Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Август
пн вт ср чт пт сб вс
            01
02 03 04 05 06 07 08
09 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31          

«Цивилизационная аллергия»: портрет явления

«Цивилизационная аллергия»: портрет явления Самая большая проблема человеческой цивилизации – это её энергетическая затратность. Цивилизация хороша всем: она сытнее дикости, она безопаснее дикости, она интереснее, культурно насыщеннее дикости, она перспективнее дикости, и т.п. В сущности, дикое состояние имеет только одно преимущество перед ЦОЖ (Цивилизованным Образом Жизни): оно не требует никаких искусственных усилий и наступает само собой. Всякая цивилизованность накапливается в результате усилий человека, его насилия над животным в собственной природе. И только дикость не требует никаких энергетических затрат, чтобы образоваться.

Дикость возникает не вследствие усилий, а наоборот – вследствие отсутствия таковых. Это частный случай хорошо известного науки накопления энтропии: если ничего не делать, то энтропия (противоположность энергии) накапливается сама собой. Энергия так не может. Не умеет.

Именно поэтому путь наверх труден, а путь вниз легок. Всякий по личному опыту знает, что лежать легче, чем идти, а идти легче, чем бежать. Науку нужно изучать, долго и упорно, но требует ли изучения невежество? Сколько усилий нужно потратить, чтобы стать невежественным человеком? Ответ очевиден: нисколько.

Трагедия человеческой цивилизации в том, что всякий её рост – неразрывно связан с усилием и насилием. Приведу простой и грубый пример, чтобы всем стало понятно, что я имею в виду:

Например, вообразим холодный климат в котором помидоры не растут сами по себе (они, кстати говоря, сами по себе вообще нигде не растут). Отсутствие помидоров не требует от человека никаких усилий, оно дано в естестве, само по себе. И если человек не встанет с дивана – это никак не повредит отсутствию помидоров: их как не было, так и не будет.

Теперь вообразите, что мы решили построить теплицу. Тут сразу же возникнет целый ряд неудобств, очень болезненных для животной природы человека. Мы их разделим на основные группы:

1) «Напряги», связанные с пониманием проблемы и путей её решения. Теплицу нужно придумать, сконструировать, а просто так, не изучив агрономии, этого не сделаешь. А это что? Это учёба – несущая сутулость, портящая зрение (недаром умников дразнят «очкариками»), это духовные затраты, неудобства мыслительного процесса, который мы заставляем усложняться.

2) «Напряги», связанные с физическими усилиями. Сама себя теплица не построит, надо корячиться, когда её собираешь на местности (а до этого в цехах, где готовят её детали), и работать в теплице – очень тяжело, неприятно, как ни крути. Там душно, влажно, там не курорт, любой, кто работал, знает. Короче, труд в теплице однозначно проигрывает по качеству времяпрепровождения на пляже в Крыму.

3) «Напряги», связанные с обороной инфраструктуры. Чтобы получить у тундры помидоры – мы вначале учились, потом работали, а теперь нам ещё и воевать приходится! Если какие-то хулиганы камнями побьют хрупкие стёкла в нашем парнике – все наши усилия (и связанные с ними страдания, которые я не склонен преуменьшать) окажутся напрасными. Этих хулиганов, портящих нам дело (вредителей) нужно каким-то образом усмирить, а совсем уж непримиримых – уничтожить.

Вот так, из желания получить вкусную еду – рождаются три столпа человеческой цивилизации: учёный-конструктор, труженик-энтузиаст и воин-каратель.

И вот тут-то мы и подходим к проблеме «аллергии на цивилизацию»! Что ни возьми – всё трудно. Учится легко? Трудно. Об этом даже присказку сложили – «грызть гранит науки» и «корень учения горек, но сладки его плоды». А работать трудно? Ещё как трудно! Воевать же не только трудно, но ещё и опасно, и морально очень тяжело. Нормальному человеку уничтожение вредителей, какими бы вредоносными они ни были, никогда не доставляет удовольствия.

+++

Ручейки разнообразных трудностей – моральных, умственных, физических – сливаются в единую реку трудности, как таковой. Цивилизация «не хочет» (не может) жить сама по себе, параллельно человеку. Что-то давая, она что-то отнимает, и довольно навязчиво.

