Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Август
пн вт ср чт пт сб вс
          01 02
03 04 05 06 07 08 09
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31            

Социальный и асоциальный антропогенез

Социальный и асоциальный антропогенез Не только слабость, но и странность как марксизма, так и фрейдизма заключаются в представлении о человеке, как об объекте, в крайних формах марксизма и фрейдизма совершенно лишённом субъектности. Человек – нечто сделанное, нечто, чем что-то делают. Сам же человек – безвольный заложник, объект и предмет, но не субъект волевого действия. Человек и возникает с необходимостью, и, лишённый свободы воли, возникнув, остаётся всё той же беспомощной игрушкой в руках внешних сил, податливым пластилином, из которого внешние обстоятельства лепят что угодно

Не только слабость, но и странность как марксизма, так и фрейдизма заключаются в представлении о человеке, как об объекте, в крайних формах марксизма и фрейдизма совершенно лишённом субъектности. Человек – нечто сделанное, нечто, чем что-то делают. Сам же человек – безвольный заложник, объект и предмет, но не субъект волевого действия. Человек и возникает с необходимостью, и, лишённый свободы воли, возникнув, остаётся всё той же беспомощной игрушкой в руках внешних сил, податливым пластилином, из которого внешние обстоятельства лепят что угодно.

Марксизм и вся советская школа антропологии рассматривали появление человека как простое и неизбежное следствие прямой и линейной целесообразности, человеку и неподвластной, и даже непонятной. Обезьяну в этой теории никто не спрашивал – хочет она развиваться или не хочет. Она якобы развивалась, сама того не понимая. Под воздействием внешних сил и давлением целесообразности.

В этом аспекте ОТЦ[1] предполагает нечто обратное: человек, как «Человек», сформировался в противодействии прямой и линейной целесообразности. Он занялся практиками, которые как раз-таки и отрицали продиктованную обстоятельствами прямую и линейную целесообразность поведения биологической особи. Он начал делать нечто наперекор личной выгоде – из этого и родилась цивилизация[2].

Проще говоря – человек не возник сам по себе, независимо от собственной воли. Он и сегодня не формируется сам по себе, независимо от личного выбора. Человек не производим слепым стечением обстоятельств, он – продукт фабричной выделки и высоких технологий.

И сегодня многие воспринимают цивилизацию и всю её сложнейшую инфраструктуру – как продукт слепого сложения усилий в погоне за удобствами и удовлетворением потребностей. Ураган пролетел по кладбищу самолётов – и собрал в итоге новый самолёт!

При таком нелепом взгляде на цивилизацию – как некую свалку личных находок множества гедонистов – у цивилизации нет ни начала, ни цели, ни приоритетов текущего этапа. В предельном и даже комичном виде это выразил А.И. Ракитов (советник Б. Ельцина, руководитель его Аналитического центра по общей политике) в 90-е годы, уравняв цивилизацию с «тёплыми и чистыми сортирами», которые он якобы обнаружил в Западной Европе.

А дома у себя, засрав собственный сортир – не обнаружил[3]. А поскольку все цели человеческой жизни, с точки зрения Ракитова, сводятся к процессам калоизвержения, то процесс этот (в жизни самый главный, самый нужный) должен проходить в максимально комфортных для биологической особи условиях. Чтобы ей какалось тепло и ароматно, уютно и светло, и т.п.

Конечно, материалы истории бредней Ракитовых (а имя им – легион) не подтверждают ни в малейшей мере, и наоборот, весь исторический материал отвергает «сортирную теорию». Цивилизация нигде не родилась от удовлетворения животных инстинктов и погони за удобствами биологической особи. Повсюду она кристаллизуется вокруг Сверхидеи и фанатизма, вокруг базового догматического ядра – не считающегося ни с какими текущими удобствами или сиюминутными потребностями. Что касается потребительских паразитов, увлечённых потребительским онанизмом в «чистых сортирах» - то они, конечно, во все века налипали на цивилизационный ход, но нигде и никогда не формировали, да и не могли сформировать этого хода, его магистральных перспектив.

В одни века человечество боготворило нищих монахов, лишённых собственности и самых элементарных удобств отшельников – молитвенников за весь род человеческий. В другие века – священной представляли фигуру чуждого мотивов наживы учёного, движущего вперёд науку, и как правило, заканчивающего жизнь-служение в нищете (такова судьба подавляющего большинства почитаемых цивилизованными людьми подвижников).

Но ни в одну эпоху цивилизованный человек не будет восхищаться ростовщиком, латифундистом, мошенником и прочими паразитами, забирающими себе от жизни всё, но не дающие окружающим ничего. Безусловно, в Средневековье ростовщики жили гораздо комфортнее и удобнее, сытнее и раздольнее, чем монахи. Но канонизировали-то люди монахов, а не ростовщиков! Это табу на биологическую успешность действует и доселе в любом школьном кабинете, где висят портреты далеко не самых богатых людей, будь то кабинет химии или литературы.

+++

Однако и дегенеративные воззрения Ельцина-Ракитова, лежащие в основе приватизации и рыночной антикультуры – имеют очень глубокие корни и существенные основания. Только не в природе Разума, где они абсолютно чужды, а в тёмных мирах подсознания, биологических инстинктов, звериных наклонностей спинного мозга, где у каждого живёт его «личная рептилия» и т.п.

Цивилизация, как каждый видит, создала колоссальную машину образования и воспитания человека. Эта машина затрачивает на формирование нужного цивилизации типа человека огромное количество сил, времени (десятилетия!), ресурсов и средств. Само по себе существование такой машины либералам кажется «ненасытной прорвой», очень и очень дорогостоящей, затратной, планово-убыточной и завязанных на бесполезных в драке за выживание ценностях потустороннего мира[4].

И её существование доказывает, что человек не возникает сам по себе, по факту рождения, выживания и бытия, определяющего ему сознание. Мы (общество) тратим колоссальные силы, средства, время, чтобы сформировать нужного цивилизации человека – и ДАЖЕ ПРИ ЭТОМ сталкиваемся со множеством сбоев, искажений, педагогических провалов. Чуть-чуть где-то «ошибся в настройках» при образовании и воспитании – и получил на выходе цивилизационный брак, маньяка, подонка, хищника, изверга, приватизатора… А ведь педагог не хотел вырастить чубайсят, у него нечаянно так получилось!

+++

Когда цивилизация перекраивает биологическое естество человека под свои, культурные, нужды – рёв и скрежет стоит, как на металлорезке. Если эту машину остановить хотя бы ненадолго – мы сталкиваемся с быстрой «обратной мутацией» человека разумного в его пещерного предка. Тем более, что с точки зрения геологии вся история цивилизации – секунда на часах геологических эпох. Дикари жили дикарями, не выходя из дикого состояния сотни тысяч, может быть, миллионы лет. Если считать в поколениях, то это невообразимо больше, чем пять тысяч лет исторического бытия.

Это для нас древнейшие храмы-города возникли якобы в седой древности, невообразимо-давно. С точки же зрения геологических эпох и биосферных процессов это было «вчера» или даже «сегодня утром».

Первый фундаментальный акт становления цивилизованного мышления – отделение Добра от зла, которые в животном мире существуют в спутанном и неразличимом виде. Как показал опыт «демократизации» в СССР – различение Добра и зла не закреплено на уровне инстинкта, оно склонно снова спутываться до стадии смешения, реставрируя зоологические отношения, куда более привычные биосу, чем социальные, цивилизованные.

Но кроме этого у акта различения Добра и зла есть и другой «подводный камень»: выделяемое в отдельную категорию абстрактное зло начинает существовать в концентрированном виде, осознавая само себя. Животное не может выбирать между Добром и злом, потому что их не различает. Человек – может. Созданный цивилизацией для служения выделенному ею, синтезированному из пёстрой смеси в чистый вид Добру – человек может изменить выбор. И тогда он окажется на стороне чистого зла, неведомого зоологии, как и чистое Добро.

Находки и достижения цивилизации, «большой науки» и Разума – обоюдоострое оружие. Пока они служат Добру – они ведут нас к обожению[5] изначально слабого и жалкого пещерного существа. Но в руках избравших зло – все достижения науки превращаются в средства истребления, уничтожения себе подобных, недоступные и немыслимые для животных и дикарей, на порядок более совершенные в своей цели уничтожения, стирания разума и жизни.

Где же грань между просвещением и растлением? В ХХ веке человечество уже основательно запуталось в этом вопросе, забыв, что наука и знания есть множитель. Они могут множить добро, но могут и зло, как и любой инструмент – зависимы от тех, кто их использует, применяет.

Сейчас буду кидаться «страшными» словами:

- Вариативная логика антропогенеза.

- Безальтернативная логика социогенеза.

Если из этой жути перейти к простым русским словам, то получится вот что: человек может сформироваться и так, и эдак, умным или дураком, праведником или подлецом, психически-адекватным или психопатом.

Но для общества это правило множества вариантов не действует. Оно не может сформироваться из кого попало. Общество (социум) и цивилизация формируются только из людей строго-определённого типа, или – если таких людей недостаточно – социум и цивилизация гибнут. Превращаются в «археологические пласты» в «пыль веков».

Но мало ли без чего общество не может? Оно не может – а человек (отдельно взятый) может.

----------------------------------------------------

[1] ОТЦ – Общая Теория Цивилизации. Занимается сравнительно-аналитическим сопоставлением и синтезом организационных и культурных форм, присущих всем цивилизованным обществом, определяя таким образом общие формулы и условия цивилизации для противостояния состоянию дикости.

[2] Тяготясь окружающей его реальностью, взыскуя иной реальности (взыскуя царствия небесного) человек создавал очаги культа, храмы. Культовая и храмовая деятельность лишена хозяйственной и вообще биологической целесообразности. Она нецелесообразна, причём вызывающе, подчёркнуто. Культ адресован иной реальности, потусторонней для действующих реалий и их целесообразностей. Далее, защищая свои храмы, человек последовательно создал: крепостные стены, города, армию и государство. Одновременно внутри храмов шло накопление знаний и искусств. Появилась культура – как средство эстетического украшения культа и его базовых ценностей, обоснования красоты и привлекательности верований. Появилась и наука – как продукт отвлечённых от текущих забот, абстрактных, пытающихся понять Бога, размышлений. Правила поведения в храме составили сперва храмовое, а затем и государственное законодательство: законы очевидным образом вырастают из заповедей. В целом же АБСТРАКТНОЕ МЫШЛЕНИЕ, позволяющее постигнуть и сформулировать общие принципы как жизни, так и окружающей природы – это продукт выхода человеческого Разума за пределы своей биологической локации, своей особи-носителя. Когда ты начинаешь думать не только о себе и для себя, а за всех и обо всём, включая далёкое прошлое и туманное будущее. Для животного такое мышление странно: всё равно, что оно бы жевало пищу не для себя, а для других, причём очень и очень многих. Биологический локализм делает мысль рабой своей особи-носителя. Абстрактное мышление формирует некий КОЛЛЕКТИВНЫЙ РАЗУМ, в котором мысли записываются в книги, мыслями интенсивно обмениваются. Этот разум един для многих, с помощью школ и библиотек он меняет биологических носителей, как раньше меняли коней на «станциях», постоянно пересаживаясь с одних на других. Возможности абстрактного разума, вышедшего из биологической ограниченности тела, колоссальны – но его слабость – в сохраняющейся зависимости от биологических носителей каждого из поколений его развития.

[3] Здесь необходимо отметить и связь ельцинизма с реставрацией рабовладения. Ведь нетрудно понять, что Ракитов хочет чистого сортира, но не хочет сам этого добиваться собственными усилиями. Вся его теория сводится к тому, что сортир должен быть Ракитову предоставлен в готовом, чистом виде. А поскольку сам себя сортир не отмоет, нужны некие недочеловеки, говорящие орудия и двуногие скоты – которые бы Ракитову всё отмыли и отдраили до блеска. Чтобы, когда Ракитову приспичит посрать – он бы вошёл и умилился: лепота! В основе ельцинизма – мертворожденная утопия, в которой люди делятся на Ракитовых, сочиняющих бредовые теории в чистых сортирах, и мойщиков сортиров, ароматизирующих Ракитовым их естественные отправления.

[4] Оттого, что ты спасёшь свою душу, с чем тебя поздравят церковники и единоверцы – в ЭТОМ мире у тебя не прибавится ни сил, ни денег, ни удобств, ни возможностей, ни власти. А даже и наоборот. Пока другие рвались за сладкими кусками – ты душу спасал, в сторонке сам с собой возился. Уберите потусторонний мир, оставьте в картине мироздания ТОЛЬКО ЭТОТ, без смысла и посмертного продолжения – и все духовные практики, от молитвы до фундаментальных научных изысканий превращаются в психическое отклонение, патологию Мозг тебе дан эволюцией, чтобы ты рвал себе успех, сообразно сложению обстоятельств, а ты его используешь совсем не по назначению, не как клыки и когти! Ну, разгадаешь ты строение планеты Плутон – что тебе-то, как биологической особи в жизни с того прибавится?!

[5] Обожение, или теозис (др.-греч. θέωσις от θεός «бог») — христианское учение о приближении человека к божественным совершенствам ума и духа. Коротко смысл обожения выражен в высказывании Афанасия Великого: «Бог вочеловечился, чтобы человек обожился» — что обозначает потенциальную возможность для каждого человека и историческую необходимость для человека вообще обрести нечеловеческое могущество в обладании самим собой и природным миром вокруг себя в органическом единстве с добротолюбием.

Александр Леонидов; 1 апреля 2020

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ​Самозамкнутость и Традиция

    ​Самозамкнутость и Традиция В детских книжках, которые я очень любил в детстве, поучительные картинки всегда изображали очень кучно и динозавров и электроны атома. В реальной жизни динозавры не смогли бы жить так близко друг от друга, а электрон далёк от ядра атома так же, как булавочная головка на последнем ряду гигантского стадиона была бы далека от теннисного мячика в центре стадиона. Но нарисовать так в книжке нельзя – потому рисуют кучно, сбивая масштабы. Та же беда случается всегда и с историей цивилизации. Оглядывая её ретроспективно, из неё сливают огромные пустоты разреженного протяжения, оставляя близко-близко друг от друга значимые факты духовного развития.

    Читать дальше
  • "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..."

    "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..." Московское издание полной версии романа А.Леонидова "Иго Человеческое" - не оставит равнодушным никого, кто думает о судьбе Отечества, да и просто об устройстве человеческой жизни. В остросюжетной форме исторического повествования автор ставит самые глубинные и "проклятые" вопросы, на которые бесстрашно, порой, может быть, опрометчиво - даёт ответы. Спорить с автором в данном случае ничуть не менее полезно, чем соглашаться: произведение ВЗРОСЛИТ, независимо от отношения читателя к заявленным идеологемам.

    Читать дальше
  • ​«Легенда о Китеже» и западная советология

    ​«Легенда о Китеже» и западная советология Чтобы понять, о чём речь, предлагаю сперва рассмотреть условную, умозрительную модель, которую пока не привязываю ни ко времени, ни к географическому месту. Модель начинается словом «Допустим». Просто допустим, что есть система, в которой житейские доходы человека неопределённые. В силу неопределённости (обозначаемой алгебраическим «х») они могут быть любыми. Есть вероятность любого значения «х». «Х» может быть равен 0, 1, 2, 5, 100 и т.п. Личные доходы человека не ограничены ни сверху, ни снизу. Они строго индивидуальны: могут быть сколь угодно большими, а могут и вообще отсутствовать (=0).

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека..