Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 56,0794 руб.
  • Курс евро EUR: 60,8461 руб.
  • Курс фунта GBP: 71,8994 руб.
Апрель
пн вт ср чт пт сб вс
          01 02
03 04 05 06 07 08 09
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30

БЕЗ ПЯТИ ПОЛНОЧЬ...

БЕЗ ПЯТИ ПОЛНОЧЬ... ​Хорошо человеку жить в большой отдельной квартире? Хорошо. А если людей много, а квартир мало? По-честному то ведь коммуналку сделать, правда? Тогда никто бездомным не останется на улице, но и квартир отдельных ни у кого не станет… Вот и получается, прямо как у сатирика:

…или одному – но большую, или всем – но очень маленькие… Которая одному – она очень большая… Но одному! А которые всем – те очень маленькие… Просто стыд, какая мелочь… Но зато всем! Но маленькие…


Смех смехом, но надо быть слепым, чтобы не увидеть тут трагедию антагонизма человека и человечества.

Притом, что человечество, конечно, из людей состоит, из кого же ещё? И обслуживать должно интересы людей, чьи же ещё?! Такая вот диалектика единства и вражды…

Причём вражда непримирима. А вот единство разорвать можно.

И много раз разрывали. Чпок! – и нету никакой Римской Империи. Ходят по лесам варвары, друг друга дубинами глушат, за пазухой друг у друга шарят: нет ли у покойного чего, что мне могло бы пригодиться и интересным быть?

Никакие другие интересы, кроме религиозных (т.е. связующих, ведь "religio" – это «связываю», «соединяю»[1]), не могут быть общими у разных людей.

Доказываю это утверждение: если интерес абсолютен (т.е. не может быть перекуплен удовлетворением других интересов) – то он религиозен, ибо абсолютное и религиозное совпадают.
Если интерес не абсолютен, то он относителен. Если он относителен – то может быть перекуплен, может потерять актуальность, оказаться забытым.
Уже по корням слов ясно, что всякий случайный интерес – временный, и может стать неинтересным по истечении какого-то времени.

Можно ли построить общность людей на относительных личных интересах, например, потребителей? Это всё равно, что пытаться построить дом, в котором балки, перегородки и перекрытия произвольно возникают и исчезают.

Не связанные с вечностью и бесконечностью интересы – по определению временные и ограниченные. Значит, их время выйдет, а протяжённость оборвётся.

И что тогда? А тогда рухнет всё, что на это временное и ограниченное опиралось… Оно же без опоры останется! Неужели непонятно?!

Главные антагонисты в истории человечества – вовсе не классы угнетённых и угнетателей[2], как наивно полагали марксисты. Главные антагонисты – это личность, одиночка, человеческое Эго – и общественные, коллективные интересы.

Как разновидность конфликта эгоизма с альтруизмом можно рассматривать и конфликт малых сплочённых общностей (групп заговора) против рыхлых больших. В случае заговоров можно говорить о «групповом эгоизме» возникающем, как сумма личных эгоизмов себялюбивых гедонистов.

Материальная среда и все её блага устроены так, что КАЖДЫЙ человек вступает в непримиримое противоречие со всеми остальными людьми. Причём тут какие-то классы или нации?

Цитата в тему: С.Ольденбург, фундаментальное исследование "Царстование Николая II": " В 1905 года, в разгар железнодорожной забастовки, Елецкое земское собрание приняло резолюцию: «Сытые бастуют, обездоленное население черноземных губерний голодает... Пусть те, кто не хотят работать, уходят с железных дорог и очистят место нуждающимся в работе крестьянам». Как видите, зарплата, которым одним казалась "маловатой" для других выступала мечтой!

Конфликт всех со всеми особенно обостряется при повышении роли материального в сознании. Люди всегда отмечали это - при ослаблении религиозных связей в обществе: "человек человеку волк" (латинская поговорка), "война всех против всех" (Т.Гоббс) и т.п.

