Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,8843 руб.
  • Курс евро EUR: 65,9563 руб.
  • Курс фунта GBP: 75,0363 руб.
Июнь
пн вт ср чт пт сб вс
      01 02 03 04
05 06 07 08 09 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30    

​АНАТОМИЯ ИСТОРИИ

​АНАТОМИЯ ИСТОРИИ Очень многие люди пытались очень по разному постичь очень сложные повороты истории, чтобы уловить её единый смысл и суть строения. Историю представляли как войну царей или войну классов, как развитие техники или как противоборство цивилизаций, как «вызов-ответ» и как нагромождение роковых поступков. Великие катастрофы объявляли то абсолютно неизбежными, то абсолютно случайными. В истории видели то отражение развития знаний, то отражение развития религий, то отражение развития экономики, то… И всякий раз, оторвавшись от реальности, теоретик громоздил башню из слоновой кости, в которой и замыкался в гордом одиночестве…

Что тут сказать?

История начинается, как конфликт личности с обстоятельствами. Есть личность, а есть окружающая её среда. Окружающая среда давит и ломает самоосознающую личность. Личность сопротивляется.

Личность хочет кушать – а в окружающей среде пища убегает или прячется. Личность хочет тепла – а в окружающей среде зима, холодно. Личность хочет жить, а в окружающей среде медведи, волки, львы и другие самосознающие личности с дубинами… Личность вступает в борьбу с окружающей средой. Личность делает объективное субъективным, и наоборот, субъективное объективным. И этот процесс взаимозамены субъективного (личного) и объективного (существующего вне и помимо личности) является началом человеческого ума, культуры, творчества, науки, поисков и т.п.

Я хочу подчеркнуть, что вражда с окружающей средой гораздо более древняя и укоренённая вещь, чем идея охраны окружающей среды, к которой человек приходит много позже.

Частью окружающей среды являются другие люди.

Враждуя с ними за место под солнцем, за ресурсы, за продукты, угодья, за женщин – человек формирует первичную основу капитализма, конкурентную борьбу.

Идея же охраны окружающей среды – в приложении к другим людям (как части окружающей среды) рождает первичную основу социализма. Это стремление сохранить, сберечь – а не изгнать и уничтожить других, чужих тебе людей.

Естественно, ни человеконенавистничество, ни человеколюбие не рождаются на пустом месте. Ненависть к чужаку рождается от той реальности, что он может скушать твою пищу, забрать твою женщину, поселиться в твоём доме, и вообще – может ЖИТЬ ВМЕСТО ТЕБЯ.

Любовь к людям рождается от той реальности, что человек сам по себе ничто, рождается слабым и нежизнеспособным, погибает без родительской любви, все свои знания и умения получает от наставников, учителей.

Другие люди не только могут жить вместо тебя на твоём месте. Они ещё и источник всех знаний, всяких полезных сведений, они могут быть союзниками в борьбе с силами дикой природы, без них скучно, они развлекают, люди противоположного пола удовлетворяют половой инстинкт и т.п.

Если рассматривать борьбу капитализма с социализмом с этих, исходных, истинных, очевидных оснований, то видно, что она диалектическая, вечная, а не очередь формаций друг за другом.

Мы почти всюду обнаруживаем ненависть человека к человеку (источник конкуренции) и почти всюду обнаруживаем любовь человека к человеку (источник кооперирования).

Очевидно, что любовь к человеку тем сильнее, чем сильнее приоритет духовного начала над материальным. И наоборот – торжество материализма приводит к обострению взаимной ненависти между людьми, ожесточению их междоусобной борьбы. Совершенно понятно, почему так происходит.

Дело в том, что вещи духовные, интеллектуальные при дележе не уменьшаются, а увеличиваются. Чем больше делятся люди между собой знаниями, мыслями, наблюдениями, духовными практиками – тем выше развит интеллект у каждого. Духу нужно общение, он умирает без общения – а потому чужой человек для духовного человека прежде всего шанс узнать что-то новое, обрести какое-то новое знание или чувство.

Материальные предметы при делёжке уменьшаются, и потому чем больше народу на них претендует, тем жёстче дефицит материальных благ.

В итоге мизантропия западного потребителя дошла до выпуклых и высокохудожественных мечтаний о какой-нибудь эпидемии, катастрофе, которая позволила бы небольшой кучке выживших запереться в огромном супермаркете и всё, что там есть – забрать себе[1].

Что мы будем делать? Развивать человеческую цивилизацию, прежде всего, как растущую совокупность общих, совместно добываемых знаний? Или делить между участниками «игры» уже имеющиеся материальные блага?

В зависимости от ответа на эти два вопроса человек и делает выбор между социализмом и капитализмом: сберегать ли других людей заботливо, как информационную, духовную ёмкость – или истреблять их[2], как конкурентов в потреблении материальных благ?

Поэтому, кстати, наивные идеи «интеграции» в западное потребительское общество: люди, которые ради потребления пожертвовали даже собственными детьми, уж наверняка пожертвуют с ещё большей лёгкостью представителями чужого народа. Если это нужно для их комфорта – они не глядя согласуют геноцид целых континентов[3]

+++

Борьба личности с окружающей средой свела девственные чащобы и превратила их в пшеничные поля. Борьба личности со средой превратила болота в сверкающие города, а тьму разорвала электрическим светом. Она выжрала недра планеты, перебила почти весь животный и растительный мир, и т.п.

Но личность быстро осознала, что она слишком мала и слишком краткосрочна, чтобы бороться с окружающей средой. И тогда – в целях борьбы с окружающей средой – личность стала искать себе ГРУППУ.

Вся известная нам человеческая история – это история борьбы групп: этнических, религиозных, классовых и т.п. При этом внутри групп продолжалась упорная борьба личностей за лидерство. И в то же время группы боролись с окружающей средой и другими группами, как частью окружающей среды.

Мы видим, как жестоко, кроваво и упорно борется, например, И.В. Сталин за лидерство внутри своей группы, группы верующих в коммунизм. В то же время эта группа, возглавленная Сталиным, борется с другими группами, не менее жестоко, кроваво и упорно. Часть этой группы, члены которой связали себя с верой в коммунизм, находится вне СССР. А часть других групп, которые ненавидят эту, доминирующую в СССР группу, находятся внутри СССР…

Границы фактических групп никогда не совпадают с формальными границами, хотя формальные границы созданы по итогам борьбы групп.

Дело в том, что человек свободно входит в группу или выходит из неё в зависимости от своих мыслей, настроений и обстоятельств. Одни пришельцы дебютируют в группе, а другие из неё вышли. Иногда гласно, а иногда тайно, так что никто, кроме них самих, про это не знает.

В сущности, борьба «групп по интересам», борьба «кружков» составляет единственный реальный предмет истории человечества.

Скажем, были люди, которые считали, что яйцо нужно колоть с тупого конца, а были – которые верили в раскол с острого. Они дрались. Кто-то побеждал. Яйца начинали вскрывать с победившего конца прилюдно – и в рамках нонконформизма, в подполье – наоборот. Появлялись ереси, которые полагали, что яйца вообще нельзя вскрывать и есть, и т.п.

Нельзя сказать, что вся борьба групп полностью неразумна, что вся она иррациональна – но в основном группы занимаются самоутверждением, а не поисками рациональной истины.

Большое счастье, если бонусом сверху, необязательной добавкой к самоутверждению победившей группы добавится немного «разумного, доброго, вечного».

Благодаря этому дополнительному бонусу и движется вперёд (правда, сложными зигзагами) научно-технический и общественный прогресс…

+++

Борьба групп (единственный предмет человеческой истории) – это перенесенная на новый уровень (макро-уровень) борьба личности с окружающей средой. Группа готова к борьбе лишь тогда, когда осознаёт себя, как личность. Отсюда и понятие «коллективная личность» - Единство множеств.

Внутри групп идёт борьба за лидерство, и одновременно идёт борьба между группами. Группы переманивают людей друг у друга. В основе борьбы оказывается (отодвинув первобытную грубую физическую силу) искусство убеждения и манипуляции мнениями людей. Нужно доказать две вещи:

1.Наша группа лучше других
2.Тебе в нашей группе будет лучше, чем в других.

То есть идёт обработка личности, притираемой к группе, превращаемой в её деталь и обработка группы в целом для противопоставления другим: «Тебе лучше» и «Мы лучше»…

Если эта обработка успешна, то появляется очередная движущая сила истории: большая и успешная, убедительная для многих группа с сильным внутренним сплочением.

Коллективная личность не сложится, если объединяющая группу идея не будет более привлекательная, чем все те естественные разделения, которые существуют между людьми, и обуславливают их вечное соперничество, противоборство. В каждой группе есть неизбежные и естественные центробежные силы, но центростремительная должна их преодолеть: тогда появляется КОЛЛЕКТИВНАЯ ЛИЧНОСТЬ, готовая бросить вызов себе подобным организациям.

Континентальные, осёдлые жители в итоге сформировали центростремительную силу национального государства, народа, нации: мы-русские, мы-немцы, мы-французы и т.п.

Народы кочевые, а так же народы моря и диаспоры не могли пойти таким путём (а если шли им – то растворялись в основном массиве наций).

Их коллективная личность должна была обрести какую-то другую форму.

Этой формой стала МАСОНЕРИЯ. Масонерия – единство тайного заговора, выручки, солидарности и круговой поруки внутри какого-то официально-структурированного социума.

Простейшая форма – мафия: солидарность маргинально-криминального элемента против официальных государственных властей. Преступник и уголовник – всегда бунтарь и заговорщик, всегда конспиратор, потому что без бунта он не стал бы преступником…

Гораздо более серьёзные масонерии – этнические. Это масонерии диаспор, живущих в чужом и часто враждебном окружении.

С помощью таких масонерий малый народ может в итоге изнутри захватить власть над большим, и тогда «хвост будет вилять собакой»… Возможны иные варианты масонерий: специфически-профессиональные, отраслевые, девиационные (созданные меньшинствами со стандартными отклонениями от нормы) и т.п.

Масонерия – это как бы газообразная форма государственности, в то время как привычное нам национальное государство – твёрдая форма его агрегатного состояния. То есть кроме легальных государств и армий есть ещё и нелегальные, тайные государства и армии, аппараты управления.

Но в любом случае:

-Государство – это группа единоверцев, противопоставившая себя другим группам и окружающей среде;
-Масонерия – это группа единоверцев, противопоставившая себя другим группам и окружающей среде;
-Партия, легальная или нелегальная (за исключением фиктивных партий), банда, орда, сообщество сепаратиство и т.п. - это всё группы единоверцев, противопоставивших своё единство другим группам и окружающей среде.

Столкновение групп разноверцев, всегда расплывчато-зыбких по краям, неустойчивых в периферии – делает всё, что мы видим в мировой истории. И война – столкновение групп с разными символами веры. И мир тоже. И революция. И контрреволюция. И реформы. И контрреформы.

Наверное, только в редчайших, исключительных случаях жизнь отшельников в пустынях, остающихся наедине с Богом – свободна от этого балагана.

+++

Отсюда – выход на важнейшую для понимания мира теорию системной КАТЕХОНИКИ – т.е. добровольного и неформального мобилизационного резерва истинно верующих в ценности системы.

Катехон – это совокупность охранников той или иной ценности (в том числе, и мира в целом) – препятствующая растаскиванию и распаду системы.

Без системного катехона не работают ни законы, ни традиции, ни формальные институты, ни деньги с подкупом, ни присяги верности, ни клятвы, ни объективные интересы людей (потому что неизвестно, что именно человек считает своим «объективным интересом»). Вообще ничего не работает.

Просто приходят другие группы по интересам и растаскивают материальные останки системы, что-то на запчасти к своим механизмам, а что-то просто на помойку. Я это наглядно видел при распаде СССР, и никогда не забуду…

Вот уж система, словно самой судьбой созданная, чтобы подтвердить верность идей катехоники! Всю свою историю СССР готовился отражать нападения. Он ощетинился мощнейшим оружием, создал колоссальную армию, разветвлённые спецслужбы, 20 млн человек мобилизовал в правящую партию… Он выстроил десятки линий оборонительных сооружений, он обеспечил своим людям очень высокий уровень материального достатка (с годами рыночных реформ всё острее это осознаёшь!), он купал граждан в комфорте, чтобы те не носили в душе обиды. Он, как мы теперь понимаем, и идеи-то имел вполне убедительные, достаточно яркие и рационально-обоснованные…

Для защиты своей системы СССР имел всё в десятикратном размере. Единственное, чего он не имел – это тот самый неформальный и добровольный, невидимый глазу – потому что в картотеках не учтённый – корпус-катехон.

20 млн формальных защитников системы, членов КПСС, растаяли, как дым. Мощнейшие в мире спецслужбы разбежались, армия не сделала ни единого выстрела (её снарядами теперь стреляют по Донбассу наши враги!), общество покорно приняло новый мир – отнюдь не мармеладный с точки зрения т.н. «объективных интересов» обывателя…

От советского стола пол-мира жрало, а вот жизнью за него жертвовать никто не захотел (за некоторыми редкими исключениями).

Напомню философию русского языка: стол – не только устройство для трапезы, место еды, но и пре-стол, т.е. трон, власть, политический режим. Владетель престола кормит за своим столом – в этом смысл и оправдания его владычества…

Главная причина, думаю, в том, что материализм и дарвинизм, засевшие в советском символе веры – подходят к капитализму идеально, как ключ к замку. Капитализм вытекает из веры в Дарвина и материю с неизбежностью логических умозаключений, и никакими «объективными интересами» типа бесплатной квартиры или перспектив карьерного роста этого не перешибёшь.

Назвался дарвинистом – полезай в кузов конкуренции и грызни за выживание…

Материализм – это делёжка убывающей совокупности, если материальные блага – главное, то ближний тебе враг, а не брат. И тут тоже ничего не поделаешь, кроме радикальной смены приоритетов, символа веры: немыслимо доказать, что при увеличении едоков количество продуктов на каждого не уменьшается, враньё это будет…

+++

А что же жёсткие устрашающие законы и суровые карательные органы? А ничего… Всякое насилие бессильно, когда нет в насильнике пламенной (пусть и чёрной) веры. Нельзя никого ни к чему принудить – если НЕКОМУ принуждать. Иначе говоря, армии без добровольцев не бывает. Такую армию если и соберешь, то до ближайших кустов, в которых она и разбежится врассыпную.

Борьба групп внешне принимает вид борьбы аппаратов принуждения, но по сути всегда борьба аппаратов УБЕЖДЕНИЯ людей. Мотивация не может быть навязана извне, она исходит изнутри человека – в чем и заключается суть социальной и системной катехоники.

А без катехона не стоит мир. Не только мир вообще - но и конкретные миры, про которые мы говорим, например, "русский мир"...



[1] Подробнее об этом http://economicsandwe.com/360A1B4A4EE26794/

[2] Истреблять в самом прямом смысле слова: наиболее развитые капиталистические страны достигли максимального снижения рождаемости, абортами и планированием семьи снизив деторождения до показателя меньше 1 ребенка на семейную пару (впрочем, и семьи признав устаревшей обузой). Стокгольм, например, называют первым пост-семейным городом мира, он переполнен 40-летними мужчинами и женщинами, отрицающими семью и деторождение, поскольку это может помешать потребительским наслаждениям. Чем меньше людей – тем выше доля приходящегося на каждого материальных благ…

[3] По данным ООН количество бедных в Восточной Европе с 1989 года возросло более чем в 10 раз. Интеграция в Западную Европу обернулась пожиранием «бедного родственника». Идёт не интеграция, а утилизация доверчивых искателей «европейского рая». Иначе и быть не могло: потребительское общество ищет себе поживы, а не расходов на свою голову.

Александр Леонидов; 15 августа 2016

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ

    ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ Я предлагаю всерьёз подумать о таком затёртом и расхожем выражении, как «корни человека», «мои корни». Что оно означает? Только ли происхождение человека, только ли его безвозвратно ушедшее прошлое, не имеющее никакого отношения к настоящему, ко дню сегодняшнему? Тот, кто мыслит связно, понимая причинно-следственные связи, никогда с таким не согласится. Прошлое диктует настоящее и будущее. «Корни» человека – это вся та совокупность, которая держит человека на родной земле и ПИТАЕТ его. Ведь это очевидная функция корней – удерживать и питать. Недаром зовут космополитов «перекати-полем», сравнивая с растением, оторвавшимся от корней…

    Читать дальше
  • В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ?

    В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ? ​Мыши очень любят сыр. Но делать сыр они не умеют. Если мышей посадить в бочку с сыром, они сперва съедят весь сыр, потом начнут нападать друг на друга, а в итоге все передохнут в пустом и замкнутом пространстве. Если бы на Земле не было людей – то мыши никогда не попробовали бы сыра. Его просто не появилось бы, потому что возникновение сыра – это сложная цепочка ОБОСНОВАННОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ.

    Читать дальше
  • ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ

    ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ Говоря в трёх словах, фашизм – это идея радикального скотства. Но поскольку такие три слова похожи на ругательство, а ругаться не входит в наши планы, то придётся их развернуть. В глубинной основе фашистского движения лежит радикальный отказ от «химер сознания» - высоких, невещественных идей, связанных с сакральными образами и священными представлениями. Отказ идёт в пользу вещественных и грубо-материальных, ощутимо-плотных явлений. И за счет этого очищенная «верхняя полочка» сознания оказывается заполнена грубыми зоологическим отправлениями, которые теперь «исполняют обязанности» высших ценностей и духовных идеалов.

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека..