Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Апрель
пн вт ср чт пт сб вс
    01 02 03 04 05
06 07 08 09 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30      

​ПРОКЛЯТИЕ АБСТРАКТНОМУ ГУМАНИЗМУ

​ПРОКЛЯТИЕ АБСТРАКТНОМУ ГУМАНИЗМУ Есть на свете много прекрасных и важных абстракций (обобщений мысли). Но абстрактный гуманизм не принадлежит к их числу. Это довольно зловещее явление НЕРАЗБОРЧИВОСТИ В ПОМИЛОВАНИИ, которое ничуть не лучше НЕРАЗБОРЧИВОСТИ В РАСПРАВЕ, да и, по сути, представляет из себя обратную сторону кровавой резни, хаотической бойни. Если сатанизм готовит для хаоса резни палачей, то его обратный лик, абстрактный гуманизм – готовит для той же резни жертв. Так сатанизм и абстрактный гуманизм, неразборчивый в своей снисходительности – смыкаются, делают одно страшное, чёрное дело…

В последние годы (да уже и десятилетия) русофобия активно перерождается в русожорство. Это разные, и принципиально-разные вещи. Убеждён, что любой имеет право на русофобию, как на страх перед русскими. Нельзя запретить кому-то чего то бояться!

Но есть принципиальная разница между отношением к русским, как к угрозе, от которой нужно защищаться и отношением к русским, как к пище, которую хочется смачно и с удовольствием сожрать. Это вообще противоположные чувства – русофобия и русожорство. За русожорством стоит совершенно потерявший страх (фобию) сладострастный аппетит хищника.

Как вёл бы (и ведёт) себя русофоб? Страх(фобия) заставил бы его отстранятся, отгораживаться и одновременно стыдить причину своего страха. Уговаривать её успокоиться, уговаривать снизить агрессию, не давать ей поводов для нападения. Доказывать ей постоянно, что никакого зла против неё не несёшь, угрозы не представляешь, и всё её враждебное поведение необоснованно, беспочвенно.

Но разве можно увидеть страх (фобию) в том, кто постоянно задирает, провоцирует, нападает на предмет своего якобы «страха»? Не обходит того, кого боится, за три версты окольными улицами, а в лицо ему плюет, за грудки хватает и всячески третирует?

Это не страх, ребята. Не русофобия. Была бы у них русофобия – они бы себя так не вели. Это наоборот, агрессивное и нахрапистое русожорство, когда в русских видят не опасного противника, а безопасную и сытную еду.

Оттого и провоцируют на драку всеми способами – не слишком заботясь о мотивации. Ведь нужно лишь, чтобы жертва дала повод для атаки, а если он будет смехотворным, то – «победителей не судят».

Лично я мечтал бы, чтобы Запад страдал русофобией. Тогда бы Запад сделал бы три желанных, прекрасных вещи:

-От страха стал бы вежлив и корректен
-Держался бы от нас подальше, отстранялся от нас, изолировал
- Строго пресекал бы клёкот своих «ястребов» - видя в них поджигателей страшной войны.

Но Запад не страдает русофобией ни в малейшей мере (и мне не очень понятно – почему?). Несмотря на горькие уроки прошлых веков (забыли, что-ли?!) Запад демонстрирует патологическое бесстрашие, связанное с разнузданным хамством, бесконечными провокациями, предельным сближением вплоть до полного слияния (наши финансовые системы уже фактически полностью слились). Страх так себя не ведёт.

Так ведёт себя атакующий хищник.

+++

Если мы рассмотрим вопросы отношения к человеку со стороны христианской цивилизации, веками формировавшиеся формы практической, функциональной человечности, если сопоставим эти многовековые пути с другими монотеистическими религиями, то обнаружим отнюдь не абстрактный гуманизм, с его безликим равнодушием «всем сестрам по серьгам».

Мы обнаружим сложную диалектику, в которой реальное Добро неразрывно связано с беспощадным уничтожением зла, и в иной форме выжить не может (да и не стремится выживать в иной форме). Добрый человек – тот, кто по мере сил пресёк злодейства, а не тот, кто убежал и спрятался от всех, так, что его найти никто не может.

Реальное добро активно и замарано кровью, как скальпель или халат хирурга. Абстрактные формы «добра» в абстрактном гуманизме столь же стерильны, сколь и безжизненны (кстати сказать – стерильность и означает отсутствие всякой жизни). Они бесполезны и нежизнеспособны. Убивая своих носителей, абстрактный гуманизм (одинаково-доброе отношение к любому человеку, кем бы он ни был) – вреден и смертоносен.

+++

Как совместить базовую заповедь человечности «не убий» с необходимостью убивать убийц? Ведь не убивая убийц – мы нарушаем базовую заповедь «не убий», и пилатовское умывание рук – мол, мы не сами лично убиваем, мы только не мешаем убивать – не поможет.

Изначально в истории человек, приходя на берег реки или в лес, и встречая там незнакомца, решал вопрос о принадлежности земли очень просто: кто кого убьёт, тот и получает право собственности на землю. До эпохи планетарных монотеизмов (мировых религий) – эта схема была не только самой простой и распространённой, но и единственной. К ней так привыкли, что вообще не обсуждали её и даже не задумывались: а почему так? Дурацкий вопрос: а почему у кошки рождаются котята? У собаки – щенки, а не наоборот? Все так сжились с единственной формой житейской реальности, что задать вопрос – откуда она взялась, никому не приходило в голову…

Фундаментальная революция, произведённая прежде всего христианством (а также иными монотеизмами), в числе прочего ознаменовала и отмену принципа «убей чужака». Смена отношений к незнакомцам, к чужим родам и племенам была очень сложной, противоречила инстинктам и потому заняла много веков.

+++

Что важно отметить? По мере развития цивилизации вместо тупой и звериной резни складывалась сложная культура миролюбия, суть которой – ПРЕЖДЕ ВСЕГО! – в паритете (взаимности) угроз и отношений.

Мы не убиваем всех без разбора. Мы не убиваем тех, кто нас не убивает. По поводу остальных у нас выбора нет, а вот те, кто к нам с добром – к тем и мы с добром…

А как отличить? Складывалась культура сложного символизма. Человек обязан был доказать своё миролюбие. Он использовал условные слова и жесты. Отсюда появились оливковая ветвь мира и голубь мира. Человек заключал мирные договоры, скреплял их страшными клятвами. Для того, чтобы избежать сражения – он обязан был проявлять сложный танец-политес своего миролюбия, и только при условии соблюдения им всех ритуалов христиане опускали мечи. Если бы христиане делали иначе – их бы давно и всех вырезали. Они не хотели убивать, и учили этому нежеланию в школах своих детей, но если есть необходимость – её необходимо выполнить. Хочешь или не хочешь. Если враг напал – его уничтожают. И сделать это нужно ДО того, как он уничтожит тебя: потом-то поздно рыпаться!

Условно говоря, если чужой приближается к тебе, не подняв над головой оливковой ветви мира, не совершив иных, положенных эпохой жестов миролюбия – то часовой стреляет после положенных уставом предупреждений. Мы не можем за чужака доказывать его миролюбие: это он должен доказать нам своё миролюбие, раз приближается к нам (а не мы к нему).

+++

Ещё проще: закон применим только к тем, кто признаёт этот закон над собой. Кто согласен быть судим по определённому закону, тот получает и защиту, гарантируемую этим законом. Но о какой же защите закона может идти речь по отношению к тем, кто его презирает, топчет и над собой не признаёт?

Абстрактный гуманизм требует, чтобы закон защищал и своих и чужих; тем самым бремя закона несут на себе только свои, а всеми благами от него пользуются те, кто палец о палец не ударил для его утверждения!

Всё равно, что предложить: «хлеб растите вы одни, а кушать его потом будем вместе». Это же нелепость, которая обречена закончится распадом и трагедией!

Добро не может существовать без принципа «собаке собачья смерть». Попытавшись распространить на бешеных собак права и гарантии, которыми пользуются люди лояльные, законопослушные – мы угробим и людей и общество. Следовательно:

-Мы не желаем зла тем, кто нам не желает зла (паритет).
-Но мы уничтожаем всех, кто попытается нас уничтожить (тоже паритет).

Тот, кто хочет с нами мира – должен доказать это. Не просто сказать, а именно доказать, и убедительно. Всякое убийство в идеале нужно предотвращать ДО его совершения – ибо по итогам убийства реагировать поздно: убитых уже не вернёшь.

Поэтому ждать, пока убийца докажет нам, что он действительно убийца (а не просто трепло) – мы не можем. Начал трепаться – получи по прейскуранту! Например, бандеровцы должны были быть уничтожены тогда, когда они только начали проявлять себя (в конце 80-х), а не тогда, когда они уничтожили десятки тысяч нормальных, ни в чём не повинных людей.

Если тебе тяжело идти за гробиком убитого бандеровцами младенца – тогда тебе должно быть легко посадить бандеровца на кол. Иначе этот пасьянс не складывается.

Абстрактный же гуманизм требует, чтобы мы начинали преследовать кровавую мразь только задним числом. Этим он обрекает нас на смерть в прямом смысле слова: не работает «не убий» там, где не убивают убийц…

Виктор ЕВЛОГИН, обозреватель "ЭиМ".; 4 февраля 2019

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ​Самозамкнутость и Традиция

    ​Самозамкнутость и Традиция В детских книжках, которые я очень любил в детстве, поучительные картинки всегда изображали очень кучно и динозавров и электроны атома. В реальной жизни динозавры не смогли бы жить так близко друг от друга, а электрон далёк от ядра атома так же, как булавочная головка на последнем ряду гигантского стадиона была бы далека от теннисного мячика в центре стадиона. Но нарисовать так в книжке нельзя – потому рисуют кучно, сбивая масштабы. Та же беда случается всегда и с историей цивилизации. Оглядывая её ретроспективно, из неё сливают огромные пустоты разреженного протяжения, оставляя близко-близко друг от друга значимые факты духовного развития.

    Читать дальше
  • "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..."

    "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..." Московское издание полной версии романа А.Леонидова "Иго Человеческое" - не оставит равнодушным никого, кто думает о судьбе Отечества, да и просто об устройстве человеческой жизни. В остросюжетной форме исторического повествования автор ставит самые глубинные и "проклятые" вопросы, на которые бесстрашно, порой, может быть, опрометчиво - даёт ответы. Спорить с автором в данном случае ничуть не менее полезно, чем соглашаться: произведение ВЗРОСЛИТ, независимо от отношения читателя к заявленным идеологемам.

    Читать дальше
  • ​«Легенда о Китеже» и западная советология

    ​«Легенда о Китеже» и западная советология Чтобы понять, о чём речь, предлагаю сперва рассмотреть условную, умозрительную модель, которую пока не привязываю ни ко времени, ни к географическому месту. Модель начинается словом «Допустим». Просто допустим, что есть система, в которой житейские доходы человека неопределённые. В силу неопределённости (обозначаемой алгебраическим «х») они могут быть любыми. Есть вероятность любого значения «х». «Х» может быть равен 0, 1, 2, 5, 100 и т.п. Личные доходы человека не ограничены ни сверху, ни снизу. Они строго индивидуальны: могут быть сколь угодно большими, а могут и вообще отсутствовать (=0).

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношение каждого конкретного человека..