Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Июль
пн вт ср чт пт сб вс
    01 02 03 04 05
06 07 08 09 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31    

ИСТОКИ РАВНОПРАВИЯ И ОШИБКА МАРКСА

ИСТОКИ РАВНОПРАВИЯ И ОШИБКА МАРКСА ​Горе всем, кто построит дом свой на песке. Русские – не исключение. Русский социализм, построенный на песке смыслов марксизма, рухнул, «и было падение его великое». Ведь в марксизме совершенно естественно и даже органично – считать царскую Россию отсталой азиатской деспотией, а эталоном развития – наиболее враждебную русским державным интересам буржуазную Англию. Маркс, проживавший в Англии, и, не исключено – определённым образом включенный в расчеты английского колониализма – преподносит нам Англию, как эталон развития.

Далее от этого эталона начинает отсчитываться «отсталость» стран и народов. Простота в данном случае – хуже воровства: чем более устройство какой-либо страны схоже с английским – тем более она «цивилизована». Чем менее похожа страна на Англию – тем более она уродлива, отстала, архаична. То есть не движение цивилизации, не близость к социализму взята за основу оценки, а простое соответствие/несоответствие Англии…

В схеме Маркса историософия такова: вначале был хаос зоологического неравенства. Из этого хаоса образовалась «азиатская деспотия» - в которой один главный вожак подавил и поработил всех. Затем путём разложения деспотии возникают права человека сперва у магнатов, олигархов, богачей и прочих хозяев жизни. И далее – через развития парламентаризма – эти права человека спускаются всё ниже и ниже, пока, наконец, не охватывают всю толщу народонаселения, что и знаменует собой переход к социализму, а далее – к коммунизму.

Поэтому парламентская Англия казалась Марксу ближе к социализму, чем царская Россия. Когда Марксу указывали на общинность русского крестьянства, на неукорененность институтов собственности в России – Маркс с негодованием отвергал такие взгляды.

А ведь, с точки зрения чисто технической – государственной и общественной собственности в царской России было гораздо больше, чем в Англии XIX века! Да и представления о равенстве были в царской России более развиты: русский солдат из крепостных часто выходил в офицеры, получая при этом дворянство, браки между дворянами и крепостными девушками были достаточно распространены. Для Англии такое неуважение к сословности немыслимо!

Почему же переход к социализму должен был свершиться не там, где он реально свершился, а там, где он так и не свершился – в Англии и похожей на неё Западной Европе?

Маркс видит в царизме только тьму бесправия. В этом деспотическом строе всякий человек – и нищий, и светлейший князь – лишь холоп царя, и ничего больше. Царь может расправится с самым значимым аристократом так же быстро, как и с последним нищим…

Иное дело Англия: в ней (времен Маркса) лютое и безысходное бесправие низов (неплохо описанное, кстати, самими Марксом и Энгельсом) сочеталось с определёнными правами и защитными системами верхов. Верхи Англии жили УЖЕ в гражданском обществе, и, по мысли КМЛ, предстояло лишь перевести туда низы…

Мы считаем такой взгляд существенной и фундаментальной ошибкой обществознания.

С нашей точки зрения в реальности всё было вовсе не так, как представляли себе марксисты.

Вначале мы имеем дело с зоологическим неравенством, выстроенном на зоосадизме и жажде альфа-доминирования. Этому животному состоянию противостояла сфера идеалов и идеального, выстроившая проект не только формального, но главное, фактического равноправия людей.

Мы полагаем, что высшая стадия равноправия – горизонтальное равноправие, оно же социализм/коммунизм – не может возникнуть само собой. Необходимой ступенью оно должно иметь низшую, примитивную стадию равноправия – равноправие всех перед царем.

Царь – не Бог, конечно. Он порой бывает вздорным, капризным, деспотичным, несправедливым. Поэтому равенство перед лицом царя – низшая стадия равенства, неразрывно связанная с феодальными гримасами и извращениями.

Тем не менее, для высшей стадии равноправия, горизонтальной, правовой – необходима ученическая стадия вертикального равноправия. Она порой уродлива – но она есть школа равенства между князем и мужиком…

Ничего подобного нет при тупиковом буржуазно-парламентском развитии, столь любезном сердцу Маркса, как и всех западников. У лордов, князей, олигархов и магнатов – в нём нет общих интересов с нищей народной толщей. Получив все права, эти лорды и магнаты из поколения в поколение всё более и более воспринимают себя как сверхлюдей, как высшую касту, как отдельный биологический вид. Своих же слуг лорды воспринимают как недочеловеков, унтерменшей, как нечто, подобное скоту. Царская деспотия не уравнивает богатых и бедных равной вероятностью расправы. Лорд теряет в итоге и страх и совесть, перерождаясь в носителя идеи «многоэтажного человечества», состоящего из сверхчеловеков и недочеловеков.

В этом смысле Гитлер – всего лишь внимательный ученик европейских парламентаристских штудий. Строй буржуазной Англии, который казался Марксу эталоном – на самом деле вёл (и, что важнее, ведёт) – к ФАШИЗМУ в самом прямом смысле этого слова.

Если через примитивное и первичное, вертикальное равноправие царской деспотии – логичен и очевиден выход к более высоким стадиям равноправия, горизонтальным, то из буржуазного парламентаризма дорога одна: в многоэтажное человечество, в фашизм.

Если мы посмотрим на историю, то увидим, что история развивалась именно по этой логике, а вовсе не по домыслам Маркса и прочих западников. Европа не породила социализма (его породила Россия – что в нашей схеме вполне объяснимо). Европа породила фашизм. Кастовое общество и не может породить ничего другого в век секуляризации, в век ослабление влияния церковных рычагов на поведение людей.

Почему? Потому что Европа не прошла первых классов школы равноправия – вертикального равноправия (все равны перед царем). Оттого Европа не могла сразу перейти к горизонтальному равноправию – справедливости скрижального типа, попирающей и отменяющей зоосадизм и жажду альфа-доминирования. Европа делала те исторические выводы, которые следуют из её собственного опыта – а именно: расширение пропасти между сверхчеловеками (обладателями всех благ и всех прав) и недочеловеками. Уэллс гениально отразил это в образе морлоков и элоев…

Но если расширять пропасть между господствующими и подчиненными стратами – то, конечно, возникает эффект социального каннибализма, пожирания лордами своих слуг. Не в том смысле, что они ими закусывают (хотя в масонских ложах сатанинского типа… - впрочем, это другая тема), а в том смысле, что сверхчеловеческое сверхблагополучие достигается за счет пожирания судьбы, мечты, перспективы обделённого человека.

Привычка к социальному каннибализму делает общество абсолютно тупиковым с точки зрения прогресса и цивилизации.

Поясню простым примером. Родились в СССР я – и какой-нибудь сынок приватизатора. В СССР мы бы примерно в одно время (как ровесники) получили бы жильё, допустим, по 50 кв. метров каждый.

СССР развалился, и я не получаю ничего: ни 50, ни даже 10 квадратных метров. Это позволяет сынку приватизатора получить вместо 50 100 кв. метров. Если же он, кроме моей, сожрёт ещё чью-то судьбу – то получит 150, 200 кв. метров и т.п. Чем больше судеб он сломает и сожрет – тем выше его благополучие, перерождающееся в сверхблагополучие, недостижимое (внимание – важный момент!) в честном и правовом обществе.

Получается, что выше определённой планки потребления оно может повышаться только путем социального каннибализма: пожирания низших слоёв общества, у которых отбирают последнее, пожирание в рамках колониализма покорённых народов, и т.п. Важное место в этом пожирании занимает пожирание природы, экологический разбой во имя сверхпотребления избранных…

***

Давайте же поймем, что мысль Маркса о том, что из неравноправие может выйти высшая степень равенства – в лучшем случае наивна, в худшем же – орудие британского империализма. Развитие заложенных в Западной Европе (и её английском культурном ядре) тенденций – порождает фашизм. Развитие тенденций царской России порождает социализм.

А разве не так всё и было?!

Александр Леонидов; 27 июня 2016

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ​Самозамкнутость и Традиция

    ​Самозамкнутость и Традиция В детских книжках, которые я очень любил в детстве, поучительные картинки всегда изображали очень кучно и динозавров и электроны атома. В реальной жизни динозавры не смогли бы жить так близко друг от друга, а электрон далёк от ядра атома так же, как булавочная головка на последнем ряду гигантского стадиона была бы далека от теннисного мячика в центре стадиона. Но нарисовать так в книжке нельзя – потому рисуют кучно, сбивая масштабы. Та же беда случается всегда и с историей цивилизации. Оглядывая её ретроспективно, из неё сливают огромные пустоты разреженного протяжения, оставляя близко-близко друг от друга значимые факты духовного развития.

    Читать дальше
  • "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..."

    "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..." Московское издание полной версии романа А.Леонидова "Иго Человеческое" - не оставит равнодушным никого, кто думает о судьбе Отечества, да и просто об устройстве человеческой жизни. В остросюжетной форме исторического повествования автор ставит самые глубинные и "проклятые" вопросы, на которые бесстрашно, порой, может быть, опрометчиво - даёт ответы. Спорить с автором в данном случае ничуть не менее полезно, чем соглашаться: произведение ВЗРОСЛИТ, независимо от отношения читателя к заявленным идеологемам.

    Читать дальше
  • ​«Легенда о Китеже» и западная советология

    ​«Легенда о Китеже» и западная советология Чтобы понять, о чём речь, предлагаю сперва рассмотреть условную, умозрительную модель, которую пока не привязываю ни ко времени, ни к географическому месту. Модель начинается словом «Допустим». Просто допустим, что есть система, в которой житейские доходы человека неопределённые. В силу неопределённости (обозначаемой алгебраическим «х») они могут быть любыми. Есть вероятность любого значения «х». «Х» может быть равен 0, 1, 2, 5, 100 и т.п. Личные доходы человека не ограничены ни сверху, ни снизу. Они строго индивидуальны: могут быть сколь угодно большими, а могут и вообще отсутствовать (=0).

    Читать дальше

Свобода - более сложное и тонкое понятие. Жить свободным не так легко, как в условиях принуждения. — Томас МАНН.