Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Октябрь
пн вт ср чт пт сб вс
      01 02 03 04
05 06 07 08 09 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31  

Как народы в капитализме разочаровывались...

Как народы в капитализме разочаровывались... Жители большинства стран мира разочаровались в капитализме, признав его вредным и неэффективным, гласит аналитический доклад Edelman Trust Barometer. В ходе исследования его авторы опросили 34 тысячи респондентов из 28 государств, сообщает сайт компании Edelman. В целом, о капитализме негативно отозвались 56% участников. Самые критические настроения царят в Таиланде и Индии (75% и 74% соответственно), а также во Франции (69%). Кроме того, капитализм не одобряют в Италии (61%), Испании (60%), Нидерландах (59%), Ирландии (57%), Германии и России (по 55%) и в Великобритании (53%).

Интересно, что многие жители развитых стран не верят, что через пять лет будут жить лучше. В Японии, например, с надеждой смотрят в будущее только 15% респондентов.

И тут всё понятно, кроме термина «разочаровались». Для того, чтобы разочароваться – нужно сперва очароваться, то есть поверить в некую мечту-проект, которая потом окажется неинтересной.

Особенность же капитализма и, собственно, источник его немалой внутренней силы, жизнеспособности – в том, что он никакой мечты-проекта, никакого «очарования» никогда не предлагал.

В дискуссиях ХХ века капитализм занимал очень выгодную позицию скептика-циника, охаивающего чужой романтизм. Эта позиция и легка, и беспроигрышна, как пессимистический прогноз. Сбудется – объявят пророком, не сбудется – скажешь, вот, благодаря моему предупреждению предотвратили…

Капитализм выстроил себя на критике альтернативных обществ, и никакого позитивного содержания внутри себя никогда не имел. Те попытки, которые наши системщики делали, пытаясь отыскать признаки капитализма – имеют советское происхождение, вывернутую наизнанку страсть искать обобщающие признаки идеи.

У всякой идеи такие признаки действительно, можно найти, а у безыдейности и всеядности – нет.

Наши писали, что в основе капитализма частная собственность – но её там только и делают, что отнимают как военным, так и невоенным путём. Вы не понимаете зоологизма рыночной экономики, в которой священна не всякая частная собственность, а только "моя".

Из звериного рычания частного собственника "моё не трожь!" вовсе не вытекает "чужого не трогай". С чего вы взяли, что зверь, охраняя свою добычу, обобщает это как право всякого на его добычу? Всё как раз наоборот. Крупные капиталы только потому и возникли, что никакой "священности" за чужой собственностью не признавали. Понятно, что вор не хочет отдавать присвоенного, но это вовсе не значит, что вор не хочет воровать.

Он функционирует в рамках зоологизма, пожирая тех, кто мельче и убегая от тех, кто сильнее его. «Раскулачивая» слабых как по мелочи, так и по крупному. Демократия? Но разве при Франко или Пиночете не было капитализма? И так – за что не возьмись. Религиозность? Ещё смешнее: мы знаем примеры очень клерикальных капиталистических обществ, и совершенно безрелигиозных, однако тоже капиталистических.

У капитализма нет идеального образа – потому что он не является идеологией, рукотворным проектом, продуктом человеческого конструирования. В итоге правильно только одно определение: что стихийно, само по себе, сложилось – то и есть капитализм.

А сложится оно, как мусор на помойке: то есть как повезёт.

Может сложиться, как в Норвегии, может, как в Эквадоре, а может как в Нигерии. Смысл-то в том и состоит, что никто ничего сознательно не строит, а всё строится само по себе, как деревья растут. И не в саду, а в диком лесу.

+++

Социализм в частности, и цивилизация в целом – предполагают разницу между реальным обществом и идеалом, и эту разницу нужно преодолеть созидательными усилиями общего труда и ума. Например, в реальности есть бездомные, а в идеальном обществе их не должно быть. Отыскиваем ресурсы для расселения, строим социальное жильё, решаем жилищную проблему – бездомных становится меньше, и мы видим, что движемся в правильном направлении.

Но что такое, спрашиваю я вас – «правильное направление»?

Ведь нет во вселенной правильного или неправильного направления! Это ведь только наше решение, наша коллективная воля – считать идеал идеалом, а не вздором. В животном мире, при смене факторов, одни виды животных вымирают – правильно это или неправильно? Другие процветают – опять же, что тут правильного или неправильного? Волк съел зайца – кто добро, кто зло? Зайца ли спасать от волка, или волка от голода?

И сила, и слабость капитализма в том, что он изначально исключает возможность разочарований, потому что ничем никого не очаровывает. С точки зрения рыночной экономики смерть города моторов Детройта не зло и не благо, а итог конкуренции. Когда город моторов процветал – это был итог конкуренции. И когда в руины превратился – итог той же самой конкуренции.

Движущие силы капитализма – сила и удача. Ни то, ни другое рационально истолковать нельзя. Ведь сильный вполне может сделать неумное, нерациональное дело – кто ему помешает, если он сильный, и ему так хочется? Да и выиграть в лотерею – никак не связано с умом или образованием, эрудицией или активностью мысли.

Капитализм по своей системе отношений предельно близок к дикой природе, что делает его очень выносливым и жизнестойким, но при этом, с точки зрения цивилизации – бесплодным, как мул (мул тоже живучий и очень выносливый). Капитализм не плачет над жертвами. Он их не замечает, а если его тыкать носом в них – недоумённо пожмёт плечами.

Если бы Солженицын написал бы свой «Архипелаг» про 7 млн умерших с голоду в 30-33 годы американцев, про «Великую Депрессию» - это не вызвало бы никакой шумихи. А что такого? Идёт процесс зоологического выживания, кто выжил, тому и повезло, а другим – не повезло. Что, все зайцы в лесу выживают, или все мыши в поле?!

Жертвы режима очень болезненны для советского сознания, которое настроено на идеальное общество, и остро реагирует, когда реальность идеалу не соответствует. Капитализм ни на какое иное общество не настроен, идеалом он считает сам себя, и если кто-то в нём подох – «сам виноват». Вовремя не прогнулся или не крутнулся.

Чужая гибель (говорят об этом или нет) – всё равно подсознательно воспринимается как облегчение, снижение конкуренции. Было нас двое, остался я один, значит, мне повезло, я выиграл!

С точки зрения экономической, уход (не обязательно смерть – уход неважно куда) одного человека сдвигает целую цепочку судеб. У нас на предприятии уволилась зам начальника отдела – уехала за мужем в другой город. И что в итоге? Тот, кто был просто специалистом – стал зам.начальника. Тот, кто сидел на декретном месте – перешёл на постоянку. Тот, кто был безработным в резерве – получил декретное место и т.п. Целая цепочка благих для людей перемен – потому что удалили из системы всего одного человека!

Артельное же сознание наоборот оценит жертву, как утрату полезного работника, часть себя. Но там, где культ индивидуального успеха – возникает очень мощная толерантность к чужой смерти или беде. Всякое, рухнувшее в лесу большое дерево – даёт шанс подлеску тянуться к Солнцу. Подлесок это понимает, ценит, и одобряет дровосеков.

+++

Капитализмом нельзя разочароваться, потому что никакого капитализма, как Книги (подобной Евангелию, Корану или современной Конституции) не существует. Наоборот, всякая книга, выделяя одни признаки в ущерб другим, урезает капитализм, потому что приходится делать по писаному, по инструкции, а не как сложилось и не как удобно.

А инструкции пишут не одни гении – хватает и дураков. Порой разрыв между удобным, напрашивающимся действием и инструкцией (идеологией) вопиющий для человека, или кажется ему таковым. И потому свобода часто побеждает книжную инструктивность, неограниченный произвол – часто оказывается эффективнее скованного запретами и предписаниями идеологического порядка.

Нельзя разочароваться в капитализме, потому что он лишён предметности. Всю его предметность за него выдумали его враги, когда боролись с ним и пытались описать расплывчатые формы своего противника. И даже его апологеты в пору борьбы систем – брали терминологию описания у его врагов.

Потому что – ну как ты опишешь правила жизни в дикой природе, если там нет правил? Точнее, правило там одно: приспосабливайся к тому, с чем столкнулся или сдохни.

Нельзя подогнать коммерческую выгоду под закон – потому что она принципиально переменчива.

+++

В капитализме нельзя разочароваться, потому что он никогда и никому ничего не обещал. Это у религии и у социализма есть авторы, которые дают обещания. Обещания сбываются – или не сбываются. Если обещание не сбылось – следует разочарование автором.

А у капитализма нет автора. Он никогда не обещал ни светлого завтра, ни выживания всех живущих. Те, кто ждали от капитализма, что жизнь улучшится – безумно и бестолково перенесли на капитализм обещания социализма или религии.

То есть в их безумном мышлении капитализм предстал тем же самым социализмом, только без ошибок проектировщиков. Точно так же в советских исторических фильмах язычников изображали теми же самыми христианами, только без средневекового мракобесия.

То есть со средневековым попом разговаривал не язычник, а современный человек, с современными нравственными представлениями. В обоих случаях не понимали сути ни язычества, ни капитализма.

+++

Капитализм - это не исправление исторических ошибок проектировщиков (они люди, а людям свойственно ошибаться).

Это отсутствие проектирования.

А ведь безумцы искренне верили, что капитализм поведёт их в светлое будущее, только быстрее и легче, чем это делала КПСС!

Но это – аллюзии людей, перенесённые из другого, потустороннего для капитализма, мира понятий и отношений. Не имея никакого автора, капитализм не давал никаких обещаний людям.

Единственное правило в нём: кто выживет, тот и выживет. У кого получится – у того получится. И в этом смысле он неопровержим, безупречен, потому что, действительно, есть и те, кто выживает, есть и те, у кого неплохо получается устроиться.

Объясните, как это волк может разочароваться в тайге? Чего такого обещала тайга волку, чтобы он в ней разочаровывался? Это естественная среда, сложившаяся в слепой спонтанности, она не формулирует никаких проектов перехода. Именно в этом её дремучая сила и дьявольская устойчивость. Когда проекты сломались, не получаются – человек возвращается на нулевой уровень, к стартовой черте, которая и является капитализмом.

+++

Что касается разочарования, неверия в лучшее будущее, в способность капитализма куда-то идти в сторону гуманитарного и научного прогресса – так это тоска людей по проектам и проектированию.

Устав жить, как звери, люди начинают сооружать какую-то искусственную (и потому противоестественную) конструкцию из идей, целеполагания, расчётов, методов, организационных практик и дисциплин.

Важно понимать (чтобы не разочаровываться, как дураки): если началось какое-то конструирование, то это уже не рыночная экономика и не капитализм. Потому что в любом проекте так или иначе включается планирование – а планирование не есть свободный рынок.

Александр Леонидов; 22 января 2020

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • Дети, Крым, счастье, позитив...

    Дети, Крым, счастье, позитив... В нашей жизни очень много грустных новостей. И потому мы часто забываем, что кроме мрачной геополитики есть ещё и просто жизнь. Наши дети выходят в жизнь и занимаются творчеством, создают нехитрые истории о своём взрослении, создавая позитивные эмоции всякого, кто видит: жизнь продолжается! Канал без всякой политики, о замечательных и дружных детишках, об отдыхе в русском Крыму и не только - рекомендуется всем, кто устал от негатива и мечтает отдохнуть душой!

    Читать дальше
  • Геноцид армян: новая глава

    Геноцид армян: новая глава Карабахский конфликт - это одна из глав чёрной книги геноцида армян, которым с XIX века занимаются турки. В их понимании армяне "недобиты", и хотя армяне потеряли большинство своих земель, всё-таки небольшой анклав армян остаётся в турецком море Закавказья. Геноцид армян обрёл второе дыхание в годы "перестройки", в конце 1980-х, когда турки вырезали армян в ряде населённых пунктов, но снова не везде. Военное сопротивление побудило турок прекратить резню.

    Читать дальше
  • ​Самозамкнутость и Традиция

    ​Самозамкнутость и Традиция В детских книжках, которые я очень любил в детстве, поучительные картинки всегда изображали очень кучно и динозавров и электроны атома. В реальной жизни динозавры не смогли бы жить так близко друг от друга, а электрон далёк от ядра атома так же, как булавочная головка на последнем ряду гигантского стадиона была бы далека от теннисного мячика в центре стадиона. Но нарисовать так в книжке нельзя – потому рисуют кучно, сбивая масштабы. Та же беда случается всегда и с историей цивилизации. Оглядывая её ретроспективно, из неё сливают огромные пустоты разреженного протяжения, оставляя близко-близко друг от друга значимые факты духовного развития.

    Читать дальше

Свобода - более сложное и тонкое понятие. Жить свободным не так легко, как в условиях принуждения. — Томас МАНН.