Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,4296 руб.
  • Курс евро EUR: 68,0822 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,2039 руб.
Август
пн вт ср чт пт сб вс
      01 02 03 04
05 06 07 08 09 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31  

В. Авагян: власть не понимает экономику!

В. Авагян: власть не понимает экономику! ​Ежегодная «Прямая линия с Владимиром Путиным» продлилась более четырёх часов. За это время глава государства успел ответить на 81 вопрос. Президент рассказал, насколько вырастет зарплата в МЧС, когда проиндексируют пенсии, сколько денег выделят на переработку мусора и как изменится ситуация с лекарствами в регионах. Во всём этом многообразии тем меня, старика, волнует моя: экономика. Как говорится, «специалист подобен флюсу». О чём бы ни говорили люди, я всё время ищу экономическую подоплёку…

«Путин рассказал, когда в России наладится жизнь» - это не прямая речь, но заголовок в «Парламентской газете», и смысловое ядро его тревожное. Что значит, «наладится»? А разве не он сам её наладчик? И рассказывать, по идее, он должен не о том, когда она наладится, а о том, как он собирается её налаживать… Но может, просто неловко выразились коллеги-журналисты?

При этом «президент оказался немало удивлён мизерным зарплатам в регионах. По закону работодатель не может платить сотруднику меньше МРОТ, который в этом году довели до прожиточного минимума — 11 280 рублей». «Это предмет для разбирательства соответствующих контролирующих инстанций», — подчеркнул глава государства.

А почему он «удивлён»? Да потому что государство не контролирует собственной экономики, даже знать о ней не хочет. Работодатель договаривается с работником, а государство где-то в стороне, как будто его нет. Государство приняло закон о МРОТ, но это ведь мёртвый закон. И не только потому, что МРОТ мизерный, но ещё и потому, что работник, согласный работать за 8-10 тыс не имеет ни сил, ни средств, ни возможностей отстаивать свои права в «контролирующих инстанциях». Раз он доведён до такого состояния, что согласен на эту сумму, то боится её потерять. А если он начнёт шуметь и качать права – работодатель скажет ему «пошёл вон» и закроет лавочку. И человек в итоге получит не повышение зарплаты, а потерю той, которая была.

В созданной экономической модели работники поневоле «в сговоре» с работодателями. Работник не заинтересован в том, чтобы его нищенское рабочее место закрыли. Сговорившись на низкую зарплату (потому что другой не дают нигде) – он поневоле покрывает своего работодателя, прячет ситуацию.

Как законы английских королей против «огораживаний» не могли остановить «огораживания», так и госзаконы в либерально-рыночной экономике не могут помочь работающим бедным. Когда две стороны договариваются об оплате труда, то каждая предлагает свои условия. А не нравится – вали!

- Твоя зарплата кажется тебе маленькой? – скажет работодатель – Так иди и поищи себе большую… В другом месте…

Если большая в другом месте доступна – то человек на эту просто не пойдёт. А раз пошёл, то, стало быть, нет ему других мест. Понимаете? Государство может сколько угодно надувать щёки и издавать красивые декреты, но я с паркетчиком договорюсь исходя из моих возможностей и его запросов. В крайнем случае – не буду перестилать паркет, откажусь от замысла, что и делают многие потенциальные работодатели, попросту сворачивающие рабочие места методом локаута.

Я могу платить штукатуру или паркетчику на ремонте моей квартиры столько, сколько я могу платить. А не столько, сколько мне предпишет декретом государство, палец о палец не ударившее при формировании моей доходной базы…

Не понимать этого – экономическая слепота.

Корень экономических проблем России в том, что сложилась порочная модель, в которой большинство населения экономически не нужно.

И главная экономическая реформа, которая нужна стране – отменить экономическую ненужность населения. Или (что то же самое) – ввести экономическую нужность рабочих рук.

+++

Что мы имеем? Страна в руках тех, кто торгует сырьём. За это сырьё они получают валюту. Потом на эту валюту покупают на мировом рынке всё, что душе угодно. А на мировом рынке – как в легендарной Греции – «всё есть». Нет такого товара, который обладатель валюты не мог бы купить легко и просто на мировом рынке!

А тогда зачем этим получателям валюты производить товары внутри страны? Раз и так уже всё есть, и в готовом виде, без производственного «геморроя»? И вот они покупают всё на мировом рынке, а часть своей валюты пускают на богадельни, подкармливая внеэкономическими средствами ненужное экономически большинство населения.

И понятно, что если ты клиент богадельни, то сильно не повозмущаешься условиями содержания. Нужды-то в тебе у работодателя нет, он тебе «занятость организует», а мог бы и не организовывать (как было в 90-е). И если на владельцев богадельни сильно надавить – они прикроют дело, распустят по домам рабочих, и всё…

Эту ситуацию экономической ненужности большинства населения страны может изменить только жёсткое, тотальное импортозамещение. Под лозунгом – «МИРОВОГО РЫНКА ДЛЯ НАС НЕТ!». Альтернатива – вываривание страны в собственной ненужности, по итогам которой оккупация ослабевшей страны и расчленение. Если у нас нет ничего, кроме месторождений сырья – то почему бы у нас не отнять эти месторождения сырья? Какое сопротивление может оказать народ, не производящий собственной техники? Из лука в оккупантов пулять, как индейцы?!

Тотальное импортозамещение создаст собственные рабочие места в России, на которых трудящийся будет реально нужен работодателю. А не как сейчас, когда штаты организаций держат, большей частью, из милосердия. В собственной экономике власть сможет распоряжаться и ценами и заработками: запрещать поднимать цены, запрещать снижать заработки.

Но как, скажите, может российская власть повлиять на цену хамона, если его везут из Испании? Если у нас семена импортные, и на них поднял цену поставщик – как можно запретить повышать цены внутри страны на то, что выросло из этих семян?

Я могу распоряжаться у себя дома, но я не могу распоряжаться в доме у соседа. Не может российская власть запретить иностранным поставщикам поднимать цены на комплектующие, потому что поставщики не в её юрисдикции. Российская власть может только одно: закрыть им доступ на внутренний рынок. Это и нужно сделать – пока мы живы…

Пока же Владимир Путин меланхолично отметил, что в кабмине знают о проблеме с падением доходов россиян.

«Мы видим проблему, и все нацпроекты нацелены именно на её решение, — заявил Владимир Путин. — Генеральный способ — развитие производительности труда, и на этой базе — повышение уровня жизни граждан».

+++

Вот эта концепция – которую нельзя списать на неловкость журналистов, ибо это самая, что ни на есть, распрямая речь первого лица – корень ошибки, ведущей Россию к краху. Обратите внимание, что повышение уровня жизни рассматривается как следствие роста производительности. Или я неправильно понял фразу? Поправьте, если что, друзья, но мне кажется – смысл ясен:

-Вначале рост производительности;
-Затем, как следствие и по итогам – повышение уровня жизни.

Это то же самое, как сказать: «лошадь пойдёт после того, как покатится телега». Вот сидите и ждите, пока телега поедет сама. Тогда и лошадь, в неё впряжённая, пойдёт за самоходной телегой…

Телега может покатиться сама в условиях катастрофы: в случае землетрясения, под горку, в случае смерча-урагана… Но и всё! Без этих исключений из правила телега без лошади никогда никуда не поедет.

Точно так же и производительность никуда не двинется без предварительного роста уровня жизни людей. Нужно, чтобы у людей повысились доходы, и при этом запретить рост цен. Тогда новый спрос будет рождать новое предложение. А как иначе? Зачем производить больше – если больше не покупают? И какой дурак этим будет заниматься?

Уже сейчас полно пустых новостроек, в которых не могут продать квартиры. Допустим, вырастет производительность строительной отрасли, и будут строить в 2, 4, 10 раз больше жилья. Но это приведёт к банкротству строительных организаций, и больше ни к чему! Куда им строить (вкладываясь не по детски) в 10 раз больше, если нет покупателя даже на уже построенное?

Допустим (чисто условно) город потреблял тонну колбас в день. Колбасники напряглись, ввели новое оборудование, повысили производительность и стали давать 2 тонны колбасы в день вместо одной. Но у их покупателей денег не прибавилось – поэтому покупают 1 тонну, как раньше.

Теперь, внимание, вопрос: куда девать вторую тонну? Морозить её в морозилках? Или складывать в стратегические запасы? Или гноить? Ну для чего производить 2 тонны колбасы, если покупают только одну?!

+++

Совершенно очевидно (но почему-то не очевидно президенту) что вначале нужно поднимать уровень жизни (платежеспособность) населения, покупателей. А потом вырастет и производительность труда.

Лошадь может потянуть телегу в любую сторону. А телега может потянуть привязанную к ней лошадь только вниз и в пропасть! Ну как, скажите, может телега в гору (то есть вверх) тянуть за собой лошадь?

Как может рост производительности труда тянуть за собой рост уровня жизни? Всегда и везде наоборот: вначале нужен платежеспособный спрос – и только после этого появится предложение.

Вы хотите, чтобы росли производство и производительность труда? Тогда наращивайте зарплаты и пенсии и карайте спекулянтов за попытки вздуть цены. Ведь производитель не просто так производит больше или меньше продукта. Он ориентируется на спрос! Если спрос мизерный – то производитель искусственно сдерживает себя, работает в пол-силы, в четверть-силы, потому что за излишний, нераспроданный товар он будет наказан не только усталостью, но и рублём.

Если он понаделает плюшек, которые некому покупать – ему же никто не вернёт деньги за муку, масло, электричество и т.п.

Не понимая этого, российская власть искренне удивляется – почему в стране не растёт производство. И собирается ждать, пока производство вырастет – а ждать этого, не повышая платежеспособности людей, можно, пока рак на горе свистнет, и далее.

Либералы по природе своего мышления паразиты, и они не понимают, что рост производства – это ситуация, которую нужно создать, а не восход солнца, не зависящий от наших усилий. Рост производства создаёт власть, подавляя препятствующие росту факторы и стимулируя способствующие. Мечтать же, что всё сделается само – или что всё сделают «иностранные инвесторы» (которые, в сущности, жулики крупного оборота) – самая провальная стратегия, какую можно придумать.

Инвестор ведь не наш уровень жизни повышать приходит, а свой. Он не дать приходит, а взять. Он вложит в вашу территорию рубль – а заберёт у вас пять рублей.

+++

В связи с этим не могу не коснутся общих положений научной экономики, экономической теории. Какую бы ахинею не несли либеральные псевдоэкономисты, нормальным людям очевидна неразрывная связь денег и территории.

Деньги извлекаются из территории. Источник богатства – качественная обработка территории. Источник нищеты – бездарное и некачественное управление территорией.

Деньги – лишь учётный механизм извлечённых из территории трудом благ. Есть теоретическая возможность вырастить хлеб. За ней следует практическое выращивание этого хлеба.

Оно не может последовать без земли, его нельзя (пока) организовать в Антарктиде. Есть ресурсы – и (если они есть!) нужно грамотно приложить труд к этим ресурсам. Тогда из руды (если она есть!) получается металл, из нефти (если она есть!) – топливо и пластик, из плодородной почвы – разнообразные продукты питания и т.п.

Нас от этой очевидности уводят в зазеркалье либеральных бредней.

Нам пытаются внушить представления о какой-то вакуумной экономике, которая везде одинакова, словно бы и не на земле находится. Одни и те же подходы к экваториальной и приполярной зоне, как будто свобода предпринимательства и независимые суды могут вырастить за полярным кругом бананы!

Но разумный человек понимает, что это не так. Он понимает, что хозяйствование – не ожидание роста, а активная организация этого роста собственными силами. И что работать нужно с той геосредой, какая есть. А не с абстрактно-умозрительной, как Хрущёв (первый рыночник): пересаживая кукурузу из Айовы в Воркуту, на том основании что «кукуруза – прибыльное растение»…

У власти сложилось приятное для неё, но совершенно ложное представление о себе: как будто она НАД экономикой, экономика там сама как-то крутится, власть же только берёт у неё (не государство кормит налогоплательщиков, а якобы налогоплательщики кормят государство).

На самом деле, итоговым отчуждением части плодов труда государственная деятельность не начинается, а заканчивается. Нужно сперва помочь произвести то, часть чего заберёшь потом в виде налогов. Ибо на нет и суда нет! Если ничего не произведено, то и налоги брать не с чего…

Исторически, власть – это процесс организации труда с последующим отчуждением части плодов этого труда. Князь предоставляет людям земли, защищённые от печенегов, и за это часть выращенного хлеба люди отдают князю. На кой чёрт нужен людям князь, если от печенегов (в нашем случае – импортного засилья на рынке) они сами должны отбиваться?!

+++

Возьмём любой товар условно, хоть кавалерийские сёдла. Человек, который производит кавалерийские сёдла – на самом деле производит не кавалерийские сёдла. Я имею в виду – в экономическом смысле.

Что он производит в экономическом смысле? Якобы делая сёдла, на самом деле он делает кашу, сыр, колбасу, штанишки своим детям, и всё прочее, что нужно для его семьи. Хотя он производит сёдла с утра до вечера, но его семье нужно этих сёдел одно-два, да и то не всегда.

Человек производит средства существования своей семьи. Возможность их получения является кводоментом труда, то есть его смыслом, побудительным мотивом обрабатывать сырьё.

Если сёдла будут никому не нужны, никем не востребованы – то их перестанут делать. Обращаю ваше внимание: не потому, что куда-то исчезло то, чем делают сёдла (инструмент). И не потому, что исчезло то, из чего делают сёдла (конструмент). Очень может быть, что и то, и другое – лежит в изобилии, а сёдел всё равно не мастерят. Нет смысла с ними возиться – их не покупают!

А если их покупают? Если их расхватывают, как горячие пирожки? Но при этом нет конструмента, сырья, кож и заклёпок? Тогда человек всё равно не делает сёдла. Хотел бы, но не делает. Потому что ему не из чего. А кто-то другой делает и обогащается. А наш человек только смотрит, и завидует: мне бы так! Но нет материалов!

А если есть и спрос и материалы, но нет инструмента (в который входит и нужное образование)? Сёдла востребованы, и кожи лежат кучей, но не умеет человек их обрабатывать. Тогда он тоже не делает сёдла.

Отсюда вывод: государство, если оно государство, а не чёрт знает, что, должно организовать процесс труда. Оно даёт, что обрабатывать, даёт чем обрабатывать, учит человека, как обрабатывать, и куда с выгодой девать выработанное. Когда все элементы (конструмент, инструмент, кводомент) собраны – тогда делаются сёдла. И государство может забрать себе какую-то часть этих сёдел – потому что больше у труда (производства) всё равно нечего забирать!

Ведь труд (производство) не печатают денег. И те деньги, которые берут с них под видом налогов – всего лишь их продукция, выраженная в условных денежных единицах. Если человек произвёл 100 сёдел, то можно забрать у него 5 или 10 сёдел. Если ему есть куда продать 100 сёдел, то можно забрать у него оплату за 5 или 10 сёдел.

То есть их можно взять в натуральном виде (10 сёдел бесплатно для царской кавалерии) или в денежном виде (10 сёдел из 100 проданных). А больше с производителя сёдел ничего взять нельзя, хоть мучь его, хоть пытай!

Если ему делать не из чего, нечем и незачем – то он нищий, способный только побираться. Но не налоги платить. Нет у него той выработки, часть которой могло бы забрать государство. Государство ему ничего не дало – и ничего не может взять. И это не вопрос морали даже (ничего не дал – ничего и не требуй), это вопрос технологический.

Если ты не дал людям сырья и сбыта – то им нечем с тобой поделится. Не потому, что они не хотят: они попросту физически не могут!

+++

Вывод прост: чтобы брать с людей налоги, нужно сперва дать людям заработок, превышающий эти налоги. Если дал – то и взял. Дал возможность произвести 100 мешков гороха – имеешь право и себе забрать 10 мешков.

Но с кого и как ты возьмёшь 10 мешков гороха, если горох вообще не выращивали?!

Власти, пассивно ждущие роста производства – не дождутся ничего. Кроме катастрофы…

Вазген АВАГЯН, специально для ЭиМ.; 27 июня 2019

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ​О. Василий (Литвинов): Слово об экономике

    ​О. Василий (Литвинов): Слово об экономике В первой части Открытого Письма (Слово о счастье) мы выяснили, что сверхбогатым людям мешает обрести счастье внешняя и внутренняя агрессия. Чтобы найти способ преодоления проблемы, надо определить её источник. Так, где же "собака зарыта"? На данный момент политэкономия указывает нам: произвольное деление земных, материальных благ делает людей врагами друг другу. Не какие-то мифические классы, а именно людей, персонально.

    Читать дальше
  • о. Василий (Литвинов): ​Слово о счастье

    о. Василий (Литвинов): ​Слово о счастье Василий Литвинов, священник Русской Православной Церкви, написал Открытое письмо к олигархам и всем деловым людям, всех людей считая братьями. Он просит все СМИ распространять это пастырское назидание, надеясь, что оно дойдёт до адресата. Будет принято или нет – другой вопрос. Но всегда лучше попытаться решить дело миром, пробудить в человеке человека – прежде чем суровая необходимость заставить уничтожить свирепых зверей. Вот что пишет о. Василий:

    Читать дальше
  • В.Авагян: "СЕЯЛКА ИЛИ ДАВИЛКА"?

    В.Авагян: "СЕЯЛКА ИЛИ ДАВИЛКА"? ​Основное противоречие США, как мирового гегемона заключается в конфликте расширяющейся, углубляющейся политической экспансии – и сжимающимся контуром экономических отношений. Чем больше поглощает империя – тем больше она разоряет тех, кого поглотила. Если у нормальных империй после захвата начинается восстановление разрушенных борьбой экономик, уже на своей территории, то для США после их победы начинается разорение, выжирание и вымаривание дотла побеждённого.

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека..