Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,4296 руб.
  • Курс евро EUR: 68,0822 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,2039 руб.
Октябрь
пн вт ср чт пт сб вс
  01 02 03 04 05 06
07 08 09 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31      

СОВРЕМЕННОСТЬ: ПОВЕДЕНЧЕСКИЙ КРИЗИС

СОВРЕМЕННОСТЬ: ПОВЕДЕНЧЕСКИЙ КРИЗИС Лечение любого недуга немыслимо без рациональной диагностики и точного знания о признаках здоровья, противостоящих симптомам заболевания. Нельзя лечить, если не понимаешь ни происхождения, ни природы заболевания. Невозможно лечить – если не представляешь себе, как выглядит исцеление. Тогда любые конвульсии радостно приветствуешь, думая, что они и есть «пациент пошёл на поправку». Если считать человеческую цивилизацию доктором (фигурально выражаясь), то болезнь, с которой борется этот доктор – беспомощность, бесправие и беззащитность человека.

На заре истории мы застаём человека совершенно беспомощным перед хищниками и бандитами, перед силами природы и враждебной, жестокой окружающей средой. Человек беззащитен перед зверем или разбоем, перед засухой или наводнением, перед саранчой или вирусом.

Общества просто нет – оттого оно не даёт человеку никаких гарантий. Жизнь – безмозглая лотерея: кто выживет, тот выживет, а кто помрёт – тот помрёт. В итоге людей очень мало, выживают они очень трудно, живут недолго и в постоянном ужасе.

Если это исходная болезнь, то здоровье – права, гарантии и защищённость. Возникающее общество не бросает человека один на один со стихиями; оно разделяет с ним поиски путей выживания и благополучия.

На человека возлагается религиозный долг перед ближним, который, формализуясь и уточняясь, превращается в законы. Законы превращают простой призыв следовать добру - в обязанность ему следовать.

Возникает государство, как аппарат самосохранения человеческого общества. То есть как аппарат планирования светлого будущего!

Оно берёт на себя сперва функции коллективной безопасности, а после – и функции коллективного благополучия.

Но – в случае мутаций, вырождения – госаппарат сам превращается в злую силу разорения и убийства людей, создавших его для самозащиты.

+++

Понимая этот внутренний стержень цивилизации и исторического процесса (куда и зачем он восходил) – мы понимаем, что единственный смысл протеста масс – превратить своё выживание в непреложный закон государства.

Сделать так, чтобы обеспечение простого человека стало законом, причём реально соблюдаемым, а не просто формальным.

В наших исторических условиях это борьба за возвращение социальных практик советской власти. И не потому, что это были практики советской власти, а потому, что это были (абстрагируясь от идеологической окраски) - социальные практики цивилизованного государства. Пусть оно не называется "советским" - дело же не в словах. Хоть горшком назови - только в печь не сажай...

Если человеку дали квартиру - то квартира эта служит ему при любой власти, под любым флагом (пока не отберут). То есть жильё или пенсия по старости не являются идеологическим явлением, они - общечеловеческая потребность.

Умение удовлетворить такую потребность - признак цивилизованной формы власти. Наоборот, неумение удовлетворить её - признак дикости.

Нам нужно, чтобы власть взяла ответственность за наши жизни обратно на себя. А власть не хочет брать на себя никакой ответственности (что и понятно - кому ж охота должником быть?). Власть пичкает нас либерализмом, в котором каждый сам за себя, никто никому ничего не должен, и за рождённых в стране администрация ответственности не несёт, как за вещи, не сданные в гардероб...

+++

Так и возникает РЕАЛЬНЫЙ конфликт интересов: верхам нужен либерализм (в самых отвязных его формах), низам - социальные гарантии. "Либеральная революция" для нормального, вменяемого человека - нонсенс, оксюморон! Как может народ восстать за то, чтобы о нём не заботились?! За расширение произвола богатых против него, народа?!

Единственное вменяемое социальное движение низов - может быть связано только с возвращением социальных практик (в нашем случае - ресоветизацией). Это движение за раздачу бесплатных квартир, за советский пенсионный возраст, за отсутствие безработицы. За бесплатные образование и медицину, за возможности полноценной карьеры для каждого, кто добросовестно трудится (принцип номенклатурного продвижения[1]). Это борьба против чрезмерного расслоения общества, делающего большинство людей второсортными, и т.п.

Говоря в двух словах - это борьба против ситуации, в которой одни забрали себе всё - все деньги и все возможности, все должности, места и права - и не оставили другим ничего.

А какой ещё может быть народная борьба, если речь идёт о нормальном народе с вменяемыми мозгами?

Революция под лозунгом "На останавливайтесь на пол-пути: отберите у нас всё, что ещё осталось!"

Увы, сейчас нет недостатка именно в таких революциях. Мы называем её "некролюцией"...

+++

Если дикая природа никуда не движется (саванна или джунгли через 100 тыс лет точно такие же, как и были) - то человеческая цивилизация есть накопительно-созидательное движение, выстроенное на диалектике обновления технических средств при сохранении традиции.


Если мы признаём такую схему - то мы поневоле переходим и к вопросам планирования, в том числе экономического. Иначе из пункта 1 (сложившееся положение вещей) можно выйти только путём полномасштабной катастрофы.

Ведь сложившееся сложилось не просто так: оно сложилось из практики, в которой что могло произойти - произошло, а что не произошло - того, стало быть, и не может произойти.

Когда человек внутренне, психически разрушается - то у него возникают:

- Кризис восприятия

- Кризис целеполагания

И, вытекающий из них, промежуточный между ними, и неизбежный из-за них, кризис поведенческой мотивации.

Самый яркий пример кризиса поведенческой мотивации – майдан (цветная революция): борьба людей, которым плохо, за дальнейшее ухудшение своего положения.

Более ранний пример такого рода – холерные бунты, т.е. убийство врачей, пытавшихся бороться с холерой теми, кому холера угрожала.

+++

Когда цветная революция выворачивает, как сустав, протест в форму «борьбы за свободу» - то протест превращается в бунт пьяной черни, бессмысленный и беспощадный. Разломать государство и культуру недолго, вопрос – зачем это делать? Чтобы оказаться в диком поле, в первобытной саванне, убегающими от саблезубых хищников?

Цель не в том, чтобы разгромить государство, а в том, чтобы заставить его работать, выполнять его исходные функции, завести его заглохший двигатель. Если нужно – заменить сломанные детали. А майданы государство убивают. Они похожи на безумный автосервис, в котором заглохший автомобиль охаживают топорами и кувалдами.

Смысл протеста в том, чтобы получить гарантии. А смысл гарантий – в точности. Расплывчатые гарантии никому не нужны: они похожи на пустые декларации. Не просто «право на жилище» - а какое именно? В каком районе и в какие сроки? И т.п.

А то право человека на жилище записано в любой буржуазной конституции, но суть его сводится к тому, что человек имеет право купить себе жильё, если денег хватит. Это не право, а издевательство. Нужно научится отличать гарантии, обязательства - от вероятной возможности «может, да, а может, нет».

Возможность ничего не стоит: согласно законам Мерфи, если какая-либо гадость может случиться – она непременно случится. В частности: если у властей есть лазейка не давать вам квартиры (или у работодателя, у должника – лазейка вам не платить) – они непременно этой лазейкой воспользуются.

+++

За гарантии – если они достаточно точны – имеет смысл бороться. А за свободу и прекраснодушное пустословие – нет.

Вы в курсе, что у первобытных людей уже была абсолютная свобода, которую вообще никто и никак не сдерживал?

И люди отказались от неё из-за голода, холода, риска, дамоклова меча неопределённости, неточности и необязательности?

Если вы, устав от опеки, обратно вернёте первобытную свободу (как мечтают анархисты) – то вместе с ней вы вернёте холод, голод, скитания и ситуацию, при которой жизнь гроша ломаного не стоит.

Сколько же можно с 1991 года наступать на одни и те же грабли, превратив лоб в огромный синяк? Вы возвращаете свободу – а свобода возвращает первобытную дикость, в виде обезьяны с дубиной (рэкетира с битой). Вы орёте, что «свобода неправильная» - а какая правильная?

Неотчуждаемые права человека (в том числе и имущественные, без которых прочие – пустышка) – это как раз несвобода. Это фиксация. Действующее право не даёт свободы его не соблюдать. Оно чётко прописывает (без всякой свободы) – как именно его нужно соблюсти. Шаг влево или вправо для права – всё равно, что «попытка бегства» для конвоира.

Права неизбежно уравновешиваются обязанностями. Если обязанности сняты – то снимаются и права, которые больше нечем поддерживать.

Например, если люди имеют право на жильё – то люди имеют и обязанность его строить. Если его никто не станет строить – откуда оно возьмётся? Свободно строимое жильё – свободно и распределяется, выборочно, за деньги, а не всем, «имеющим право».

То есть снимите обязанность – снимется и право. Нельзя забрать одну сторону монеты и оставить вторую.

+++

Вот почему мы и говорим о кризисе поведенческой модели, который вырастает из кризиса восприятия и кризиса целеполагания. Когда человек не знает общества, в котором живёт, и не знает – чего он хочет, то, естественно, из смутных знаний и желаний вырастает безумное поведение.

Цивилизация взрывается, вся энергия её созидания превращается в энтропию[1]. Новых прав и гарантий человек не получает, а старые теряет. Вся пост-советская история – яркая иллюстрация общества, у которого нет новых достижений, но утрачиваются и транжирятся прежде обретённые.

А всё потому, что борьба дегенерата идёт не за гарантии, а за свободу. Ломоносов все ноги себе стоптал, добиваясь себе права на образование – а дегенерат, наоборот, тяготится гарантированной учёбой, ищет возможности сбежать с занятий.

Для него свобода - не когда он имеет возможность поступить на учёбу (или работу) - а когда он может оттуда сбежать.

Дегенерат не места под Солнцем себе добивается, а возможности удрать с этого места. Куда? Да он и сам не знает… Куда-нибудь, где он предполагает счастье, и где чаще всего находит гибель.

Человек – поглотительная, затратная система[2]. Затратная система, которая перестала требовать гарантий затрат на неё – сокращается, ликвидируется, причём с заметным облегчением всех окружающих: «Если ты не хочешь, чтобы мы тебя кормили – так мы тем более не хотим тебя кормить!»

Нелепо предполагать и свободу без прилагаемого к ней самого отвязного и грубого насилия. Общество без насилия – это общество без свободы, сильные и слабые равно прижаты к земле "задницей" власти, возможности терроризировать соседа «частным порядком» сведены к минимуму. Но такое состояние достигается очень мощным государственным карательным аппаратом! Если вы хотите быть защищёнными, то примите, как плату, и то, что над вами будут довлеть. Нельзя защитить человека, не ограничив его передвижений, это вам скажет любая служба безопасности, хоть банкира, хоть президента…

Вы же хотите болтать и делать всё, что вам вздумается – но при этом оставаться защищёнными! Так просто не получится: защита свободных от других свободных возлагается на самих свободных.

Не запугав злоумышленника – его не отвадишь. А запугивает вовсе не болтливый Горбачёв с пятнистой лысиной: запугивают карательные органы. Если они есть и дееспособны.

+++

Для того, чтобы действие было полезным – оно должно опираться на трезвую оценку реальности и ясный идеал желаемого. Нужно понимать, от чего отталкиваешься, и к чему стремишься.

Иначе получится – как у пост-советских людей – «плавание трёх мудрецов в грозу по морю в тазу»:

Будь попрочнее старый таз -
Длиннее был бы мой рассказ…

Но нельзя вывести человека ТОЛЬКО из поведенческого кризиса (когда он активно делает себе всё хуже и хуже: сломав ногу о камень, продолжает пинать в гневе этот же камень уже сломанной ногой, добавляя переломов и т.п.).

Ведь кризис поведения масс - простое следствие кризиса восприятия и кризиса целеполагания. Если человек не знает мира, в котором живёт, его законов и реалий - может ли его поведение быть адекватным? Поставим вопрос иначе: адекватным чему?

Ведь аутист адекватен собственным галлюцинациям, мирам собственной фантазии. Он неадекватен только объективной реальности. А тем нормам, которые он для природы придумал вместо Творца - он вполне адекватен.

Майдаун неадекватен жизни (почему они и вымирают миллионами, с невероятной для истории скоростью), но своим-то галлюцинациям он вполне адекватен. Что выдумал - тому и следует. Считает крокодила домашней кошкой - и берёт его в дом, сажает на руки, чтобы погладить...

Для того, чтобы поведение человека было адекватным реальность - нужно ведь сперва понять, изучить, верно отразить в голове эту реальность - без фантомов и перекосов. Для того, чтобы не вести себя с крокодилом, как с кошкой (с капитализмом, как с демократией) - нужно сперва понять, что такое крокодил и что перед тобой именно крокодил.

Поведенческий кризис столь же неразрывно связан с кризисом целеполагания. Для того, чтобы средства соответствовали цели - цель должна быть. Бесцельности соответствуют все и любые средства: если вы никуда не идёте, то вы не можете заблудиться.

Человек современности безумен, потому что он заменил научную картину мира галлюцинациями, а ясное представление о цели движения - смутными размытыми образами сумрачного сознания.

+++

Для либерализма такое состояние мозгов - идеальная среда и питательный бульон. Свобода, как идеал, хороша тем, что включает в себя всё. Любое действие следует считать свободным кроме предотвращённого действия.

Если я хотел вас ударить ломом по голове и ударил, то это свобода.
Если я не хотел вас бить ломом по голове и не ударил - это тоже свобода.

Несвобода - это когда я хотел (бить или не бить) но меня заставили сделать по другому (тоже, соответственно, бить или не бить). А если я хотел и сделал - то что бы я не хотел, всякое моё действие (раз его не запрещали) - свобода.

Всякая социальная гарантия - запрет на произвол силы, то есть несвобода по самой сути своей. Нельзя дать того, чего нет, это все понимают.

Но если что-то есть?

Дать его или не дать - вопрос произвола правящей силы.

Если система построена так, что произвол невозможен (а дать имеющееся правительство обязано) - тогда мы и имеем дело с системой социальных гарантий.

И бороться цивилизованный человек должен именно за неё.

А за "свободу" в зоологическом её понимании - пусть сражаются звери. Они делают это миллионы лет, вне всякого административного давления или регулирования пожирая друг друга.

Жить, уподобившись зверям, конечно, можно.

Вопрос в другом: нужно ли это нам?!



[1] Номенклатура – принцип поимённого учёта со стажем, при котором всякий руководитель обязан пройти все предыдущие ступени карьеры, а не назначается сразу на высший пост. Грубо и зримо: нельзя стать генералом, не побывав сперва курсантом, лейтенантом, майором и т.п. А в рыночной экономике такое случается запросто: «родился-учился-министр». И получается, что один умрёт в лейтенантах, безупречно отслужив десятилетия, а другой – сразу генерал или фельдмаршал. Большинство современных руководителей – «варяги», то есть приходят со стороны, а не вырастают из коллектива. Директор школы или глава администрации являются невесть откуда – в то время как их заместители играют роль «вечных замов». Кадровая политика сменена произволом.

[2] Энтропия – стремление неодушевлённого предмета к наиболее вероятному своему состоянию, которое, в то же время, является и наиболее примитивным его состоянием. Например, предоставленное самому себе биологическое тело разлагается на воду и окаменелости, брошенный дом – обрушившись, превращается в мусорную кучу и т.п.

[3] Важно отметить, что, вопреки мифу, не человеческий труд по обработке ресурсов создаёт благосостояние, а широта распоряжения ресурсами. В обществах разреженных растёт цена на наёмный труд, растёт средний достаток трудящихся. Наоборот, в обществах скученных, перенаселённых – цена на труд падает почти до ноля. Благополучие средневековой Норвегии, избежавшей и феодализма, и капитализма, пребывающей в социализме чуть ли не с 14-го века, связано с тем, что чума унесла ¾ населения страны. Оставшиеся немногие стали заботиться друг о друге: ресурсов много, людей мало. Совершенно обратную картину даёт общество, в котором ресурсов мало, а людей много. Важный фактор: получает ли один наследник несколько наследств или же несколько наследников делят одно наследство? Богатство Европы во многом связано с простым её вымиранием, с тем, что наследство идёт к наследству, и человек начинает с очень высоких стартовых позиций – не так, как на Ближнем Востоке, например.

Александр Леонидов; 6 сентября 2018

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • Наш сайт (ЭиМ) глушат!

    Наш сайт (ЭиМ) глушат! Одно дело - слышать про такое со стороны. Другое - лично столкнуться.В РФ начиная с 30 сентября сего года неизвестными лицами произведено техническое веерное отключение сайта ЭиМ, который для большинства пользователей вдруг стал "недоступным". У нас он работает, как ни в чём не бывало, но мы - в локальном пузыре, а с мест сообщают, что сайт нигде не открывается.

    Читать дальше
  • ​«АПОЛОГЕТ»: ПРЕДЕЛЬНАЯ КОНЦЕНТРАЦИЯ ИСКРЕННОСТИ...

    ​«АПОЛОГЕТ»: ПРЕДЕЛЬНАЯ КОНЦЕНТРАЦИЯ ИСКРЕННОСТИ... Можно спорить о художественных достоинствах или философских идеях романа «Апологет» А. Леонидова, на днях опубликованного замечательным издательством «День Литературы»[1]. Об одном спорить не приходится: с такой стороны революцию и советский строй ещё никто не осмыслял! Ни сторонники, ни противники таким образом её не рассматривали, факт. Остальное – спорно. Как, в общем-то и должно быть с художественным произведением, главное требование к которому во все времена – свежесть и оригинальность. И это есть…

    Читать дальше
  • ​О. Василий (Литвинов): Слово об экономике

    ​О. Василий (Литвинов): Слово об экономике В первой части Открытого Письма (Слово о счастье) мы выяснили, что сверхбогатым людям мешает обрести счастье внешняя и внутренняя агрессия. Чтобы найти способ преодоления проблемы, надо определить её источник. Так, где же "собака зарыта"? На данный момент политэкономия указывает нам: произвольное деление земных, материальных благ делает людей врагами друг другу. Не какие-то мифические классы, а именно людей, персонально.

    Читать дальше

Свобода - более сложное и тонкое понятие. Жить свободным не так легко, как в условиях принуждения. — Томас МАНН.