Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,4296 руб.
  • Курс евро EUR: 68,0822 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,2039 руб.
Март
пн вт ср чт пт сб вс
        01 02 03
04 05 06 07 08 09 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31

В. Авагян: опорно-двигательный аппарат экономики

В. Авагян: опорно-двигательный аппарат экономики Существует теле-радио-площадная болтовня. Существует голосовательное шоу, электоральный балаган и клоунада многопартийности. Параллельно им, и совсем не пересекаясь, существует имущественно-долевая реальность. Подменить одно другим невозможно. Чтобы быть живым человеком – человеку надо жить, или хотя бы выживать. Есть возражения? Если человеку нечем жить, то телевизионные и предывборные шоу для него не только бессмысленны, но и оскорбительны. Смысл шоу заключается в самом шоу, которое «маст гоу он». Смысл клоунады – «есть одна награда, смех». А в чем же смысл имущественно-долевых прав?

- То что есть в стране, частично (по долевому принципу) принадлежит, в том числе, и мне.

Или

- То, что есть в стране, у казны или частных собственников – не имеет ко мне никакого отношения.

Скажите, я один чувствую жестокое логическое противоречие в утверждениях представителей власти, выпестованных во всяких ВШЭ?

-Вы должны во всём нам подчиняться!

И

-Мы вам ничего не должны, на свою жизнь зарабатывайте сами!

Но если от вас - ничего, то вы-то сами зачем?! Требование «будьте покорными, но ничего не ждите от того, кому вы покорны» расходится даже с самыми дикими практиками рэкета бандитских 90-х. Напомню, что рэкет, обиравший предпринимателей, обещал им, а порой и оказывал защиту от других, пришлых хищников.

+++

Вообще, строго говоря, разделение труда не могло бы возникнуть так, как придумал за него Карл Маркс (и политэкономы до него): из простой оптимизации производственных процессов. Дело в том, что разделение труда требует доверия к тем, с кем труд делишь. Ведь ты же им, по сути, жизнь свою в залог отдаёшь!

Люди вначале должны собираться в своём круге (церковь – циркус- «круг»), а потом уже они, попривыкнув друг к другу, и доверившись друг другу, начинают обмениваться услугами. Невозможно вначале разделить труд – а потом узнать, с кем ты его разделил. Те, кто работают с незнакомцами – слишком часто оказываются донага обобранными жертвами мошенников, обглоданными жертвами хищников[1].

На практике аморализм отношений в процессах разделения труда должно пресекать государство – если оно государство, а не «вертеп разбойничий». И здесь главный вопрос – возникло ли оно вокруг храма, как идеологическое единство, или же возникло вокруг добычи, как единство грабителей.

Первый тип государства имеет будущее и возможность прогресса, второй (орда) – развалится от конфликта низов с верхами, от конфликтов между верхами, рассорится «вхлам» при дележе награбленного или в случае неудач грабительских походов.

Люди вначале соединяются, как единоверцы. Затем из единоверия (религиозного) рождается единомыслие (наука, выстроенная на убеждение в существовании единой для всех истины). Единоверцы и единомышленники не уничтожают друг друга, а наоборот – заботятся друг о друге. Так возникают постоянно усложняющиеся общие системы жизнеобеспечения, которые в корне несовместимы с культом частной наживы. Понятно, что чисто экономически каждому в каждый конкретный момент времени выгодно взять всё и не отдать ничего. Но это несовместимо с отношением к единоверцу: его воспринимают не как конкурента в борьбе за бананы и корешки, а как опекаемого собрата.

Постепенно, далеко не сразу, из общих духовных интересов рождаются и общие экономические интересы. Они связаны с совместной, неделимой эксплуатацией общих, сложных, искусственных и неделимых систем жизнеобеспечения.

И вот тут подвох: когда такая система уже есть – можно описать личную выгоду каждого от неё. Но когда её ещё нет – то почему, скажите мне, множество личностей задумали её строить? Как это они «рискнули здоровьем» - доверить своё личное выживание коллективу других людей, вопреки очевидной формуле распределения материальных благ «тебе-значит, не мне, мне – значит, не тебе»?

Возникает экономика – кругооборот, которую проходит продукт от самого сырого сырья к самому адаптированному продукту потребления. Земля(почва) путём обработок становится зерном, зерно мукой, мука булкой, булка – деньгами из булочной. Деньги из булочной обязаны возвращаться к тому, кто делал из земли зерно – иначе пропадёт смысл во всём процессе.

Сырьё попадает в одни руки, затем в виде полуфабриката в другие, затем – в виде запчастей – в третьи, и т.п. В итоге получается продукт, оплата за который должна быть распределена в обратную сторону так же равномерно, как делился труд.

Причём на высоком уровне цивилизации кругооборот включает в себя учителей, врачей, солдат, и ещё десятки артикулов, зарплаты которых, конечно, обогатили бы хищника, если были бы перехвачены по дороге, не дошли до адресата.

Это подобно кровообращению: кровь толкается сердцем, бежит по венам и артериям до самых дальних конечностей, но обязана вернуться к сердцу, чтобы обеспечить новый импульс. А если её сольют по дороге? Просто вены вскроют и сольют (я говорю об оттоке капитала)? Что станет с сердцем, которое не дождалось обратного потока крови? Вы это прекрасно понимаете, и не только понимаете, но и видите…

Но как можно обеспечить длинные циклы разделения труда без идеологического сопровождения, вбивши людям в головы, что их дело и прямой интерес – «хватать побольше и бежать подальше»? О каком кровообращении может идти речь, если на каждом миллиметре вен их пытаются вскрыть и слить?

+++

То есть тело экономики формируется так: вначале идеологический позвоночник и воспитательный каркас (скелет). Потом на этот каркас (на твёрдость костной основы) нарастают мышечные ткани обменных процессов и даже жирок излишеств, роскоши.

Из этого очевидно: если вы выдёргиваете хребет (как сделала «перестройка») – вы получаете беспозвоночную слизь. Она беспомощна, нежизнеспособна, но очень питательна. Ведь там много тканей и жиров для любого падальщика, от микроскопического до саблезубого.

Никакие нормальные обменные процессы в такой куче мяса уже не могут осуществляться. Всё, что взято сырьём из земли – уходит на сторону, навсегда, и оседает когда в швейцарских банках, а когда и просто на дне трясины безответственной бесхозяйственности.

Государственный аппарат приватизирован теми, с кем он, по самой конструкции, сути и назначению, призван бороться. Как фильтр для воды, засоряясь, из фильтра постепенно превращается в рассадник заразы (почему мы и меняем фильтры с определённой регулярностью) – так и прокуратуры, наполняясь ворами и маньяками, становятся собственной противоположностью, антимиром.

+++

В сущности, когда у людей не осталось ни единомыслия, ни единоверия, ни карательного аппарата, карающего за покушения на святыни - вопрос утилизации всего их материального достатка и производственного аппарата лишь вопрос времени.

Даже если беспозвоночную слизь оградить от хищников, поместив под колпак (что, как вы понимаете, в реальной жизни невозможно) - она, не будучи пожранной, просто сгниёт, в конечном счёте разложившись на самые простейшие составляющие (воду и окаменелости).

Скорость же процесса где-то подмораживается, как в РФ, где-то ускоряется, как в Армении, а где-то, как на Украине (безусловный лидер процессов гнойного разложения человеческого в человеке) - летит на всех парах. Важно понять, что это один и тот же процесс, просто в разных стадиях. Ужас Украины - это лишь живое (точнее, мёртвое) напоминание тем, кто встал на гибельный путь растащиловки, что их ждёт в конце дорожки.

Перестав заботиться о рядовых - генералы теряют армии. Потеряв армии - генералы становятся простыми военнопленными. В конце этого процесса поощрения приватизаторов - петля гаагского застенка.

Не спрашивайте, выпускники ВШЭ, по ком качается эта петля; она качается по вас!



[1] Яркий пример – капиталистическая фабрика эпохи Диккенса и Байрона. С одной стороны, это разделение труда – рабочий из множества производственных операций делает лишь одну, остальные же делают за него другие рабочие. С другой стороны, если владельцы фабрик аморальны, то они вступают в сговор взаимной выгоды, и шантажируют беспомощный в своей локальности наёмный труд невыносимыми условиями.

Вазген АВАГЯН, специально для ЭиМ.; 23 августа 2018

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • В.Авагян: "СЕЯЛКА ИЛИ ДАВИЛКА"?

    В.Авагян: "СЕЯЛКА ИЛИ ДАВИЛКА"? ​Основное противоречие США, как мирового гегемона заключается в конфликте расширяющейся, углубляющейся политической экспансии – и сжимающимся контуром экономических отношений. Чем больше поглощает империя – тем больше она разоряет тех, кого поглотила. Если у нормальных империй после захвата начинается восстановление разрушенных борьбой экономик, уже на своей территории, то для США после их победы начинается разорение, выжирание и вымаривание дотла побеждённого.

    Читать дальше
  • …И С ВЕЧНОСТЬЮ ДЫШАТЬ В ОДНО ДЫХАНЬЕ…

    …И С ВЕЧНОСТЬЮ ДЫШАТЬ В ОДНО ДЫХАНЬЕ… «Можно изображать становление национальной буржуазии» – говорит герой новой книги «Волки из пепла» Александра Леонидова – «А можно национальной интеллигенции… Но когда это в одном лице – то смешно получается». И действительно, получилось смешно. Но не в том смысле, что получилось плохо, а в том, что всё произведение пронизано тонким и психологическим юмором, включило в себя сочное богатство народного анекдота, именно язык, а не сюжет анекдотической (в хорошем смысле слова) речи. Если говорить о сюжете, то действительно, персонаж не солгал: основное содержание – становление в РФ национальной буржуазии и национальной интеллигенции. Они метафизически противопоставляются космополитам и компрадорам во власти и быдловатой, худшей части народной толпы.

    Читать дальше
  • В. АВАГЯН: "ТРИЕДИНЫЙ ДЕКРЕТ"

    В. АВАГЯН: "ТРИЕДИНЫЙ ДЕКРЕТ" ​Вот представьте, что вы – производитель сковородок. Конкурентов у вас нет: продуманный протекционизм вытеснил с рынка иностранные сковородки. При этом зарплаты и пенсии в стране растут. И при этом повышать цены запрещено. Людям куда деваться? Они идут и покупают ваши сковородки. Чужих они купить не могут: чужих с рынка удалили. Не покупать – зачем тогда деньги? Продать им дороже твёрдой цены вы не имеете права. Таким образом, перекрывая все сливы капиталов (за границу, в спекуляцию и др.) вы канализируете энергию производительного труда в рост производства. Ваше производство сковородок растёт, предложение расширяется. Вы обновляете производственные фонды, обеспечиваете занятость на рынке труда, ищите новые технические решения, придумываете новые виды продуции...

    Читать дальше

Свобода - более сложное и тонкое понятие. Жить свободным не так легко, как в условиях принуждения. — Томас МАНН.