Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 57,5118 руб.
  • Курс евро EUR: 67,8927 руб.
  • Курс фунта GBP: 75,5302 руб.
Октябрь
пн вт ср чт пт сб вс
            01
02 03 04 05 06 07 08
09 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31          

И.ТУРГЕНЕВ: "ЗАБВЕНЬЕ ВЕЧНОСТИ ЕСТЬ ТЬМА"...

И.ТУРГЕНЕВ: "ЗАБВЕНЬЕ ВЕЧНОСТИ ЕСТЬ ТЬМА"... ​Иван Сергеевич Тургенев – из всех русских классиков, пожалуй, наиболее склонен к атеизму и насмешке над религиозными практиками своего времени. В Тургеневе напрочь отсутствует православная ортодоксия Ф.Достоевского, богоискательство Л.Толстого. Наверное, именно поэтому именно у Тургенева наиболее отчётливо отражено противоречие между формой и содержанием религии. Настроенный, скорее, антирелигиозно (по части обрядов, догматов, ритуалистики) – Тургенев, как большой писатель, не может, естественно, погрузиться во мглу цинизма Бюхнера и Молешотта, сторонников которых старательно воссоздаёт на страницах своих произведений.

По сути, Тургенев довольно отчётливо отделяет веру в потустороннее, неведомое, таинственное от веры в высшее, вечное, светлое.

Потустороннее не интересует Тургенева – он противник всякой мистики, видит в потустороннем грубый дикарский магизм. Порой и довольно зло высмеивает, именно как дикость и шаманство.

Но это не значит, что Тургенев отрицает высшее, вечное, светлое, которое и является основным, исходным содержанием любой религии, пока века культа не облепят её самыми многообразными нелепицами.

Следуя по океану, дно корабля обрастает ракушками; следуя через время, культ обрастает разного рода домыслами и заблуждениями, иногда корыстного свойства, иногда имеющими характер добросовестного заблуждения недалёких людей. Церковная литература полна очень богатого фактического материала для борьбы с «отсебятиной» верующих как современников, так и предыдущих поколений. «Отсебятина» корыстных и/или тёмных участников набивает культ, словно бы трухой, разного рода искажениями высших смыслов, и в итоге может привести к ПОЛНОМУ ПЕРЕРОЖДЕНИЮ церковной организации. Это, кстати, является одной из основных причин революции 1917 года – восстания сути христианской идеологии против тех форм, в которых она преподавалась, восстание Духа против Буквы.

На наш взгляд, ядро содержания религии – ИНФИНИТИКА – учение, представление и приоритет вечного (бесконечного).

Стремление служить вечным ценностям делает человека ответственным перед прошлым, будущим, перед другими людьми, рождает понимание интересов другого человека (зверь напрочь лишён представления об интересах другого зверя), стремление относится к другим так, как хотел бы, чтобы они относились к тебе.

Только инфинные начала могут преодолеть эгоизм и цинизм, которые при деинфинизации непобедимы и философски-неопровержимы.

Отрекаясь от классических форм религии и религиозности, И.С. Тургенев отчётливо понимал необходимость инфинных начал в психике человека, без которых человек превратится в зверя, причём хищного зверя.

Это Тургенев отразил в описании нигилиста Базарова.

+++

Нигилизм – атеизм + революционная демократия, приводит Базарова к таким вот мыслям:

— А я думаю: я вот лежу здесь под стогом... Узенькое местечко, которое я занимаю, до того крохотно в сравнении с остальным пространством, где меня нет и где дела до меня нет; и часть времени, которую мне удастся прожить, так ничтожна перед вечностию, где меня не было и не будет... А в этом атоме, в этой математической точке кровь обращается, мозг работает, чего-то хочет тоже... Что за безобразие! Что за пустяки!
— Позволь тебе заметить: то, что ты говоришь, применяется вообще ко всем людям...
— Ты прав, — подхватил Базаров…
…Ненавидеть! Да вот, например, ты сегодня сказал, проходя мимо избы нашего старосты Филиппа, — она такая славная, белая, — вот, сказал ты, Россия тогда достигнет совершенства, когда у последнего мужика будет такое же помещение, и всякий из нас должен этому способствовать... А я и возненавидел этого последнего мужика, Филиппа или Сидора, для которого я должен из кожи лезть и который мне даже спасибо не скажет... да и на что мне его спасибо? Ну, будет он жить в белой избе, а из меня лопух расти будет; ну, а дальше?
…поневоле согласишься с теми, которые упрекают нас в отсутствии принципов… Принципов вообще нет — ты об этом не догадался до сих пор! — а есть ощущения. Все от них зависит. Глубже этого люди никогда не проникнут… Какую клевету ни взведи на человека, он, в сущности, заслуживает в двадцать раз хуже того.

— Что подеремся? — подхватил Базаров. — Что ж? Здесь, на сене, в такой идиллической обстановке, вдали от света и людских взоров — ничего. Но ты со мной не сладишь. Я тебя сейчас схвачу за горло...
Базаров растопырил свои длинные и жесткие пальцы... Аркадий повернулся и приготовился, как бы шутя, сопротивляться... Но лицо его друга показалось ему таким зловещим, такая нешуточная угроза почудилась ему в кривой усмешке его губ, в загоревшихся глазах, что он почувствовал невольную робость...

+++

Несомненно, что этих словах революционера и материалиста Базарова уже в середине XIX века был раскрыт ключ к пониманию краха СССР: строить светлое коммунистическое будущее для отдаленных потомков, будучи уверенным в конечности собственного существования, оказалось непосильно для человека.

Ощущать свое существование как случайное, опасаться, что оно может быть так же случайно прервано, и, в любом случае, знать, что в конце тебя ожидает пустота небытия, - все это ведёт железно и неотвратимо только к одному: к исповеданию философии гедонизма, к Carpe diem, к "вещизму", к деградации общественной морали.

+++

Осознав, что человек без высшего начала (благодати) – зверь, и хищный зверь (Базаров ведь чуть не удушил друга – просто так, ни с того, ни с сего, отразив психический генезис маньяков будущего ХХ века) - Тургенев ставит свою задачу духовного воспитания, можно сказать, нашим (ЭиМ) языком. В романе «Рудин» ассоциированный с самим автором герой, по словам Тургенева «…говорил о том, что придает вечное значение временной жизни человека».

То есть Тургенев поставил вопрос ребром: времена, мол, мои, нерелигиозные, над попами смеяться в образованном обществе принято – так что же может придать вечное значение временной жизни человека? А эта задача – убеждён Тургенев – важнее всех задач, и первее всех задач. Не решишь её – и утратишь всё культурное наследие.

Тургенев прибегает к художественному образу: птички, влетевшей к пирующей дружине царя из темноты, и упорхнувшей в темноту.

- …Эта птичка, как человек в мире: прилетела из темноты и улетела в темноту, и недолго побыла в тепле и свете… «Царь, – возражает самый старый из воинов, – птичка и во тьме не пропадет и гнездо свое сыщет…»
Точно, наша жизнь быстра и ничтожна; но все великое совершается через людей. Сознание быть орудием тех высших сил должно заменить человеку все другие радости: в самой смерти найдет он свою жизнь, свое гнездо…
Эту мысль Тургенев усиливает и в рассказе о юношеском кружке Рудина: «…Философия, искусство, наука, самая жизнь – все это для нас были одни слова, пожалуй даже понятия, заманчивые, прекрасные, но разбросанные, разъединенные. Общей связи этих понятий, общего закона мирового мы не сознавали, не осязали, хотя смутно толковали о нем, силились отдать себе в нем отчет… Слушая Рудина, нам впервые показалось, что мы, наконец, схватили ее, эту общую связь, что поднялась, наконец, завеса! Положим, он говорил не свое – что за дело!– но стройный порядок водворялся во всем, что мы знали, все разбросанное вдруг соединялось, складывалось, вырастало перед нами, точно здание, все светлело, дух веял всюду
Ничего не оставалось бессмысленным, случайным: …мы сами, с каким-то священным ужасом благоговения, с сладким сердечным трепетом, чувствовали себя как бы живыми сосудами вечной истины, орудиями ее, призванными к чему-то великому…»

Описывая идеал человека, Тургенев противопоставляет служение вечным ценностям личной выгоде, ставит чуть ли не обязательным условием личные утраты, способность добровольно упускать прибыль, для возвышенного и благородного человека:

Как пишет Тургенев о Рудине –«… с какими бы помыслами ни начинал дело, всякий раз непременно кончал его тем, что жертвовал своими личными выгодами, не пускал корней в недобрую почву, как она жирна ни была?

…Не червь в тебе живет, не дух праздного беспокойства: огонь любви к истине в тебе горит, и, видно, несмотря на все твои дрязги, он горит в тебе сильнее, чем во многих, которые даже не считают себя эгоистами…»[1].

Интересно, что описывая именно Рудина Николай Чернышевский в своей статье "Русский человек на rendez-vous" усиливает и подчёркивает это своё впечатление о необходимости инфинного содержания для цивилизации:

«Без приобретения привычки к самобытному участию в гражданских делах, без приобретения чувств гражданина ребенок мужского пола, вырастая, делается существом мужского пола средних, а потом пожилых лет, но мужчиной он не становится... Лучше не развиваться человеку, нежели развиваться без влияния мысли об общественных делах, без влияния чувств, пробуждаемых участием в них.
Если из круга моих наблюдений, из сферы действий, в которой вращаюсь я, исключены идеи и побуждения, имеющие предметом общую пользу, исключены гражданские мотивы, что останется наблюдать мне? в чем остается участвовать мне? Остается хлопотливая сумятица отдельных личностей с личными узенькими заботами о своем кармане, о своем брюшке или о своих забавах».



[1] Роман написан в 1855

Александр Леонидов; 17 июля 2017

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ

    ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ Я предлагаю всерьёз подумать о таком затёртом и расхожем выражении, как «корни человека», «мои корни». Что оно означает? Только ли происхождение человека, только ли его безвозвратно ушедшее прошлое, не имеющее никакого отношения к настоящему, ко дню сегодняшнему? Тот, кто мыслит связно, понимая причинно-следственные связи, никогда с таким не согласится. Прошлое диктует настоящее и будущее. «Корни» человека – это вся та совокупность, которая держит человека на родной земле и ПИТАЕТ его. Ведь это очевидная функция корней – удерживать и питать. Недаром зовут космополитов «перекати-полем», сравнивая с растением, оторвавшимся от корней…

    Читать дальше
  • В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ?

    В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ? ​Мыши очень любят сыр. Но делать сыр они не умеют. Если мышей посадить в бочку с сыром, они сперва съедят весь сыр, потом начнут нападать друг на друга, а в итоге все передохнут в пустом и замкнутом пространстве. Если бы на Земле не было людей – то мыши никогда не попробовали бы сыра. Его просто не появилось бы, потому что возникновение сыра – это сложная цепочка ОБОСНОВАННОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ.

    Читать дальше
  • ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ

    ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ Говоря в трёх словах, фашизм – это идея радикального скотства. Но поскольку такие три слова похожи на ругательство, а ругаться не входит в наши планы, то придётся их развернуть. В глубинной основе фашистского движения лежит радикальный отказ от «химер сознания» - высоких, невещественных идей, связанных с сакральными образами и священными представлениями. Отказ идёт в пользу вещественных и грубо-материальных, ощутимо-плотных явлений. И за счет этого очищенная «верхняя полочка» сознания оказывается заполнена грубыми зоологическим отправлениями, которые теперь «исполняют обязанности» высших ценностей и духовных идеалов.

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношение каждого конкретного человека..