Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,4296 руб.
  • Курс евро EUR: 68,0822 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,2039 руб.
Ноябрь
пн вт ср чт пт сб вс
    01 02 03 04 05
06 07 08 09 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30      

КОГДА ЧУРАЮТСЯ ВЕНЧУРА?

Об инновационной инициативе бизнеса

КОГДА ЧУРАЮТСЯ ВЕНЧУРА? Одной из основ теории «общественного договора» является то положение, что люди, объединенные договором, прекратившим «войну всех против всех», получают равное вознаграждение за равный труд. Это не есть социалистическое явление, скорее следует говорить об «общелиберальном» постфеодальном (включающем как социалистические, так и «открытого общества» теории) явлении. Собственно, тезис «равное вознаграждение за равный труд» - лежит в основе теории гражданского равенства избирателей и теории «равных возможностей» - чисто капиталистических теорий.

 

   Теоретик и один из основоположников инноватики, как науки, Й.Шумпетер, отмечал, что слова «предприниматель» и  «инноватор» фактически синонимы, поскольку в сложившемся рынке нельзя добиться прибыли вне и помимо инноватики. Это логично: все роли разделены, функции каждого определены, и только предложив нечто принципиально новое, предприниматель может рассчитывать на перераспределение в свою пользу финансовых потоков в обществе.

   Безусловно, подавленной частнокоммерческой инициативе, пребывающей в дискомфортном положении, свойственны модернизм и инновационность. Последняя – суть точка единства нестандартности ума и амбициозности воли Разве, по сути, это не есть описание характера предпринимателя – «джентельмена удачи»?

   Но Шумпетер не учитывал того, что «прирожденный инноватор» - предприниматель – является таковым только в положении подавленного и рецессивного состояния. Мы можем изложить это в виде формулы:

   t = T/e;  при условии t > T/e… необходим фактор I, создающий эффект  t> T/e+I.

   Что это означает? В стабилизирующемся рынке происходит постепенное усреднение оплаты трудового взноса, отмеченное многими (в том числе и С.Кузнецом, теоритиком либерализма). Никто из игроков рынка не хочет содержать смежника щедрее, чем самого себя. В то же время никто не хочет получать меньше, чем смежники.

   В итоге рыночной свободы (не испорченной коррупцией и монополиями) приключается проклинаемая в советские времена «уравниловка». Устремившись к тем работам, за которые платят больше, людские массы роняют там оплату труда избытком предложения рабочих рук. Наоборот, убегая оттуда, где платят меньше среднего, людским массы создают там нехватку рабочих рук, что позволяет давить на работодателя.

   В итоге t = T/e, то есть личный доход каждого трудящегося примерно равен общему доходу всех трудящихся, поделенному на их число. В этой ситуации неприязнь к «уравниловке» создает у предприимчивых людей инновационное настроение, стремление ввести новшество, которое – именно и только в силу своей новизны – дестабилизировало бы застойный рыночный уклад и позволило конкретно взятому предпринимателю добавить величину «I» к серому пайку уравнительного распределения t = T/e (+I).

   Итак, мы пришли к двухсоставности потребительской корзины конкретного предпринимателя. Одну часть он получает как труженик, участник общественного разделения труда, общественного договора, как гражданин и обладатель полноправия.

   Другую часть составляет его «предпринимательский доход» - сумма превышения прибыли с капиталовложений той стандартной прибыли, которую он получил бы, поместив деньги в банк или сберегательную кассу. Шумпетер утверждал, что предпринимательский доход, как явление, и есть плата за инновационное мышление предприимчивого (т.е. инновационно мыслящего) человека.

   Таким образом, был нарисован ошибочный путь инноватики в частнокоммерческом секторе экономики, вошедший в анналы «перестройки» (1985-91) и реформ 1992-96 гг. Траектория рассматривалась как линейная целеустремленность – т.е. считалось, что предприниматель заинтересован инноватикой постоянно, и что он – в целях повысить величину «I» в формуле преодоления рыночной уравниловки t = T/e, стремится к инновациям ПОСТОЯННО.

   Когда же мы столкнулись со спекулятивным, коррумпированным и неэффективным менеджментом частных фирм, то стали утверждать, будто это от несовершенства российского рынка, неотработанности рыночного механизма и прочих случайных, устранимых факторов. Стоит очистить тонкий прибор рыночного регулирования от песка и грязи российских реалий – и его стрелка точно укажет направление на инновации. В этом мы (экономическая общественность РФ) серьёзно заблуждались.

   Первоначальную нацеленность бизнеса на прорыв из средней массы мы брали безотносительно его последующего (столь же естественного для амбициозных) стремления ЗАКОНСЕРВИРОВАТЬ ОТРЫВ от этой же средней массы.

   Модернизационная инициативность бизнеса в формуле t = T/e (+I) фиксируется только на том этапе, когда различия между двумя источниками дохода человека, «T/e» (уравниловка) и «I» (доплата за рационализацию) невелика.  На этом этапе у бизнеса преобладают инновационные мотивы ПРОРЫВА, ПРОДВИЖЕНИЯ. Он рвется (в научно-техническом и организационно-методическом планах) вперед.  Это связано не только с психологией (пока я не слишком отличаюсь от простого рабочего, я не слишком преуспел в удовлетворении своих амбиций), но и с тем строго математическим фактом, что I=i.

   При значительном отрыве инноватора от уровня среднего потребления наша формула преображается, фактор I=i исчезает.

   Возникает новое положение: t = T/e +i''' - i'' - i', когда первичные и вторичные инновации уже не прибавляются, а вычитаются из последних по счету (в нашей модели – третичных). Когда оборудование третьего поколения сменяет оборудование второго поколения (далеко ещё не выработавшее свой ресурс), возникают убытки (перечеркивание предыдущих капиталовложений), которые ложатся бременем на предпринимательский доход. Когда знания, умения, технологии, квалификация общей массы людей «догоняют» свои аналоги у предпринимателя, то он лишается своей уникальности, позволившей ему на первом этапе вырваться из серой массы. Для поддержания своего высокого социального статуса предпринимателю требуется дискомфортная ситуация постоянных рывков от догоняющей массы – это и неудобно, и не всегда возможно: существуют ведь пределы компетентности каждого человека.

   Когда сумма убытков (- i'') + (- i') становится существенной относительно +(i'''), возникает консервативное направление в предпринимательском движении, начинается разворот траектории модернизации силами частнокоммерческого сообщества. Теперь тренд инноватики силами бизнеса принимает странный, но отчетливый вид спирали.

   Движение вперед угасает, сменяется возвратами назад и боковым маневрированием. Бизнес пытается в силу своего прямого интереса не упустить +(i'''), с другой – нейтрализовать или хотя бы минимизировать убытки (-i'') + (- i').

   Теперь бизнес напрямую, рублем заинтересован уже не в линейном НТП (научно-техническом прогрессе), а в вырождении линейного роста технологий ростом мелких усовершенствований  и несущественных доработок старой технологии. Мотив очевиден: мелочно усовершенствованный старый продукт можно выдать за инновационный и получить прибыль +(i'''). В то же время, поскольку революционных потрясений на линии сборки мелочное усовершенствование не производит, можно существенно снизить убытки (- i'') + (- i'), защитить от краха свои бывшие, уже устаревшие вложения.

   Таким образом, частнокоммерческая инноватика начинает елозить вокруг некоего центра оптимальности, которым по факту общества неравенства оказывается в итоге (в чистом варианте его эволюции) – РАБОВЛАДЕНИЕ.

   Оно позволяет одновременно и законсервировать отрыв от низших масс наиболее надежно, и монополизировать знания, технологии в руках «избранной касты», когда то выделившейся наверх благодаря своему нестандартному мышлению. Теперь каста больше всего боится повторения собственного подвига со стороны посторонних, и делает все, чтобы в режиме рабовладения увековечить КАК свой высокопоставленный статус (отрыв от масс), ТАК и свою монополию на введение новаций в жизни общества.

   В ХIX, и в ХХ веках инноватика (и с ней предпринимательство) бурно развивалась под влиянием идей эгалитаризма, взлома и преодоления рабовладельческих традиций (даже XVIII век, по сути своей, если не по названию – целиком ещё рабовладельческий и кастовый). Но что интересно: полное освобождение частнокоммерческой инициативы давало в итоге полную и тотальную реставрацию рабства.

   Следовала стадия равенства, за которой шло выделение инициативных и предприимчивых из общей массы, и, как следующий этап – закрепление этими инициативными со всей мощью их инициативности – итогов своей победы в кастовом неравенстве.

   Инноватика полностью задыхалась там, где торжествовали идеи полной свободы частнокоммерческой деятельности. Напротив, там, где государство мешало частной инициативе, взламывало грубым административным вмешательством спиралевидный тренд инноватики – там удавалось превратить инновационный процесс в линейно-прогрессивный.

   Примеров такого рода много. В XIX веке наметилось отставание Англии и Франции с их полной свободой предпринимательства от Германской Империи, именуемой у нас «полуфеодальной». В ХХ веке только колоссальные некоммерческие расходы Рузвельта вытащили США из глубокой депрессии.

   Наибольшие успехи НТП связаны с теми странами, в которых частный интерес и возможности личностного роста не подавлялись совсем, однако и не имели комплиментарного к себе отношения со стороны власти. Власть, по сути, формировала жесткий коридор, в котором предприимчивость человека была жестко, внеэкономическими способами ограничена в своем течении. Только это и позволяло направить её напор и энергию, всю хитрость и изворотливость частной инициативы на дело качественного роста цивилизации.

   Это – германский военный госкапитализм Бисмарка, сталинский культ  инженеров, ученых и изобретателей, германский национал-социализм (не позволявший бизнесу тратить на личные потребительские нужды более 5% прибыли; 95% предприниматель обязан был реинвестировать в развитие собственного предприятия, и это жестко контролировалось). Это так же и «новый курс» Рузвельта, который – за его приверженность к административно-командным мерам – называли и называют «американским Сталиным». Нетрудно заметить, что локомотивами инноватики становились и становятся отнюдь не отрасли с преобладанием частного капитала, а отрасли государственного ведения хозяйства: военная, космическая, авиационная и т.п.

   Но в то же время полное огосударствление экономики (по образцу КНДР) так же контрпродуктивно для инноватики и НТП. Почему? Ключ лежит в угасании ЛИЧНОГО ИНТЕРЕСА человека в деле НТП. Мы видели, что в частнокоммерческой среде личный интерес постоянно «соскакивает» с инноватики на более удобные и перспективные для него темы клановой кастовости, монополии и т.п. Поэтому государство должно железной рукой постоянно направлять личный интерес обратно на инноватику, пресекая его поползновения найти более комфортные способы реализации своих личных амбиций.

   Однако если личный интерес убить, увековечив уравнительный паек для всех, то и направлять будет нечего, потому что ничего ниоткуда «соскакивать» не будет (в силу своего отсутствия) и пресекать поползновения не придется – в силу их беспредметности.

   Сциллой и Харибдой инноватики является сохранение желания и возможности «побольше заработать» с одновременной ликвидацией мотива «побольше заработать неважно каким способом». Личный интерес эгоиста – оружие очень мощное, эффективное, но при этом и очень опасное, подобное огню. Мы не хотим есть сырое мясо, однако постоянно пресекаем попытки огня устроить пожар. Именно такую схему следует, видимо, применить и в постижении частной инициативы коммерсантов: их возможности необходимы, их полная свобода (как и у огня) – приведет нас на пепелище…

Александр Леонидов; 12 августа 2012

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • МИР И ОБЕЗДОЛЕННЫЕ

    МИР И ОБЕЗДОЛЕННЫЕ От редакции: кратко выраженная суть нашего противостояния с западниками заключается вот в чём. Западники хотят вести нас чередой прозападных либеральных революций, каждая из которых всё глубже погружает нас в задницу. А мы не хотим погружаться в задницу. А либералы западники не хотят, чтобы мы этого не хотели. Они хотят, чтобы мы уподобились украинцам, у которых лесенка майданов сводит общество в каменный век, рождая в массах восторг и эйфорию «избавления от культуры»…

    Читать дальше
  • ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ

    ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ Я предлагаю всерьёз подумать о таком затёртом и расхожем выражении, как «корни человека», «мои корни». Что оно означает? Только ли происхождение человека, только ли его безвозвратно ушедшее прошлое, не имеющее никакого отношения к настоящему, ко дню сегодняшнему? Тот, кто мыслит связно, понимая причинно-следственные связи, никогда с таким не согласится. Прошлое диктует настоящее и будущее. «Корни» человека – это вся та совокупность, которая держит человека на родной земле и ПИТАЕТ его. Ведь это очевидная функция корней – удерживать и питать. Недаром зовут космополитов «перекати-полем», сравнивая с растением, оторвавшимся от корней…

    Читать дальше
  • В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ?

    В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ? ​Мыши очень любят сыр. Но делать сыр они не умеют. Если мышей посадить в бочку с сыром, они сперва съедят весь сыр, потом начнут нападать друг на друга, а в итоге все передохнут в пустом и замкнутом пространстве. Если бы на Земле не было людей – то мыши никогда не попробовали бы сыра. Его просто не появилось бы, потому что возникновение сыра – это сложная цепочка ОБОСНОВАННОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ.

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношение каждого конкретного человека..