Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,4296 руб.
  • Курс евро EUR: 68,0822 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,2039 руб.
Август
пн вт ср чт пт сб вс
      01 02 03 04
05 06 07 08 09 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31  

ПАРАЛИТИКИ В АНАЛИТИКАХ

ПАРАЛИТИКИ В АНАЛИТИКАХ ​Паралич экономической науки – связан вовсе не с тем, что либеральная теория ошибочна. Ошибки неизбежны в любой теории и неизбежно сопровождают любое познание мира. От ошибок не застрахован никто. Был бы я круглым дураком, если бы считал, что сам никогда не ошибаюсь – ошибка есть часть интеллектуальной работы. Не ошибается только тот, кто ничего не делает. Поэтому совсем не в ошибочных построениях либерализма причина разгрома в экономике, как науке…

Чем извиняется учёный, когда доказано, что он ошибался? Его извиняет ЛОГИКА ОШИБКИ, когда он в состоянии внятно объяснить, почему (по каким причинам) он раньше думал так, как теперь больше не думает.

Ошибки не страшны – если существует механизм их вычисления и устранения при контакте с практикой.

Либеральная теория ошибочна – но не в том дело. Она лишена восприимчивости к практике, к реальной жизни. В определенном смысле она даже «безошибочна» - как любая теория, игнорирующая объективную реальность. Ведь что бы вы не увидели во сне – это не может быть ошибочным видением, такова природа сна. Это в жизни видения делятся на верные и ошибочные. А внутри галлюцинации галлюцинаций не бывает.

К чему я всё это пишу? К тому, что экономика может считаться наукой только тогда, когда руководствуется логикой. Ошибающийся учёный не перестает быть ученым, если может логически обосновать своё мнение: почему он думает так, а не иначе?

Либеральные экономисты не только не умеют логически мыслить, но и не стремятся научиться этому. Поэтому они не научные оппоненты, а вообще не имеющие к науке отношения люди.

Сектанты, во всех случаях жизни повторяющие «больше рынка!» такие же деятели науки, как индусы, миллионы раз повторяющие в трансе «ом мани падме хум»

. Ни безусловное признание рынка, ни безусловное его отрицание не могут считаться хоть сколько-нибудь научной позицией. Это тантризм, мантризм, что угодно – но не логический разбор объективной реальности.

Начала научного анализа экономических процессов обязаны привязать экономику к конкретному времени, месту, конкретному количеству участников, конкретным базовым и инфраструктурным условиям. Ни одна наука не работает «вообще» - и экономика не может работать «вообще». Не бывает химических реакций того или иного вида без тех или иных реактивов, закон земного тяготения противоположным образом действует на чугунную гирю и гелиевый воздушный шарик.

Если в ёмкости чугун, то под действием закона тяготения ёмкость будет падать, а если в ёмкости гелий или водород, то под действием того же самого закона тяготения (не дающего атмосфере разлететься) – ёмкость начнёт взлетать.

Теперь вообразите, что приходит умник вроде Е.Т.Гайдара, «слышавший звон, да не знающий, где он», и говорит:

-Вам нужно, чтобы воздушные шары упали? Чего вы мучаетесь, отвяжите их, под действием закона тяготения они упадут, я сто раз проверял на чугунных гирях…

Решая задачу по снижению воздушных шаров, их отпускают (прямо как цены у Е.Гайдара) - и они, понятное дело, улетают в небеса, оставив недотёп, верующих в закон тяготения, растерянно разводить руками.

Потому как: то ли этот закон не существует, то ли шары у них какие-то неправильные, испорченные…

На самом деле, как вы понимаете, и закон работает, и шары нормальные были – единственная их вина в том, что они – не гири!

Отвязанность либеральных рецептов от конкретных ситуаций, безликий универсализм, рекомендации, никак не коррелирующие с текущей практикой – главная причина антинаучности либерализма.

Как стрельба вслепую может иногда случайно дать точный выстрел, так и либеральные методы могут иногда (именно и только случайно) прийтись ситуации ко двору.

Это же касается и фанатиков коммунизма – они тоже в любой ситуации требуют одного и того же, иногда попадают в самое «яблочко», а иногда – в чистое «молоко»…

Не бывает научным взгляд того «стрелка», который лупит, не целясь. Экономические законы существуют, они нерушимы, едины для всего мира, как и все законы всех наук, но они РАЗЛИЧНЫ В ЭФФЕКТАХ ПРИМЕНЕНИЯ.

Приведенный пример иллюстрирует это очень ярко: воздушные шары взлетают вверх под действием того же закона, что заставляет камни падать вниз. Законы рынка в данном случае аналогичны закону тяготения: какой эффект будет в случае «экономической либерализации» - можно сказать только изучив конкретную точку её приложения.

Как? Давайте начнем с азов экономической науки, и вспомним закон экономического развития:

Экономическое развитие – это взаимное повышение количества передаваемых благ.