Что, внутри класса один буржуй не пытается оттяпать блага у другого буржуя? А пролетарий - у другого пролетария? Что классового в попытке безработного выгнать работающего и заступить на его место?

Что, внутри нации не грабят друг друга? И разве не выступает угнетателем (в исходном смысле слова «угнетение» - как подавление роста, счастья, жизненных сил и тонуса живого существа) всякий работающий по отношению ко всякому безработному? Разве не имеет права безработный посетовать, что работающий занимает его место?

Разве не враждебно снижение закупочных цен на свёклу(например) для всех свекловодов – от крупнейших помещиков-латифундистов до последнего батрака-подёнщика на свекольном поле? В данном случае свекловоды отраслью выступают врагами-антагонистами всего остального общества. Все люди, кроме свекловодов, заинтересованы в снижении цен на свёклу. И только свекловоды заинтересованы в прямо противоположном…

То же самое, однако, касается и сапожников, и дантистов, и железнодорожников, и нефтяников, и… кого угодно!

Внутри каждой отрасли есть угнетатели и угнетённые (строго по Марксу), но и каждая отрасль угнетатель или угнетённый у остальных отраслей (а это совсем не по Марксу).

Возьмём теперь географическое положение. Какое отношение к классовому конфликту имеет конфликт москвичей и периферии? Москвич выступает угнетателем жителя глубинки просто по факту своего рождения в Москве, и наоборот – житель Мухосранска угнетён лишь потому, что родился далеко от Москвы!

Огромное количество возможностей, перспектив, льгот, выплат, связей – которое москвичу дано от рождения – отрезано от уроженца глубинки, и ничего в этом нет классового, как впрочем, и национального или технологического. Это географический фактор общественного конфликта.

Мостостроители выступают врагами паромщиков. Паромщики – врагами мостостроителей. Квартиросъёмщик угнетён владельцем жилья. Фармацевт – народной медициной, травниками – и наоборот, те фармацевтом.

Так почему же из всего этого необозримого многообразия конфликтов между людьми марксисты умудрились выдернуть только один, и его старательно расписать, забыв про прочие? Разве не антагонизм возникает при распределении квартир или гаражей в обществе, пусть трижды бесклассовом и даже уравнительском?!

Марксисты – в силу их атеизма (гримаса истории) уходили от того очевидного факта, что только религиозное единство (на основе ценностей вечных, а не временных, духовных, а не материально-потребительских) может служить связующей тканью для общественного и национального единства.

Уходя от очевидности, марксисты приходили к нелепости: рядовой конфликт интересов выдавали за единственный, или, по крайней мере, главный, определяющий!

Материальная среда устроена так, что всякий человек в борьбе за материальные ценности выступает врагом как всех остальных людей, вместе взятых, так и каждого из других людей, взятого в отдельности.

Эгоиста никогда не смущало (и уверен - никогда впредь не смутит) то, что какие-то из благ произведены коллективно. Он желает получить их лично, персонально, в уже готовом виде, и плевать ему сто раз на то, кто и как их вырабатывал в прошлом.

Рассуждения о неизбежном крахе цивилизации, высоких технологий и сложного разделении труда при мародёрстве всеобщей растащиловки не могут остановить атеиста по совершенно очевидным причинам:

-Цивилизация со всеми её антропогенными благами рухнет не сразу, а после какой-то инерции
-Инерция будет длится десятилетиями
-Жизнь земная у человека коротка, а после неё атеист ничего не ждёт. Там как бы и вся Вселенная кончается – так чего же беречь такую скоропортящуюся Вселенную?!

Ну, сами посудите, есть у вас вкусные ягоды или фрукты, которые завтра гарантированно сгниют, пропадут – станете ли вы жалеть их надкусывать?!

Какой смысл лишаться удовольствия ради предмета, которого всё равно завтра не станет?

***

Можно предположить ситуацию, в которой кто-то (дьявол, мировое правительство, ЦРУ, НАТО) координирует сложение в общую ударную волну множества маленьких «хапков». Но можно предположить и другую ситуацию: множество личных маленьких «хапков», совершаемых миллионами рвачей автономно друг от друга – НИКТО НЕ КООРДИНИРУЕТ.

Что будет в этом случае? Сложатся ли миллионы маленьких «хапков» в единую логику и резонансную волну разрушения цивилизации? Безусловно, да. То есть дьявол-координатор может быть, но его фигура не обязательна. И без него всё рухнет, если каждый начнёт борьбу за свои относительные интересы без оглядки на абсолютные ценности.

Относительное потому и относительно, что всё время меняется.

Вчера мне было невыгодно воровать гайки с железной дороги, потому что я по ней ехал. А сегодня уже не еду – и потому уже стало выгодно…

Вчера я был «сын батрацкий», и мне выгодна была победа большевиков, без которой мне ничего в жизни не светило…
Я сделал карьеру, могу теперь приватизировать особняки бывшей знати – и большевики вдруг стали ненавистны, превратились в моих глазах в «бесчеловечных извергов»… Разве не такой путь, часто за одно поколение, проделало советское руководство, верхушка КПСС?!
Можно, конечно, их проклинать, звать «иудами» (и справедливо), но толку-то? Перестреляв этих, откроете путь наверх новым «сынам батрацким», и через пару десятилетий обнаружите, что новые-то ещё хищнее старых…

Понять-то нужно не то, что в КПСС наверх пробились иуды (а другие, кто почище – отсеялись, брезгуя грязью политической борьбы и на рядовых должностях храня свою честность, как старая дева – девственность). Это понятно, но цена такому знанию – грош без копейки…

Понять нужно другое: с выводом из общества религиозных ценностей в нём не остаётся никакого скрепляющего единство материала.

Это только духовные ценности безграничны, и чем больше их отдал – тем сам стал духовно богаче. А материальные – не так, хоть кол на голове теши! Хоть лопни, хоть тресни – но в мире материальных ценностей ДОСТАВШЕЕСЯ ОДНОМУ НЕ ДОСТАЛОСЬ ДРУГОМУ!

Отсюда мы выходим на базовые начала новой, пост-марксистской политэкономии, которая говорит не о борьбе классов, а об антагонизме человека и человечества в сфере материального производства. То есть имеем отдельного человека, и у него интересы. Берём человечество в целом – интересы совершенно противоположные.

***

Поэтому цивилизация человеческая, культура, отделяющая человека от животных – это отказ от индивидуальных свобод, от либеральной «свободы личной похоти» с утверждением приоритета общественного блага над личной выгодой. Это формула не отдельно взятого социализма (как многие сейчас закричат).

Социализм – лишь один из этапов цивилизации, причём прошедший или предстоящий, пока не ясно. То ли он уже кончился, то ли ещё не начинался…

Но мы-то говорим о цивилизации вообще. А её аксиома – «человек не зверь». Если признавать его зверем – то нет цивилизации, её отсчитывают (причём все теоретики, включая буржуазных) – с момента ВЫДЕЛЕНИЯ человека из звериной совокупности.

На любом уровне технического развития, при самой высокой степени развития «производственных сил» - может произойти обрушение цивилизации до нулевого цикла при включении приоритета личного интереса над общим благом. Никакая техника этому не помешает, как не мешает кондиционер в вольере зоопарка обезьянам оставаться обезьянами…

Всякая система или комбинация в условиях растащиловки будет растащена на элементы и как система прекратит существование.

Распиленный трактор перестанет быть трактором. Распиленный телевизор прекратит показывать картинки.

Растащенная по личным интересам цивилизация (выстроенная на благотворительности между разными людьми и разными поколениями) тоже перестанет существовать.