ЦОЖ не удовлетворяет одной потребности человека из всех его многообразных потребностей: жить легко, беззаботно и бездумно.

Да, ты не думаешь о куске хлеба, о тепле, о кочевнике, что может спалить твой дом – эти проблемы, гегелевским языком говоря, «сняты». Но плата за это – подтягивание твоего биологического естества до уровня искусственности окружающей среды. А это – вполне себе ощутимая, и нисколько не фантомная боль.

Именно эту боль имела в виду «перестроечная» толпа, когда жаждала «свободы», разумеется, не вполне понимая этого. Толпа майдаунов и сегодня хочет «свободы» бесплатно, без потери цивилизации и всех сладких плодов горького корня учения. Толпа наивно полагает (потеряв понимание причинно-следственных связей) что корень можно удалить – а плоды останутся.

Бандеровщина в широком смысле – это такая хилиастическая утопия тёмных людей, в которой мечта о пользовании всеми благами и продуктами цивилизации сочетается с мечтой о неприкосновенном безделье и непрерываемом досуге.

Это когда человек бездумный, бездарный, безграмотный, умственно и морально опустившийся до первобытных паттернов – надеется (совершенно непонятно, каким образом) сохранить вокруг себя технологический уклад космического и атомного века.

Никто из майдаунов не хочет обратно в пещеры (хотя в итоге там непременно оказывается), но, потеряв в ослабевшем, недоразвитом уме понимание причин цивилизации (умственной и физической нагрузки, как минимум, большинства членов общества) – социальные дегенераты «перестройки» пытаются избавиться от «дискомфорта искусственности» их прежней жизни.

Зачем теоретизировать, витая в облаках, когда иллюстрации щедро подкидывает жизнь?

Либерал говорит «молодых нужно», млеет перед молодыми политиками и иными начальниками, презирая и аннулируя всегда почитавшийся в цивилизации жизненный опыт (правление старейшин, аксакалов, и т.п.). Идеи либеральной свободы уравнивают ум с глупостью, настаивая на праве каждого (в том числе и самого тупого) иметь «собственное мнение». Если он так думает – не смейте требовать с него обоснований, не применяйте к его бредням закон достаточного основания!

Первым делом либерал убирает из образования компоненту воспитания, в его глазах воспитание есть насилие над личностью и причёсывание всех под одну идеологическую гребёнку. Не выжидая долго, либерал убирает и само требование образованности. Герои либерального мира – люди, разбогатевшие и ставшие «авторитетами» без образования, и в любом случае – независимо от уровня своего образования.

Либерал объявляет труд «уделом неудачников», то, что даже для протестантов было «священным долгом» - у либералов становится презренной «рабской психологией». Либерал снимает всякий долг личности перед социумом (личность существует только сама для себя), и в первую очередь – с ненавистью громит выбесивший его, либерала, воинский долг.

В либеральной идеологии собраны все прыщи и язвы «аллергии на цивилизованность»: необязательность учиться и умственно себя развивать (и так сойдёт!), презрение и ненависть ко всякой общественно-полезной и даже общественно-необходимой «принудиловке», ненависть к труду и служению, как к источникам дискомфорта.

+++

Как же вообще могло возникнуть – внутри сложившейся и развитой цивилизации! – такое мракобесие, как рыночный либерализм?! Этому есть три причины.

1) С развитием цивилизации развивались и производительные силы. Они давали всё больше и больше продукта, отчего возникал растущий запас прочности цивилизации. На фоне изобилия халтура и тунеядство одного, десяти, ста, тысячи, миллиона халтурщиков и тунеядцев – прокатывали безнаказанно. Паразиты множились – но полнокровный организм давал достаточно крови для их присосок. Постепенно в мышлении паразита стала складываться перевёрнутая картина мира, в которой он – креативный гений и вершина цивилизации, а те, на ком он паразитирует – недоумки, переполненные «совковыми» предрассудками, недоразвитые быдланы.

2) Никуда и никогда не уходила такая форма добывания средств к существованию, как хищность. Хищник не созидает, он расчленяет то, что создано без его участия. Хищник рискует, страдает – но не трудится. Именно по этой причине рыночный либерализм на практике так тесно всегда переплетён с фашизмом.

3) Общая линия абстрактного гуманизма, всегда стремящегося увеличить права человека и облегчить его обязанности. Труд должен становится всё легче и легче, а досуг – всё ярче и веселее. Легко перейти грань здравого смысла, увидев в труде и обязанностях врагов человека, а в «вечном празднике жизни» без забот и хлопот – его друга.

Все три причины и соединяются в единое явление, имя которому в научной социопатологии – аллергия на цивилизацию.

Это когда человек психологически начинает благосклонно относиться к хищнику, паразиту и потатчику всех его пороков, а во всяком организаторе, пытающемся наладить созидательные восходящие процессы – видит врага и «сторонника ГУЛАГа».

В состоянии аллергического раздражения психики (связанного с общей инфантилизацией личности и нераспознанным слабоумием) «добрым» считается тот, кто ничего не запрещает, ни к чему не принуждает, никуда не гонит и во всём снисходительно потакает. «Угнетателей» же видят во всех, кто создаёт в текущей ситуации «дискомфорт навязчивости». В детстве моём, пришедшемся на «перестройку» мы на полном серьёзе видели угнетателей в учителях школы, на том основании, что они заставляют нас делать то, чего нам не хочется! Разумеется, наши детские разговоры были отрыжкой марксистского языка, на котором велось наше образование – но они, как я теперь понимаю, отражали цивилизационную аллергию.

В состоянии цивилизационной аллергии вызывает бешенство любой закон против тунеядцев, а «право не работать» провозглашается одним из священных прав человека. Аргумент тут такой: «если я не хочу – то кто и зачем смеет меня принуждать?!».

Как совместить всеобщее право на тунеядство с выживанием – социальный паразит не знает, но он так далеко и не задумывается.

Острое нежелание служить в армии возникает у дегенерата в силу его отказа от закона достаточного основания в мышлении.

-А как же быть, если враг придёт и тебя убьёт, и всё твоё отнимет? – спрашиваем мы у такого молодчика.

В ответ на это в большинстве случаев мы услышим, что обороной есть кому заниматься и без данного члена общества.

То есть в его мышлении кто-то должен его защищать от убийства и ограбления, притом, что он считает своим священным правом не делать ничего полезного обществу.

Это у недоразвитого «перестройщика» рудимент детской психологии: ребёнок верит, что его защитят родители, потому что они его (ребёнка) любят просто так. Безо всякой от него пользы. Для малыша так думать вполне нормально, но когда мы имеем дело с великовозрастным детиной, уповающим на защиту совершенно чужих и ничем не обязанных ему ровесников – это уже психопатология.

+++

Суть неолиберализма, густо заквашенного на психической аллергией на ЦОЖ, в том, что нужно устранять все и любые раздражающие факторы. Если они раздражают – то неважно, откуда они появились, зачем и для чего нужны. Раздражают, не лакомы – удаляй! Не хочешь учиться – не учись. Ну, ты же не хочешь, какие ещё нужны аргументы для «свободной личности», не отравленной «рабским сознанием» и «совковыми предрассудками»?!

Не хочешь работать – не работай. Не хочешь служить – не служи. Не хочешь двигаться – ляг на диван и не вставай. Священное право!

На практике это множественное «не*» сталкивается с пробуксовкой позитивной программы. Свобода – это, конечно, хорошо, но, блин, нужны жильё, еда… Пиво нужно, когда лежишь на диване. Наркоману – доза, и т.п. Детский крик «дай!» натыкается на возрастной ценз: ты уже большой мальчик, просто так тебе никто давать ничего не обязан…

То есть случается трагедия либерала: чтобы получить желаемое, его принуждают делать нежеланное. А он – считая, что это высшая форма ума – хочет только желанное без нежеланного!

Мальчик-чубайсёнок выходит из положения, начиная воровать и запуская аферы, финансовые пирамиды, самой большой из которых была «ваучерная приватизация» по Чубайсу. Мальчик-бандеровец выходит из положения в «правый сектор», он идёт на майдан, чтобы там вышибить себе дубиной всё желаемое и лакомое, не оскоромившись нежелательными, и в его понимании постыдными, презренными практиками трудового и умственного созидания. Мальчик (которому часто за сорок, он уж сед и лыс) – орёт, что «он здесь власть», а раз он власть – то принесите всё нужное ему на блюде, как царю подносить полагается!

