Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 56,7560 руб.
  • Курс евро EUR: 63,6689 руб.
  • Курс фунта GBP: 73,0677 руб.
Май
пн вт ср чт пт сб вс
01 02 03 04 05 06 07
08 09 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31        

​«МОЖНО» И «НУЖНО»

​«МОЖНО» И «НУЖНО» Трудно говорить с людьми о системе вообще. Почему-то люди легче понимают маленький элемент системы. Например, встал перед вами вопрос о строительстве моста через пропасть. Одно дело техническая возможность: техника, технологии, средства, условия и т.п. Другое дело – вопрос целесообразности: нужен ли вам лично этот мост через пропасть? Конечно, в теории всякая вещь для кого-нибудь да пригодиться, кому-нибудь да полезна будет… Но это сухая теория. А вот практический вопрос в лоб: вам лично этот мост нужен? Вы готовы тратить на него свою жизнь? Отдавать ему свои силы? Использовать при его строительстве наличные ресурсы? Изыскивать недостающие ресурсы?

Открываю вам, дорогой читатель, тайну номер 1: построить можно всё. Не сразу, не за день, на иную стройку уйдут и столетия, но в итоге – ВСЁ МОЖНО.

Любые технические преграды – они временные и относительные. Они преодолимы упорством в преследовании поставленной цели. То есть вопрос «можно ли?» не стоит. Стоит лишь вопрос цены – какой ценой можно…

Евреи свой храм Соломонов строили 46 лет. Многие, начавшие это строительство, умерли, не дожив до окончания стройки. То же самое можно сказать про творцов космической техники: Циолковский умер в 1935 году, а первый спутник запустили только в 1957 году, Гагарин первым вышел в Космос в 1961 году.

Особенность Человека в том, что Человеку это очень нужно (пока он Человек): и Храм, и Гагарин.

И если даже сперва не получается, не хватает технических возможностей – они постепенно будут изысканы. Может быть, не в первом поколении.

И чаще всего не в первом поколении искателей: человеческая цивилизация строится на ПРЕЕМСТВЕННОСТИ УСИЛИЙ, когда следующие поколения бережно и уважительно перенимают опыт и ошибки, мечты и стремления, цели и задачи предыдущих.

И перед нами встаёт тайна номер 2: а почему НУЖНО?

Я в данном случае не о Храме и не о полёте Гагарина, а в более широком смысле.

Зачем вообще человеку что-либо нужно?

Начиная уже с выживания – инстинкт, скажете? Инстинкт инстинктом, а вот философ Шопенгауэр полагал, что разумнее всего покончить жизнь самоубийством, такой бессмысленной и мучительной она Шопенгауэру казалась. Ну, и сотням тысяч самоубийц – тоже, как вы понимаете. Иначе не самоубивались бы…

***

Даже в вопросах простого выживания разумное существо, способное вообразить реальность вечности и бесконечного пространства – не может опереться на животный, примитивный, бессмысленный инстинкт.

Зверь борется за жизнь, не зная, зачем она ему. Человек так не сможет. Среди зверей самоубийц нет, а среди современных людей – нарастающий вал, эпидемия суицидов…

Вся наша теория социопатологии выстроена на изучении механизмов отказа людей от доказуемо-необходимого для их выживания поведения.

Мы ищем корень социопатий в идеях, противоречащих выживанию. Но тут мы хотя бы можем опереться на зоологический инстинкт выживания…

Что касается Храма или Космоса – выжить зверёк может, конечно, и без них, что делают в миллиардах копий суслики и крысы, хомячки и кролики, гиены и шакалы.

Представить, что крыса 46 лет будет таскать несъедобные камушки в одно место, и там их выкладывать (а крысы столько и не живут) – невозможно. Для крысы здоровой такое поведение немыслимо, а для больной (если предположить, что она сбрендила) – непосильно.

А если у человека психология крысы? В этом случае как объяснить его деяния и недеяния?

Как писал О.Э. Мандельштам, поэтическим чутьём прозревая в начале ХХ века то, что ускользнуло от экономистов и политологов – «Инстинкт социальной архитектуры, то есть устроение жизни в величественных монументальных формах, казалось бы, далеко превосходящих прямые потребности человека, глубоко присущ человеческим обществам, и не пустая прихоть диктует его. Откажитесь от социальной архитектуры, и рухнет самая простая, для всех несомненная и нужная постройка, рухнет дом человека, человеческое жилье»[1].

Точнее не констатируешь: с одной стороны, у цивилизации замах «далеко превосходящий прямые потребности человека», с другой – именно без этого замаха, либералам кажущегося ненужным, вредным, безумным - рухнет и «самая простая, для всех несомненная и нужная постройка, рухнет дом человека, человеческое жилье».

Ответ на вопрос поэта даём мы: чтобы жить-по человечески, человек обязан не превращаться в животное. А удовлетворять только прямые потребности, только личную выгоду – удел животного.

Не будет человеческой жизни без человеческого рывка к вечности и бесконечности. Хотя, казалось бы, утюги и холодильники вполне себе конечны и никоим образом не вечны… Но Мандельштам прав: без «величественных монументальных форм» утюга не будет. А Ф.М. Достоевский (во многих смыслах антипод Мандельштама) – писал, что не будет и «коньячку».

Какая, казалось бы связь между вечностью, бесконечностью и коньяком?!

А такая, что любой сложный продукт порождён стремлением человека к сложности. Но стремится к сложности – это, значит, усложнять себе жизнь. Животное на это неспособно. Оно запрограммировано упрощать себе жизнь максимально возможным способом: не ходить по длинной дороге, если есть короткая, не трудится, если есть возможность бездельничать, не учиться – если есть возможность слинять, и т.п.

И мы видим динамику, которая приводит, по Мандельштаму, к «обрушению человеческого дома», а по Достоевскому – к исчезновению коньяка.

Стремление животного к упрощению жизни устраняет способность к воспроизводству сложных продуктов. За одним «облегчением» следует другое «облегчение».

И так до тех пор, пока либерального типа недочеловек не просрётся окончательно, до кровавой желудочной слизи…

***

Наверное, самым правильным, друг-читатель, будет признать, что ПОТРЕБНОСТЬ ПОРОЖДАЕТ ВОЗМОЖНОСТЬ, а отсутствие внутренней потребности – гасит инерцию остаточных возможностей.

Сплошь и рядом мы с вами сталкиваемся с бытовым явлением: то, что для одного человека высшее проявление ума – для другого бред и безумие.

Чтобы не уходить в умозрительность, вспомните свой жизненный личный опыт: любой ваш поступок находился и находится в определённом контексте. Те, кто этот контекст знают – понимают ваше поведение. А те, кто не знают – считают его идиотским.

Если вы начнёте писать формулы высшей математики перед неграмотными людьми – вас ведь сочтут не мудрецом, а сумасшедшим пачкуном доски мелом.

Если вы цинику и эгоисту предложите прыгнуть в ледяную воду, спасти утопающего – вы покажетесь ему безумцем. «Придурок!» - если не скажет, то подумает циник про вас, видя, как вы ныряете за утопающим в прорубь…

Всё это доказывает нам с простотой необычайной, но и необычайной же и силой, что Ум не является самодостаточной величиной[2].

Умно лишь то, что находится в вашем контексте, в пространстве разделяемых вами ценностей. А всё, что за пределами этого контекста и этих ценностей – для вас выглядит как безумие и воспринимается, как ужимки сумасшедшего…

Почему герой для одних – придурок для других? Почему мудрость для одних – это непонятная и нечитаемая абракадабра и околесица для других?

Потому что мы находимся в контексте, вырабатывающем наш ум исходя из своих (а не наших) потребностей, развивающем наш ум в определённую сторону.

Конец действия цивилизованного человека заложен в его начале. Получение яблока или груши садоводом – заложено было в момент посадки семечка в питомнике.

Получение того же яблока гориллой может быть инстинктивным, рефлекторным, вне сфере мыслительной деятельности, и потому как бы беспричинным. То есть горилла не думала о том, что сделала (я не утверждаю, я предполагаю) – следовательно, нам незачем искать мотиваций её поступка. Вот, к примеру, мы дышим во сне. Чем мотивировано такое наше поведение? Да ничем оно не мотивировано, оно вообще сверх нашей личности и всего личного наложено! Дышим – и не задумываемся над этим…

Инстинкты – это особое ядро биологического организма.

Разум может сделать человека сильнее, дополнив это ядро новыми возможностями. Но тот же самый Разум может и ослабить человека, полностью или частично разрушив даже инстинктивное ядро рефлексов его поведения.

«Неправильно думая» о том, что раньше делалось бездумно, «само собой» – человек может сорвать процесс, без его вмешательства прекрасно обходившийся. Такова мера ответственности Разума перед человеком и жизнью!

Не всякое «знание» сила. Есть знание-сила, знание-пустышка, и знание-слабость. В зависимости от форм мыслительной деятельности человек совершенствуется, топчется на месте или деградирует.

Чем интенсивнее «порченная» форма мыслительной деятельности – тем быстрее деградирует человек[3], думая, что развивается, учится, восходит к знаниям.

Но главное: мы сразу или постепенно обретаем возможности для того, что считаем своей потребностью.

Первичность идеального над материальным здесь выступает особенно выпукло и зримо: нужное лично человеку становится ему доступным.

А внутренне ненужное, то, к чему равнодушен, через какое-то время - оказывается для тебя уже и технически недоступным.

***

Такова теория. Вывод из неё: существующие предметы не существуют сами по себе, и не возникли сами для себя, и не могут быть основаны на самих себе, опираться сами на себя и т.п. Вы вот просто в быту попробуйте «сами на себя опереться» – и увидите, как люди падают…

Например, не может никакая наука существовать с целью, чтобы существовала эта наука. Филологи назовут это тавтологией, а в быту – «туфтой». Никакой предмет не может возникнуть с целью самого себя. И потому предметы материального комфорта определённой цивилизации не могут существовать без того, что составляло её духовный комфорт. Нельзя сохранить технологическую базу цивилизации, если подорвать её нравственную базу.

В частности тем, кому нравственные ценности нашей цивилизации кажутся нелепыми – её технические приспособления вскоре станут недоступными. Причина в том, что техника и образование обслуживают конкретный вариант поведения. Если он меняется, то они обессмысливаются.

***

Но почему, почему ИМЕННО бесконечность?! – кричит измученный нашими экскурсами читатель.

Цивилизованное сознание построено исключительно на дедукции[4] и первый его кризис связан с активным использованием индукции[5] у атеистов, вырождающейся в трансдукцию[6] у либералов.

Можно вывести своё личное выживание из выживания человечества; но невозможно вывести выживание человечества из своего личного выживания.

Можно отыскать свой интерес в общей сумме человеческих интересов; но нельзя отыскать всю бесконечность блага человечества в узком пространстве личной выгоды.

Можно уместить отрезок на бесконечной прямой; но нельзя уместить бесконечную прямую на отрезке.

Можно из страны выделить окраину (украину); но нельзя из окраины выделить страну...

То есть все конечные интересы человека – дом или утюг, пылесос или коньячок – умещаются внутри бесконечности. А вот общие правила всеобщего выживания, ненападения, преодоления резни и бойни, хаоса – не умещаются в утюгах и пылесосах, домах или бутылке коньяка.

Тот, кто думает о вечных ценностях – может получить коньяк, и обязан помнить, что появление коньяка – одно из следствий его дум о вечности. Но тот, кто думает только о коньяке – теряет в итоге всё.

Не поддерживаемая титаническими искусственными усилиями среда возвращается в естественное состояние.

А какое у неё естественное состояние?

А именно то, в каком она была МИЛЛИОНЫ ЛЕТ безвылазно…

Это 300 тыс. людей на всю планету Земля (больше Земля в палеолите прокормить не могла, и хотя техник «планирования семьи» не существовало – планировали хищники, голод и нехватка ресурсов).
Это джунгли, шкуры, охота и собирательство, ежедневное и ежесекундное выживание.
Это отсутствие морали и законов, норм и правил, государства и суда, культуры и преемственного накапливаемого научного знания.

Именно к такому состоянию приведёт планету вторая колонка нашей таблицы (не сомневайтесь).

Если, конечно, мы не сделаем выводов и не прекратим балаган, тридцать лет убивающий нас духовно и физически…



[1] О. Мандельштам, ГУМАНИЗМ И СОВРЕМЕННОСТЬ, 1922 г.

[2] Ф.М.Достоевский, "Бесы": - ни один народ еще не устраивался на началах науки и разума; не было ни разу такого примера... Разум и наука в жизни народов всегда, теперь и с начала веков, исполняли лишь должность второстепенную и служебную; так и будут исполнять до конца веков. Народы слагаются и движутся силой иною, повелевающею и господствующею, но происхождение которой неизвестно и необъяснимо.

Эта сила есть сила неутолимого желания дойти до конца и в то же время конец отрицающая. Это есть сила беспрерывного и неустанного подтверждения своего бытия и отрицания смерти.

(...)

Цель всего движения народного, во всяком народе и во всякий период его бытия, есть единственно лишь искание Бога... Никогда еще не было народа без религии, то-есть без понятия о зле и добре... Никогда разум не в силах был определить зло и добро, или даже отделить зло от добра, хотя приблизительно; напротив, всегда позорно и жалко смешивал; наука же давала разрешения кулачные. В особенности этим отличалась полунаука, самый страшный бич человечества, хуже мора, голода и войны, не известный до нынешнего столетия. Полунаука - это деспот, каких еще не приходило до сих пор никогда. (Предчувствие Освенцима и Бухенвальда - А.Л.)

...Так веровали все с начала веков, все великие народы по крайней мере, все сколько-нибудь отмеченные, все стоявшие во главе человечества. Против факта идти нельзя. Евреи жили лишь для того, чтобы дождаться Бога истинного, и оставили миру Бога истинного.

(...)

Если великий народ не верует, что в нем одном истина (именно в одном и именно исключительно), если не верует, что он один способен и призван всех воскресить и спасти своею истиной, то он тотчас же перестает быть великим народом и тотчас же обращается в этнографический материал, а не в великий народ. Истинный великий народ никогда не может примириться со второстепенною ролью в человечестве, или даже с первостепенною, а непременно и исключительно с первою. Кто теряет эту веру, тот уже не народ.

Но истина одна... (Конец цитаты).

[3] Например, чем больше мантр читает в день сектант – тем быстрее он бесповоротно сойдёт с ума и погибнет. Хотя цель чтения мантр – укрепить свой дух и повысить свои возможности…

[4] Дедукция - это вид рассуждений "от общего" (обычно к частному, но иногда и к общему) .

[5] Индукция - это вид рассуждений "от частного к общему".

[6] трансдукция - вид рассуждений от частного к частному (так рассуждают дети и лица инфантильного склада).

Александр Леонидов; 13 декабря 2016

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ

    ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ Я предлагаю всерьёз подумать о таком затёртом и расхожем выражении, как «корни человека», «мои корни». Что оно означает? Только ли происхождение человека, только ли его безвозвратно ушедшее прошлое, не имеющее никакого отношения к настоящему, ко дню сегодняшнему? Тот, кто мыслит связно, понимая причинно-следственные связи, никогда с таким не согласится. Прошлое диктует настоящее и будущее. «Корни» человека – это вся та совокупность, которая держит человека на родной земле и ПИТАЕТ его. Ведь это очевидная функция корней – удерживать и питать. Недаром зовут космополитов «перекати-полем», сравнивая с растением, оторвавшимся от корней…

    Читать дальше
  • В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ?

    В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ? ​Мыши очень любят сыр. Но делать сыр они не умеют. Если мышей посадить в бочку с сыром, они сперва съедят весь сыр, потом начнут нападать друг на друга, а в итоге все передохнут в пустом и замкнутом пространстве. Если бы на Земле не было людей – то мыши никогда не попробовали бы сыра. Его просто не появилось бы, потому что возникновение сыра – это сложная цепочка ОБОСНОВАННОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ.

    Читать дальше
  • ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ

    ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ Говоря в трёх словах, фашизм – это идея радикального скотства. Но поскольку такие три слова похожи на ругательство, а ругаться не входит в наши планы, то придётся их развернуть. В глубинной основе фашистского движения лежит радикальный отказ от «химер сознания» - высоких, невещественных идей, связанных с сакральными образами и священными представлениями. Отказ идёт в пользу вещественных и грубо-материальных, ощутимо-плотных явлений. И за счет этого очищенная «верхняя полочка» сознания оказывается заполнена грубыми зоологическим отправлениями, которые теперь «исполняют обязанности» высших ценностей и духовных идеалов.

    Читать дальше

Свобода - более сложное и тонкое понятие. Жить свободным не так легко, как в условиях принуждения. — Томас МАНН.