Отсюда неизбежно вытекает, что экономика – не наука о росте производства, а наука О СИНХРОНИЗАЦИИ РОСТОВ.

Перед технологом стоит узкая задача: выдать «на-гора» больше угля или зерна. Для этого и служат технологии всех форм и видов – от механизмов до гуманитарных технологий «повышения производительности труда».

Подчеркну, что экономисту ставить перед собой задачу технолога ещё более нелепо, чем ставить перед собой задачу бухгалтера.

Смешон экономист, подсчитывающий с бухгалтерской узколобостью экономию зерна на птицефабрике – «если кур не кормить». Но ещё смешнее экономист, который залез в кресло инженера-технолога и печётся о «повышении производительности труда».

Этот человек просто не понимает задач экономиста и путает свою профессию с чужими функциональными обязанностями.

Экономике не нужен (сам по себе) – рост производства. Можно произвести 2 млн. ложек с дыркой вместо 1 млн., и тем самым нанести стране ущерба в два раза больше, чем раньше.

Экономике (в этом её предмет) – нужна СИНХРОНИЗАЦИЯ РОСТОВ В РАЗНЫХ ОТРАСЛЯХ.

Что такое «взаимное повышение передаваемых друг другу благ»? Это, прежде всего, система, в которой рост в одной отрасли синхронизирован с ростами во всех других отраслях, а не связан (как часто бывает у либералов) с упадком или стагнацией у смежников успешного дельца.

Если мы предположим условную систему, упрощенную модель, в которой меняются только два производителя: зерна и керосина, то и тут увидим цель и смысл экономики. Бессмысленно (и даже вредно, убыточно) наращивать производство зерна, если керосина не потребляется больше, и наоборот.

Экономист обязан синхронизировать рост производства зерна с ростом производства керосина, чтобы рост уровня жизни был СИНХРОННЫМ, а не у одних за счет других.

Потому что если производство зерна или керосина растет само по себе – это уже не экономика, а хрематистика[1], сулящая рвачество и мародёрство в перспективе.

В нашей модели зерна всё больше – а керосина нет. Следовательно, зерно будет становится всё дешевле, а керосин всё дороже, производители керосина и верхушка зернового производства поделят сверхприбыли (одни возьмут ценой, другие количеством). Рядовые же производители зерна столкнутся со снижением расценок, удешевлением их труда, дороговизной того, что они берут на рынке, истощением уровня и качества жизни.

Настоящее экономическое развитие – это когда человек, менявший одну пачку масла на один килограмм гречки (допустим) – начинает менять две пачки масла на две килограмма гречки. То есть, научно говоря – рост объёмов обмена при сохранении его баланса.

Всякая иная ситуация (пол-пачки на пол-кило, одна пачка на два кило, одна пачка на пол-кило и т.п.) носят разлагающий экономику характер ХРЕМАТИСТИКИ. Как обнищание участника обменов, так и его внесинхронное с другими обогащение – разрушают экономическую систему страны. Между тем, с древнейших времен все законы в области товарообмена принимались законодателями всех наций с одной-единственной целью: выдавить хрематистику из практики, не дать товарообмЕну стать товарообмАном. Ибо нет в юридической практике такого закона, который приветствовал бы мошенничество, разбой и воровство, лучшие в хрематистике средства повышения рентабельности предприятия.

Поэтому либеральная экономическая теория попросту глупа, когда «в огороде экономит на семенах» со своей мелочной «оптимизацией расходов», и глупа, когда выступает с требованиями «повышения производительности труда».

В первом случае она самозванствует в бухгалтерии, во втором – самозванствует в технологии.

Не может бухгалтер поучать агронома в незабвенном стиле – «это же ужас, вы семена, за деньги купленные, в землю зарываете!».

Бухгалтер, чтобы «оптимизировать» расходы в агрономии – должен сперва изучить агрономию (вариант: Чубайс – должен изучить нанотехнологии). Иначе он «наэкономит» в копейках при ущербе в рублях.

То же самое и с многообразными технологиями «повышения производительности труда»: важно ведь не мусора побольше наделать, а чтобы наделанное не оказалось мусором.

Нагнетая истерию с «низкой производительностью труда в России», наши экономисты демонстрируют только своё невежество.

Низкая производительность может быть в административно-командной, плановой экономике (там это реальный бич). В в рыночной же она не может быть ни низкой, ни высокой. Рынок избавляет производство от этой головной боли (создавая попутно другие боли) – потому что в условиях рынка происходит АВТОМАТИЧЕСКАЯ ОПТИМИЗАЦИЯ производительности труда.

Если частный собственник кондитерской фабрики выпускает 100 тортов в день, то это не значит, что он не может, не умеет или не хочет выпускать 200, 300, 500 тортов в день. Он и может, и хочет, и умеет (а не умеет – научится) – но рынок не даёт ему выпускать больше.

Частный кондитер прекрасно знает, сколько у него купят и сколько (поэтому) имеет смысл делать тортов. Оттого ему смешно, когда либеральные экономисты приходят к нему с поучениями в стиле «ты можешь работать больше и лучше».

Рынок – такое место, где глупо и нелепо работать больше и лучше, чем оплачивается.

Что же должен делать экономист, нормальный, а не либеральный? Не заниматься бухгалтерской и технологической фигнёй, а создавать механизмы подтягивания отстающих к преуспевающим.

Залог развития экономики – в повышении ВЗАИМНОЙ покупательной способности всех участников товарообмена. Без этого будет не развитие, а нарастание перекоса в экономике, которое в итоге её и разрушит (взорвёт).

Это же глупо, когда гигантская выручка от сырьевых запасов страны идёт не на развитие отстающих отраслей, ни в агросферу, ни в образование, ни в науку, ни в хай-тек, а «стерилизуется» в нелепейших «фондах», размещенных за рубежом!

Истощение хитрым жмотом предприятий смежников всегда и везде имеет только один результат: хитрый жмот разоряет в итоге и своё собственное предприятие.

Генерал, "наэкономивший" на рядовых солдатах, в бою дождётся, что солдаты "сэкономят" на нём самом...

Нужно быть экономистом, чтобы понимать, что хорошо оплачиваемые безработные или пенсионеры в стране – не балласт экономики, а залог платежеспособного спроса на продукцию предпринимателя.

И что в стране, в которой предприниматель «сэкономил» на всех согражданах, не поделившись с ними доходами, ему в итоге некому будет сбывать свой продукт!

Экономика не только не развивается без всеобщего растущего уровня зарплат и жизни, потребления; её без этого вообще не бывает!

Нельзя считать наукой систему, организующую пожирание одной части страны другой частью, как нельзя считать раковую опухоль органом в организме.

А значит, нужно работать не на унификацию приёмов, а на результат: взаимный рост обменов. Понимая логику экономики (то, зачем её вообще придумали) – мы уйдем от бездумных и диких «экономий на людях», от веры в панацею плановой или рыночной, или любой другой модели.

Как медицина знает множество лекарств (порой противоположного действия), так и экономика обязана принимать живое и уникальное многообразие мер воздействия на практическую реальность.

И не беда если она ошибется – практика поправит, вычислив причины ухудшения.

Беда, если, как мы это видим сейчас, бездумно и монотонно требуют от власти одного и того же действия на все случаи жизни, в любой ситуации, не задумываясь проанализировать практические результаты этого действия.


[1] Хрематистика (от др.-греч. χρηματιστική — обогащение) — термин, которым Аристотель обозначал науку об обогащении, искусство накапливать деньги и имущество, накопление богатства как самоцель, как сверхзадача, как поклонение прибыли. Отсюда хрематистика – это взгляды и действия, сопряженные с экономикой, но с ней не совпадающие и более того, ей противопоставляемые. Это наука о том, как сделать богатым отдельно взятую фирму или индивида, вне связи с благоденствием остального общества.

Вазген АВАГЯН, специально для ЭиМ.; 26 ноября 2014

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ​О. Василий (Литвинов): Слово об экономике

    ​О. Василий (Литвинов): Слово об экономике В первой части Открытого Письма (Слово о счастье) мы выяснили, что сверхбогатым людям мешает обрести счастье внешняя и внутренняя агрессия. Чтобы найти способ преодоления проблемы, надо определить её источник. Так, где же "собака зарыта"? На данный момент политэкономия указывает нам: произвольное деление земных, материальных благ делает людей врагами друг другу. Не какие-то мифические классы, а именно людей, персонально.

    Читать дальше
  • о. Василий (Литвинов): ​Слово о счастье

    о. Василий (Литвинов): ​Слово о счастье Василий Литвинов, священник Русской Православной Церкви, написал Открытое письмо к олигархам и всем деловым людям, всех людей считая братьями. Он просит все СМИ распространять это пастырское назидание, надеясь, что оно дойдёт до адресата. Будет принято или нет – другой вопрос. Но всегда лучше попытаться решить дело миром, пробудить в человеке человека – прежде чем суровая необходимость заставить уничтожить свирепых зверей. Вот что пишет о. Василий:

    Читать дальше
  • В.Авагян: "СЕЯЛКА ИЛИ ДАВИЛКА"?

    В.Авагян: "СЕЯЛКА ИЛИ ДАВИЛКА"? ​Основное противоречие США, как мирового гегемона заключается в конфликте расширяющейся, углубляющейся политической экспансии – и сжимающимся контуром экономических отношений. Чем больше поглощает империя – тем больше она разоряет тех, кого поглотила. Если у нормальных империй после захвата начинается восстановление разрушенных борьбой экономик, уже на своей территории, то для США после их победы начинается разорение, выжирание и вымаривание дотла побеждённого.

    Читать дальше

Свобода - более сложное и тонкое понятие. Жить свободным не так легко, как в условиях принуждения. — Томас МАНН.