Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Июнь
пн вт ср чт пт сб вс
  01 02 03 04 05 06
07 08 09 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30        

Теории стоимости и вопросы политэкономии

Теории стоимости и вопросы политэкономии Наделение и обделение – мы рассматриваем как основу ценообразования, основу реальной стоимости продукта в том или ином обществе. При всей разницы стоимости и цены объединяет их такая черта, как дифференциация доступа. Обывательское понятие о «дешевизне» - научным языком определяется как нарастание доступности. Понятие же о «дороговизне» - есть снижение доступности продукта для тех, кому они стали не по карману. Объективное можно искать только в том, что становится доступным или недоступным для всех сразу. Если же степень доступности у разных людей разная – тогда искать объективных причин процесса нельзя. Разная степень доступа говорит о субъективном распределении, предполагающем произвол распределителя.

Много лет думая о причинах бедности и богатства в человеческом обществе, я последовательно рассматривал все гипотезы:

1) Буржуазная. Она о том, что богатство, якобы, есть итог особого трудолюбия и таланта, энергичности и деловитости личности.

2) Левацкая. В ней богатство – итог страшных преступлений, оставшихся в тени. Соответственно, все богатые – это какие-то отборные, особо изощрённые изверги.

3) Мистическая. В ней обогащаться помогают сверхъестественные силы, нужно знать заклинания. Есть варианты «богоизбранности», предопределённости, судьбы, и т.п., многообразные как сама мистика.

4) Теория удачи. Она о том, что не каждый находит клад – но случайной найденный клад может обогатить каждого. Богатство – продукт слепой удачи, выигрыш в лотерею. Случайное везение в жизни.

5) Теория редкости – по которой выше всего оплачиваются самые редкие профессии.

6) Ну и ещё много всего – в том же направлении.

+++

Любой, кто имеет широкий круг общения, подтвердит, что ни одна из этих теорий не подтверждается на практике.

Большинство знакомых нам с вами преуспевающих семейств – достаточно серые и безликие, банальные. И ничуть не выделяются из обывательской массы ни достоинствами, ни пороками. Они – обычно слепок обыденности, просто у них денег много, а больше они ничем от среднего человечка не отличаются.

Долго я бился над вопросом, который «свёл с ума больше людей, чем даже любовь[1]» - пока не пришёл к очевидному в своей простоте, и даже пугающему своей простотой ответу.

Хотите знать, почему у одних людей денег много, а у других мало?

Да потому, что власть[2], которая печатает деньги[3], одним эти деньги даёт, а другим нет.
Вот и весь непостижимый «бином Ньютона» - откуда берётся богатство богатых и бедность бедных!

Этот процесс не стоит излишне мистифицировать, драматизировать, криминализировать, романтизировать – не стоит умножать сущности, где для того нет ни оснований, ни необходимости.

Понимаете, как всё просто?

Есть некая верховная власть над определённой территорией (в США это не президент и не конгресс, но то другой вопрос).

Изначально все блага, как натуральные, так и рукотворные – принадлежат этой власти.

И тут главный вопрос: кому и сколько, и для чего власть будет «отпускать с единого склада» эти блага?

+++

Прежде всего: власти так много не нужно. Не съест король миллиона коров, и не выпьет он миллиона литров молока. Его королевский камин имеет определённую ёмкость дров – а остальные дрова на территории, получается, лишние для личного потребления короля.

Не будем циниками – не станем сбрасывать такой аспект распределения – как благотворительность! Вполне возможно, что владелец набитой благами территории часть распределения осуществляет из чисто-благотоворительных побуждений.

Рыцарь убил дракона, сидит в пещере, полной золота, после боя, в котором сам мог погибнуть – и тут приходят вдова и сирота. Они рыцарю никак не помогали, да и собственно, никоим образом ему не нужны. Но золота от дракона осталось много, а вдова и сирота такие жалкие… Рыцарь, не мелочась – взял да отсыпал монет вдове и монет сироте! Может такая мотивация быть у власти? Разумеется, может.

Кроме благотворительности власти, есть ещё и необходимость распределения в рамках иерархического заговора. Человек, оказавшийся хозяином территории, не может её удержать в одиночку. Ему нужны помощники – а как их привлечь?

Власть не стоит без охранников. У старших охранников есть младшие – они тоже кушать хотят. Плюс разнообразная обслуга охранников – так и складывается иерархический заговор распределения.

В нём не только король раздаёт статусы лордам, но и лорды дают статус королю. В иерархическом заговоре лейтенант за генерала, потому что хочет оставаться лейтенантом, а не рядовым, майор – потому что не хочет в лейтенанты, и т.п.

Если власть не умеет содержать свой иерархический заговор – то её сметают, или извне, или изнутри. Рухнула пирамида иерархии – считай, сменилась власть над территорией.

Так формируют друг друга два высших слоя общества: владельцы, хозяева земли – и их фавориты, имеющие особые льготы и привилегии при распределении, а потому горой стоящие за хозяев.

Под ними формируется «класс» (если можно так выразиться) инструментальных людей, работников. Работники во все времена и у всех народов – делают, что им скажут, а получают – сколько им дадут. Они нужны системе не сами по себе, а как обслуживающий «настоящую жизнь» персонал, расходный материал процессов обработки ресурсов данной территории.

Землевладельцу хочется получить урожай – а самому пахать не хочется. Если совсем не пахать – урожая не будет. Потому землевладелец не прочь переложить все тяготы на другого человека, забрав при этом все результаты себе.

Кроме работников, есть самый несчастный «класс» - «лишние» (естественно, не для себя, а с точки зрения хозяев жизни). Они либо вымирают, сокращая население, либо иногда могут служить трудовыми резервами, из их среды могут добрать работников – если хозяевам нужно.

Ещё есть «классик», который я назвал «реликтовым» - это (кстати, немалая) совокупность людей, унаследованных от прошлого. Или иным образом нетипичных для системы.

Например, пенсионеры в РФ – это реликтовый класс, потому что в «новой экономике» такой пенсионной системы быть не может (и уже нет). Реликтами являются и советские квартировладельцы – в «новой экономике» большинство из них не сумело бы приобрести квартиры, но у них сохраняется (а потихоньку и изымается) «дар прошлого». Реликтами являются представители ряда профессий, ещё оплачиваемых по инерции, но явно не соответствующих новой структуре трудовой занятости, и т.п.

+++

Понимая это (без всяких феодализмов и капитализмов) – мы поймём и простую природу богатства и бедности. Власть распределяет находящиеся в её верховной собственности блага неравномерно. Она одним даёт много, другим мало, третьим ничего – вот и весь секрет.

Это как вы, например: сделали кормушку для птиц, потому что любите птиц. А кошкам бродячим молока не налили. Другой же человек наоборот: он кошкам молока налил, а птиц не любит, и кормушки на ветвях не мастерит…

Произвол власти в распределении благ ограничивается угрозой её свержения. Собственно, больше ничем.

Если власть «не на тех сделала ставку» - то ей не помогут, когда её придут убивать «претенденты порулить».

Таким образом, объективная товарная стоимость – не является ни трудовой, ни природно-сырьевой, и никакой ещё, кроме как адекватной удержанию власти распределителем.

Если он распределяет так, что его не получается свергнуть – то он и дальше распределяет блага в режиме произвола. Но для этого он должен быть адекватным удержанию собственной власти. Сделать так, чтобы нужные для её удержания люди были им довольны.

+++

Что же есть деньги? Что же есть цена и стоимость? По сути своей, это доступ или отказ в доступе к тому или иному благу, тому или иному человеку.

Здесь и вступает в силу самый базовый закон истории: закон наделения и обделения.

Счастье – это «с частью», то есть право на долю в добыче славянского племени. Участок – награда за участие. Удача – нахождение у дачи, там, где дают. Заработок – то, что стоит за работой, то есть статус работника, определяющий размер его оплаты. Доход – то, что до тебя дошло. И так далее.

Социальный здравый смысл заключается в том, чтобы наделить наиболее полезных, наиболее важных для системы людей.

Социальный прогресс – в том, чтобы наделить как можно больше людей, и сократить, в идеале, число обделённых до ноля.

Если социальный прогресс вступает в конфликт с социальным здравым смыслом – прогрессивная система рушится, что мы и видели, сменяется под ударами из тьмы на регрессивную и откатывается на век назад.

+++

Классические экономисты, такие как Адам Смит и Давид Рикардо создали трудовую теорию стоимости. Наиболее полную форму эта теория получила в экономических трудах Карла Маркса. Согласно этой теории, в основе стоимости лежит общественно необходимое рабочее время (затраты труда) на воспроизводство товара[4]. Сторонники австрийской экономической школы создали теорию стоимости, как полезности, выводя стоимость продукта из его полезности и редкости.

Фридрих фон Визер считал, что стоимость товаров определяется их предельной полезностью[5] на базе субъективных оценок способности товара к удовлетворению человеческих потребностей. Есть теории, которые выводят стоимость из издержек производства, где происходит перенос стоимости на продукцию.

Ни одна из этих теорий в жизни, очевидным образом, не работает, и стоимости не создаёт. Нигде мы не видим, чтобы наибольший доступ (максимальное наделение) благами имел бы тот, кто занят самым трудоёмким, или самым полезным, или самым редким, или самым затратным производством.

«Спесь» с труда сбивают обычно, называя его «толчеёй воды в ступе», и снисходительно объясняя, что «нельзя мерилом работы считать усталость». В таком взгляде есть рациональное зерно (требовать оплату только за то, что была произведена какая-то работа в физическом смысле, или затрачено время на умственные усилия - нелепо). А ещё в таком взгляде – широкий простор для шантажистов, мошенников, спекулирующих понятием «полезность труда». Обычно степень полезности они оценивают сами, следовательно, важна не сама полезность, а их оценка.

Самым полезным является воздух – но им ещё торговать не научились (близкий аналог – вода, и только на третьем месте пища). Материнский труд явно полезнее адвокатского, но матери рожают бесплатно (ещё и приплачивая, если медицина платная), адвокаты же гребут деньги лопатой.

Если бы в основе стоимость лежала редкость (как полагал романтик Вальрас) – то самым высокооплачиваемым в Уфе был бы переводчик с эфиопского. Он тут один – и, поскольку я с ним знаком – он далеко не олигарх, мягко говоря.

Труд писателя – абсолютная редкость (ведь написанное им, если это не плагиат – уникальный текст в целом мире!) – но большинство писателей давно забыли про гонорары.

Ни труд, ни полезность, ни редкость – сами по себе не создают стоимости.

Стоимость создаётся властью.

Власть её диктует – и, пока не свергнута – настаивает на ней.

Почему дворник в Париже получает в 10 раз больше дворника в Киеве или Кишинёве? Разве они заняты разными делами? Разве в Париже дворник трудится в 10 раз больше, или он в 10 раз реже, или он в 10 раз полезнее для общественной гигиены?

+++

Оговорюсь о трудовой теории стоимости: борьба Маркса с религией, и вообще с «идеализмом» помешала ему увидеть очевидное: трудовая теория стоимости отражает нравственные категории цивилизации, в прогрессивных обществах – юридические категории, но никак не экономические категории.

Наша цивилизация полагает, что человек, который много и тяжело трудится – должен получать хорошее вознаграждение. Это моральный взгляд (родом из религиозности), это можно записать в законах – и нужно там записать, как внеэкономическое регулирование сферы труда.

Но рассуждать, что перед нами экономическая категория – наивно. Обманывать людей некрасиво – но это не значит, что обманывать их невыгодно. Терроризировать людей, шантажировать их – некрасиво, но это не значит, что невыгодно.

Потому должна быть не трудовая теория стоимости, а трудовой идеал стоимости. Оплата по труду – нравственная цель человечества, но ни разу не закон для рыночной анархии или монополии.

В основе стоимости и цены не лежит общественно необходимое рабочее время (затраты труда) на воспроизводство товара. Оно там должно лежать – когда-нибудь, в некоем идеальном обществе светлого будущего, но это совсем другой подход.

Экономист В.Л. Авагян отмечал в трудах, что «прибавочная стоимость» может появиться в отдалённом будущем – пока же человечество является, увы, паразитом природных ресурсов, при обработке сырья ничего не добавляет, а наоборот, убавляет в абсолютном смысле. Например, статуя – не прибавка к глыбе мрамора, а наоборот – уменьшение этой глыбы. Любое наше производство наносит колоссальный вред окружающей среде, природе – которое человечество пока просто игнорирует, потому что оплатить его в полном объёме (до уровня восстановления биоразнообразия до человека) нет никакой возможности.

«Прибавочная стоимость появится только тогда, когда появится двигатель с КПД больше 100%» - писал Авагян. То есть когда мы начнём создавать новые планеты типа «Земля», а не просто использовать ту, которая нам даром досталась.

+++

В абсолютном исчислении все человеческие производства убыточны – как исторически, так и сегодня. Исключение можно сделать только для умозрительного «завтра». Видимость же прибыли (прибавочной стоимости) образуется по причине колоссальной субвенции (безвозвратной субсидии) природных даров хозяйствующим субъектам.

Вообразите, что человек затратил на производство продукта 100 рублей, а выручил за него только 50. Рентабельно ли такое производство? Вопрос риторический. Но если человеку при этом покрыли 90% его издержек, то он от себя внёс в себестоимость продукта только 10 рублей. Внёс десять, а получил 50, 40 рублей как бы прибыли!

Именно это и происходит (пока) с человеческим хозяйствованием на Земле. Когда водопроводчик доставляет нам воду – он ведь берёт плату не за саму воду, а только за её доставку. Воду он получает бесплатно. Допустим, ему нужно самому производить воду – сколько тогда она будет стоить? Из чего ему воду производить? Очевидно, из водорода и кислорода. А они бесплатны? А если и за них надо платить, покупать их – чтобы потом сделать из них воду?

Таким образом, «прибыль» хозяйствующего субъекта – лишь иллюзия, которая возникает благодаря субсидированию львиной доли его издержек, предоставленных дарами природы. Это, в частности, объясняет, почему пролетарий не может произвести никакой стоимости собственным трудом, и вынужден идти на поклон к работодателю.

Если бы доход можно было произвести просто руками – зачем тогда идти на завод? Зачем подчиняться шантажисту, запугивающему тебя увольнением, безработицей и т.п.?

Человеческий труд убыточен, сам по себе он производит только убыточную стоимость – как любой современный двигатель, который (в абсолютных единицах) поглощает больше энергии, чем выделяет.

Доходы – лишь следствие вычета части себестоимости продукта, части издержек на его производство путём предоставления даром, безвозмездно.

Например, нефтяник богат не потому, что он воткнул трубу в землю, а потому что там, под землёй – бесплатная (никем не произведённая вручную) нефть. Ежели мы станем втыкать трубы в землю, под которой нет нефти, то ничего, кроме убытков, мы не получим – как бы умело и ловко эти трубы не втыкали.

+++

Таким образом, вся социально-экономическая жизнь и «политэкономия» вращаются вокруг наделения и обделения. Стремление наделить как можно больше людей – представляет из себя константу прогрессивных движений в истории (восходящую силу цивилизации). Стремление же обделить как можно больше людей (отобрав у них средства к существованию, и присовокупив к своим) – напротив, константа социально-экономического регресса.

Прогрессивные и дегенеративные направления – имеют некоторую связь с развитием производительных сил, но эта связь не прямая, не однозначная и не безусловная. В основе социального прогресса – разумеется, не та или иная степень развития производительных сил, а желания и настроения (психофон) у людей. Развитие возможностей производства не делает автоматически злых людей добрыми.

Поскольку настроения и желания первичны, а производительные силы вторичны – гуманитарная деградация человека не исправляется развитой техникой, а наоборот, низводит технику путём регресса до своего уровня. Распад СССР – яркий тому пример, когда развитие производительных сил послушно пошло вспять – вслед за духовным одичанием масс.

Если мы опустим все химеры, которыми была одержима человеческая мысль в её историческом становлении, то получим в сухом остатке только одно противоборство (антагонизм): желание наделить ближних, и желание их обделить, обобрать. «Классовый анализ» вносит сюда только путаницу и неадекватность, потому что Ленин – дворянин, а Ходорковский – комсомольский вожак, и Чубайс из пионеров.

Наделенческое движение (константа социального прогресса) стремится на протяжении всей истории к двум, тесно взаимосвязанным, формам наделения обделённых:

1) Более справедливому, более разумному распределению наличных благ.
2) Развитию производительных сил – чтобы через него добрать недостающее людям.

Говоря языком физики, есть наделенческое движение «кинетическое» и есть «потенциальное». Это, соответственно, идеология и наука.

Например, раздача земли безземельному крестьянству – это «кинетическое» наделение, происходящее в настоящем времени. Но очевидно, что даже самая справедливая раздача земли мужикам с деревянными сохами – не решит продовольственной проблемы, как таковой (лишь облегчит её).
А для окончательного решения вопросов снабжения по нормам гуманизма и справедливости – необходимы новые агротехнологии, новые, научные методы хозяйствования на земле. Это – потенциал наделения, создание того, чем потом, в будущем, можно будет наделить людей.

Можно ли отделить одно от другого? Сектанты пытаются. Но я думаю – что нельзя. Тому, кто не хочет развития производительных сил – не нужна и справедливость «здесь и сейчас». А тому, кто не хочет справедливости сегодня – не нужно и развитие производительных сил завтра.

+++

Если христианская цивилизация, с веками почти на уровне инстинкта, предполагает оценку перемен (к лучшему изменилось, или к худшему), то эволюционизм, социал-дарвинизм по самой глубинной своей сути есть безоценочность перемен.

У одного существа хвост отрос, а у другого отвалился – добро это или зло? Хорошо это или плохо? Сама постановка вопроса таким образом в рамках эволюционизма нелепа! 

У перемен в социал-дарвинизме есть только одно измерение – их скорость. Они происходят быстрее или медленнее. Скорость – не основание для нравственной оценки. Если перемены происходят быстро, лавинообразно – то это не хорошо, и не плохо. Если они крайне медленны, сохраняя предмет неизменным – это тоже не добро и не зло.

С точки зрения человека нашей цивилизации (христианской, и, в меньшей мере, других монотеистических религий) – есть предметы, которые должны оставаться вечно неизменными, а есть предметы, которые нужно изменить как можно скорее. И никак не скорость перемен является показателем их полезности или вреда.

Но эволюционизм, повторюсь – безоценочное учение. В нём то, что происходит – просто происходит, кто выживает – тот и выживает (иррациональность в том, что выживают не самые сильные, не самые умные, не самые разносторонние, не самые приспособленные – а просто те, кто случайно оказался наиболее соответствующим стихийным переменам среды).

+++

Не стремясь к справедливости (то есть оценке происходящих перемен) – западный антисоветизм не стремится и к развитию производительных сил, повышению уровня научной организации деятельности. 

Ничего, кроме того или иного вида апокалипсиса, западная мысль впереди для человечества не видит.

Соответственно, она не видит проблемы в сверх-наделении одних и обделённости других людей. Никаких решений этой проблемы у неё нет именно потому, что сам вопрос не поставлен, не осуществлена проблематизация темы. Ведь прежде решения задачу нужно поставить, сформулировать условие задачи – и уже на этой стадии западный антисоветизм «сдох».

В частности, помимо всего прочего, это приводит к размножению и внедрению антинаучных теорий стоимости, которые мы приводили выше. Вместо того, чтобы понять, как и откуда берутся блага для человека на самом деле, и куда они на самом деле исчезают – буржуазная (включая и евро-марксистскую) мысль выдумывает всякого рода небылицы про прибавочную стоимость, похищенную работодателями у рабочих (левый спектр идей) или рабочими у работодателей (правый спектр идей).

А «до кучи» - и сказки про «редкость, полезность, затратность» и т.п., создающими якобы богатство из себя. А бедность из своего отсутствия.

На самом деле – и это очевидно – человек нагим приходит в этот мир и нагим уходит из него. По сути, мир – это водопой, на котором одни потребители, используя силу или хитрость, отогнали от воды других потребителей.

Единственной научной теорией – просто по факту очевидности – может быть теория наделения и обделения, как источника богатства и бедности. И то, и другое состояние – вменённые, и вменяются они властью.

Власть некоторых любимчиков раскармливает до неприличия и сумасшествия. Других же, пасынков своих – превращает в лишенцев, изгоев, парий. Как? Отогнав от «водопоя». И заставив страдать от жажды (в данном случае – жажды недоступных благ).

В наши дни это происходит совсем уж очевидно (хотя происходило в скрытом виде всегда) – когда бумажные и электронные деньги власть выпускает бесконтрольно, одним даёт, другим нет. То есть – одних наделяет без всякой меры, а других обделяет без всякой совести.

Наделение в самой базовой своей формуле – есть доступность благ в обмен на выполнение человеком доступных ему условий.

Звучит громоздко – поэтому перескажу бытовым языком: согласен работать – тебе общество предоставляет работу с зарплатой, на которую можно приобрести весь доступный людям в этом обществе набор благ.

То есть человек без ничего путём труда – превращается в человека со всем. Это и есть доступность потребительских прав в обмен на выполнение доступных обязанностей. И соответствие прав обязанностям, а обязанностей – правам. Когда не важно – кто человек, а важно, что он делает.

+++

Разумеется, в пост-советском обществе ничего подобного нет и даже в перспективе не просматривается.

Тут совершенно не важно, что ты делаешь, а важно только – какой статус оплаты тебе предоставлен. Есть люди с полнотой прав – полностью освобождённые от всех обязанностей (например, живущие на ренту, извлекающие «пассивный доход»). Но гораздо больше людей, поражённых в правах, но обременённых при этом целой кучей тяжких повинностей.

Почему так случилось? Потому что нынешнее общество очевидно-регрессивно по отношению к предыдущему, в нём наделенческое движение заглохло, а дегенеративное, обделенческое – наоборот, расцвело махровым цветом.

В основе же этого прискорбного поворота – антинаучные теории стоимости и ценообразования, которые (если весь их пёстрый абсурд обобщить до одной фразы) – приписывают человеку (индивиду) магическую способность собственными силами извлекать прибыль, собственными силами владеть «частной собственностью», и т.п.

Убаюканные этим сюрреализмом, обыватели не замечают очевидного: никто сам по себе, в отдельности – прибыль извлекать не может, и никто сам по себе, без карательных бригад пособников – владеть собственностью тоже не может.

И прибыль, и частная собственность – существуют только в фантазиях человека. В реальности же всегда мы сталкиваемся только с одним: с системой наделения и обделения, которая по сути своей – коллективна и неделима (то есть бесконечно далёкой от частной обособленности).

Никто денег не зарабатывает (хотя бы потому что всякий труд без даров природы убыточен), и никто частным порядком ничем не владеет. Есть власть над территорией (иерархический заговор взаимной поддержки) – которая одних ставит к делу, а других нет.

Одним предоставляет возможность красиво жить, а у других – отбирает. Говоря совсем кратко: одних наделяет, других обделяет.

При этом болтуны и обманщики начинают приписывать наделению какие-то немыслимые достоинства или коварство личности, обделённости – столь же фантастические «лень, бездарность, бестолковость» и т.п.

Получается, что я, получив в окошечке кассы миллион – становлюсь волшебным образом талантливым, деловитым, энергичным и безмерно трудолюбивым (или злым гением). Тот же самый я, не получив в этом окошечки пачку макулатуры – столь же магическим путём становлюсь ленивым бездарем, никчёмным недоумком, лентяем и неумехой.

-Но позвольте! – кричу я – ведь я каким был, таким и остался! Речь же в обоих случаях идёт о неизменном мне! Неужели высшие степени личных достоинств человека от низших отличает лишь пачка макулатуры: соответственно выданная или не выданная?!

Неужели певец ртом становится «великим музыкантом» только оттого, что распределители решили его обильно прикормить? Напротив, неужели Шаляпин станет сразу же безголосым, если власть вдруг ликвидирует систему, в которой он получал свои гонорары?

+++

Собственность не может быть «частной» на том основании, что без вооружённой охраны она моментально растаскивается, а вооружённая охрана – дело коллективное. Следовательно, никто из людей не «зарабатывает» - если ему не дают заработать. Никакое богатство не существует автономно (исключение сделаем только для воров, живущих нелегально) от милости или немилости власти.

Таким образом, «частная собственность» - та же самая общественная собственность, только распределённая несправедливо.

Не по общему закону, а по действующим для одного тебя исключениям из правил. Частные собственники не то, что не хотят (они очень хотят, и пытаются) – но попросту не могут рационально обосновать своё право на исключительное пользование тем или иным благом.

Например, ничем другим купленная квартира от предоставленной по очереди по месту работы, в сущности, не отличается. Пользуются-то квартирами и домами жильцы одинаково, просто в одном случае – они получили жильё на равных основаниях с другими людьми, а в другом – каким-то обходным, другим людям недоступным, образом.

Иррациональность безусловного владения - выделяет его из ряда пользования на общих основаниях, единых условиях, в нечто, именуемое «частной собственностью».

А больше его оттуда, если присмотреться, ничто не выделяет.

+++

Существует только одно основание для оплаты труда, и через то определение стоимости продукта: наделенческий статус. Человек получает деньги не за то, что он что-то делает, а потому что в данном обществе принято платить за то, что он делает.

Если не принято - то он ничего не получит. М.А. Булгаков создал гениальнейший роман «Мастер и Маргарита» - но не получил за него ни рубля. Почему? Плохо написал? Нет, он в той системе не имел наделенческого статуса – по которому статусные писатели его времени получали колоссальные суммы за произведения куда слабее булгаковских.

Не умножая сложности без предпосылок, мы не должны видеть в ценообразовании ничего, кроме процесса предоставления доступа или отказа в доступе к тому или иному благу тому или другому человеку.

Тут есть очень важная оговорка, мать прогресса: предоставление человеку права на ещё не существующее благо – способствует появлению этого временно отсутствующего блага.

Наделенческое движение всегда идёт «с козырьком», с заделом на будущее – отчего денег (доступа) у людей оказывается больше, чем текущих потребительских благ. А как иначе стимулировать прогресс, кроме формулы – «этого пока нет, но оно должно появиться»?

Сказать «живите по средствам», чего вам сегодня нет – того и не будет никогда – по сути, остановить прогресс. И не только социальный, но и научно-технический!

Зачем повышать количество продукта, искать какие-то новые технологии создания изобилия - в отсутствии спроса на него?

+++

Обделенческое движение, удел амбициозных дегенератов – исходит, по сути, из одной грубой, но всё определяющей у них фразы:

-Нам хватает, а на других нам насрать.

А раз так, то зачем напрягаться, возится, что-то менять и совершенствовать?

Локалист, добившись личного господства, добился своего идеала Вселенной. С его точки зрения, после этого что-то менять – только портить.

Замкнувшись на своей биологической особи, локалист наносит смертельный удар Коллективном Разуму. Тому, который, базируясь сразу на множестве носителей, обречён обобщать личные потребности до стандарта, в идеале доступного каждому. Тому, который выводит единую для всех религий формулу «золотого правила нравственности»: «чего себе не хочешь – другим не желай».

Нельзя нанести удар по Коллективном Разуму (то есть единому для многих комплексу знаний) – и не сокрушить при этом удар базовые основания цивилизации.

Дело в том, что материальное и духовное обладают противоположными свойствами по отношению к делению. Материальные ценности при делении сокращаются, а духовные (культура, познания) – при разделении их с другими людьми, увеличиваются.

Если ты поделишься земельным участком – то он станет меньше. А если знаниями – то их станет больше.

Таким образом, чтобы развиваться, и просто сохраняться - Коллективный Разум должен активно делиться знаниями, духовными ценностями, идеалами с максимально широким кругом лиц (что и лежит в основе цивилизации).

Но если другой человек знает, понимает столько же, сколько и ты, то он претендует и на равную твоей долю материальных благ. Это очень опасно для богатых, что и делает их опасными для цивилизации.

Локалист не хочет (и считает вредным) развивать Коллективный Разум общего доступа. Для него мышление – аналог когтей и клыков, которые нужно отращивать только у себя – но никак не у конкурента или у жертвы твоей хищности.

Но «засекреченный» Разум, превративший свои возможности в коммерческую тайну – ограничен как ёмкостью вмещений у особи, так и временем её жизни. Если учёные не будут делиться достижениями – то не получится сложения мощностей познания. К тому же хитрец, умирая, все свои тайны познания уносит с собой в могилу. Всё, что он лично познал о жизни – обнуляется для человечества.

Потому мы и говорим, что обделенческое течение – удел дегенератов. Мы же не ругаемся на них, а просто сухо констатируем факт: обделение людей людьми подрывает Коллективный Разум, разрушает все культурные достижения цивилизации. То есть поведенческие потребности, возникающие у обделителя, разорителя ближних, хапуги, паразитирующем на окружающих – ведут к деградации культуры, понимает ли он это, или не понимает.

----------------------------------------------------------------------

[1] Так английский политик XIX века Гладстон говорил о деньгах и загадке их происхождения.

[2] Мы говорим о РЕАЛЬНОЙ власти, а не, например, о президенте США, которого тузят и колошматят, как мальчика для битья и куклу прикрытия.

[3] Здесь нужно оговориться, что государство не всегда печатало деньги. В прежние времена чеканились металлические деньги, которые труднее подделать: нет на руках золота, нет и золотых монет, ибо их не из чего чеканить. Это усложняет схему отношений, но не отменяет и не ревизирует её основ. Сила отбирает наличное золото у слабости, после чего пускает в оборот монеты из него по собственному произволу. Так что от бумажных денег золотые отличаются меньше, чем кажется. А когда Сила берёт в свои руки печатный станок, распределяя бумажные деньги, тогда просто снимается первая часть операции: ловля тех, кто владеет золотом и отбор драгметалла у них в собственные руки.

[4] Сложный, квалифицированный труд за единицу времени может создавать больше стоимости, чем простой, неквалифицированный труд.

[5] Предельная полезность какого-либо блага обозначает ту пользу, которую приносит последняя единица этого блага, потреблённая из совокупности множества аналогичных товаров. По мере постепенного удовлетворения потребностей субъекта полезность очередной новой вещи падает.

Николай ВЫХИН, специально для «ЭМ»; 19 мая 2021

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Подписка

Поиск по сайту

  • Дети, Крым, счастье, позитив...

    Дети, Крым, счастье, позитив... В нашей жизни очень много грустных новостей. И потому мы часто забываем, что кроме мрачной геополитики есть ещё и просто жизнь. Наши дети выходят в жизнь и занимаются творчеством, создают нехитрые истории о своём взрослении, создавая позитивные эмоции всякого, кто видит: жизнь продолжается! Канал без всякой политики, о замечательных и дружных детишках, об отдыхе в русском Крыму и не только - рекомендуется всем, кто устал от негатива и мечтает отдохнуть душой!

    Читать дальше
  • Геноцид армян: новая глава

    Геноцид армян: новая глава Карабахский конфликт - это одна из глав чёрной книги геноцида армян, которым с XIX века занимаются турки. В их понимании армяне "недобиты", и хотя армяне потеряли большинство своих земель, всё-таки небольшой анклав армян остаётся в турецком море Закавказья. Геноцид армян обрёл второе дыхание в годы "перестройки", в конце 1980-х, когда турки вырезали армян в ряде населённых пунктов, но снова не везде. Военное сопротивление побудило турок прекратить резню.

    Читать дальше
  • ​Самозамкнутость и Традиция

    ​Самозамкнутость и Традиция В детских книжках, которые я очень любил в детстве, поучительные картинки всегда изображали очень кучно и динозавров и электроны атома. В реальной жизни динозавры не смогли бы жить так близко друг от друга, а электрон далёк от ядра атома так же, как булавочная головка на последнем ряду гигантского стадиона была бы далека от теннисного мячика в центре стадиона. Но нарисовать так в книжке нельзя – потому рисуют кучно, сбивая масштабы. Та же беда случается всегда и с историей цивилизации. Оглядывая её ретроспективно, из неё сливают огромные пустоты разреженного протяжения, оставляя близко-близко друг от друга значимые факты духовного развития.

    Читать дальше
  • "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..."

    "...СМЫЧКАМИ СТРАДАНИЙ НА СКРИПКАХ ВРЕМЁН..." Московское издание полной версии романа А.Леонидова "Иго Человеческое" - не оставит равнодушным никого, кто думает о судьбе Отечества, да и просто об устройстве человеческой жизни. В остросюжетной форме исторического повествования автор ставит самые глубинные и "проклятые" вопросы, на которые бесстрашно, порой, может быть, опрометчиво - даёт ответы. Спорить с автором в данном случае ничуть не менее полезно, чем соглашаться: произведение ВЗРОСЛИТ, независимо от отношения читателя к заявленным идеологемам.

    Читать дальше
  • ​«Легенда о Китеже» и западная советология

    ​«Легенда о Китеже» и западная советология Чтобы понять, о чём речь, предлагаю сперва рассмотреть условную, умозрительную модель, которую пока не привязываю ни ко времени, ни к географическому месту. Модель начинается словом «Допустим». Просто допустим, что есть система, в которой житейские доходы человека неопределённые. В силу неопределённости (обозначаемой алгебраическим «х») они могут быть любыми. Есть вероятность любого значения «х». «Х» может быть равен 0, 1, 2, 5, 100 и т.п. Личные доходы человека не ограничены ни сверху, ни снизу. Они строго индивидуальны: могут быть сколь угодно большими, а могут и вообще отсутствовать (=0).

    Читать дальше
  • Наш сайт (ЭиМ) глушат!

    Наш сайт (ЭиМ) глушат! Одно дело - слышать про такое со стороны. Другое - лично столкнуться.В РФ начиная с 30 сентября сего года неизвестными лицами произведено техническое веерное отключение сайта ЭиМ, который для большинства пользователей вдруг стал "недоступным". У нас он работает, как ни в чём не бывало, но мы - в локальном пузыре, а с мест сообщают, что сайт нигде не открывается.

    Читать дальше
  • ​«АПОЛОГЕТ»: ПРЕДЕЛЬНАЯ КОНЦЕНТРАЦИЯ ИСКРЕННОСТИ...

    ​«АПОЛОГЕТ»: ПРЕДЕЛЬНАЯ КОНЦЕНТРАЦИЯ ИСКРЕННОСТИ... Можно спорить о художественных достоинствах или философских идеях романа «Апологет» А. Леонидова, на днях опубликованного замечательным издательством «День Литературы»[1]. Об одном спорить не приходится: с такой стороны революцию и советский строй ещё никто не осмыслял! Ни сторонники, ни противники таким образом её не рассматривали, факт. Остальное – спорно. Как, в общем-то и должно быть с художественным произведением, главное требование к которому во все времена – свежесть и оригинальность. И это есть…

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека — А. Прокудин