Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Июль
пн вт ср чт пт сб вс
    01 02 03 04 05
06 07 08 09 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31    

​МЫ НЕ ЗЛОРАДСТВУЕМ И НЕ НОСТАЛЬГИРУЕМ!

​МЫ НЕ ЗЛОРАДСТВУЕМ И НЕ НОСТАЛЬГИРУЕМ! Наши публикации идут таким «ромбом», что может возникнуть впечатление, будто мы против Украины, Европы, США. Это, поверьте, категорически не так: мы против тех тёмных сил, которые их убивают, и пытаются назвать себя их именами. Если бы мы были им враги, то в час цивилизационного краха, пробивающего все днища, сперва Украины, а теперь вот и расколовшегося американского общества, мы бы ликовали и упивались злорадством. Мы потирали бы жадные ладошки, как это делает любой куркуль, видя у конкурента проблемы. И как это делает частный собственник, видя в беде другого собственника шанс захватить его барахлишко. По дешёвке с молотка, или вообще бесплатно, мародёрским способом…

Хочу подчеркнуть, что мы не злорадствуем. Как хочу подчеркнуть и второе: мы не ностальгируем по «светлому прошлому», в том смысле слова «ностальгия», который предполагает бездумное бегство в ушедшие времена, попытку «второй раз войти в ту же реку». И злорадство, и ностальгия цивилизационно бесплодны.

Нельзя выстроить прогресса ни на злорадстве, ни на ностальгии. Мы же исходим из того, что и развитие и деградация общества – продукты определённых законов общественного бытия. Зная, соблюдая эти законы – человек любой национальности и цвета кожи может получить прогресс, а нарушая их – свалится в регресс и хаос. Точно так же авиатехника – есть искусство строить летающие машины, которой важны её нормы и правила, и совершенно не важны гражданство, национальность, раса или цвет глаз у строителей.

А понимая это – мы очень чётко разделяем борьбу США с Россией (борьбу империи с империей) и борьбу США с цивилизацией (борьбу безумия с разумом). Мы-то различаем, американцы же – нет! Для них борьба с цивилизацией всего лишь одно из орудий их геополитической борьбы с империей-конкурентом. Они так увлеклись этой схваткой, что разрушение любых норм цивилизованного бытия считают маловажным: «лишь бы победить, а потом, если нужно будет, восстановим»…

+++

В борьбе с цивилизацией всякая победа – пиррова. То есть она будет победой над самим собой, лишающей детей и внуков горе-победителя будущего. Нетрудно заметить, что в истории всегда противодействуют две силы: центростремительная, собирательная, и центробежная, расточительная, растаскивающая. Центростремительная сила есть приоритет коллективных интересов над частными, центробежная – приоритет частных интересов над коллективными.

Сторонник государства и права, любой – кроме совсем уж проституированных демагогов – не может поощрять центробежные силы в цивилизованном обществе. Потому что всякое достижение цивилизации по определению есть общественное достояние, и если его будут растаскивать – в политике или экономике, в культуре или науке – оно будет разорвано и умрёт для потомков. Приватир – главный враг цивилизации во все времена. Приватир – общее имя для внешней орды, идущей грабить города и сёла, и для внутреннего врага, который грабит города и сёла с внутренней стороны крепостной стены.

Потому что и печенег, налетевший из глубин степи, и собственный ненасытный мироед – стремятся к одному и тому же: к расхищению общественного достояния.

Можно ли развивать, или хотя бы сохранить цивилизацию – одной рукой опираясь на грабительскую орду мародёров, а другой – на криминальное подполье, на уголовщину? Мне кажется, этот вопрос риторический.

А между тем стратегия США в борьбе с СССР опиралась на зверя в человеке. Наплевав на общие нормы цивилизации, в борьбе с конкурентом, американские «элиты» сделали ставку на «крымское ханство» и «банду «чёрная кошка». В надежде, что крымчаки налетят на индустриальные города ордой, а уголовники им помогут.

Можно ли после этого говорить об американской победе иначе, кроме как о пирровой? Как о победе над собственным будущим? Конечно, ломать легче, чем строить, испортить и растлить человека легче, чем его воспитывать в высшем духе. Но разве цивилизацию можно выстроить на ломках (включая наркоманские), на людях испорченных и растленных?

+++

Мы не будем злорадствовать всё более очевидному внутреннему краху США и Европы. Напротив, мы будем вести речь о том, что могло бы СПАСТИ США, СПАСТИ Европу – если бы они нашли в себе силы повернуться от безумия и деградации к ОТЦ[1].

Законы общественного бытия могут работать против вас. И могут работать в вашу пользу. Законы сами по себе неизменны – меняется только поведение людей вокруг них. Если построите летательный аппарат правильно – то полетите. А если неправильно – то разобьётесь. Но это не потому, что для неправильных самолётов какие-то другие законы тяготения и аэродинамики. А просто потому, что неправильные самолёты неправильно сделаны. Законы же притяжения и сопротивления воздуха для всех летательных аппаратов одни и те же.

Когда мы говорим украинцам, что сетка-авоська не может быть парашютом – враги ли мы им? Если люди на большой высоте решили выпрыгнуть с рыбацкой сетью вместо парашютной ткани – кто им враг, мы – или они сами себе?

В каком злорадстве – или ностальгии – вы упрекаете нас, если мы ищем в настоящем и в прошлом опорные точки ОТЦ, выделяем из пёстрой запутанности жизни практики, создающие или отменяющие цивилизацию, КАК ТАКОВУЮ. Эти правила можно соблюдать – или нарушать, дело хозяйское! Свободу воли никто не отменял.

Другое дело, что свобода воли не есть свобода метода!

Разрушением созидания не добиться – даже если вам очень хочется объявить разрушение методом созидания. Нельзя в объективной реальности собрать камни, разбрасывая их. Думать, что ты их таким способом собираешь – конечно можно (это и называется неадекватностью), но в реальности собрать – нет.

+++

Цивилизация – говорит ОТЦ – начинается как противопоставление обобщающего разума (абстрактного мышления) индивидуальности зоологических инстинктов. Проще говоря: нескольких разных людей назвали одним именем «человек». Умственно отыскали между ними сходство, подобие – и условились считать подобие тождеством.

Но разве два разных человека тождественны?! Один высок, другой низок, один брюнет, другой рыжий, один толстый, другой тощий, и т.п. Ещё в средние века противостоящие реалистам философы-номиналисты настаивали на УНИКАЛЬНОСТИ каждой судьбы и каждого случая. Из этого уникализма, противопоставленного универсальному подходу, и родился, в сущности, весь капитализм. Который, если говорить о нём совсем кратко, разные стандарты для разных людей. О такой уникальности судеб говорит надпись на воротах Бухенвальда: «каждому своё».

Если считать, что люди и судьбы уникальны, и каждый радеет за себя – то нет не только общего блага и универсального добра для всех. Не может быть и единых «прав человека» - ибо нет стандартных «человеков», какие же единые стандарты могут быть в уникальных, несопоставимых случаях? Не может быть единых законов, очень проблемным становится существование государства – ибо невозможен патриотизм.

Наука и культура строятся на широком распространении знаний, на том, что изобретатель ДЕЛИТСЯ открытием с широчайшим кругом людей. Но принцип личной выгоды[2] мотивирует на обратное поведение: скрывать и прятать своё открытие от других, чтобы получить над ними конкурентное преимущество! Отсюда и вырождение науки в магию, попытка сделать все знания своей частной собственностью, «эзотерикой», все компетенции сделать закрытыми. И пользоваться всем познанным только для себя, не сокращая, а увеличивая отрыв от себе подобных.

+++

Нет никаких сомнений, что цивилизация – основана на коллективном разуме, в котором мысль значительно шире своего биологического носителя: она передаётся из поколение в поколение (накопление знаний). Она передаётся на вне-биологических носителях, таких, как книги и учебники (распространение знаний). Коллективный разум внедряется в биологический мозг человека путём образования и воспитания – которые, по сути, есть усвоение чужих мыслей для формирования личности.

У коллективного Разума – единого для многих своих носителей, последовательно накапливаемого и преемственно передаваемого – есть и сильная, и слабая сторона.

Сила коллективного Разума в том, что он на порядок мощнее, умнее, могущественнее, чем изолированно сформированный биологический мозг. Конечно, кое-какие навыки, вроде дыхания и сердцебиения, передаются живому существу автоматически, при рождении. Но весь багаж цивилизованности гены не передадут, нельзя родить человека, сразу знающего математику или историю!

Коллективный Разум – это когда на тебя одного работают мозги множества людей и поколений, что делает твоё могущество в буквальном смысле слова космическим и геологическим, выделяет из дикой природы, делает многократно сильнее самого сильного хищника, сильнее самих стихий природы.

Но слабая сторона коллективного Разума – неизбежный для него коллективизм, отталкивающий от него обобщённый характер, не ставящий интересы биологической особи-носителя в приоритет.

Культура – она же до тебя родилась, и после тебя останется. Ты для неё – только винтик механизма, звено передачи, один из множества носителей, не господин, а слуга. Если придётся выбирать между интересами общества и интересами индивида – обобщающий разум (абстрактное мышление) всегда выберет интересы общества. Например, обществу выгодно, чтобы ты не воровал – но тебе-то самому это снижает доходы, формирует «упущенную прибыль». Если бы выполнять законы было всегда выгодно – их никто бы не нарушал. А зачем? Себе в ущерб?

Понятно, что нарушение законов, формирование преступного мира – есть следствие невыгодности общей пользы для отдельно взятой биологической особи. Интересы рода, вида – и индивида часто расходятся, иногда просто в разные стороны, а иногда и в противоположные.

Возьмём работу и оплату. Что нужно обществу? Работа, общественная польза. Чем её больше – тем в целом обществу лучше. А что нужно зоо-инстинкту особи? Оплата. Инстинкту эта общественно-полезная работа нафиг не нужна, если бы можно было перейти сразу к получению зарплаты без этой «нудятины» - инстинкт бы с радостью согласился.

Но что будет с обществом, которое пойдёт на поводу у звериных инстинктов? Очевидно – оно развалится в бойне, муках и пламени. Если каждый резко рванёт на себя – инфраструктура цивилизации просто развалится.

+++

Воевать с СССР – одно. Воевать с базовыми принципами, слагающими социум – совсем другое. Речь уже не о том, что одно государство победит другое, а о том, что сами нормы сложения государственности окажутся разрушенными. У всех: у победителей так же, как и у побеждённых.

Важно понимать: рыночность в экономике имеет естественно-зоологический, природный характер. Рынок никто не придумывал, он сложился стихийно – как стихийно сложились и иные трофические цепи в дикой природе. Эта естественность сложения, базирующаяся на самых низших, и оттого самых фундаментальных, устойчивых инстинктах натуры человека – придаёт рыночности в экономике дьявольскую прочность.

С другой стороны – вся история цивилизации с древнейших времён есть борьба культуры с рыночностью. Вне этой борьбы цивилизация была бы просто не нужна: ведь борьба за существование в чистом виде[3] существует уже в животном мире. И если цель рыночности – снять административные барьеры, административно-командные методы экономики – зачем тогда огород городить со всей этой цивилизацией?

Социал-дарвинизм отрицает ведь не только социализм; он отрицает всякую цивилизацию, как таковую (ибо нельзя выделяться из естества дикой природы, не придумав при этом чего-нибудь условного, искусственного, чужеродного животным инстинктам, неоднозначного для них и непостижимого в рамках зоопсихологии).

+++

Но если у каждого интересы противоположны соседским, если «твоё не моё, моё не твоё», если получить себе и урвать у другого – синонимы, то как же вообще противодействовать центробежным силам человеческого эгоизма и звериной алчности? Как могут при таком антагонизме интересов конкурирующих за ограниченные блага особей сохраняться государство и право, какой-то порядок? Делает ли культура личность сильнее в конкурентной борьбе? Нет – и наоборот, культура делает личность слабее, хулиган в подворотне побивает очкарика, а блестящее знание астрономии или средневековых инкунабул не поможет в схватке с гориллами.

Могут ли государство и право возникнуть из экономических практик и интересов особей? Мы говорим: нет (вступая тут в противоречие с марксизмом). Поскольку грабёж, разбой, мошенничество и воровство были и остаются доходнее, чем честный созидательный труд – экономические интересы зверя всегда центробежны. Зачем ему нести блага в общую копилку, когда его цель (и даже инстинкт) – схватив, убежать подальше?

Марксисты пытались построить общество на экономических интересах, у них ничего не получилось, и мы, кажется, догадываемся, почему. Потому что приоритет экономической мотивации всегда способствует не созиданию, а воровству! Если экономика слуга Культа – это одна экономика. А если она сама по себе, если придать ей самоценность в глазах игроков (чем больше денег захапал, тем лучше) – то это уже другая экономика (хрематистика) и она для государства, права, общности, культуры – убийца.

Максимум, что могут создать экономические мотивации – это Орда. То есть очень неустойчивый союз разбойников, объединённый задачей грабежа третьих лиц, и обычно распадающийся, как дело доходит до дележа награбленного.

Создать государство, как позвоночник цивилизованного бытия мог только Храм и Культ. Именно в рамках религиозного фанатизма впервые происходит выделение человека из своего «эго», самоотрицающее и самоотверженное служение высшим идеалам, игнорирующим личные интересы зверя. Это порождает такой «цемент цивилизации», как ответственность и чувство долга.

Чувство долга – не в том смысле, что ты у кого-то денег занял, и помнишь, что придётся отдавать, а в том смысле, что ты от рождения уже должник, хоть и не успел ни у кого ничего занять. Чувство долга (в высшем смысле) и учение о первородном грехе в религии переплелись до степени неразличимости. Чувство долга есть преодоление врождённой порочности, принимаемой, как аксиома!

Нетрудно увидеть и то, что мешающая очкарику в драке культура – есть эстетическое оформление Культа, о чём говорит сама корнесловица. Если Культ выпадает – какой тогда смысл в культуре? В ней не останется ничего, кроме сугубо деструктивного декаданса, поиска извращённых наслаждений психопатического толка…

+++

Храм породил копилку-сокровищницу, куда служители Культа приносят своё, делая общим: золото и серебро, знания и открытия, изобретения и духовные ценности. Зверь хочет сделать общее своим. Для зверя общее – это лишь то, что он пока не успел украсть.

Храм перевернул эту матрицу в голове человека: служитель Культа, наоборот, в горении фанатизма, без всякой личной выгоды, несёт своё (лепту), чтобы сделать общим достоянием.

Но где есть сокровища – вскоре появятся и воры-мародёры. Храм породил сокровищницу, накопитель первичной субстанции цивилизации[4]. Сокровищница породила стену и охрану: чтобы не растащили. Стена с охраной – это уже крепость. Внутри – храм, а скорлупка этого «орешка» - оборонительные сооружения.

Но если крепость эффективна – то в ней безопасно. А раз в ней безопасно – то сокровищ в копилке всё больше и больше. А раз сокровищ всё больше и больше – то и мотивов у мародёров всё больше. Воры всё сильнее мотивированы добраться до сокровищницы. А охранники Культа – через то всё сильнее мотивированы искать новые средства обороны.

И крепость превращается в город. А город превращается в государство. И в итоге из зёрнышка по имени Храм (Культ) мы видим современное нам древо государства и права, разветвлённую культуру, передаваемую путём «вдалбливания» в общих и обязательных школах.

Мародёрам нужно растащить (приватизировать) сокровищницу Культа. Хранителям нужно её защищать.

Защищают по-разному, не только оружием. Носителей оружия нужно хорошо подготовить, сформировать их защитниками, а не мародёрами. Только в этом случае они будут сокровищницу охранять, а не растаскивать. Задача культуры – воспитать человека хранителем сокровищницы Культа. Это вбивают насильно (идеология) и эстетически прививают (искусство, воспевающее базовые ценности Культа).

А суть цивилизации, прикрытой этими процессами – в том, чтобы происходила поступательное и преемственное накопление сокровищ в сокровищнице. Чем дольше сокровищницу общего пользования (храм открыт для всех) сохранят от растаскивания – тем больше сокровищ там скопится от дарителей и жертвователей.

Можно ли в данном случае отделить духовное наследие от материального обеспечения? Думаю, нет. Люди, занятые духовными практиками, должны как-то подпитываться, чтобы элементарно не голодать или не замёрзнуть зимой. Духовным людям нужны еда и одежда, жильё и книги, и много ещё чего. Всё это им и обеспечивает храмовая сокровищница, которая, грубо говоря, «корм цивилизации».

Чтобы люди копили знания – их нужно кормить, а чтобы их кормить в постоянно возрастающих количествах – нужно копить знания. Так и формируется базовый цикл цивилизации. В нём одни обязуются писать, а другие читать. Человек дарит свои открытия обществу, но не умирает от нищеты, потому что общество в ответ дарит ему средства к существованию. Если бы они торговались – исход был бы принципиально иным…

+++

Мало сказать, что цивилизация, чтобы не закончится Бухенвальдом, должна прийти к социализму. Это, конечно, так, но этого мало. Она ведь и начиналась социализмом! Она родилась в долине Нила или в Междуречье, пытаясь упорядочить грубейшую «войну всех против всех», типологически близкую звериной борьбе в дикой природе. Она противопоставила центробежной силе эгоцентризма – центростремительную силу единого центра для множества «эго».

Любой, кто видел зверей на помойке – знает, что звери не собирают помойку. Они могут её только растаскивать. Даже помойку – при всей низости её статуса – собрать могут только люди. А если говорить о чём-то выше помойки и свалки – то тем более.

Любой из институтов цивилизации, попав в лапы зверей, будет растащен. И неважно, говорим ли мы о государстве или культуре, об армии или библиотеке, о школе или больнице, о прокуратуре или психиатрии! Всякий институт цивилизации складывался путём преемственного сложения усилий многих людей, думавших не о себе, а о Деле. Поменяйте их на обратно-мотивированных, и думы о себе заставят растащить по крысиным норам всё сущее.

+++

Нам незачем злорадствовать над корчами США, потому что мы открыто говорим: США сами создали собственную цивилизационную катастрофу. Тут наши руки чисты, а их собственные – нет. Вопреки Разуму, вопреки здравому смыслу, благодаря которым жизнь можно было бы делать устойчиво-лучше год от года – вы разожгли этот огонь. Вы в нём и сгорите.

Я просто скажу несколько очевидных вещей, а вы мысленно оцените их очевидность:

Безопасность человека есть определённость
Стабильный достаток человека есть определённость
Рыночная экономика есть неопределённость.

Если вы идёте в место, совершенно вам незнакомое, то как можно говорить о безопасности? Если вы не знаете, что с вами завтра случится – то как можно говорить о стабильности достатка?

Непредсказуемость по определению не может дать ни безопасности, ни стабильных доходов! А теперь давайте подумаем, могут ли быть предсказуемыми рынок и либеральная свобода? Предсказуемость уровня гарантии есть планирование. Полностью контролируя процесс – я могу полностью гарантировать его результат.

А если я не контролирую процессов – то любые мои обещания есть демагогия! Нет контроля за процессом – нет и гарантии его исхода. Я могу гарантировать наполнение ванны – ибо кран в моих руках. Но как я могу гарантировать пределы наводнения, которое не я начал, и не мне завершать?

Для того, чтобы быть стабильным (из случайности превратиться в право) – достаток должен стабильно воспроизводиться. А если убыль восполняется стихийно, по рыночному, то ни о какой стабильности говорить невозможно. Даже если вам с достатком сегодня повезло (вы выиграли в лотерею) – это ничего не говорит про ваше завтра. Азартные игрища – дело переменчивое…

Неопределённость – мать опасности и мать нищеты. Если вместо управления судном мы плывём по течению – то не мы определяем маршруты и пункт прибытия. Неопределённость – это темнота, то есть отсутствие или обессмысливание науки. Если мы не пользуемся знаниями для управления процессами (рыночной стихией) – зачем и о чём нам накапливать знания?

И ведь даже первоклассник понимает, что закон и случайность противоположны по смыслу. То, что делается по закону (включая и законы природы) – не есть случайность. То, что делается случайно – делается не по закону. Но тогда куда девать детей случайности, удачу и успех, которые легли в основу рыночной игры?

Сам по себе разговор об «удачливых» и «неудачниках», столь популярный у либералов – он же по ту сторону представлений о законности! Законность не может делить людей на удачливых и неудачников: она делит на добропорядочных граждан и преступников. В рамках законности и награда и наказание соразмерны деянию. А рассуждения рыночников «этому повезло, тому не повезло» - они же из уголовного мира! То есть человека награждают и наказывают не за то, что он сделал, а просто по жребию?

+++

Весь этот бред США, оплот мировой реакции в ХХ веке, бросили против стран социализма, который, сам по себе, был переполнен проблемами, был корявым и перекошенным, представлял из себя механизм ранней модели, столь же ломкой, как и первые модели любой техники.

Ведь не взглянешь без слёз на первый автомобиль или первую подлодку (сделанную из деревянной бочки!). Не знаешь, смеяться или плакать, когда смотришь на первые модели самолётов с их фанерками, бечёвочками, подвергающими риску лётчика, которого они, между прочим, предполагали забросить очень высоко от земли!

Вообразите, что такой самолётик, первый из всех, накреняясь, пытается взлететь. Летит криво, низко, и тут некая обезьяна бросает в него камень. Следует взрыв, слабенький движок взрывается, лётчик гибнет, от самолётика одни обломки. Обезьяна ликует: какая я умная! Как я этим людишкам нос утёрла! Ну и что, где ваш самолётик, дураки? Мой-то камень покрепче будет!

Именно это и случилось в ХХ веке с переполненным проблемами и конструктивными недостатками миром социализма. Обезьяны стали закидывать его камнями и собственным калом – отчего он, будучи первой моделькой, взорвался.

Что сделали США? Они предложили улучшение дефективных деталей конструкции? Нет! Они предложили проклясть сам принцип конструктивизма. Поскольку первый самолётик летает плохо – надобно запретить вообще строить таким машины. Потому что палка и камень давно освоены зверочеловеком, и нечего их подменять разными нелепыми сложностями. Как говорил лидер номиналистов Оккам – «не нужно умножать сущности без крайней необходимости».

Такой «крайней необходимостью», заставившей изобрести одежду из шкур, был ледниковый период. Для всякого новшества рыночники предлагают дожидаться глобальной катастрофы – «крайней необходимости» - когда им придётся «выйти в умножение» из привычно-сложившегося кружка сущностей.

Кризисность рынка связана с тем, что он не умеет предсказывать катастрофы, он знакомится с ними только по мере их наступления. Этим он противоположен Разуму с прогностическими способностями. Разум может просчитать, какие завтра возникнут проблемы, для рыночной стихии если их сегодня нет – то их и вообще нет.

Оттого эта маразматическая система постоянно впадает в кризисы. В ней пока кризиса нет – нет и беспокойства, а когда кризис уже случился – поздно беспокоиться.

+++

А сейчас у Запада ничего не осталось, кроме Джокеров, Бандер и первобытных по складу ума чернокожих погромщиков. Запад уничтожил своё будущее, отказавшись строить жизнь на началах Разума. Он предпочёл строить жизнь, как зверь – ориентируясь на чувственные ощущения «сладко-горько», «больно-приятно» и т.п.

А кто идёт наощупь, в поисках чувственных наслаждений, тот раб собственных инстинктов и в итоге придёт в дикую, первобытную природу. Инстинкты человека – это компас, всегда указывающий на звериную дикость. Почему? Да потому что инстинкты там сформировались, они сформировались для этой среды, полезны они тоже только в ней. Как корабль нелеп без воды, так и звериные инстинкты в человеке нелепы без зверства.

Инстинкты ничего не знают про базовые нормы цивилизации, потому что для инстинктов вся она – краткий миг среди миллионолетий животного существования. Инстинкты всегда враждебны цивилизации, потому что вся она – искусственна, а они – зоологически-естественны.

Крах США сегодня – это следствие того выбора, который «элиты» США сделали 30 лет назад, когда был шанс всепланетарного созидательного сотрудничества. Но хищник предпочёл дружбе пожирание. В ответ на протянутую руку дружбы – он прыгнул, выпустив все когти.

Тем самым Запад лишил будущего и нас, и самого себя. Ударом дубины по лысине профессора убить можно – а вот самому стать профессором –нет. Можно разрушить центростремительные силы созидающих начал человечества с опорой на внутреннего зверя – а вот восстановить их с такой опорой – нет.

Бумеранг маразма рыночной неопределённости и беззаконого «культа удачи» возвратился в лоб Америке.

Нет, мы не злорадствуем.
Мы не хотим погубить США, мы мечтаем их спасти.
И мы не ностальгируем.

Мы не хотели бы реставрации советского прошлого, ведь при таком воскрешении мы воскресили бы и опухоль, убившую его.

Мы говорим лишь одно: есть базовые нормы, соблюдение которых создаёт цивилизованное общество. А есть их нарушение – которое такое общество обрушит. Всегда и с гарантией. Потому что в человеке есть только звериное и сакральной. И любой, кому дорога цивилизация - должен стремиться наращивать чувство сакрального в человеке, умножать святыни - а не разрушать их, как делали безумные богоборцы и их либеральные преемники. Разрушая сакрально-догматическое ядро в личности человека вы добиваетесь только одного: вы его зверите и скотините.

Чего вы и добились - когда толпы просто стали жечь города в "цитадели" рыночного маразма, США.

Наше злопыхательство тут совсем ни при чём.
Скажут - «накаркали», мечтали о беде для США, вот она и случилась…
Нет, мы не «каркали». Мы предупреждали, что общество так не строят.
Что либерализм – убивает.
И мы продолжаем это делать.

Потому что или мы поймём устои цивилизации, поняв – введём и защитим их. Или мы потеряем цивилизацию.



[1] ОТЦ – Общая Теория Цивилизации. Занимается изучением наиболее общих, единых для всех цивилизованных обществ, форм и систем существования, которые сами по себе являются приметами цивилизованного общества, выделяющего его из животного мира и дикого стада человеческой первобытности.

[2] На котором стоят капиталистические «авторское право» и «коммерческая тайна», препятствующие широкому распространению культурных продуктов, знаний и технологий.

[3] Тавтология дарвинизма: «выживают те, кто выживают». Т.е. не самые умные, не самые сильные, не самые крупные или мелкие, а, грубо говоря, кому повезёт.

[4] Состоящий из особых духовных практик и материального их обеспечения. Грубо говоря, из процесса сочинения книг – и снабжения сочинителей всем, что им для работы нужно.

Александр Леонидов; 8 июня 2020

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ​Самозамкнутость и Традиция

    ​Самозамкнутость и Традиция В детских книжках, которые я очень любил в детстве, поучительные картинки всегда изображали очень кучно и динозавров и электроны атома. В реальной жизни динозавры не смогли бы жить так близко друг от друга, а электрон далёк от ядра атома так же, как булавочная головка на последнем ряду гигантского стадиона была бы далека от теннисного мячика в центре стадиона. Но нарисовать так в книжке нельзя – потому рисуют кучно, сбивая масштабы. Та же беда случается всегда и с историей цивилизации. Оглядывая её ретроспективно, из неё сливают огромные пустоты разреженного протяжения, оставляя близко-близко друг от друга значимые факты духовного развития.

    Читать дальше
  • "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..."

    "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..." Московское издание полной версии романа А.Леонидова "Иго Человеческое" - не оставит равнодушным никого, кто думает о судьбе Отечества, да и просто об устройстве человеческой жизни. В остросюжетной форме исторического повествования автор ставит самые глубинные и "проклятые" вопросы, на которые бесстрашно, порой, может быть, опрометчиво - даёт ответы. Спорить с автором в данном случае ничуть не менее полезно, чем соглашаться: произведение ВЗРОСЛИТ, независимо от отношения читателя к заявленным идеологемам.

    Читать дальше
  • ​«Легенда о Китеже» и западная советология

    ​«Легенда о Китеже» и западная советология Чтобы понять, о чём речь, предлагаю сперва рассмотреть условную, умозрительную модель, которую пока не привязываю ни ко времени, ни к географическому месту. Модель начинается словом «Допустим». Просто допустим, что есть система, в которой житейские доходы человека неопределённые. В силу неопределённости (обозначаемой алгебраическим «х») они могут быть любыми. Есть вероятность любого значения «х». «Х» может быть равен 0, 1, 2, 5, 100 и т.п. Личные доходы человека не ограничены ни сверху, ни снизу. Они строго индивидуальны: могут быть сколь угодно большими, а могут и вообще отсутствовать (=0).

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека — А. Прокудин.