Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,4296 руб.
  • Курс евро EUR: 68,0822 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,2039 руб.
Август
пн вт ср чт пт сб вс
      01 02 03 04
05 06 07 08 09 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31  

АНАТОМИЯ РАСПАДА КОЛЛЕКТИВНОГО МЫШЛЕНИЯ

АНАТОМИЯ РАСПАДА КОЛЛЕКТИВНОГО МЫШЛЕНИЯ «Великий кризис цивилизации» (ВКЦ) – это когда технические средства вошли в противоречие с теми целями, для которых изобретались и конструировались. У каждой цивилизации есть цели, выраженные в её догматическом ядре. Под эти цели подбираются и комбинируются средства (например – медицинские знания под идеал человеколюбия). Средства постепенно усиливаются и усложняются: от палки-копалки человек идёт к лопате, от лопаты к экскаватору, и т.п. Но что будет с экскаваторами (впрочем, и лопатами) – если усомниться в самой цели рыть в земле ямы?

Люди, занимающиеся технопарком средств, постепенно так увлекаются своей работой, что принимают её за самоцель, становятся равнодушными к исходным целям цивилизации. Но за таким узким практицизмом наступает логический сбой в поведенческой модели.

За равнодушием приходят и насмешка, и отрицание. В этот момент и наступает ВКЦ (великий кризис цивилизации) – когда ИНСТРУМЕНТЫ УБИВАЮТ СВОЕГО СОЗДАТЕЛЯ.

Это своего рода «бунт машин», напоминающий сюжет «Терминатора», но не в техническом, а в организационном и духовном плане. То есть бунтуют не роботы, а социальные машины (институты) против тех целей, ради которых их создавали (наука против религии и т.п.).

Но, превратившись из средств достижения цели в самоцель, эти организационные «машины отношений» очень существенно мутируют.

Думаю, ни для кого не станет сенсацией, что и технические и естественные, и общественные науки развивались много веков в Европе в рамках христианской цивилизации, для решения стоящих перед христианами (согласно их догматике) задач. Они потому и не приживаются в нехристианских обществах – потому что перед теми обществами нет поставленных христианской верой задач. А раз задачи не стоит – зачем тебе предназначенные для этой задачи решения?

Из марксизма к нам в обществознание попала совершенно необъяснимая для материалистов ФАТАЛЬНОСТЬ человеческого бытия и устремлений. Маркс наивно (другого слова не подберу) полагал, будто знает, чего хотят люди, причем ВСЕ, к чему они стремятся. Все, мол, идут к одной-единственной цели, по одним и тем же стадиям, только с разной скоростью.

Даже для верующего такое утверждение наивно. Для материалиста же, каковыми были и Маркс и Ленин – это просто детский лепет!

Ведь Вселенная в их картине мира – царство случайностей, бесконечных по количеству вариантов!

Никакой фатальности в человеческих желаниях и стремлениях нет. Люди обладают свободной волей, чтобы жить так или эдак, или вообще не жить (суицидальные субкультуры). Некоторая (далеко не полная) фатальность есть в клятве (присяге) человека догме, если клятва искренняя, от души. Человек, присягнувший без принуждения, всем сердцем, какому-то идеалу, наверняка будет к нему стремится, не взирая на обстоятельства вокруг, достаточно долгое время.

Религиозная вера и её догматика являются такими, своего рода, клятвой и присягой большой массы людей, клянущихся самым дорогим для них – «хотеть того, а не этого».

Но при этом ничто, даже инстинкт выживания, самосохранения – не является вмонтированным автоматически в человеческое подсознание. Никакое движение ни в какую сторону не гарантировано! Человеческое сообщество может двигаться в любую сторону - или вообще никуда...

Нет таких стремлений, которые человек не мог бы (при желании) заменить на противоположные!

Мы имеем, особенно сегодня, огромную массу суицидальных субкультур, которые высшую ценность поведения находят в стремлении к самоликвидации личности и её рода. Поэтому нет никаких фатальных, довлеющих над свободной человеческой волей, мотиваций поведения, поступков, стремлений, действий.

Но если поведенческой фатальности для масс не существует, то логика или алогизм их поведения – вполне существуют.

То есть хотеть можно чего угодно: массовых ритуальных убийств, самоубийства, самых архаичных форм рабства, вампиризма-каннибализма и т.п. Но если можно хотеть, чего угодно, то нельзя строить линию поведения как угодно.

Средства либо соответствуют желаниям. Либо не соответствуют. Можно желать (и даже страстно) носить воду в решете – но нельзя её донести в решете…

Достаточно долго существующая цивилизация в силу своего «стажа» освобождена от вопиющих поведенческих и мыслительных алогизмов. Их носители попросту вымерли – если не были перевоспитаны. Однако при столкновении цивилизаций возникают матрицы-химеры, в которых произвольно перепутались разные культурные коды, средства для одних целей прилепились к другим и наоборот.

Большая часть идеологий ХХ века – от марксизма-ленинизма, гитлеризма – до туркменбашизма и либерализма суть есть именно матрицы-химеры. Это порождения ВКЦ – когда средства претендуют стать целями, а иногда наоборот – сакральные цели начинают рассматривать как технические средства.

Для меня, например, совершенно очевидно, что наука без религии умрёт, потому что множество знаний, прежде вращавшихся по орбитам вокруг ядра ценностей, разлетится хаотически.

Постараюсь объяснить попроще: наука есть множество разномастных и разношёрстных знаний, стянутых в единый пучок. Но если они стянуты – должна ведь быть и сила, которая их стягивает! То есть некоторое притяжение, благодаря которому очень разные и разноформатные предметы кружат в нашей голове по упорядоченным орбитам, а не как при шизофазическом расстройстве психики…

Каждому предмету в уме должно быть место – а место не может быть иначе, кроме как относительно чего-то или кого-то. Нельзя выстроиться по росту в шеренге, где все одинакового роста, и где нет самого высокого, а так же тех, кто поменьше.

Здесь и происходит смычка науки и религии: умственные предметы принадлежат сфере наук, а притяжение, в силу которого они выстраиваются в цепочки последовательности – суть есть религиозная вера. Знание не может быть основано на самом себе – хотя бы потому, что ничто не может быть основано на самом себе (если не вести речь об откровенном и безусловном чуде, нарушающем все законы естества).

Зайдём с другой стороны – методологической. Для того, чтобы знания были системными – они должны быть сводимы к первичным простейшим истинам. А как иначе? Ведь иначе их ни запомнить не будет возможности, ни обучить им школьников! Необходимо чтобы сложные множества сводились к простым, те к наиболее простым. И венец этого процесса – Единое в эллинской философии или Абсолют в европейской.

А как по-другому? Если не будет этой иерархической соподчиненности знаний (религиозной по сути), не будет приоритетных и второстепенных утверждений – то все знания смешаются в хаос, и ни конца, ни начала не найдём!

Понимая это, мы понимаем, что при разрушении религиозных основ мышления цивилизация сталкивается с катастрофическим процессом: многочисленные предметы знания сходят со своих орбит, сталкиваются друг с другом, образуют нелепые случайные слипы, или напротив, разлетаются в пустоту бесконечности.

Повторю, для меня очевидно, что системная наука без религии умрёт, но очевидно и то, что умрет не сразу. Она пройдёт достаточно долгий период чудовищных мутаций систем познания, перед тем как окончательно рассыпаться, вернув человека в животное состояние.

За безверием стоит тьма небытия, но кроме этого – огромная масса пустосвятств, фетишных обожествлений случайных предметов – чем, по сути, и были множественные европейские идеологии ХХ века.

Огромные людские массы начинают метаться, перепутав цели и средства, а так же перепутав средства, подходящие к конкретным целям и цели, подходящие к данным средствам. Это как если бы машину пытались завести пультом от телевизора, телевизор – включить ключами от машины и т.п.

Помутнение общественного сознания выражается в подмене целостной культуры той или иной суррогатной субкультурой, а пассионариев, пылающих идеей, субпассионариями, т.е. активными людьми дна, подворотни, подполья, асоциальной уголовщиной. Оглянитесь: это мы и наблюдаем в последние десятилетия! Идейную активность вытеснила криминальная активность, с вымиранием львов крысы превратились в самых крупных хищников!

ВКЦ в разной степени, но воздействует и на Россию, и на Запад, и на их бывшую колониальную периферию. Системы утрачивают «уставные цели», перерождаются, и это неизбежно при смене ценностного ядра: ведь чтобы я что-то делал, нужно, чтобы я видел в этом смысл. А если я не вижу никакого смысла – так я и действовать не стану! Зачем мне – если смысла нет?!

Но прежние-то смыслы при ВКЦ уходят – а новые смыслы меняют всю конфигурацию поступков. Как же может при этом работать по-старому техническая схема, кто и зачем её станет поддерживать, если продукт её никому уже не нужен?!

Именно поэтому и Россия и Запад переживают распад системы образования, здравоохранения, полицейского контроля, науки и технологий, административного управления и т.п. При сочетании новых смыслов с инерцией старых привычек возникают отрасли-химеры, нелепо и с нелепыми результатами действующие.

То есть – образование не учит, а вымогает деньги, медицина вместо лечения занята доходным знахарством и профанацией, полиция смыкается с преступностью до полной неразличимости и т.п.

Так инструменты убивают своих создателей, изменив свою природу (мутировав в головах своих носителей), что и является грозной поступью ВКЦ.

Лекарство от этого одно: психогигиена и научная социопатология, настаивающие, что человек, становясь в пути сильнее и могущественнее, должен оставаться собой исходным, таким, каким начинал путь, не перерождаясь в нечто нечеловеческое.

Но это уже признание непреходящих, вечных ценностей, никак не связанных с уровнем прогресса науки и техники, а потому никак и не выводимых из них.

Глубинное и сущностное проявление ВКЦ – это распад мышления. В связи с распадом мышления цивилизация теряет свою целостную культуру, которая на первых порах (мы наблюдаем это с 90-х годов ХХ века) сменяется субкультурами, вышедшими из подворотни. Происходит включение всего общества в субкультуру вчерашних маргиналов. Привычные (культурные и культовые) формы мышления сменяются, например, криминальными, уголовными, в чем суть политического процесса начиная с ельцинизма. Кроме того, оживляются и распространяются в условиях некроза культурной ткани маргинальные культы деструктивных сект, а так же «отклоняющихся» извращений.

Это всё неспроста, и не в силу чьей-то субъективной злой воли. Это связано с неосознанными до конца людьми процессами разложения культуры и мышления, вызванными утратой целостности. Утратив цели, ради которых создавались технические средства, люди утрачивают и понимание – для чего нужны технические средства, и начинают использовать их как попало: в криминальных целях, деструктивно-извращенческих и т.п.

Когда цивилизация теряет себя - субкультура общественного подполья становится культурой общества.

Гумилёвская теория этногенеза делит людей на "угасших" (ничем не интересующихся), пассионариев (лиц, утверждающих себя в созидании) и субпассионариев (лиц, утверждающих себя при разрушении построенного пассионариями). Классические субпассионарии - это воровская прослойка, криминальный мир. Они - при всей ненависти к пассионариям - роковым образом зависимы от них, потому что если никто ничего созидать не будет (как сейчас в либеральных системах) - то и разрушать тоже станет нечего, противостоять нечему, следовательно, и деструктивная энергия субпассионариев не найдёт выхода...

Только восстановление логически-непротиворечивой целостности культуры общества – от первого слова (которое было вначале) до последних достижений искателей – может повернуть вспять процессы распада мышления. Если их вообще что-либо в состоянии повернуть назад…

Александр Леонидов; 12 января 2016

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ​О. Василий (Литвинов): Слово об экономике

    ​О. Василий (Литвинов): Слово об экономике В первой части Открытого Письма (Слово о счастье) мы выяснили, что сверхбогатым людям мешает обрести счастье внешняя и внутренняя агрессия. Чтобы найти способ преодоления проблемы, надо определить её источник. Так, где же "собака зарыта"? На данный момент политэкономия указывает нам: произвольное деление земных, материальных благ делает людей врагами друг другу. Не какие-то мифические классы, а именно людей, персонально.

    Читать дальше
  • о. Василий (Литвинов): ​Слово о счастье

    о. Василий (Литвинов): ​Слово о счастье Василий Литвинов, священник Русской Православной Церкви, написал Открытое письмо к олигархам и всем деловым людям, всех людей считая братьями. Он просит все СМИ распространять это пастырское назидание, надеясь, что оно дойдёт до адресата. Будет принято или нет – другой вопрос. Но всегда лучше попытаться решить дело миром, пробудить в человеке человека – прежде чем суровая необходимость заставить уничтожить свирепых зверей. Вот что пишет о. Василий:

    Читать дальше
  • В.Авагян: "СЕЯЛКА ИЛИ ДАВИЛКА"?

    В.Авагян: "СЕЯЛКА ИЛИ ДАВИЛКА"? ​Основное противоречие США, как мирового гегемона заключается в конфликте расширяющейся, углубляющейся политической экспансии – и сжимающимся контуром экономических отношений. Чем больше поглощает империя – тем больше она разоряет тех, кого поглотила. Если у нормальных империй после захвата начинается восстановление разрушенных борьбой экономик, уже на своей территории, то для США после их победы начинается разорение, выжирание и вымаривание дотла побеждённого.

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека..