Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,4296 руб.
  • Курс евро EUR: 68,0822 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,2039 руб.
Октябрь
пн вт ср чт пт сб вс
  01 02 03 04 05 06
07 08 09 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31      

ОТ ГЛАЗУНОВА ДО БЕЗГЛАЗЫХ...

ОТ ГЛАЗУНОВА ДО БЕЗГЛАЗЫХ... ​Недавно в рамках каких-то юбилейных очередных славословий вспомнили забытую историю забытой картины забытого художника. Вспомнили, что написанная в 1978 году Ильёй Глазуновым первая версия картины «Мистерия XX века» должна была стать главным экспонатом, готовящейся выставки в зале Союза художников на Кузнецком мосту в Москве. Вспомнили, что ТОГДА полотно (более напоминающее плакат) это вызвало эффект взрыва атомной бомбы. Вспомнили про «идеологическую цензуру, которая свирепствовала в то время в СССР, настоятельно требовала от автора снять «крамольную» картину с экспозиции.

Вспомнили, что по Глазунову специально собирали ЦК КПСС. И «художника спасла от выдворения из страны, всего лишь одна лишняя поднятая рука, перевесившая в голосовании на заседании ЦК партии».

А потом он, оказывается, вывез полотно - фото которого очень быстро распространились по всему Союзу. Вывез тайно и продал в Германии. «Живописец боялся, что его «мистерию» постигнет участь картин неугодных властям художников - полотна бывало сжигали прямо в мастерских».

«Мистерию XX века» сразу начали выставлять в разных галереях Германии. Иностранные журналы запестрели заголовками: «Картина, которую никогда не увидят русские». Прошло 10 лет, и в 1988 году первый вариант картины был выставлен в московском Доме молодежи. «Выставка имела ошеломительный успех: люди выстраивались в многотысячные очереди, чтобы увидеть легендарное полотно».

Апологеты посетовали, что «в 60-70-80-е годы Глазунова дружно ненавидели коллеги-профессионалы, и художники, и искусствоведы. Массовая публика — боготворила.

Кто-то вспомнил очередь, вьющуюся кольцами вокруг Манежа на его выставку. Действительно, тогда в Москве и в Ленинграде собирались многотысячные очереди на выставки художников.

Как пишут восхвалители – «Художник выплеснул историю своей жизни на полотно, наполненное трагическим звучанием, и отразившее основные этапы жизни страны».

+++

Понимаете, в чём подвох? Я тоже не сразу понял… Советская идеология вызывает у большого художника отторжение. И правильно! Она и должна была вызывать отторжение своими кричащими противоречиями, выстроенными в ряд, словно в насмешку над думающими людьми. Но ведь в своём конфликте с советской идеологией Глазунов не отрицает Великих Смыслов. Он не отрицает Истины, как таковой. Он настаивает, что КПСС неправильно излагает, отражает Великие Смыслы и Истину. А КПСС, которой совсем не насрать на Великие Смыслы и Истину – очень обижается. Это задевает её за живое. Она мучится, обсуждает, голосует – и по Глазунову, и по Пастернаку, и по Солженицыну…

Она сжигает полотна художников, которые её обидели. Сжигает прямо в их мастерских. Если бы ей было насрать – она бы, конечно, не опускалась бы до этого, не занималась бы такими нелепыми, с современной точки зрения, делами. И тут бездна.

Бездна, пропасть между теми, кто оспаривает друг у друга Великие Смыслы и Истину, и теми, кому на них насрать. Современные власти РФ никогда никаких полотен сжигать не будут, как не будут и романов запрещать.

«Когнитивный диссонанс» (как говорят учёные) всякий раз охватывает меня, когда я пытаюсь «экстраполировать» (как говорят учёные) ситуацию с Пастернаком, Солженицыным или Глазуновым на нашу эпоху. Ну, вот представьте, что в наши дни кто-то тайно вывозит за рубеж здоровенную рукопись романа… Или трёхметровое полотно самодельной живописи… Какой-либо ажиотаж вокруг этого события представляется мне в нынешних реалиях просто немыслимым! Я в упор не вижу тех, кто будет запрещать это здесь. И я в упор не вижу тех, кто будет встречать и продвигать это там. И вообще непонятно, кому и зачем это нужно…

Мы находимся в совершенно иной ситуации, при которой ни власть, ни художник не видят в обществе арбитра, как раньше. Художник не пытается прорваться к обществу (его никто не держит – но никто и не ждёт). Власть не опасается, что общество встанет в конфликте на сторону художника, не опасается живой реакции масс на чьё-то творчество.

Истории, подобные драмам ХХ века в современной РФ вообразить невозможно – как и на современном Западе. Жалкие пародии на них пытаются раздуть (дело Серебренникова, чисто уголовное, о хищении средств, вопли К. Райкина) - но… Как говорил классик, «страшно далеки они от народа».

Некроз Коллективного Сознательного у массы привёл к тому, что она уже неспособна на сильные чувства сопереживания или осуждения. Современный политический строй нельзя подорвать Солженицыным – как нельзя поджечь озеро спичкой. Любой огонь, погружённый в эту жвачную среду – зашипит и погаснет без последствий.

Для того, чтобы опасаться Солженицына, Пастернака, Глазунова – власть должна была сперва выстроить цивилизационную среду, настолько развитую, что вопросы творчества приобретали в ней характер общенационального обсуждения. Советская власть ужасно ревниво реагировала на все попытки назвать её «преступной» - нынешняя сама себя так называет, и не без гордости. Советская власть панически боялась быть заподозренной во лжи – этой, новой, вообще безразлично, как воспринимает «пипл» её заявления.

Для того, чтобы Глазунов с его полотнами стал проблемой власти – нужно было сперва создать и выпестовать Глазунова, влить в него ту силу, которую он потом и использовал для «духовной борьбы». А если не создавать и не вливать – то и силы никакой не будет.

Проблема «власть и художник», столь волновавшая умы в царской и советской России – сегодня исчезла, растаяла. О ней и говорить странно: не поймут, о чём ты. Власть больше не кокетничает с художественными и эстетическими символами – и они от неё отлетают, как от стенки горох.

Полная и равнодушная свобода творчества уничтожила не проблемы художника, а… самого художника. Без игрищ с цензурой, во всеобщем доступе, в условиях некроза высшей психической деятельности у населения – он оказался никому не интересен и не нужен. Власть больше не нуждается в его поддержке, и не боится его упрёков. Она ему не препятствует и не помогает, а просто в упор его не видит, и общество полностью с ней в этом солидарно.

+++

Вся честь и лавры открытия принадлежать первооткрывателю. Но выясняется, что это не совсем справедливо. Любая находка – в науке, в социальном устройстве или в искусстве, как бы великолепна сама по себе не была – намертво зависима от «проводниковой среды». Находка зависима от тиражирования, которое, в свою очередь, столь же намертво зависимо от массового интереса к находкам.

Массовый интерес получателей делает рентабельным тиражирование находки руками проводников, и это создаёт огромную пирамиду под крошечной точкой на вершине пирамиды – собственно первооткрывателем. Он велик не сам по себе, а интересом к себе. Нет интереса – пропадает и его величие. Он со всем своим творчеством оказывается «вещью в себе», рукописью, потерянной на чердаке, и так и не найденной там никем.

Как учёный, так и писатель, художник, музыкант, скульптор – в равной мере продукт высокоразвитой социальности, выражающейся в «проводящей среде». Они не могут не только действовать, но даже и появится в среде, составленной из «изоляционных материалов», разгороженной непроницаемыми переборками эгоизма, животной узости обывательской мысли, звериной нелюбознательности, животной зацикленности только на своей норе и своих припасах.

+++

Для того, чтобы Пастернаки и Глазуновы стали представлять опасность – нужно было сперва создать общество, в котором их слово или образ находят отклик. Сегодня же весь пафос противостояния власти упал ниже плинтуса, до уровня ничтожного Навального, упоённо пересчитывающего чужие деньги, и приглашающего всех таких же, как он, тоже заняться этим увлекательным делом. Обывателя цепляет только одно: что кто-то жрёт больше него.

И возникновение такого, «нового» общества – лучше всяких слов и тезисов перечёркивает дело Солженицына, Пастернака и Глазунова. В мире, который они чаяли – они же и стали не нужны. Склизкую и отсыревшую от звериной жадности массу не воспламенить никакой спичкой. Где вы, наивные члены ЦК КПСС, собиравшиеся обсуждать картину(!) на какой-то там выставке(!), ау! Смешно даже представить, как современное правительство обсуждает роман, сборник стихов или живописное полотно…

Общество же, в котором власти этим всерьёз занимались – выглядит сегодня загадочным и непостижимым, как цивилизация майя…

Александр БЕРБЕРОВ, научный обозреватель; 15 февраля 2019

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • Наш сайт (ЭиМ) глушат!

    Наш сайт (ЭиМ) глушат! Одно дело - слышать про такое со стороны. Другое - лично столкнуться.В РФ начиная с 30 сентября сего года неизвестными лицами произведено техническое веерное отключение сайта ЭиМ, который для большинства пользователей вдруг стал "недоступным". У нас он работает, как ни в чём не бывало, но мы - в локальном пузыре, а с мест сообщают, что сайт нигде не открывается.

    Читать дальше
  • ​«АПОЛОГЕТ»: ПРЕДЕЛЬНАЯ КОНЦЕНТРАЦИЯ ИСКРЕННОСТИ...

    ​«АПОЛОГЕТ»: ПРЕДЕЛЬНАЯ КОНЦЕНТРАЦИЯ ИСКРЕННОСТИ... Можно спорить о художественных достоинствах или философских идеях романа «Апологет» А. Леонидова, на днях опубликованного замечательным издательством «День Литературы»[1]. Об одном спорить не приходится: с такой стороны революцию и советский строй ещё никто не осмыслял! Ни сторонники, ни противники таким образом её не рассматривали, факт. Остальное – спорно. Как, в общем-то и должно быть с художественным произведением, главное требование к которому во все времена – свежесть и оригинальность. И это есть…

    Читать дальше
  • ​О. Василий (Литвинов): Слово об экономике

    ​О. Василий (Литвинов): Слово об экономике В первой части Открытого Письма (Слово о счастье) мы выяснили, что сверхбогатым людям мешает обрести счастье внешняя и внутренняя агрессия. Чтобы найти способ преодоления проблемы, надо определить её источник. Так, где же "собака зарыта"? На данный момент политэкономия указывает нам: произвольное деление земных, материальных благ делает людей врагами друг другу. Не какие-то мифические классы, а именно людей, персонально.

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека..