Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Август
пн вт ср чт пт сб вс
          01 02
03 04 05 06 07 08 09
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31            

​Обсуждаем ОТЦ: Глава III (материалы к размышлению)

​Обсуждаем ОТЦ: Глава III (материалы к размышлению) Название главы - "Формирование исторических форм цивилизации и главный антагонизм человеческой истории": Если мы выделим основные факторы, которые сформировали человеческую историю изначально, и до наших дней, которые присущи всякой исторической практике без исключения, то это будут: -Проект -Разрушительные, деструктивные силы -Защита проекта насилием над деструкторами -Чрезмерность охранительного насилия, вырождающаяся в деструктивные практики самоуправства и произвола самодуров. Живое сочетание этих четырёх начал и создаёт ВСЕГДА И ВСЮДУ всё пёстрое полотно исторического проявления цивилизации. Без проекта цивилизация бы не началась, а без противостоящих мечте разрушительных сил – приняла бы сразу идеальную, а не сложно-диалектическую, историческую форму.

Текущие интересы людей-особей различны, противоположны.

Оттого их метания хаотичны и взаимно-противоречивы

Преодолеть центробежные силы растаскивания может только общее дело, которое встанет выше бытовой текучки и межличностных антгагонизмов.

В древней истории мы видим только одну форму Общего Дела, превращающее множество в единство, а скопище в общество: Храм. Только этому инструменту под силу превратить крошечную первобытную общину (как правило, родственную) в более широкую форму: Общество. Храмовые хозяйства, храмовое служение, единство культа – преодолевают разнонаправленность шкурных человеческих интересов. Экономические отношения не могут её преодолеть, потому что в экономической жизни выгода одного – вытекает из невыгоды, тяжёлого положения другого, и наоборот[2].

Повсюду в истории древнего мира мы встречаем у истоков государственности храмовые общины и приоритет Культа над Шкурничеством (превращающий орду в город-государство, а далее и в полноценное государство).

Конечно, любой религиозный культ, учитывая его мистические глубины и потусторонние слагающие – больше и шире социального проекта. Но всякий культ, с древнейших времён и до наших дней, всегда составлял социальный проект, как инструмент своего земного существования.

Культ учит, как должен жить, вести себя в быту человек – и это учение расходится с аналогичным учением о поведении зоологических инстинктов в человеке. По формуле: «инстинкты тянут к одному, но священнодействие требует другого». Так рождается цивилизация – искусство, преодолевающее грубое и животное текущее естество.

Проект есть инструмент перехода из наличного состояния в воображаемо-желанное. Если бы не требовалось выходить из того, что есть, то никакой прогресс был бы немыслим! Мы живём, как живём, и не думаем ничего менять – откуда же взяться прогрессу? Независимые от нашего сознания, связанные с внешними причинами изменения, конечно, могут происходить (ледник, вулкан, землетрясение, потоп или засуха) – но они никуда не ведут. В таких переменах, вызванных внешним воздействием, нет проекта, нет движения из низшей точки в высшую. Есть лишь движение из одной точки в другую – вне координат.

Осмысленные преемственные и поступательные работы по проекту свойственны всем цивилизациям. Рассмотрим для примера самую близкую нам (и самую успешную) – христианскую, помня, что и в иных цивилизациях эти мотивы тоже присутствуют.

Социальный проект христианской цивилизации – это:

-Обожение[3] человека

-Добротолюбие

-Реализм

Обожение[4] человека – многовековая, укоренённая идея прогресса, гармоничного (всестороннего, умственного и нравственного) развития человека, она же «космизм», она же учение о ноосфере. Религиозный язык говорит о «стяжании Духа Мирного», а выросший из него светский язык европейской науки – о «чистом Разуме». То, что идея прогресса возникла не сама собой – можно доказать уже одним тем, что у большинства народов планеты её попросту нет[5].

То, что идея прогресса много раз отходила от своего первоначального, гармоничного строения (соразмерность развития всех сторон человеческой жизни) и принимала патологические перекошенные в ту или иную сторону формы – тоже несомненно. «Перекос» с точки зрения ОТЦ – есть отказ от одной стороны цивилизованной жизни для ускоренного и гипертрофированного развития другой (всё равно, что кормить печень почками или наоборот). «Перекос» нарушает органичность прогресса, когда, например, прогресс технических знаний не сопровождается нравственным восхождением (а бывает и наоборот). Единство духовной и умственной жизни разбивается на условные доли, и люди, склонные к сектантстким извращениям, молятся вместо целого – его частице.

Но в основе идеи прогресса, совершенно очевидно, лежит сознательное стремление человека как можно дальше оторваться от звериных реалий дикой природы и как можно ближе подойти к умозрительно постигаемым возможностям Творца.

В итоге человек учится и умеет делать то, что его предки не знали и не умели делать. Такова формула прогресса цивилизации, а если её развернуть наоборот, то получим научное определение социального дегенерата: существо, утратившее присущие его предкам знания и способности.

+++

Идея обожения человека – есть породивший все науки путь разума в поисках Истины. Постичь Истину во всей её полноте невозможно, но, овладевая её частичкой, Разум переходит от реагирования к конструированию.

Из заложника обстоятельств он становится созидателем. Он не просто отражает внешнюю среду (как, например, зеркало, и наиболее примитивные умы), но познаёт её, а познавая – контролирует и совершенствует.

+++

Добротолюбие в рамках цивилизации, говоря научным языком – есть способность и желание отличать Добро от зла и служить при этом Добру. Добро и Истина взаимосвязаны, но не тождественны. Истина существует отдельно от человека (как Луна не зависит от нашего с вами рождения или смерти).

Добро же есть приложение Истины к конкретной ситуации, умственная операция обратного обобщения. Как это происходит? Нам нужно понимать схему.

1) Вначале мы пришли к выводу, что мы сами и другие люди суть есть одно, и сформулировали обобщённые права для себя и для других: права человека.

2) Далее мы эти обобщённые, безымянные права человека прикладываем в конкретной ситуации к конкретному Ивану или Петру, что и есть умственная операция обратного обобщения.

Отделение Добра от зла - сложный, но необходимый цивилизации процесс. В этом обобщающем действии ума есть «ловушка для особи»: определив какую-то совокупность как «зло», мы уже не сможем ею воспользоваться даже тогда, когда нам это станет выгодно. Что и отличает (в значительной мере) человека от животного.

Например:

Определив рабство, как зло, мы – если обладаем развитым абстрактным мышлением - осуждаем его даже тогда, когда нам «светит» роль не раба, а рабовладельца. Если мы обобщили всякое рабство, как зло, то и выгодное нам рабство отрицаем.

Кратко же говоря, добротолюбие, как и следует из корней слова – «любовь к Добру».

Почему именно любовь, а не, скажем, «служение»? Потому что любовь есть высшая форма служения, и кто служит по любви, служит на порядок вернее, чем за деньги или посулы, из страха или от «нечего делать».

Любовь к добру – неотъемлемая часть цивилизованного человека, его мышления и поведения. Отказ от такого наследия цивилизации – превращает человека в деструктора и регрессора.

+++

Третья важная сторона цивилизационного проекта нашего общества, требование цивилизации к человеку:

Реализм.

Можно на словах и на уровне деклараций, пустозвонства сколь угодно бурно искать Истину и любить Добро. Можно всё это номинально провозгласить – и, провозгласив, успокоится и забыть. Что чаще всего и происходит в буржуазном праве, особенно современном, XXI века.

За номинальными декларациями должны следовать реальные дела – иначе грош цена всем номинальным декларациям. Никакого спасения цивилизации нет в том, что человек номинально признаёт её базовые ценности.

Есть множество монстров в истории (да и теперь) которые не только не отвергали христианства, но и показушно ему служили, имитируя ревность к его номенам и симулируя поклонение его символическим святыням. Такое поведение есть скрытое идолопоклонство, когда поклоняются не сути, а форме. К тому же форме, начисто оторванной от содержания.

Если бандит получил в свою пользу решение суда – это не значит, что его действия реально стали законными. Номинально – да, стали. О том составлен документ соответствующей формы. Номиналистам этого достаточно, реалистам – нет.

Им нужны более весомые доказательства, чем слова и символические жесты. Они стремятся дойти во всём до сути, и тем придают объёмность терминологической плоскости. Они проецируют декларации в практику, не давая декларациям отскочить от практики, существовать отдельно от практике, параллельно ей.

+++

Как это начиналось в древнейшей истории человеческого общества?

Без стремления к Истине человек слабоумен, без добротолюбия он в состоянии аномии[6], а без реализма он – двуличный мошенник, лицемерный очковтиратель и аферист. Это реалии наших дней, но наивно думать, что в древнейшие эпохи (условно говоря, при фараонах) – было не так.

Человек пребывает в очень агрессивной, бурлящей, и склонной к самопожиранию биосфере. Это – исходная точка его маршрута.

Не желая быть животным – человек движется к Богу.

В движении к Богу – сталкивается с собственными несовершенствами, «спотыкается» о них.

Либо преодолевает их – и тогда мы видим социальный, технический, культурный прогресс.

Либо не может их преодолеть, и тогда мы наблюдаем регресс, гибель цивилизации.

+++

Цивилизация всегда проект. Своей проектностью, стремлением планировать она отличается от слепого зоологического эволюционизма, не осознающего себя и перемен в себе, протекающих «самоходом», спонтанно, и потому ведущих из ниоткуда в никуда[7].

Проект складывается из вышеперечисленных общественных представлений об Истине, Добре, Реализме (инструмент проверки действительности и действенности деклараций).

Проект представляет из себя «стяжание Духа», торжество чистого Разума, «Светлое завтра» - идеальные формы человеческого воображения об устройстве жизни.

Сейчас она, конечно, не такая – но должна стать такой. Ясное понимание текущей и идеальной реальности создаёт человеческие представления о восхождении, совершенствовании, прогрессе – ибо иначе мы не могли бы отличить развитие от простой мутации.

Ведь задача не в том, чтобы жизнь менялась, а в том, чтобы она менялась в строго обозначенном направлении. Идеал служит измерительной аппаратурой, без которой мы не сможем сказать – вверх или вниз мы идём, имеют ли перемены благой смысл – или бессмысленны? Сама по себе перемена ничего не значит – если не соизмеряется с Идеалом.

Парадокс слепого зоологического эволюционизма в том, что «меняется всё время и всё – и при этом не меняется ничего».

+++

Когда мечта об идеальном образе жизни сформировалась внутри человека – она вступает в конфликт с его историческим окружением. Всякий, кто задумал что-то благое выстроить – сталкивается с разрушительным насилием внешней среды.

И потому всякая мечта остаётся мёртвой галлюцинацией, уделом аутистов – пока не вооружится оборонительным насилием.

Грубо говоря – не стоит ни библиотека, ни школа, ни церковь – если не перекрыть дороги печенегам и половцам: они сожгут, растопчут, уничтожат. И если их не получается уговорить – их необходимо уничтожить, чем и занимались лидеры цивилизованных обществ во все времена.

Если ты задумал выстроить оранжерею – то надо унять метающих в неё камни. Если они не поддаются уговорам – надо применить к ним насилие. Причём применяемая к ним карательная сила обязана быть мощнее, чем их собственная! Если они используют ружья, а у вас только палка, то понятно, чем кончится ваша попытка их унять.

Потому закон карательных систем, вечных спутников любого цивилизованного общества – соразмерность. Чем опаснее враг, тем более жестокие и страшные меры приходится применять для его обуздания. Чрезмерным может быть конкретно-историческое насилие. Но, теоретически, в рамках ОТЦ – нет такого насилия, которое ВСЕГДА оставалось бы чрезмерным – с учётом симметрии вражеским методам. Допустим, сегодня оно чрезмерно – ибо враги не очень активны. Но завтра, если их активность возрастёт – оно перестанет быть чрезмерным.

Поэтому главное в ОТЦ – не объёмы насилия, а его соразмерность вызову со стороны регрессоров. Объёмы насилия – величина непостоянная, «плавающая» и регулируется напором угрозы.

Есть только два пути:

-Или – любой ценой – заставить прекратить метать камни в стёкла оранжереи.

- Или остаться без оранжереи.

И если оранжерея в ваших глазах ценность, то и насилие в её защиту – тоже цивилизационная ценность, учитывая хрупкость базовой ценности.

Понимание этого должно прекратить бесконечные спекуляции на тему «высокой цены» той или иной Победы цивилизации. Надо понимать, что не мы назначаем цену; её назначает регрессор, своей активностью и накалом разрушительской ярости. А уступить ему нельзя – как бы энергично и настойчиво он не требовал ему уступить!

+++

Основополагающий фактор истории ВСЕХ цивилизованных обществ, благодаря которому они и состоялись исторически (а не стали просто книжкой-Утопией, например) – наличие и силовое отстаивание проекта. Проект стремится вовлекать в себя – но проект вынужден и защищать себя, отбиваться от растаскивателей.

Общества разные, порой очень не похожие друг на друга – а этот сюжет всюду един. Он – стержень истории ВСЯКОГО цивилизованного общества.

Столкнувшись с разрушительным насилием извне – люди либо гибнут, либо переходят к оборонительному, встречному насилию. И ещё один, связанный с этим сюжет, тоже вечный:

- Вырождение оборонительного насилия в разрушительное.

Дело в том, что сила, испробовав свою мощь, испытав её в деле, получает и соблазн применить её в «зверином формате» - для пожирания общества вместо той защиты, для которой общество её призывало. Важнейшая сторона ОТЦ – изучить и составить инструкции по противодействию такому перерождению оборонительной силы цивилизации.


[1] Книга «ОТЦ. Краткая систематизация».

[2] Классическая модель – отношения «продавец-покупатель». Рыночный сговор устанавливает между ними краткое перемирие, но оно очень зыбко. Как только одна из сторон чувствует своё усиление, возможность шантажа другой стороны – она усиливает давление на противоположную сторону. Прочный мир между продавцом и покупателем возможен только при законодательной твёрдости цен. При свободных, плавающих ценах снова и снова будет воспроизводиться ситуация «теракта в аэропорту», когда таксисты брали по 60 и 80 тысяч с пассажиров, чтобы вывезти их, пользуясь паникой и стремлением пассажира любой ценой уехать с места теракта. Так работает рыночная экономика: одному плохо, страшно, тяжко – именно поэтому другому хорошо, у другого появляется шанс «нагреть руки».

[3] Термин, сформировавшийся в православии, характеризирующий конечную цель христианской жизни. Цель которая не заканчивается с телесной жизнью но и пребывания с Богом в вечной жизни. Обожение, или тео́зис - христианское учение о соединении человека с Богом, приобщении тварного человека к нетварной божественной жизни через действие божественной благодати. Коротко смысл обожения выражен в высказывании Афанасия Великого: «Бог вочеловечился, чтобы человек обожился» — что обозначает потенциальную возможность для каждого человека и историческую необходимость для человека вообще обрести нечеловеческое могущество в обладании самим собой и природным миром вокруг себя в органическом единстве с Богом.

[4] Термин, сформировавшийся в православии, характеризирующий конечную цель христианской жизни. Цель которая не заканчивается с телесной жизнью но и пребывания с Богом в вечной жизни. Обожение, или тео́зис - христианское учение о соединении человека с Богом, приобщении тварного человека к нетварной божественной жизни через действие божественной благодати. Коротко смысл обожения выражен в высказывании Афанасия Великого: «Бог вочеловечился, чтобы человек обожился» — что обозначает потенциальную возможность для каждого человека и историческую необходимость для человека вообще обрести нечеловеческое могущество в обладании самим собой и природным миром вокруг себя в органическом единстве с Богом.

[5] Вместо неё – идеи замкнутого круга, циклизм, или умирающая, угасающая «Нирвана».

[6] То есть полной поведенческой всеядности, допускающей на равных правах любое поведение, не различающее добра от зла.

[7] Всякое приспособленчество соответствует тому, к чему приспосабливается, и более ни к чему не пригодно, вне своей среды никакой ценности не имеет. Потому слепой эволюционизм, двигается не осознавая сам себя, и лишён понятий восхождения или падения, прогресса или регресса, хорошего или плохого.

13 июля 2020

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ​Самозамкнутость и Традиция

    ​Самозамкнутость и Традиция В детских книжках, которые я очень любил в детстве, поучительные картинки всегда изображали очень кучно и динозавров и электроны атома. В реальной жизни динозавры не смогли бы жить так близко друг от друга, а электрон далёк от ядра атома так же, как булавочная головка на последнем ряду гигантского стадиона была бы далека от теннисного мячика в центре стадиона. Но нарисовать так в книжке нельзя – потому рисуют кучно, сбивая масштабы. Та же беда случается всегда и с историей цивилизации. Оглядывая её ретроспективно, из неё сливают огромные пустоты разреженного протяжения, оставляя близко-близко друг от друга значимые факты духовного развития.

    Читать дальше
  • "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..."

    "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..." Московское издание полной версии романа А.Леонидова "Иго Человеческое" - не оставит равнодушным никого, кто думает о судьбе Отечества, да и просто об устройстве человеческой жизни. В остросюжетной форме исторического повествования автор ставит самые глубинные и "проклятые" вопросы, на которые бесстрашно, порой, может быть, опрометчиво - даёт ответы. Спорить с автором в данном случае ничуть не менее полезно, чем соглашаться: произведение ВЗРОСЛИТ, независимо от отношения читателя к заявленным идеологемам.

    Читать дальше
  • ​«Легенда о Китеже» и западная советология

    ​«Легенда о Китеже» и западная советология Чтобы понять, о чём речь, предлагаю сперва рассмотреть условную, умозрительную модель, которую пока не привязываю ни ко времени, ни к географическому месту. Модель начинается словом «Допустим». Просто допустим, что есть система, в которой житейские доходы человека неопределённые. В силу неопределённости (обозначаемой алгебраическим «х») они могут быть любыми. Есть вероятность любого значения «х». «Х» может быть равен 0, 1, 2, 5, 100 и т.п. Личные доходы человека не ограничены ни сверху, ни снизу. Они строго индивидуальны: могут быть сколь угодно большими, а могут и вообще отсутствовать (=0).

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека..