+++
Вам покажется тавтологией, но вдумайтесь в эти слова: цивилизация нужна только тем, кому она нужна. Тем же, кому она не нужна – она не нужна. Если у человека нет потребности в справедливости, то он не понимает смысла институтов поддержания справедливости. И негодует на их затратность. Если человеку не нужно книгоиздание – то он не понимает смысла книгоиздания, и негодует, если с него будут взимать на это дело лепту.

Точно так же человек, чьё мышление находится на догосударственном уровне мышления (а такова значительная часть «поколения ЕГЭ») – не понимает ни устройства, ни смысла в государстве.

Если есть люди, которые в своём социальном развитии ещё не доросли до национальных объединений (индейские племена в Северной Америке или австралоиды), и даже под страхом истребления неспособны к национальной солидарности, то есть и другие люди.

Те, которые уже не в состоянии иметь государство и нацию в голове. Не видя смысла в государстве – они не видят в нём и потребности; так человек, не привыкший кушать устриц, не видит в устрицах товара, не готов платить за них или даже взять бесплатно. Завозить устриц к таким людям – только погубить партию скоропортящегося товара, и ничего более.

Аналогична и судьба державности, культуры, цивилизации, которые пытаются прививать либеральным дикарям. От них вся эта «ненужность» отлетает, как от стенки горох. Не востребованное – воспринимается как непотребство.

Такие либеральные дикари обречены на популизм политиков в самом худшем смысле слова «популизм», который мы разобрали в начале статьи. Честный и ответственный политик не может ни победить в их среде, ни выдвинуться, ни (если каким-то чудом захватит власть) – вести их за собой.

В таком обществе побеждают только бесчестные и безответственные проходимцы, которые удовлетворяют свои животные инстинкты, апеллируя к животным инстинктам своей «паствы». Грубо говоря, становятся миллионерами, наврав всем, что сделают миллионерами всех.

+++

А поскольку у общества нет ни цели, ни памяти, оно шарахается из стороны в сторону, и не учится на собственных ошибках. Но это не замкнутый круг, а падение в бездну: ведь энтропия от пира к пиру, от оргии к оргии нарастает, всё человеческое рассыпается в труху, продуцируя низших животных, одержимых лишь низменными страстями.

Можно изменить всё: технику, институты, методы, подходы, структуру, строение общества. Нельзя извне изменить только одно: человека. Пока человек не захочет быть человеком – все истины разума будут гласом вопиющего в пустыне…

Александр Леонидов; 26 августа 2019

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • Наш сайт (ЭиМ) глушат!

    Наш сайт (ЭиМ) глушат! Одно дело - слышать про такое со стороны. Другое - лично столкнуться.В РФ начиная с 30 сентября сего года неизвестными лицами произведено техническое веерное отключение сайта ЭиМ, который для большинства пользователей вдруг стал "недоступным". У нас он работает, как ни в чём не бывало, но мы - в локальном пузыре, а с мест сообщают, что сайт нигде не открывается.

    Читать дальше
  • ​«АПОЛОГЕТ»: ПРЕДЕЛЬНАЯ КОНЦЕНТРАЦИЯ ИСКРЕННОСТИ...

    ​«АПОЛОГЕТ»: ПРЕДЕЛЬНАЯ КОНЦЕНТРАЦИЯ ИСКРЕННОСТИ... Можно спорить о художественных достоинствах или философских идеях романа «Апологет» А. Леонидова, на днях опубликованного замечательным издательством «День Литературы»[1]. Об одном спорить не приходится: с такой стороны революцию и советский строй ещё никто не осмыслял! Ни сторонники, ни противники таким образом её не рассматривали, факт. Остальное – спорно. Как, в общем-то и должно быть с художественным произведением, главное требование к которому во все времена – свежесть и оригинальность. И это есть…

    Читать дальше
  • ​О. Василий (Литвинов): Слово об экономике

    ​О. Василий (Литвинов): Слово об экономике В первой части Открытого Письма (Слово о счастье) мы выяснили, что сверхбогатым людям мешает обрести счастье внешняя и внутренняя агрессия. Чтобы найти способ преодоления проблемы, надо определить её источник. Так, где же "собака зарыта"? На данный момент политэкономия указывает нам: произвольное деление земных, материальных благ делает людей врагами друг другу. Не какие-то мифические классы, а именно людей, персонально.

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношение каждого конкретного человека..