Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Апрель
пн вт ср чт пт сб вс
      01 02 03 04
05 06 07 08 09 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30    

ПЕРВИЧНАЯ МАТРИЦА ПОВЕДЕНИЯ

ПЕРВИЧНАЯ МАТРИЦА ПОВЕДЕНИЯ Локализм – это приоритет своего, локального, над общим и глобальным. На практике это всегда приоритет малого над большим, частного над общественным, короткого над долгим, сиюминутного над долговременным, личного над коллективным. Человек с психикой локалиста – всегда агент врага, понимает он это, или не понимает. Любого врага – даже названия которого локалист может не знать. В этом смысле локалисты (рвачи, хапуги, асоциальные элементы) прирождённые агенты Запада у нас. Но точно так же, поневоле и несознательно, локалисты на Западе – играют роль «агентов России».

Вообразите, что танкам надо ехать – а снабженец ради личной выгоды, чтобы достроить себе загородный коттедж, украл ГСМ. Это криминал или военно-политическая диверсия? Десанту надо высаживаться – а кто-то пропил парашютный шелк, и, заметая следы, напихал в рюкзаки рваного тряпья взамен парашютов. Это криминал – или военно-политическая диверсия?

Локалист – диверсант по инстинкту, по самой своей природе. В своей стране локалист ведёт себя, как вражеский агент, заброшенный в тыл врага, хотя редко об этом задумывается.

В основе психического локализма, как явления – лежит убеждение, что всякую ситуацию и любые обстоятельства в жизни надо использовать для личной выгоды и наживы. Это своего рода «алгебра», в которой конкретный источник наживы заранее не известен, но общее настроение «искать и пользоваться» - сформировано с детства в рамках воспитания и картины мира.

Главный вопрос, определяющий всё поведение человека в жизни, его роль и миссию на Земле – это вопрос инфинное ли у него сознание или локалистское. Ответ на этот вопрос закладывает первичную матрицу поведения, и всё остальное оказывается лишь вторичным следствием исходного выбора психики.

Если человек настроен обустраивать жизнь всему человечеству с прицелом на вечность – то бесчисленное множество самых разных конкретных ситуаций проходит через фильтр этой «этики служения». Если же человек настроен обустроить жизнь только себе, и с прицелом на краткий срок биологической жизни – то в любой житейской ситуации, будь она типовой или сколь угодно экзотической – этот человек предпочтёт не исправлять, а воспользоваться.

И пора бы уже прекратить искать фантомы «социальных классов», на практике ничего не способные объяснить. Человечество делится на сакралитов и локалистов, по главному и единственному принципу: приоритет вечности или приоритет локальности. Этот «базис» и определяет все «надстройки», включая и производительные силы, и производственные отношения, которые, по сути своей, сугубо вторичные и нисколько не самостоятельные.

+++

Не понимая этого, народы постоянно «ловят шпионов» за выдуманные хвосты. В 90-е мы совершенно искренне верили, что большинство руководителей КПСС – куплены и завербованы ЦРУ. А как иначе, не зная о локализме, мы могли объяснить их поведение?!

Есть что-то смешное и жалкое в американских воплях об «агентах Кремля» и «руке Москвы» всякий раз, когда США сталкиваются со своими локалистами, шкурниками и мародёрами, со своими Кравчуками и Алиевыми.

И снова тот же самый аргумент: а как ещё объяснить факты очевидного и циничного вредительства?!

Это всё огромные и незаслуженные комплименты ЦРУ или КГБ, которым охранители стран приписывают магические сверхспособности и невероятные масштабы планирования диверсий!

Важно понять первичную природу вредительства: локалист «подкуплен» не ЦРУ и не Моссадом, не Америкой, не Германией и не Москвой. И тем более уж не Киевом. Локалист – если говорить с буквальной точностью – подкуплен самим собой. Это явление «самоподкупа», неизбежно логически вытекающее из локальности биологического мировосприятия.

И тут нужно очень чётко понимать механику и органику явления!

Мы должны представить себе существо, которое с детства воспитывалось в целеполагании личного стяжательства. Это диктуется родителями, уличными «авторитетами», низшими зоологическими инстинктами, наконец. Человеку вбивают в голову (не только извне – но и инстинкты изнутри, из подсознания) – что он должен «держать нос по ветру». Такова первичная, универсальная матрица поведения – а с какими конкретными обстоятельствами она «вступит в реакцию», мы заранее не знаем.

Главное в жизни – перевод чужой собственности в свою. Чьей? Да любой! Тут нет разницы, каковы источники, Кравчук доит КПСС, пока это актуально, а потом, без всякой заминки, начинает доить центры антикоммунизма. Главное для кравчуков – утащить что-то из «мест общего пользования» к себе в личное владение.

+++

В какой бы системе не оказался локалист – он её разрушает, как древоточец балку. В церкви он выедает изнутри церковь, в академии – академию, в партии – партию. Во власти – власть, а в оппозиции – оппозицию. В России он разрушает Россию, а в США – США.

Единственное, во что верит локалист - в то, что человек, ведущий себя иначе, чем он – дурак, зомби и носитель рабской психологии. Всякое поведение, не имеющее целью личного стяжательства – глупость и безумие. Оно (всё принципиальное) иногда полезно рвачу и аферисту, но всегда вызывают у него отвращение, презрение.

Для локалиста в его системе логики (жизнь случайна, коротка, смерть для всех едина) – любой принципальный сакралит есть недочеловек, вьючное животное, жертва на заклание демонам стяжательства.

Первичная матрица поведения потому и называется первичной, что сказывается всегда и во всём, и везде, где бы ни появился человек, в какие обстоятельства бы ни попал.

В любой ситуации, какую ни вообрази – сакралит и локалист поведут себя по-разному. Они и есть главные антиподы в рамках цивилизации, главные антагонисты в истории. Они одевают случайные, соответствующие эпохе маски – то феодалов, то буржуазии, то партократии, то академиков, то «патриархов» (яркий пример – расстрига Денисенко!), но всё это не более, чем парики и фижмы соответствующей моды.

В любой момент времени есть сакральное служение некоей сверх-идее, мега-проекту, и есть оборотни, те, кто пытается пристроиться, воспользоваться возможностями эпохи, чтобы что-то себе утащить в крысиную нору. Никаких иных констант антагонизма человеческая история не знает!

+++

Что делать с локалистами, которые на войне воруют топливо из танков, парашютный шёлк у десантов, еду у солдат на передовой, и т.п.? Во все времена их преследовали и наказывали. Шкурник и мародёр должен быть разоблачён, изобличён, и в назидание другим получить кару за шкурничество и криминально-зоологические мотивации поведения.

Но хрупкость исторических форм цивилизации – в том, что наказывать могут только те, кто сильнее наказуемых. Если сакралитов больше, чем локалистов, если они сильнее и лучше организованы, то всё происходит так, как выше написано: ловят и карают.

А если наоборот? Тогда наоборот…

Чувство священного – системообразующая ткань цивилизации. Люди цивилизованы лишь до тех пор, пока у них есть святыни и святое в душе. Неприкосновенное и не подлежащее продаже. Тогда «торг неуместен».

Иначе случается «перестройка»…

Это когда гной локализма накапливается в тканях общества, локалистов становится очень много и они очень сильны, они сбиваются в хищные стаи, они помогают друг другу в расхищении и утилизации всякого наследия цивилизации, всех и всяческих храмовых сокровищниц.

И тогда у общества не остаётся ничего, кроме ветшающей показухи и наживок взаимных ловушек. Тогда все пытаются обмануть всех, объегорить и подкузьмить, на чужом горбу в рай въехать, и это стадия – предваряет описанную Гоббсом «войну всех против всех».

Прежде, чем все начнут воевать со всеми, все пытаются всех обмануть, «развести» и «кинуть».

Кравчук – прирождённый иуда – и он служит Америке, бандеровщине ничуть не более искренне, чем служил КПСС и СССР. Он (как массовый асоциальный типаж эпохи майданов) – пытается использовать американские планы так же, как в первую половину жизни пытался использовать советские.

Для таких, как Кравчук, нет ничего, кроме себя. И, может быть – собственного зоологического выводка (близкой родни, узкого клана). Они вполне искренне убеждены, что и страны, и церкви можно делить, исходя из шкурной конъюнктуры, сиюминутного гешефта мошеников.

Если Кравчук один – то он паразит, поселившийся внутри организма. Но если кравчуков становится много – то они пытаются обманывать и использовать каждый других, себе подобных. Возникают замысловатые и жуткие комбинации многоуровневого мошенничества, в которых и верхи и низы сколачиваемых заговоров пытаются подставить друг друга, каждый каждого.

Невероятный и фантасмагорический гадюшник современной политики, эта банка с пауками, жрущими друг друга - порождён тем, что он довольно долго накапливал в себе, концентрировал людей беспринципных, бессовестных и ничего святого за душой не имеющих. Ведь это асоциальная среда, в которой каждый одержим «коварными» планами всех сгубить и сжечь, а самому с мешком золота выползти из пылающих систем! И неважно, что в итоге выползет только один гад – каждый гад считает, что единственным выползшим окажется в итоге он сам.

+++

Когда представителей подвида Нomo kravchuk становится критически-много, они приступают к чисто-дарвинистскому истреблению представителей Homo sapiens. Дарвинистскому в том смысле, что делают они это неосмысленно, в рамках инстинкта борьбы животного за существование.

Для цивилизации локалисты – «слепые убийцы».

Они не ставят перед собой цели уничтожить цивилизацию, точно так же, как колония паразитов, выжирающих организм изнутри, не ставит осмысленной ненависти, продуманной враждебной цели к этому организму.

Они его просто едят.

Они не думают, что он кончится.

И не пытаются «зарыбить» те водоёмы, откуда подчистую, до икринки, выгребают всю «рыбу».

Потому что если человек служит Разуму – то он служит чему-то долговременному, и предположительно – Вечному.

А если человек служит плоти, биологическому телу – то объект служения по определению очень кратковременный и никаких долгосрочных горизонтов не предполагает.

У локалистов если «на наш век хватит» - то сверх того уже ничто их не волнует.

Локалист несовместим с наукой, с чем-то рациональным, потому что наука – дело общее и коллективное. Главная же цель локалиста – не познавать мир вместе с окружающими людьми, а каким-то образом обмануть их, выцыганить у них всё, и сбежать с награбленным, бросив голыми.

Именно этим и занимались в пост-советской среде все приватизаторы – и те, которые уже сбежали, и те, которые ещё не сбежали (и продолжают навязчиво внедрять околпаченной массе всякий маразматический бред взамен познания мира).

Другое дело, что в мрачном мире локалистов (взаимного и всеобщего надувательства) циник-рвач запросто может быть сожран другим циником, покрупнее, особенно, если мало осталось их «видового питания» - наивных людей. Скажем, щука ведь есть не только карасей: щуке без разницы, скушать ли безобидного карася, или коллегу-окуня, или щуку помельче себя.

+++

Кризис цивилизации неотделим (и, собственно, порождён) растлением человечества оборотной стороной научно-технической гордыни, атеизмом:

- явным (наиболее безобидным, истерическим);

- И особенно тайным, внутренним, в стиле «киевского патриархата».

Дело в том, что истерику богоотрицания устроит скорее неофит, обиженный человек, оскорблённый обманом надежд и жульничеством недостойных попов. Атеист в законченном виде «снимает» вопросы Истины и лжи вслед за тем, как он снимает вопросы различения Добра и зла, Закона и преступления.

В борьбе животных за существование нет место не только Добру или Закону, но нет там места и такой категории, как «Истина». А потому для настоящего атеиста (а не бравирующей своим свободомыслием истерички) совершенно неважно, врут попы или правду говорят!

Ему важно только одно: как это можно использовать для личной наживы, шкурного мародёрства. Такой атеист с удовольствием запишется в «патриархи», что и продемонстрировал расстрига Денисенко – но разве он один? Он с удовольствием, с чувственным наслаждением (а другого наслаждения у настоящего атеиста не бывает) - будет «эксплуатировать темноту народных масс», в чём и обвиняло церковь оскорблённое чувство правды у коммунистов.

Отвлечённо-познавательные вопросы чужды локалисту. Весь пафос его речей, его апологий или обличений складывается вокруг того, что лично ему в данный момент выгодно для хапка. И всякий, кто видит, до какой степени проституируют принципы и международное право современные США, имеет перед глазами яркую иллюстрацию того, о чём я говорю.

«Есть ли жизнь на Марсе? Нет ли жизни на Марсе?» - ответ на этот вопрос локалист даст в зависимости от того, за что ему наливают коньяк – «лучше всего, конечно, пять звёздочек».

+++

Проблема локалиста в условиях приватирщины, украинщины и байденовщины не в отсутствии понимания – «что необходимо для цивилизации?».

Проблема совсем в другой плоскости: локалист не понимает, почему он, рождённый случайно и на краткий миг, и без последствий, должен служить цивилизации (или чему-то ещё).

С точки зрения зоологии сгусток нервных клеток внутри «круглой кости» - это оружие хищника, ничем не отличающееся по сути от клыков или когтей. Клыками можно что-то схватить. Когтями можно что-то схватить. И мозгами можно что-то схватить.

При зоологических приоритетах развитие мозга у локалиста – не благо, а беда для всех окружающих. Это у него, собственно, клыки и когти отрастают, становятся более хваткими, более эффективными!

Чем активнее работает мышление с зоологическими приоритетами (в рамках межвидовой и внутривидовой конкуренции) – тем опаснее оно для Коллективного Разума, лежащего в основе цивилизации, как «общее дело единого познания у многих».

Никто не говорит, что Кравчук, Порошенко, Зеленский глупы (Байден – в маразме, но и за Байденом стоят неглупые монстры). Они весьма хитры и пронырливы, что и доказано их карьерами. Но они – хищные звери, и это не ругательство, а простая, холодная констатация в рамках ОТЦ[1]. Молится надо, чтобы они поглупели, потому что развитие мышления у таких, как они – приближает ядерный и прочие апокалипсисы.

Коллективный Разум, вселяясь в биологическую особь – стремился к благу обобщённого человека, всякого из людей, напрягая все интеллектуальные возможности, чтобы, по-брежневски, каждого нуждающегося (сколько бы миллионов их не было) – обеспечить бесплатной квартирой со всеми удобствами, работой с достойной оплатой, образованием, медициной и т.п.

Но хищная биологическая особь на уровне низших инстинктов может воспринимать этот Коллективный Разум как паразита, вторженца, поработившего её организм. И отдающего команды не в пользу уникальной особи, а в пользу универсального вида (а номиналисты считают универсалии «химерами»[2]).

Поэтому всю мощь доступной от предков науки и техники байденовщина (хищники, стоящие за маразматиком) тратит не на «решение жилищного вопроса», как при Брежневе, не на борьбу с нищетой и голодом, а на разжигание войн и сползание к ядерной войне.

Цивилизация – это свод у нас над головами (свод весомых знаний, прежде всего), который лежит на несущих опорах долга и святынь. Эти опорные столпы веры украинщина и байденовщина (а до них «перестройка») подтачивают, подгрызая.

Всякая личная выгода, всякое насыщение древоточца в рамках дикого (либерального) рынка – это истончение несущих конструкций, приближение падения колоссального свода знаний на голову населения планеты.

Падения в буквальном смысле – например, в качестве «нафаршированных наукой» ядерных ракет…

Когда говоришь с локалистами о грядущей катастрофе, вызванной их хищничеством – то получаешь стандартный ответ:

- Это всё очень печально, но… Не можем же мы отказаться от личной коммерческой выгоды ради спасения человечества! Как же мы можем отказаться от покупки яхты или дворца, которые сами идут к нам в руки – лишь бы предотвратить крушение цивилизации?

Лозунг локалиста, который сегодня они провозглашают открыто и гордо:

-Я ничего никому не должен!

Варианты могут быть многообразными: «я ничего не должен «этой стране», «я ничего не должен бедным», но суть понятна: «я живу только для себя и своих удовольствий, какими бы они ни были».

Но ведь «я ничем не обязан своей стране» - точно и буквально соответствует «я не поступлюсь ни одной копейкой ради спасения цивилизации».

+++

Локалисты живут и умирают, и умирая, сбрасывают с себя ответственность за накопленную ими энтропию систем. Так, например, М.Тэтчер сдохла – и ей уже наплевать, к чему привела Англию её политика «рекапитализации», «возвращения к рынку». Мыши погрызли сыру, волки пожрали падали – и были таковы.

Но энтропия от локалистов, вроде М.Тэтчер, никуда не исчезает после биологической смерти своего источника. Эта чёрная антиэнергия накапливается в обществе по тем же самым законам накопления, по каким накапливался и её антипод – цивилизация (как коллективное знание, поступательно и последовательно добытое многими в общее пользование).

Можно накапливать благо (история тому пример – восхождение людей от пещер к АЭС и космодромам), но можно накапливать и противоположность упорядоченному благо-извлечению, разруху и хаос.

Никакого общего дела локалисты за собой не признают, каждый пыхтит и мародёрствует только ради себя (иногда узкого клана «своих»). Но, хоть они и не видят общего дела (феномен «слепого убийцы») – оно есть.

Вектора их усилий «взять у жизни всё», оставив обобранную жизнь с «голой задницей» - складываются в единый вектор нарастающего хаоса и безумия в беспорядочном метании множественных взаимных афер, обманов и надувательств.

+++

Таким образом, при всём многообразии поведения людей, их производительных сил и производственных отношений, порой весьма экзотических, первичное деление дуально. А первичных матриц поведения только две.

Они обе – в голове. Это психология «жить для человечества» и психология «жить для себя».

В ОТЦ мы это назвали «инфинитикой» и «локализмом».

Невозможно говорить ни о науке, ни о культуре, ни о производстве, ни об общественном строе, ни об идеологии, ни о чём – прежде, чем не будет дан ответ на вопрос: инфинный человек перед нами или локалист?

Потому что у локалиста всё своё: и антинаука, и антикультура, и «партбилет под сердцем» - он может пробраться в руководство пролетарской партией, а быть при этом конченной эгоистической мразью. Лицемерия, двуличия никто не отменял!

Дело не в том, что мы не знаем, как развивать цивилизацию, а в том, что ответ «нужно ли её развивать в бесконечность» - для слишком многих людей неоднозначен. Локалист считает, что её не развивать нужно, а убить, как добычу, освежевать, расчленить, сожрать и наслаждаться. И «людской завод» на себе кончить (см. движение «чайлдфри»).

А если он так считает, и полагает «умом» именно это – а не фундаментальную физику, и не заучивание стихов – тогда объясняя ему потребности цивилизации, мы ломимся в открытую дверь.

Может быть, локалист и без нас знает, что необходимо для продления культуры в грядущие века. А может быть, и не знает – но ему это узнавать не интересно. Это для него вообще не вопрос.

Объясню примером:

Меня мало волнует – летает ли «чайник Рассела[3]» по орбите вокруг Земли или не летает. Если чайник там летает – мне это ничего не добавит. А если он там не летает – от меня это ничего не отнимет.

Такое же отношение у локалистов (исчерпывающих время своим биологическим существованием) к вопросам жизни и смерти человечества в XXII веке. Мы дотуда не дотянем, а значит – жизнь человечества в этом веке нам ничего не даёт, а её отсутствие – ничего у нас не отнимает.

Так зачем нам напрягаться, тратиться, служить будущему – которое нас никак не касается?

Мы разъясняем этим людям – без чего цивилизация погибнет, изощряемся в доказательствах – а они в ответ только пожимают плечами:

-Ну, допустим… Ну, погибнет… А нам-то что?!

То есть локалиста нельзя втянуть в ту дискуссию, в которую рационалист всё время его хочет втянуть. У локалиста своя Вселенная, в пространстве и времени замкнутая пузырём.

Он не способен на много поколений преемственного накопления знания, стяжания Духа – как не способны на это низшие животные.

Крокодилу нужно покушать, здесь и сейчас. Крокодил не понимает никаких аргументов выживания крокодильего вида, как, впрочем, он не понимает и универсалию, придуманную людьми: крокодилий вид. Хищник поглощает всякую пищевую базу, до которой дотянется – не умея думать о её воспроизводстве, или о других хищниках. Бесчисленные виды животных так и вымерли – сожрав всё, что для них было съедобным. Но и умирая – они не умели задуматься – куда пропала еда?

+++

Есть цивилизация – а есть байденовщина. Байденовщина – это вступившие уже в стадию маразма муть в голове, порча, лживость и подтасовки манипуляций. Цивилизация, как ни пафосно прозвучит – правда и просветление в голове.

В основе научности лежит честность изложения – иначе научность невозможна. Если человек что-то излагает с целью обмануть другого человека, то какая же может быть наука? Это же не познание мира, а прямо противоположное познанию!

Цивилизация неотделима от таких ключевых понятий, как Единая Истина, различение Добра от зла, объективная реальность. По формуле – «узнай о жизни то, что я узнал».

Какая цель учителя в школе? Передать ученикам свои знания – или голову им заморочить, с ума их свести, и потом обобрать, воспользовавшись их безумием, наведённым на них мороком?

Чем дальше, тем больше видно: цель буржуазной школы (в целом, как института) – во втором. Не передать знания «элиты» другим людям, а наоборот – скрыть, подальше от этого знания увести.

Локализм с его хищной матрицей «одному хорошо потому, что другому плохо» - не может установить Истину, единую и общую для двоих. В нём немыслимо «Добро для всех» - добро и зло определяются в зависимости от того, ты украл или у тебя украли.

И объективной реальности, существующей отдельно от «разводилова» и «очковтирательства» ловких мошенников – в локализме тоже нет. Глядя на американцев, на их сегодняшние кульбиты, на «двойные стандарты», от которых камни уже вопиют – я думаю, что американцы в это и сами поверили.

В то, что за пределами фальшивых картинок созданного их алчностью виртуального мира нет никакой объективной реальности. В буквальном смысле слова – ни войны, ни мира, ни коррупции, ни бедности, ни живых, ни мёртвых нет, пока о них не напишут американские газеты!

Осатаневшим в манипулировании сознанием жертв дельцам байденовщины кажется, что они не живут в мире – а создают мир сами, какой захотят, какой им выгодно.

А как иначе?

Если предположить «Бога нет» - то ведь не только «всё дозволено» (хотя и это тоже). Это же ещё и отрицание объективной реальности, того, что мир создан кем-то, кроме нас и помимо нас!

«Кто управляет человеческой жизнью? Да сам человек и управляет!»

А раз так – то нет никаких жертв или разрушений сверх и вне тех, которые признает управленец…

Нет объективной реальности, понимаете?

Есть только картинка, которую ты либо сам выдумал, либо тебе извне навязали, но в обоих случаях она одинаково-субъективна, она «авторская»!

Ты придумал – значит, ты автор. А другой – значит, он автор, но ведь он тоже субъективен, как и ты, разве нет?!

Если нет Творца Единой Вселенной (Абсолютного Разума, Единой Истины) – тогда остаются только авторы локальных вселенных, бесчисленного их множества, возникающих, как мыльные пузыри, и очень быстро исчезающих в никуда.

А какая наука может существовать без объективной реальности и без веры в Единую Истину? Что ей познавать, и зачем? О чём в её рамках дискутировать, в какую сторону вести поиск – если «вселенные» случайно возникают из ниоткуда и лопаются в великом множестве, исчезая в никуда?

+++

Краткий вывод: всё (материальное и духовное) – зависимо от первичной матрицы поведения. Есть накопительно-сберегательная матрица поведения, совместимая с цивилизацией (при всех возможных перегибах, извращениях и накладках).

А есть локализм, как первичная матрица поведения, в принципе никак не совместимая ни с какой формой цивилизации. Локалист – это охотник на цивилизацию, её пожиратель.

Он берёт всё, что может дать, и не даёт ничего, что может не давать. Потом умирает, и после него остаётся только чёрная дыра хищений, которую нужно латать – а кому?!

Давайте будем надеяться, что пока ещё есть кому залатать страшные дыры, наделанные в ткани цивилизации всякими Тэтчер и Рейганами, Горбачёвыми и Ельцинами, Кравчуками и Порошенками…

Потому что если эти прорехи не зашить – то через них всех нас вытянет в космический вакуум тьмы небытия.

--------------------------------------------------------------------------------------------------

[1] ОТЦ – Общая Теория Цивилизации.
[2] То есть для них никакого вида нет, а есть противоборствующие уникальности. И, даже отыскав подобие – номиналист объявляет его случайным, обманом зрения, ложным восприятием. И это очень серьёзно!
[3] Аналогия учёного Б. Рассела, который предположил, что «…между Землей и Марсом вокруг Солнца по эллиптической орбите вращается маленький фарфоровый чайник, никто не смог бы опровергнуть моё утверждение, добавь я предусмотрительно, что чайник слишком мал, чтобы обнаружить его даже при помощи самых мощных телескопов».

Александр Леонидов; 6 апреля 2021

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Подписка

Поиск по сайту

  • Дети, Крым, счастье, позитив...

    Дети, Крым, счастье, позитив... В нашей жизни очень много грустных новостей. И потому мы часто забываем, что кроме мрачной геополитики есть ещё и просто жизнь. Наши дети выходят в жизнь и занимаются творчеством, создают нехитрые истории о своём взрослении, создавая позитивные эмоции всякого, кто видит: жизнь продолжается! Канал без всякой политики, о замечательных и дружных детишках, об отдыхе в русском Крыму и не только - рекомендуется всем, кто устал от негатива и мечтает отдохнуть душой!

    Читать дальше
  • Геноцид армян: новая глава

    Геноцид армян: новая глава Карабахский конфликт - это одна из глав чёрной книги геноцида армян, которым с XIX века занимаются турки. В их понимании армяне "недобиты", и хотя армяне потеряли большинство своих земель, всё-таки небольшой анклав армян остаётся в турецком море Закавказья. Геноцид армян обрёл второе дыхание в годы "перестройки", в конце 1980-х, когда турки вырезали армян в ряде населённых пунктов, но снова не везде. Военное сопротивление побудило турок прекратить резню.

    Читать дальше
  • ​Самозамкнутость и Традиция

    ​Самозамкнутость и Традиция В детских книжках, которые я очень любил в детстве, поучительные картинки всегда изображали очень кучно и динозавров и электроны атома. В реальной жизни динозавры не смогли бы жить так близко друг от друга, а электрон далёк от ядра атома так же, как булавочная головка на последнем ряду гигантского стадиона была бы далека от теннисного мячика в центре стадиона. Но нарисовать так в книжке нельзя – потому рисуют кучно, сбивая масштабы. Та же беда случается всегда и с историей цивилизации. Оглядывая её ретроспективно, из неё сливают огромные пустоты разреженного протяжения, оставляя близко-близко друг от друга значимые факты духовного развития.

    Читать дальше

Свобода - более сложное и тонкое понятие. Жить свободным не так легко, как в условиях принуждения — Томас МАНН