Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Октябрь
пн вт ср чт пт сб вс
      01 02 03 04
05 06 07 08 09 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31  

​Приставка «за-*» (заработок, закон, защита)

​Приставка «за-*» (заработок, закон, защита) Если спросить у обывателя, что такое «законность», то он, не особенно думая, скажет, скорее всего: «соблюдение закона». Такая позиция распространена, её активно внедряют в сознание деградирующих масс, стараясь не показывать, что она приводит к КОЛЛАПСУ ПРАВОСОЗНАНИЯ. И это очень легко доказать. Если я возьму бумажку, и напишу на ней фломастером «убий, укради». А сверху напишу слово «закон». Что в итоге получится? В итоге получится письменный текст, претендующий (как следует из его заголовка) быть законом. Данный текст, претендующий быть законом, войдёт в противоречие с другим текстом, тоже претендующим быть законом. Так что же решит их противоречие? Голая сила. Кто сильнее, тот и настоит на своём тексте, претендующим законом называться…

Но если всё решает голая сила – тогда вообще зачем законы? Собственно говоря, голая сила и прямое насилие всегда всё решали, в том числе и в животном мире. Никакого понятия о законности или незаконности животный мир не имеет, и понятно, почему. Животные не умеют ни читать, ни писать. А если бы умели? Закон о праве льва сожрать антилопу, конечно, не помешал бы льву, но ничем ему бы и не помог.

Антилопа всё равно от него будет убегать, потому что у неё свой закон: о праве бегать от хищника. В отношениях льва и антилопы бессмысленно говорить о письменном праве.

Сильная антилопа убежит от льва, а быстрый лев догонит антилопу. Это и есть состязание по силе, в котором правовые отношения в принципе бессмысленны и невообразимы.

Общество, которое любой текст, объявленный законом, признаёт законом – можно жить вовсе без законов, что оно, впрочем, и делает, лишь зря переводя бумагу.

Поскольку сила не нуждается ни в каком законе, сама решает всё по своему произволу, то корни правосознания нужно искать не в силе, не в воле победившего насилия. Немыслимо и безумно представить развитое правосознание – как слепое следование любому, сколь угодно абсурдному тексту. Мол, что бы нам не написали под заголовком «закон» - мы выполним.
Это не правосознание, а состояние робота, механизма!

Исторически правосознание глубоко и основательно связано с сакральностью, священными нормами поведения. Представление о священном автономно от силы. В понимании верующего святое дело, даже и проиграв битву, остаётся святым. А нечестивцы, пусть они и победили грубой силой – остаются всё равно нечестивцами.

С силой и насилием так не получится от слова «никак». Проиграв битву, сила перестаёт быть силой по определению. И потому, закон насаждаемый силой – ничем не отличается от произвола. Ну, кроме, может быть, того, что произвол озвучивается в устной форме, а закон силы – записывается на бумаге. Не ахти отличие, согласитесь!

Приставка «за-*» в русском языке «волшебная». Как в слове «закон» она требует кона, за которым стоит, так и в слове «заработок» она требует работы, за которой следует. В современной жизни понятие заработка проституировано так же, как и понятие законности.

В своём исходном смысле «заработок» есть определённое в реальных единицах вознаграждение за определённый объём труда. Это когда, например, отработав 5 лет на предприятии, каждый получает квартиру, а не отработав 5 лет – никто её не получает от этого предприятия.

У нас же под «заработком» стали понимать то, что в живом русском языке называется «подачкой». Этот «заработок» определяется не объёмом работы, а «как договорятся». Он не имеет ни верхнего, ни нижнего пределов, совершенно произвольно назначается. И отвязан от труда. И потому в современной экономике нет зарплаты – в ней есть подачки, в лучшем случае «жалования».

Связаны ли между собой отсутствие законности и отсутствие заработка? Безусловно, да. Иначе и быть не могло после «великой криминальной революции» 90-х, когда криминал взял власть в свои руки. Взяв власть, оргпреступность не могла, да, наверное, и не хотела отменять закон и заработок формально, официально.

Но она их выхолостила сущностно (что при капитализме неизбежно).

Закон для неё – не то, что получено с Неба на скрижалях, раз и навсегда.

Закон для неё – то, что она сегодня сама выдумает, без всяких Небес и скрижалей, а завтра сама же и отменит. Непостоянство закона – по сути, его отсутствие.

Из этого вытекает и переменчивость «заработков», ставших подачками, из долга работодателя и власти превратившихся в милостыню, из их обязанности – в их право.

Как в волшебных зеркалах должник поменялся местами с кредитором. В этом и заключена магия капитализма. В традиционной религии тот, кто больше получает – больше и обязан, с него больше спрашивают. Меньше всего обязанностей у нищего, а больше всего ответственности и долгов у царя.

От известной евангельской притчи происходит крылатое выражение «зарывать талант в землю». Им в христианстве веками обозначали безответственное распоряжение дарами Бога - знаниями, опытом, духовными качествами, материальным богатством. Фраза «кому много дано, с того много и спросится» стала настолько избитой поговоркой, что мы порой не задумываемся над её смыслом. А надо бы!

Магия капитализма в том, что чем больше человек хапнул – тем меньше должен. Чем больше у него прав – тем меньше обязанностей. Мертвый капитал ренты – это права без обязанностей.

Человек «свободен» в подлом либеральном смысле[1] – то есть он может всё, имеет доступ ко всему, но не обязан никому ничего.

А больше всего долгов и обязанностей – именно у того, кто живёт хуже всех, кому общество дало меньше всех. Это мы и называем: «должник с кредитором местами поменялся».

Тот, кто у всех всё забрал – почему-то при этом ничем не обязан никому, а тот, кому общество ничего не дало – почему-то при этом оказался всем должен.

Таков итог проституирования понятий «законность» и «заработок».

Честный труд предполагает и честный расчёт. А в рыночной системе вместо честного расчёта действует принцип «сколько барин пожалует». Учитывая дешевизну рабочих рук, барин может, в принципе, и вообще ничего не жаловать – чем частенько и пользуется.

+++

Неразрывна связь разобранных вопросов с понятием «защита». В философии языка она означает «пребывание за щитом». Зоологическое же понимание термина, свойственное либерализму, уравнивает защиту с доминированием.

То есть всякий оккупант, естественно, не хочет называть себя оккупантом, а именует себя «защитником», на том основании, что он доминирует на территории военно-террористическим образом.

Если мы говорим о реальной защите, то она включает в себя перечень (список) прав и удовлетворяемых нужд защищённых, обязанности которых по отношению к защитнику лишь вторичны, вытекают из прав, и являются, по сути, платой за услуги.

Если мы говорим о военно-террористическом доминировании, выдающем себя за «защитника» - то его легко определить по отсутствию списка и перечня прав защищённых. Принудительные обязанности, не уравновешенные никакими благами или правами, выступают единственным содержанием отношений.

Такова, например, украинская псевдогосударственность, каратели которой постоянно называют себя «защитниками», а по сути – являются яркой иллюстрацией наёмной банды капиталистических хищников. Удержание территории с населением, состоящим из бесправных заложников – вот что именуется у них «защитой населения». С таким же основанием работорговец, следящий, чтобы негр не сбежал из трюма – может объявить себя «защитником чернокожих».

+++

Нельзя ничего исправить, нельзя никуда сдвинуться, кроме как в пропасть – пока мы не вернём словам их живого и полноценного значения. Пока мы не будем ложные законы называть произволом, ложные зарплаты – подачками, а ложную защиту – террором, осуществляемым террористами над заложниками, мы не сможем исправить мир.

Нельзя исправить мир – не понимая его. Прежде, чем ударить кувалдой – надобно иметь знание, в какое место ударить кувалдой полезно для дела.

Иначе получится киевский майдан – когда кувалдой-то лупят, но так получается, что чаще всего попадают себе по лбу…



[1] Церковное представление о Свободе совершенно иное: как о СВОБОДЕ ОТ ГРЕХА. Человек свободен тогда, когда не принуждаем ко греху другими людьми, жизненными обстоятельствами (чаще всего , нищетой или шантажом), и не терзаем собственными порочными страстями, не становится рабом собственных грязных желаний (как, впрочем, и чужих тоже).

Александр БЕРБЕРОВ, научный обозреватель; 29 января 2020

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • Дети, Крым, счастье, позитив...

    Дети, Крым, счастье, позитив... В нашей жизни очень много грустных новостей. И потому мы часто забываем, что кроме мрачной геополитики есть ещё и просто жизнь. Наши дети выходят в жизнь и занимаются творчеством, создают нехитрые истории о своём взрослении, создавая позитивные эмоции всякого, кто видит: жизнь продолжается! Канал без всякой политики, о замечательных и дружных детишках, об отдыхе в русском Крыму и не только - рекомендуется всем, кто устал от негатива и мечтает отдохнуть душой!

    Читать дальше
  • Геноцид армян: новая глава

    Геноцид армян: новая глава Карабахский конфликт - это одна из глав чёрной книги геноцида армян, которым с XIX века занимаются турки. В их понимании армяне "недобиты", и хотя армяне потеряли большинство своих земель, всё-таки небольшой анклав армян остаётся в турецком море Закавказья. Геноцид армян обрёл второе дыхание в годы "перестройки", в конце 1980-х, когда турки вырезали армян в ряде населённых пунктов, но снова не везде. Военное сопротивление побудило турок прекратить резню.

    Читать дальше
  • ​Самозамкнутость и Традиция

    ​Самозамкнутость и Традиция В детских книжках, которые я очень любил в детстве, поучительные картинки всегда изображали очень кучно и динозавров и электроны атома. В реальной жизни динозавры не смогли бы жить так близко друг от друга, а электрон далёк от ядра атома так же, как булавочная головка на последнем ряду гигантского стадиона была бы далека от теннисного мячика в центре стадиона. Но нарисовать так в книжке нельзя – потому рисуют кучно, сбивая масштабы. Та же беда случается всегда и с историей цивилизации. Оглядывая её ретроспективно, из неё сливают огромные пустоты разреженного протяжения, оставляя близко-близко друг от друга значимые факты духовного развития.

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека — А. Прокудин.