Конечно, кроме чубайсят и бандерят есть ещё гопники, криминальная розница (либеральная «революция» - это оптовый криминал), есть вконец оскотинившееся быдло, умирающее от нехваток в забвении с говяжьей покорностью, есть «странники», скитальцы-бомжи, есть нищие на паперти, канючащие себе на бутылку.

Что только не придумает человек – лишь бы не учиться, не работать и не служить!

Удивительно современный облик избирателей Кравчука да Ельцина мы встречаем у И.С. Тургенева в романе из XIX века: «…Лицо у этого мужика было необычайно энергическое, чуть не разбойничье... И что же? Фитюев оказался бобылем; у него мир отобрал землю, потому что он – человек здоровый и даже сильный – не мог работать. "Не могу! – всхлипывал Фитюев сам, с глубоким, внутренним стоном, и протяжно вздыхал. – Не могу я работать! Убейте меня! А то я на себя руки наложу!". И кончил тем, что просил милостыньки – грошика на хлебушко. ... А лицо – как у Ринальдо Ринальдини!».

Если говорить научным языком, то аллергия на цивилизованные нормы жизни выражается в разных формах: в гипер-агрессивности (майдауны), в мечтательном аутизме (бродяжничество и нищенство), в коммерческом кровопийстве (приватизаторы) и т.п. Во всех случаях, обобщим эти практики, научному коммунизму противопоставляется ненаучный и антинаучный «коммунизм», смысл которого – «мне по потребностям, а с меня никто ничего не требуйте».

Научный коммунизм повествует нам не только об итоге развития цивилизации (всем всего хватает) но и о пути к этому состоянию, научно-обоснованным действиям по сложению всеобщего достатка и благополучия.

Антинаучный «коммунизм», сидящий в головах аллергиков, задыхающихся под бременем культуры – выбрасывает науку, выбрасывает из мышления закон достаточного основания, закон непротиворечивости, и все прочие законы.

Оставляют только желанный итог – «полное и всестороннее удовлетворение моих потребностей». Кстати сказать, структура и состав потребностей, их нормальность не обсуждаются, потребность наркомана в наркотике такая же «священная» для дегенератов, как и потребность голодного в пище.

Желанный итог дегенераты планируют достичь магическим путём, их первобытное отсталое мышление переполнено мечтами на «экономическое чудо», «таинство предпринимательства», мистические свойства частной собственности, фантастические и рационально необъяснимые сверхспособности «иностранного инвестора», возникновение материальных благ непосредственно из свободы колдовским путём, и т.п.

Майдаун не понимает, что продукт – производное от машины, конструкции, которую нужно сперва придумать, адекватно осознавая движущие силы внутри неё, а потом собрать в строгом соответствии с выверенными и обоснованными чертежами.

Майдаун убеждён (и убьёт вас – если вздумаете его переубеждать), что желанный продукт – итог скаканий на площадях, кричалок, «приколов» в рамках КВН, над которыми так приятно поржать и «регулярной смены власти» - в лице какого-то чиновника, ничего не решающего.

Утопизм майдауна в том, что сохранить цивилизацию (на которую он наивно уповает), не напрягаясь – невозможно. Цивилизация требует умственной, трудовой и военной мобилизации – потому что у неё есть теоретические задачи, практические проекты и враги. И никакая проблема сама себя не решит!

Даже такая простая (с виду) штука, как пельмень – требует и урожайности зерновых, и яйценосности кур, и развития свиноводства, хотя, конечно, трудно держать всё это в памяти, когда кушаешь пельмени. А вот когда они пропали, и взять их негде (чаще – не на что купить) – поневоле начинаешь задумываться, что и урожайности на всех не хватает, и яйценосности, и свинокомплексов, и ещё 100500 компонентов…

+++

Что касается социального дегенерата, то ему, при его очень нищей и опасной жизни думается очень легко. Ему, как он думает, не нужно удерживать в оперативном анализе 100500 компонентов, слагающих цивилизационные системы, образовавшие на определённом этапе изобилие пельменей для всех желающих.

Хули, свобода всё махом предоставит! Живёшь плохо – свали власть, посади новую, она тебе всё даст! А не даст – ты и её свали! Опыт Украины показывает, что по этому кругу можно ходить много раз, всё забыв и ничему не научившись.

Киевляне в 1991 году собирались жить как во Франции, в 2004 – как в Польше, в 2014 – как в Киеве 2004 года, а сегодня – мечтают об уровне 2014 года как о «светлом будущем»…

Это не какая-то особая непруха у отдельно взятых киевлян, которым, якобы всякий раз попадается «не тот» презик. Так будет с каждым, кто, одержимый цивилизационной аллергией, думает добиться сложнейших результатов простейшими и примитивнейшими, зоологическими средствами.

В сущности, «перестройка» с 1985 года, а особенно с 1989, уже была попыткой найти простые ответы на сложные вопросы. Дебилы майданов ковались там, и там предприняли первые шаги под лозунгом «нам всё, от нас – ничего».

Цивилизация со всеми её чудесами науки и техники может сохраниться только там, где есть достаточная масса её носителей, способных к рациональному мышлению, чуждых упований первобытный магизм, и готовых нести необходимый для цивилизации уровень напряжения в головах и в быту. Проще говоря – готовых учиться, служить и не свинничать.

В иных местах – куда конь с копытом, туда и рак с клешнёй. Ведь появление Кашпировских, заряжающих по телевизору банки с водой, и появление «либеральной демократии» - явления одного порядка, одного поля ягодки.

Тот, кто верит в банки Кашпировского и Чумака, тот поверит и в «честные выборы».

И подменит промышленное воспитание нации, трудное, тяжкое и сверхзатратное дело на лёгкий и весёлый балаган демократической клоунады.

Чем пить горькие микстуры – лучше пить сладкий сироп: он, правда, от болезни ни хрена не помогает, но зато как приятно!

Александр Леонидов; 30 июня 2021

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Подписка

Поиск по сайту

  • Литературные новинки: "Числа" А. Леонидова

    Литературные новинки: "Числа" А. Леонидова Тому, кто уже знаком с творчеством нашего автора, будет небезынтересно прочитать его новое произведение - драматичное по сюжету, и философское по сути. Жанр его автор определил как "сентиментальный вестерн". Недавно книга выпущена в издательстве "День Литературы" в Москве. В книге мы встречаем прежнего Леонидова - человека, обеспокоенного судьбой цивилизации и человеческого Разума, но, вместе с тем, представляется, что автор "растёт", он говорит всё более ёмко и весомо, сочетает прошлые творческие успехи с совершенно новыми направлениями. "Вестернов" Леонидов доселе не писал, а суть эксперимента - посмотреть на русскую трагедию XXI века с неожиданной стороны, издалека, сопоставляя с заокеанскими реалиями. Книга получилась сложной, "просветительской", но, на наш взгляд - интересной для широкого круга читателей. Думающий человек не может не задаваться теми вопросами, которые, в меру своих сил, наш постоянный автор решает в своих "Числах"...

    Читать дальше
  • Дети, Крым, счастье, позитив...

    Дети, Крым, счастье, позитив... В нашей жизни очень много грустных новостей. И потому мы часто забываем, что кроме мрачной геополитики есть ещё и просто жизнь. Наши дети выходят в жизнь и занимаются творчеством, создают нехитрые истории о своём взрослении, создавая позитивные эмоции всякого, кто видит: жизнь продолжается! Канал без всякой политики, о замечательных и дружных детишках, об отдыхе в русском Крыму и не только - рекомендуется всем, кто устал от негатива и мечтает отдохнуть душой!

    Читать дальше
  • Геноцид армян: новая глава

    Геноцид армян: новая глава Карабахский конфликт - это одна из глав чёрной книги геноцида армян, которым с XIX века занимаются турки. В их понимании армяне "недобиты", и хотя армяне потеряли большинство своих земель, всё-таки небольшой анклав армян остаётся в турецком море Закавказья. Геноцид армян обрёл второе дыхание в годы "перестройки", в конце 1980-х, когда турки вырезали армян в ряде населённых пунктов, но снова не везде. Военное сопротивление побудило турок прекратить резню.

    Читать дальше

Свобода - более сложное и тонкое понятие. Жить свободным не так легко, как в условиях принуждения — Томас МАНН