И к этому моменту мы подошли сегодня – ближе некуда…



[1] Слово религия происходит от латинского «religio», что означает «связываю», «соединяю».

[2] Как сказано в «Манифесте коммунистической партии» (К.Маркс - Ф.Энгельс, 1848) – «История всех до сих пор существовавших обществ была историей борьбы классов. Свободный и раб, патриций и плебей, помещик и крепостной, мастер и подмастерье, короче, угнетающий и угнетаемый находились в вечном антагонизме друг к другу, вели непрерывную, то скрытую, то явную борьбу, всегда кончавшуюся революционным переустройством всего общественного здания или общей гибелью борющихся классов.

В предшествующие исторические эпохи мы находим почти повсюду полное расчленение общества на различные сословия,- целую лестницу различных общественных положений. В Древнем Риме мы встречаем патрициев, всадников, плебеев, рабов; в средние века - феодальных господ, вассалов, цеховых мастеров, подмастерьев, крепостных, и к тому же почти в каждом из этих классов - еще особые градации.

Вышедшее из недр погибшего феодального общества современное буржуазное общество не уничтожило классовых противоречий. Оно только поставило новые классы, новые условия угнетения и новые формы борьбы на место старых.

Наша эпоха, эпоха буржуазии, отличается, однако, тем, что она упростила классовые противоречия: общество все более и более раскалывается на два большие враждебные лагеря, на два большие, стоящие друг против друга, класса - буржуазию и пролетариат…» и т.п. Таким образом, марксизм рассматривает противоречия между угнетателями и угнетёнными, не рассматривая противоречий внутри угнетённых масс (где каждый имеет и свой личный интерес) и внутри угнетательской страты (где тоже каждый имеет свой личный интерес, который ставит выше «классовой солидарности»). Так марксизм и создаёт не то, чтобы неверную, но искажённую и перекошенную картину истории, в которой ОДИН ИЗ ВИДОВ ВРАЖДЫ, весьма рядовой (и весьма реальный) возведён в ранг ГЛАВНОГО, и чуть ли не ЕДИНСТВЕННОГО.

Александр Леонидов; 6 декабря 2016

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ?

    В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ? ​Мыши очень любят сыр. Но делать сыр они не умеют. Если мышей посадить в бочку с сыром, они сперва съедят весь сыр, потом начнут нападать друг на друга, а в итоге все передохнут в пустом и замкнутом пространстве. Если бы на Земле не было людей – то мыши никогда не попробовали бы сыра. Его просто не появилось бы, потому что возникновение сыра – это сложная цепочка ОБОСНОВАННОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ.

    Читать дальше
  • ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ

    ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ Говоря в трёх словах, фашизм – это идея радикального скотства. Но поскольку такие три слова похожи на ругательство, а ругаться не входит в наши планы, то придётся их развернуть. В глубинной основе фашистского движения лежит радикальный отказ от «химер сознания» - высоких, невещественных идей, связанных с сакральными образами и священными представлениями. Отказ идёт в пользу вещественных и грубо-материальных, ощутимо-плотных явлений. И за счет этого очищенная «верхняя полочка» сознания оказывается заполнена грубыми зоологическим отправлениями, которые теперь «исполняют обязанности» высших ценностей и духовных идеалов.

    Читать дальше
  • ТЕОРИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА

    ТЕОРИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА Говоря о проблеме частного предпринимательства, мы должны разъяснить те стороны вопроса, которые не понимали коммунисты, и не понимают либералы. КПСС после Сталина (подчеркиваем – ПОСЛЕ Сталина) вообще обходилась без частного предпринимательства, что и сделало систему в определённом смысле инвалидом, и предопределило во многом её крах. Либералы же – напротив, думают заполнить всё и вся частным корыстным интересом, думая, что «тут-то и жизнь хорошая начнётся». Но жизнь устроена не так, как думают коммунисты. И не так, как думают либералы. Истина – оказалась между двух основных стульев, на которые сел ХХ век…

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека..