Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 56,0794 руб.
  • Курс евро EUR: 60,8461 руб.
  • Курс фунта GBP: 71,8994 руб.
Апрель
пн вт ср чт пт сб вс
          01 02
03 04 05 06 07 08 09
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30

ВЕЧНОСТЬ И СМЕРТНОСТЬ-3

ВЕЧНОСТЬ И СМЕРТНОСТЬ-3 ​Трагедия безосновательной мысли (яркие примеры которой – и современные либералы, и современные нацисты, и современные леваки и ещё много кто) в том, что эта мысль рисует миры своим воображением, начисто лишенная способности соотнести свои фантазии с реальностью. Возникает та зловещая для познания мира ситуация, о которой грациозно высказались математики, ударившись в царство зауми: «красота формулы важнее, чем её правильность»[1]. Именно это составляет основное содержание тех «красот» которые, каждый исходя из своих представлений об эстетике, рисуют люди, оторвавшиеся от реальности. То какие-то волшебные и пряничные «национальные единства» на базе романтизированных расы и крови, то не менее волшебную «социальную ответственность бизнеса» и чудом возникшую (ибо механизм не указывается) «честность независимых судов»…

Но давайте мы всё-таки прекратим витать в облаках публицистических изысков и выйдем на холодную, промозглую улицу вашего города нашей суровой и северной страны. И станем, наконец, из «больших детей» взрослыми людьми:

Кто знает, как мокра вода,
Как страшен ветер лютый…

Что обнаружит наш анализ в РЕАЛЬНОЙ жизни? Он увидит, что все люди, в погонах или без погон, с должностью или без должности – обременены тучей личных проблем и не желают тратить свои силы и жизнь на решение чужих личных проблем: своих хватает! Причем всем. У кого-то, конечно, щи жидковаты, а у кого-то жемчуг мелковат, но вторые терзаются, поверьте, ещё сильнее первых (потому что жаднее).

Понимание этого простого и очевидного факта заставляет нас раз и навсегда отбросить либеральную химеру мысли, рисующую счастливое светское гражданское общество «атомарных личностей», в котором все пристально следят за соблюдением контрактных прав каждого…

Нарушили твои права (по контракту или не по контракту) – это твоя беда и ничья больше. Хочешь, чтобы другие «впрягались» - плати. Чтобы решать твои проблемы, чужие люди должны чувствовать личную заинтересованность.

Но это уже не правовое общество, понимаете вы? Это общество, в котором закон проституирован, идёт по таксе, это общество, в котором не служат закону, а торгуют им!

И по-другому в обозначенной либералами схеме просто нельзя, понимаете?

Вопрос ведь не в том, что какой-то там «переходный период» (который Е.Т.Гайдар аккурат перед смертью своей объявил «оконченным»[2]), не в том, что «неправильный народ» (у всех людей, кто не мутанты, гены и хромосомы одинаковы[3]).

Вопрос в том – как устроен изначально человек, и чем кончится эксперимент «свободы личности»: а он кончится всеобщим озверением, по итогам которого хищники отбросят донельзя проституированный закон, со словами – «если мы всё равно покупаем решение суда, и все это знают – зачем нам тратить деньги на подкуп суда»?

+++

Проблема в том, что личные проблемы человека – это его личное дело, к сожалению, и больше ничьё. Хотелось бы, чтобы было иначе, но иначе никогда не получалось в реальной жизни, и никогда, боюсь, не получится. Почему? Всё очень просто. Проведём мысленный практикум.

Допустим, есть где-то какой-то Иван Абрамович (допустим). И его обидели. Чисто по-человечески вы можете ему посочувствовать, на словах выразить соболезнование. Но не более того. Скорее всего, вы вообще про него ничего не знаете – а значит, и про его обиду ничего не знаете.

Но даже если знаете – вы же не изучали всех обстоятельств дела: а вдруг он сам виноват в том, что его обидели? Это же нужно очень много сил и времени потратить, чтобы в чужом межличностном конфликте изучить все обстоятельства дела! А у вас своих дел по горло – кстати, и своих обид тоже.

А если Иван Абрамович не идеальный человек (что скорее всего?) А если он вас когда-нибудь сам обижал, пусть и по мелочи, но теперь вы думаете – «а поделом ему», и видите в его обидчике чуть ли что не «Бог покарал»? Словом, существует целый букет непреодолимых препятствий, по которым вы не можете вступиться за Ивана Абрамовича, а он за вас. Именно поэтому миром разобщённых обывателей и правят МАСОНЕРИИ – заговоры сплочённых карьеристов, в которых защита интересов своего члена – главная задача.

Такие масонерии кушают одиноких людей на завтрак, на обед и на ужин – причем когда в фигуральном, а когда и в самом прямом смысле слова. И это вот – реальность жизни, а детектив по телевизору, в котором благородные сотрудники прокуратуры жизнь кладут, чтобы защитить незнакомого им бедняка – сказки и враки.

И мне жаль вас, читатель, если вы до сих пор не поняли, что простой человек – НИКОМУ НЕ ИНТЕРЕСЕН, не только другим простым людям, но даже и следователю, который приедет оформлять его «расчленёнку». Потому что у этого следователя ещё двадцать нераскрытых дел, проблемы с детьми, зарплаты не хватает, начальство хамит, по ипотеке долг, и т.д., и т.п.

За пределами того освещения, которое обеспечивают СМИ, и которое по сути своей – срежиссированное, показное - существует т.н. «асмическое пространство». При либеральной рыночной демократии это тьма кромешная, в которой никому не видно, что происходит, но по плотоядному хрусту костей ясно, что происходит нечто очень страшное[4]. Проживающие в «Асмисе» живут и умирают незаметно, притом что их 99% населения…

Почему так? Это – характерная черта животного мира, в котором каждый за себя. Дело ведь не только в том, что люди жестоки и эгоистичны (хотя и в этом тоже) – но и в том, что людей полностью и целиком засасывают их собственные проблемы выживания. Мне не по силам защищать Ивана Абрамовича, потому что я еле-еле сам концы с концами свожу и кое-как сам себя-то защищаю…

Да, в животном мире иногда защищают члена стаи – но СВОЕЙ стаи (принцип масонерности). Да, иногда (об этом даже документальные киноленты сняты) – бегемот может отбить у крокодила антилопу прямо из пасти, растоптав хищника – в силу внезапно пробудившейся солидарности травоядных. Но это – яркие, зрелищные исключения из правил, а не само правило. Бегемоту, разок спасшему антилопу – спасибо, но вообще-то все понимают, что все личные беды антилопы – это личное дело антилопы и больше ничьё. В другой раз бегемот может не прибежать, и скорее всего, не прибежит…

То же самое относится и к миру людей – вот почему теория «гражданского, светского правового общества» - это утопия, и всегда будет утопией.

Человеку некогда защищать права ДРУГОГО человека. Если он защищает права ДРУГОГО человека, то либо с выгодой для себя, с расчётом на личную прибыль, либо эпизодически, под настроение. Показуха в СМИ – только показуха и ничего больше. Во мраке «асмиса» воцаряется первобытная хищная тьма, и там начинают властвовать джунгли.

Цивилизация никогда не возникла бы у людей – как не возникло «общество медведей в борьбе с охотниками» или единого союза краснокожих племён в борьбе с англичанами – без религии.

Конечно, бесправие людей в хищной мгле «асмиса», прикрытой ТВ-показухой, и показушными, особыми, выведенными для обмана делами – убивает цивилизацию до основания.

В итоге то, что мы все и видим: зверство под маской лицемерия. Причем лицемерия всё меньше, звериной хватки и свирепости – всё больше. То, что раньше считали нужным скрывать под улыбчивой маской фарисея – ныне перестают нужным даже скрывать…

А всё потому что человек не может бороться за личные интересы чужого человека. У человека нет для этого ни сил, ни времени, ни ресурсов, ни желания. Человек чаще всего не знает о чужих обидах, узнав – не вникает в них, вникнув – не вмешивается в них, вмешавшись – не упорствует.

Это – закон социологии. Превращает ли он людей слабых в добычу людям сильным и волевым? Да, и этого никто не скрывают. Превращает ли он людей и слабых, и сильных – в добычу сплочённых заговоров – кланов? Да, и это тоже всё меньше пытаются скрыть.

Пережитой нами кошмар ельцинизма, кошмар 90-х годов – ярко иллюстрирует неспособность людей отстаивать свои личные права и интересы, даже если их попирают в массовом порядке и по единому шаблону. Все крики «банду Ельцина под суд!» оказались лишь визжанием придушенной жертвы.

Общество к 1991 году стало добычей банды негодяев – закономерно. Потому что оно потеряло социальную реагентность.

Социальная толща была в смысле религиозном растлена до крайности, и совершенно не реагировала на попрание святынь. Но только такой протест – может быть эффективным. Протест по поводу ущемлённых личных материально-бытовых интересов даже у миллионов людей – всегда шкурный, жалкий, разобщённый и кончается ничем.

Люди могут организовать организованное сопротивление только тогда, когда оскорбили их ОБЩУЮ святыню, попрали что-то для всех сакральное, священное. Тогда протест – общее дело. На этот счет и придумана знаменитая фраза Мартина Нимёллера[5].

Ну, в самом деле, если человек вышел бороться за свои личные материальные блага – то как же он может подвергать риску свою личную жизнь? Зачем ему блага – если он жизнь потеряет? И если лично ему пойдут навстречу, лично ему дадут блага (как всем лидерам наших беззубых профсоюзов в РФ) – зачем ему драться с риском для жизни за блага чужим людям?

Поэтому протест обворованных эгоистов всегда беспомощный.

Только когда человек заступается за оскорблённую святыню и гнев его носит святой, сакральный (а не шкурный, колбасный) характер – только в этом случае возможны и настоящая борьба и победа в такой борьбе.

Ельцин пришёл в социальную среду, превратившуюся в ящик с песком, куда можно гасить любые молнии.

Именно этим острым иммунодефицитом общества объясняется колоссальный триумф Ельцина и его воровской системы: к его приходу уже не было святынь, которые можно было попрать, все хоругви уже валялись в грязи.

А протест обворованных эгоистов, лишенных материальных благ, подавляется несколькими танковыми залпами (что Ельцин и продемонстрировал).

Нет веры – нет и единства.

Разобщённые же выступления протеста ломать легко – как легко ломать веник по отдельным прутикам или коробок спичек по одной спичке…

+++

Если религиозная идея (и фанатизм) имели самое прямое отношение к становлению цивилизации, заложили те «аксиомы» (догмы) на которых потом доказывались «теоремы» (науки), те устои и общие принципы, которые обеспечивавшие преемственность поколений и координацию поведения современников, то либерализм имеет такое же прямое отношение к РАЗЛОЖЕНИЮ цивилизации.

Либерализм не является «просто одной из» идеологий, или одним из вариантов религии (как коммунизм, например). Особенность либерализма в том, что собственных утверждений он не имеет, и строит себя исключительно на расшатывании строгости и твёрдости чужих убеждений. Либерализм – «либерализует», т.е. освобождает то, с чем имеет дело, то есть делает прежде обязательное необязательным.

Именно поэтому либерализм может быть и католическим, и феодальным, и системным, и революционным, и правым и левым, и социальным, и рыночным, и капиталистическим, и социалистическим, т.д., и т.п.

Потому что в либерализме не важно, ЧТО ты расшатываешь, важно лишь то, что ты ЭТО расшатываешь.

Поэтому степень либеральности системы отражает степень её разложения, сгнивания: плохого католика назовут «либеральным католиком», а плохого коммуниста – «либеральным коммунистом». Консерватора, ставшего вороватым и беспринципным, утратившего строгость и ханжество прежней буржуазной морали – называют «буржуазным либералом» и т.п.

Если кто-то где-то превращает обязательные дела в необязательные – его называют либералом: либеральный педагог сквозь пальцы смотрит на нерадение учеников, а либеральный чиновник – снисходителен к злоупотреблениям подчинённых.

Если мы посмотрим с этой точки зрения на те лавровые венки, которыми либерализм сам себя увенчивает, то увидим, что все достоинства, которые либерализм за собой числит – вырастают из безответственности, разгильдяйства и равнодушия к порокам.

Например:

- Концепции личной свободы – связаны с избавлением человека от чувства долга перед обществом.
- Чувство собственного достоинства – продукт гордыни, предполагающей самооценку вместо оценки окружающих
- Свобода слова, собраний и т.п. – право на безответственную болтовню и клевету.
- Требование всеобщих прав человека – не уравновешенных обязанностями человека.
- Требование религиозной терпимости – отражение равнодушия в вопросах веры и отсутствие ценностей в душе человека.
- Требование неприкосновенности личной жизни, частной собственности – вытекают из эгоизма и безответственности.
- И всё остальное – такое, как требование свободного рынка, равенства, правового государства, прозрачности правительства, ограничений на государственную власть, верховной власти народа, самоопределения нации, «просвещённой и разумной» государственной политики – только звучит красиво. На практике же нетрудно убедиться, что всё это превращает мир во владение ловких мошенников.

Но главная причина заключается в том, что либерализм ничего своего не утверждает – он лишь размазывает и размягчает то, что сделано до него. То есть он паразитирует, освобождая человека от НЕ ИМ наложенных ограничений, и не задаётся вопросом – зачем ограничения были прежде наложены? Неужели из чистой жестокости и злобы? Или же, может быть, причины были – запрещать?

Либерализм похож на рабочего, пришедшего с кувалдой крушить чужое здание – он умеет ломать стены и перегородки, но строить их он не умеет.

Его идеал – снести обречённое на снос строение, разровнять площадку для строителей. Иногда это действительно нужно – ведь и разрушение бывает творческим. Но сам строить либерализм ничего не может – что особо ярко демонстрирует в годы своего триумфа в мире, в наше время.

XXI век начался величайшим триумфом либерализма, не случайно совпавшим с глубочайшим кризисом цивилизации, морали, права и простой вменяемости человека и общества.

Само слово не даст соврать – что им обозначено: в русский язык слово «либерализм» пришло в конце XVIII века из французского (фр. libéralisme) и означало «вольнодумство», «распущенность», «блудомыслие». Негативный оттенок до сих пор сохранился в значении «излишняя терпимость, вредная снисходительность, попустительство»[6]- гласит словарь. «В английском языке слово liberalism также изначально имело негативный оттенок, но утратило его» - пишет John Joseph Lalor[7].

То есть, грубо говоря – liberalism было ругательством, пока люди вконец не свихнулись. А когда они свихнулись – то это ругательство, как и многие другие бранные прежде слова – стало комплиментом…

Либерализм очень страшен. Но не сам по себе. Сам по себе он не страшен – потому что он ничтожен, а ничтожен он – потому что пустой изнутри. Он не содержит в себе ничего утвердительного, только одно сплошное отрицание. Поэтому он и возможен только в противостоянии какой-то устойчивой и внятной системе, вере, доктрине. Разлагая её нормы, он проявляет себя.

Если же взять его в чистом виде – то мы получим совершенно беспозвоночную реальность, подобную трагическому бессилию европейских наций перед притоком диких и хищных мигрантов-захватчиков, диктующих «новой родине» свои порядки и свои условия, и не желающих чтить её святыни: благо, что у неё и нет никаких священных правил и норм…

Почему так получилось? Потому что либерализм – это процесс гниения и разложения цивилизации.

Если гнилое мясо называют «падалью», если сгнившие фрукты называют «тухлятиной», то сгнившую цивилизацию называют «либерализмом». И мясо гниёт, и фрукты, и овощи, и цивилизация тоже имеет свойство гнить в определённых условиях…

Мы ведь уже установили, что цивилизация – есть выход из джунглей, из первобытной пещеры, из животного мира. Каким образом был произведён этот выход? Никто секрета не делает, всё как на ладони: у значительной массы людей возникли общие святыни, сделавшие их толпу и скопище – Обществом, т.е. социальной средой, реагентной на кощунство и святотатство.

Плюнул некто на святыню – получил в лоб: значит, мы живём в Обществе. Плюнул человек на святыню – и ничего не случилось, никакой реакции: это означает, что нет больше святыни и образовавшегося, выкристаллизовавшегося вокруг неё Общества! Это уже – как на иллюстрациях к Киплингу – храм, поглощённый джунглями, «холодные пещеры» - ещё не рухнувшие, но уже мёртвые…

Начинается то, что так ярко и жутко продемонстрировал нам ельцинизм в 90-е годы (да и сегодня отчасти продолжает демонстрировать):

- хищники начинают жрать социальную среду, заживо пожирать своих жертв.

- А жертвы только носятся, обезумев, как овцы по загону, но неспособны к адекватной, цивилизованной реакции. Ещё раз буду разжёвывать, ибо важно:

1. Человек не может защищать личные интересы чужака. У него нет на это ни сил, ни времени, ни желания, ни мотива.
2. Слабый не может противостоять сильному в одиночку, а одиночка, даже сильный – не может противостоять сплочённой банде.
3. Объединиться для самозащиты люди могут только на основе общности святынь, защищая общую веру, когда покушение на одного члена общины – покушение на всех.
4. Если люди объединяются не на основе общности святынь, а на основе общности интересов – то это хищные стаи, банды, агрессивные группы. Интересы друг друга они взаимно удовлетворяют за счёт третьих лиц, потому что по-другому это невозможно.
Нельзя прибавить каждому в группе, если не получить прибавки на всю группу – а её откуда-то нужно ведь вырвать, прибавку эту…

Так как же выйти из джунглей? Ну, возьмите яркую картинку – древнее войско. Оно объединяется вокруг чего? Вокруг знамени. А знамя что, оружие? Нет, это святыня или знак святыни. Символ веры, так сказать, к которому жмутся, по которому своих от чужих отличают.

То есть общество создаёт святыни. Эти святыни оно защищает. Тем самым оно ТЕСНИТ ЗООЛОГИЧЕСКИЕ МОТИВАЦИИ в человеке, которые иначе остались бы единственным мотивом действий (как в 90-е годы в РФ). Конфликт служителей вечным ценностям с хищниками оборачивается подавлением хищников и хищности, как таковой.

Появляется братство в религиозном смысле слова. Потому что в первобытном смысле слова «братство» означало конкурентную грызню, «брат» от слова «брать»[8], т.е. отнимать. Брат родился брать отцовское наследство, оттеснять первенца от кормушки. Поэтому древняя история рисует нам картины зверской ненависти братьев друг к другу.

Так формируется реагентная на кощунство среда. Она противодействует попыткам хищникам свести всё к бойне, разбою и растащиловке. Она не даёт расчленять соединения и отбирать права – даже когда это противоречит личной выгоде человека.



[1] Поль Дирак - ученый-аутист, нобелевский лауреат, но при этом страдавший синдромом Аспергера (разновидность аутизма) сформулировал это так: «Красота уравнений важнее, чем их соответствие экспериментальным данным». При безусловных научных заслугах самого Дирака нужно учитывать особенности математики, как науки, и понимать, что формула Дирака никак не может быть перенесена в общественную жизнь.

[2] Е.Гайдар возглавлял «Институт переходного периода», созданный с целью доказать, что все зверские гримасы российского капитализма – не гримасы капитализма, а гримасы России, поздно и неровно к нему переходящей. Но потом, по прошествии многих лет, уже и Гайдар вынужден был признать, что переходный период «в целом» завершен.

[3] Любопытно в связи с этим отметить, что генетиками доказано: генное родство людей даже из самых отдалённых уголков планеты (условно говоря, папуаса и эскимоса) более близкое, чем генное родство двух шимпанзе из одного африканского стада.

[4] Например, во множестве пропадают люди, и никто не знает – куда. Просто пропадают и всё: объявление в соцсетях, объявление на заборе, и через некоторое время – забвение. Потому что уже следующие пропали – чего былое ворошить?

[5]Нимёллер, Мартин, немецкий пастор и борец за мир: «Когда нацисты пришли за коммунистами, я молчал, я же не коммунист. Потом они пришли за социал-демократами, я молчал, я же не социал-демократ. Потом они пришли за профсоюзными деятелями, я молчал, я же не член профсоюза. Потом они пришли за евреями, я молчал, я же не еврей. А потом они пришли за мной, и уже не было никого, кто бы мог протестовать».

[6] «Новый словарь русского языка» под ред. Т. Ф. Ефремова.

[7] John Joseph Lalor. Cyclopædia of Political Science, Political Economy, and of the Political History of the United States. — Nabu Press, 1883.

[8] БРАТ - древняя основа на -er, форма bratъ, диссимилирована из bratrъ- брать, отбирать, отнимать. см. Гуйер, Dekl. 58; Траутман, BSW 36; Кречмер, KZ 31, 368, но ср. также Розвадовский, Qu. Gr. I, 426; Бернекер, 1, 82. ст.-слав. братъ, сербохорв. бра̏т, словен. brát, стар. bratr (фриз.), чеш. bratr, польск. brat, в.-луж. bratr, н.-луж. bratš.

Александр Леонидов; 1 ноября 2016

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ?

    В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ? ​Мыши очень любят сыр. Но делать сыр они не умеют. Если мышей посадить в бочку с сыром, они сперва съедят весь сыр, потом начнут нападать друг на друга, а в итоге все передохнут в пустом и замкнутом пространстве. Если бы на Земле не было людей – то мыши никогда не попробовали бы сыра. Его просто не появилось бы, потому что возникновение сыра – это сложная цепочка ОБОСНОВАННОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ.

    Читать дальше
  • ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ

    ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ Говоря в трёх словах, фашизм – это идея радикального скотства. Но поскольку такие три слова похожи на ругательство, а ругаться не входит в наши планы, то придётся их развернуть. В глубинной основе фашистского движения лежит радикальный отказ от «химер сознания» - высоких, невещественных идей, связанных с сакральными образами и священными представлениями. Отказ идёт в пользу вещественных и грубо-материальных, ощутимо-плотных явлений. И за счет этого очищенная «верхняя полочка» сознания оказывается заполнена грубыми зоологическим отправлениями, которые теперь «исполняют обязанности» высших ценностей и духовных идеалов.

    Читать дальше
  • ТЕОРИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА

    ТЕОРИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА Говоря о проблеме частного предпринимательства, мы должны разъяснить те стороны вопроса, которые не понимали коммунисты, и не понимают либералы. КПСС после Сталина (подчеркиваем – ПОСЛЕ Сталина) вообще обходилась без частного предпринимательства, что и сделало систему в определённом смысле инвалидом, и предопределило во многом её крах. Либералы же – напротив, думают заполнить всё и вся частным корыстным интересом, думая, что «тут-то и жизнь хорошая начнётся». Но жизнь устроена не так, как думают коммунисты. И не так, как думают либералы. Истина – оказалась между двух основных стульев, на которые сел ХХ век…

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека — А. Прокудин.