Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,4296 руб.
  • Курс евро EUR: 68,0822 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,2039 руб.
Ноябрь
пн вт ср чт пт сб вс
    01 02 03 04 05
06 07 08 09 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30      

НАГЛОСТЬ – ВТОРОЕ СЧАСТЬЕ…

А ПЕРВОЕ – БЛИЗОСТЬ К ПРЕСТОЛУ!

НАГЛОСТЬ – ВТОРОЕ СЧАСТЬЕ… Обычно либералы говорили в том смысле, что для получения талантливого менеджера в госкорпорацию нужно создать ему качественное предложение, «не хуже, чем в частной корпорации». А то, мол, это управленческий гений, мозги которого на вес золота, не придет работать на государство. Может ли «Газпром» отдать современных Ли Якок «Фордам» и «Крайслерам»? Сейчас, по итогам оценки «Форбс» стало ясно, что перестарались, и создали государственным менеджерам условия значительно более выгодные, чем у их коллег в частном бизнесе. Вознаграждение за непосильный труд «рукой водящих» значительно опередило в госсекторе аналогичные показатели у чисто-коммерческих компаний.

Впервые журнал Forbes составил рейтинг 25 наиболее высокооплачиваемых генеральных директоров российских компаний. Всего было проанализировано 70 предприятий, без учета компаний, которыми управляют собственники.

На вершине рейтинга оказался президент — председатель правления Группы ВТБ Андрей Костин. По мнению экспертов, он зарабатывает в год в общей сложности около $30 млн.

На втором месте - глава «Газпрома» Алексей Миллер. Его доход оценили в $25 млн.

На третьем месте - президент, председатель правления «Роснефти»Игорь Сечин.У него также - $25 млн.

Далее по списку идёт Герман Греф, компенсация главы Сбербанка Германа Грефа — $15 млн.

В список самых богатых также вошли: председатель правления «Русгидро» Евгений Дод ($6 млн.), генеральный директор СУЭК Владимир Рашевский ($5 млн.), председатель правления ФСК ЕЭС Олег Бударгин ($4 млн.) и замыкает рейтинг президент ОАО «Российские железные дороги» Владимир Якунин ($4 млн.).

При этом жителей постоянно просят затянуть пояса: газ дорожает, билеты на поезд - дорожают, бензин дорожает, о дороговизне кредитов для малого бизнеса только ленивый не кричит. И возникает крамольная мысль: а нет ли связи между постоянным удорожанием всего и вся и этими управленческими бонусами? Почему те, кто призывают затянуть пояса, сами их отнюдь не торопятся затягивать со всей страной?

Но не надо ошибочно полагать, будто частный бизнес более справедлив в своих оценках. Более жаден – да, наверное (Россия – как известно, «щедрая душа»), но никак не более прогрессивен.

Тот же Forbes в другой публикации («Кто в России получает самую большую зарплату») подчеркивает, что растущая поляризация общества, уничтожение середняка, раскол на сверхбогатых и нищих идет и в высших слоях российского общества:

Цитируем: «…за счет интенсивной консолидации в секторе, считает Артур Шамилов, партнер агентства TopContact Executive Search… доходы менеджеров в крупных банках выросли, а в мелких, которые продолжают терять бизнес, наоборот, упали». Как тут не согласится с Шамиловым, когда мы и сами ежедневно с этим сталкиваемся. Бизнес ведет дело к появлению новых фараонов, «сынов Неба», числом поменее, ценою подороже. Он не раскрывает себя для нарастающей массы, о чем мечтали демократы, а наоборот – окукливается, поглощая все пространство и останавливая время.

Наметилась четкая тенденция: число преуспевающих будет стабильно убывать. Оставшиеся будут каждый год все богаче и богаче, но их будет все меньше и меньше. Поэтому сегодня ты с заводиком или магазинчиком – олигарх районного значения, но завтра, будь уверен, при сохраняющейся тенденцией, станешь завтраком, обедом или ужином укрупняющегося капитала.

При такой "дороговизне элит для трудящихся" нас не вытянет никакой экономический рост. Справочник профсоюзного деятеля в США справедливо советует: "не торопитесь радоваться экономическому росту; нужно ещё посмотреть, в чей карман он идет". Если верхней планки аппетитов у менеджеров (частнокоммерческих, но особенно государственных) корпораций нет, то сколько не прибавь - все равно низам ничего не останется.

 

Николай ВЫХИН, специально для «ЭМ»; 19 ноября 2012

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • МИР И ОБЕЗДОЛЕННЫЕ

    МИР И ОБЕЗДОЛЕННЫЕ От редакции: кратко выраженная суть нашего противостояния с западниками заключается вот в чём. Западники хотят вести нас чередой прозападных либеральных революций, каждая из которых всё глубже погружает нас в задницу. А мы не хотим погружаться в задницу. А либералы западники не хотят, чтобы мы этого не хотели. Они хотят, чтобы мы уподобились украинцам, у которых лесенка майданов сводит общество в каменный век, рождая в массах восторг и эйфорию «избавления от культуры»…

    Читать дальше
  • ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ

    ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ Я предлагаю всерьёз подумать о таком затёртом и расхожем выражении, как «корни человека», «мои корни». Что оно означает? Только ли происхождение человека, только ли его безвозвратно ушедшее прошлое, не имеющее никакого отношения к настоящему, ко дню сегодняшнему? Тот, кто мыслит связно, понимая причинно-следственные связи, никогда с таким не согласится. Прошлое диктует настоящее и будущее. «Корни» человека – это вся та совокупность, которая держит человека на родной земле и ПИТАЕТ его. Ведь это очевидная функция корней – удерживать и питать. Недаром зовут космополитов «перекати-полем», сравнивая с растением, оторвавшимся от корней…

    Читать дальше
  • В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ?

    В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ? ​Мыши очень любят сыр. Но делать сыр они не умеют. Если мышей посадить в бочку с сыром, они сперва съедят весь сыр, потом начнут нападать друг на друга, а в итоге все передохнут в пустом и замкнутом пространстве. Если бы на Земле не было людей – то мыши никогда не попробовали бы сыра. Его просто не появилось бы, потому что возникновение сыра – это сложная цепочка ОБОСНОВАННОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ.

    Читать дальше

Свобода - более сложное и тонкое понятие. Жить свободным не так легко, как в условиях принуждения. — Томас МАНН.