Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,4296 руб.
  • Курс евро EUR: 68,0822 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,2039 руб.
Июнь
пн вт ср чт пт сб вс
        01 02 03
04 05 06 07 08 09 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30  

В НИСХОДЯЩЕМ ПОТОКЕ...

В НИСХОДЯЩЕМ ПОТОКЕ... ​Аристотель, придумавший сам термин «демократия» - считал демократию плохой формой правления. В Новой и Новейшей истории знак поменялся, потому что сложилось определённое позитивное представление о демократии, как системе, повышающей вес и значение простого человека. Вот, мол, есть тирания – при которой с людьми делают, что попало, издеваются, как хотят; а есть демократия, в которой права человека уважают, просто так, без причины, людей не гробят, и т.п. То есть произошла довольно зловещая (как потом выяснилось) подмена понятий: человеколюбие и права человека, социальную защищённость – подменили термином «демократия». А он – по сути своей лишь процедурный ярлык, он не содержит в себе ничего гуманного, ничего защитного и правового.

В демократии стали видеть орудие против произвола и беззакония – как будто произвол и беззаконие поклялись только прятаться от митинговой толпы и не могут их направлять[1]. В демократии стали видеть орудие против обнищания – как будто экономические интересы разных людей не противоположны, а солидарны[2].

Люди наивно не понимали (многие и сегодня не понимают), что лозунги «свободы» и «прав человека» несовместимы, логически противоречат друг другу и в определённом смысле противоположны. Права – это фиксация, а свобода – отсутствие фиксации. Если подробно и чётко расписаны права – то это накладывает симметричные обязанности, и лишает свободы. Остаётся лишь высшая форма свободы личности, в религиозном смысле – свобода от греха. Но такая форма свободы процедурной демократии чужеродна и в процедурных рамках бессмысленна!

Если разделить мух от котлет, то есть атрибуты человеколюбия от атрибутов собственно демократии – то мы увидим, что в демократии не остаётся ничего позитивного, наивно приписанного ей с «чужой епархии».

+++

Совершенно очевидно, что самовольство и самодурство толпы, которую никто не смеет обуздать – ведёт (через механизм возгонки эмоций) только к погромам. И всякая демократическая процедура, если она не общинно-приходская[3] - неизбежно вырождается в охлократию и политическую проституцию. Далее у неё два пути: или во мглу исторического небытия, или в предельную формализацию, в итоге лишающую выборы смысла и превращающую их в необременительный и никак не влияющий на жизнь ритуал.

Я не знаю, наивность это или цинизм (сами решайте) – но современные адепты «секты демократизации», не желая «несменяемого лидера», в то же время совершенно искренне не желают и погромов, и разгула криминала. На вопрос «а кто же станет обуздывать толпу?» они инфантильно отвечают, что сама толпа и будет себя обуздывать.

А ну как не обуздает? Демократизаторы тогда скажут «Упс! Не получилось!»[4] - но убитых уже не воскресишь (в чём я и вижу их цинизм).

А если задуматься – то чего хочет отравленный ядом либерализма обыватель? Он хочет, чтобы власть была «убийцей монстров», но одновременно и покорным слугой. Чтобы она сочетала несочетаемое: черты героя и лакея. Чтобы она обеспечивала ему стабильность (через баррикады ходить из дома на работу он не хочет, конечно) – но при этом обеспечивала бы и регулярную собственную сменяемость

Недаром про такое говорят в народе – «пьяный проспится, дурак – никогда». Ведь если вы взрослый человек, имеете хотя бы зачатки логического мышления – вы согласитесь, что первым требованием профпригодности к власти является её способность убить всех монстров. Если она не сумеет убить хотя бы одного монстра – то именно этот монстр и станет следующей властью.

Всякая власть ничего не стоит – если не умеет защищаться от захватного права криминала и амбициозных параноиков. Какие бы ангельские намерения правитель не имел – они уже не имеют никакого значения, коли дал себя низвергнуть. Всякая доброта – бессмысленное слабоумие, если не в состоянии противостоять напору зла.

Отсюда следует печальный, но неизбежный вывод: власть – самый сильный из монстров современности. Конечно, власть кроме самозащиты может заниматься ещё и развитием, культурой, просвещением, проповедничеством «разумного, доброго, вечного». Но это для власти – факультатив. Желанный, благословенный – но, увы, необязательный. Так уж жизнь устроена… А вот самозащита – обязательная программа, без которой власти просто не существует.

+++

Обыватель хочет, чтобы власть эффективно карала всех его личных врагов – но даже на пушечный выстрел не приближалась лично к нему. Но так не бывает, потому что сверху и обыватель и его враг выглядят одинаково: как равноправные граждане (или подданные). И потому власть либо всем «даёт прикурить», либо никому.

Защищая – возлагает бремена державности, которые, не скроем, порой весьма тяжки. Освобождая от бремени и ярма – одновременно освобождает и от защиты, бросает один на один со всеми хищниками окружающей обывателя среды. Совместить не получится: чтобы власть тебе должна была всё, а ты ей – ничего, такого не бывает просто по законам природы. Точно так же, как не бывает прав без обязанностей.

+++

Несколько веков человечество двигалось в восходящем потоке истории – в итоге решило, что он стабилен, как Гольфстрим (а ведь и Гольфстрим затухает в наши дни). Сегодня мы оказались в первом после многих веке очевидной деградации. XXI век грозит оказаться столетием, в котором исчезнет развитая человеческая цивилизация.

Естественно (а мужики-то не знают!) всякая лестница ведёт не только вверх, но и вниз. Ступени возводят или низводят, и всё дело в шагающем субъекте: куда он развёрнут корпусом. Мы – в очевидном нисходящем потоке, в котором общее падение различается только скоростью, но не вектором.

Откровенному и пещерному евро-украинскому дегенератизму противостоит вялая и лишённая внутренних драйверов, косная российская регрессия. В народе про такое говорят – «тех же щей пожиже влей». То есть вместо бандеровской гущи, которую с удовольствием, не морщась, лопают Америка, Европа, Израиль (что многое говорит об их человеческих качествах и их месте на шкале цивилизованности) – предлагается вливать некое разжиженное и обесцвеченное, со сбитыми запахами гнили пойло кудринского либерализма.

Что пугает больше всего? То, что в этой битве мертвецов не прослеживается восходящий поток социального прогресса. Донбасс лишь на мгновение выпустил в историю народные массы, «несогласованных» с правящим заговором свежих лиц… Но болото регрессии «общества спектакля» быстро поглотило их, трясина сомкнулась и снова подёрнулась ряской…

Мне неприятно такое говорить, но всё более очевидно, что мир вошёл в череду дегенеративных некролюций, в которых деградирующее, опускающееся общество всё более и более тупых особей «сдёргивает» к себе вниз власти и правительства. При этом, по законам некролюции, каждая следующая власть оказывается хуже и примитивнее предыдущей – притом, что и предыдущая была «не подарок»…

Нисходящий поток тащит нас через целое ожерелье майданов, «цветных» путчей в мир окончательно-зоологических отношений, в мир, в котором о прогрессе и культуре забудут, как в «тёмные века» после крушения Римской Империи. Масса больше не ведёт борьбы за собственное светлое будущее. Мировой тренд сменился, и масса охотно вливается в борьбу за тёмное и беспросветное будущее, подобно тому, как звери острова Моро охотно разучились быть человекоподобными.

+++

Наблюдая армянские «абрикосовые» страсти последнего времени я понял, что уже не злюсь, устал от эмоций и переживаний. Наступает стадия мыслительного отчаяния: нельзя спасти то, что само не желает себя спасать, что переполнено сочувствия к собственным могильщикам, что волей исторической гримасы оказалось «своим среди чужих, чужим среди своих».

Думаю, что случилось вот что: угасание религий белой расы привело к незаметному «снятию» (языком Гегеля) главной цели – обожения человека[5]. Эта цель сперва присутствовала на уровне мотивационного инстинкта и в большинстве атеистических европейских общественных движений – атеизм которых был, в сущности, ответом на растлевающий цинизм и лицемерие казённых церквей[6].

Но после внутренняя логика атеизма стала выморачивать всякую цель восхождения вверх (к Небу) в человеческих мотивациях: если Бога нет, то какое «обожение»? Обожение в атеизме – это смерть, потому что смерть в атеизме Абсолют. А у такого Абсолюта (когда всё относительно, временно, и лишь Небытие неизменно и навсегда) – нет ни смысла, ни разума, ни справедливости. В нём нет добра и зла. Прошлое до рождения и будущее после смерти – абсолютно изолированы от человека, сама мысль о них вне своего существования – представляется бредовой, как сочинение воображаемых миров.

До самого последнего мига человечество так и не осознало, какая сила создаёт ему восходящий поток истории. Ведь в атеизме верха не существует – под ногами такая же «дурная бесконечность»[7], как и над головой, и то, что для нас «снизу» - для австралийца «наверху».

Уповая на производительные силы и производственные отношения, на всякие выборы-перевыборы и митинги-забастовки, человечество сперва потеряло набор высоты, а потом стало пикировать вниз: от плохой формы власти к худшей. С точки зрения истории этот процесс мгновенный, но для человека он растянут на многие десятилетия, и связан со сменой поколений.

Если не обожение цель, тогда что? Физиологическое грубое наслаждение, ублажение плоти. Пока такое стыдятся признавать открыто, какая-то видимость человекоподобия сохраняется. Когда перестают и стыдиться, и осознавать – приходит время спуска ещё на ступень ниже, потом ещё… Внешне это принимает форму «демократических революций», в которых либерализм заменил прежнее понятие свободы на противоположное.

Раньше боролись за свободу ОТ греха. Теперь стали бороться за свободу греха. Понимаете разницу?

Большевики (правда, не сразу) – покончили с содомией и открыто существовавшими публичными домами, выжгли их калёным железом. В этом смысле большевики были ревнителями старины, в чём-то старообрядцами. Они сформировали монархию, очищенную от либеральных извращений прежней монархии, понимая или не понимая сами – очистили монархическую власть от дворянского паразитизма выродившегося из военного в сословие бездельников. Это пришёл «орден меченосцев» (определение И. Сталина).

Либеральные путчи, цветная истерия – это нашествие содомлян на дом Лота.

«Еще не легли они спать, как городские жители, Содомляне, от молодого до старого, весь народ со всех концов города, окружили дом и вызвали Лота и говорили ему: где люди, пришедшие к тебе на ночь? выведи их к нам; мы познаем [в смысле – изнасилуем - ЭиМ] их.
Лот вышел к ним ко входу, и запер за собою дверь, и сказал: братья мои, не делайте зла; вот у меня две дочери, которые не познали мужа; лучше я выведу их к вам, делайте с ними, что вам угодно, только людям сим не делайте ничего, так как они пришли под кров дома моего.
Но они сказали: пойди сюда. И сказали: вот пришлец, и хочет судить? теперь мы хуже поступим с тобою, нежели с ними. И очень приступали к человеку сему, к Лоту, и подошли, чтобы выломать дверь…»[8]

Ничего не напоминает ветхий текст? Вырождение искателей наслаждений в Содом неизбежно. Утрачено и стремление и ориентиры движения вверх; их сменили мотивы всеобщего рвачества и патологической всеобщей безответственности. Это превращает взрослых людей в злых детей, с чисто детской жестокостью – одновременно и глупой, и безграничной.

+++

При этом каноническая процедурность демократии ничего в этом тренде изменить не может. Во-первых, кто избирает? Во-вторых, если общество составлено целиком из жулья, то как можно обеспечить честный подсчёт голосов? Мы видим, что в реальности (и это всё более грубо, всё более открыто) – всякая победившая сила объявляет, что большинство на её стороне.

На наших глазах выборный процесс подменяется чередой путчей, и возникает невольный вопрос (со слезами на глазах): это что, всегда теперь так будет?! То есть всякий раз на выборах будут драться толпы, и кто победил в драке – тот и на выборах победил?

+++

Нет ничего хуже для прав человека и социальных программ, чем постоянное вооружённое противостояние кланов, рвущих друг у друга власть регулярными путчами! В такой ситуации, напоминающей преторианские перевороты в угасавшем Риме с их «однодневными солдатскими императорами» - власть-временщик, отстреливающаяся в цитадели от осаждающего её захватного права не только не хочет, но уже и просто не может думать о народе.

Если царю, правящему двадцатый год, и в третьем поколении, пришла бы в голову мысль облагодетельствовать народ – кто ему помешает? Конечно, желание царя – штука зыбкая, но ведь возможности у него никто не отнимает, правда?

А вот у временщика, которого толпа ввела в кабинет вчера, а завтра эта же толпа выбросит из окна этого же самого кабинета – руки связаны. Предположим, что он очень сильно хочет помочь беднякам; но что он сможет, если все силы тратит, подпирая дверь кабинета от ломящихся туда бандитов?

Мало кто заметил, что демократические практики заменили силу права – правом силы. А ведь вначале говорили нечто противоположное! Мол, нужно заменить произвол законом, волю личности – бумажным текстом… А что получилось в итоге?!

То есть веками культивировавшуюся правовую культуру, связанную и с совершенствованием нравов, и с воспитательным внушением, и с проповедью смирения, и с осуждением гордыни – заменили на первобытную, звериную «конституцию дубины»: кто кого зашиб по голове, тот тому и хозяин…

+++

Пост-советский сепаратизм развивался по принципу «налетай, пока дают!» и был порождён соблазнами приватизации. Суть его (как и у большинства негритянских вороватых вождей, примазавшихся к деколонизации) – в том, что какие-то дегенераты пожелали стать первыми лицами в «собственном» государстве (на приватизированном куске чужой территории). В силу очень и очень многих факторов, этих дегенератов не расстреляли и не посадили, как полагается, а «пошли им навстречу».

В итоге они нарезали нежизнеспособных лоскутов и радостно залопотали, думая, что теперь они – «владыки мира». В наследство им достались не только горы материальных ценностей, но и огромные массы населения.

Разумеется, дегенераты не думали, да и не умели о таком думать – чем это население занять, чем его кормить, где ему жить, как лечиться, учиться, каковы его жизненные перспективы, каковы пути его материального и духовного развития. Идея прогресса человечества в целом – тоже совершенно чужда дегенератам сепаратизма.

Восторжествовала самая дикая и чудовищная из идей – либеральная идея о том, что население «должно само о себе заботиться». Пусть оно выживает, как умеет, а не умеет – так вымирает, зато мы будем суверенной «элитой» со своими личными дворцами и самолётами…

Разумеется, население не может «кормить само себя» - как не могут сами себя кормить матросы на судне в открытом море или космонавты в открытом космосе. Задача персонала – выполнять команды капитана, экипаж платит своим трудом, своим вкладом в общее дело; а что они будут кушать – об этом обязан думать капитан, причём задолго до отплытия в штормовые широты…

При современном разделении труда человек не может быть вырван из цепочки взаимной ответственности и представлен сам себе: или ему предоставляют дело с пайком в рамках широкого разделения труда, или он вымирает, пытаясь вырастить картошку своими силами на микроскопическом садовом участке.

Человеку, который привык к доле в высокопродуктивном неделимом и огромном хозяйственном комплексе совместного общенационального (а то и общечеловеческого!) ресурсопользования – предлагают снова превратиться, как на заре времён, в охотника и собирателя, бродить в поисках подножного корма, не имея никаких ясных перспектив, когда и что ему попадётся по пути.

Но ведь вся цивилизация не только строилась, но и начиналась тем, что человек не будет всего производить сам, что он будет большую часть необходимого получать от смежников, передавая им излишки собственного продукта, порой совершенно бесполезного без смычки с поставками смежников!

+++

Конечные выродки процесса «демократизации» видны нам сегодня. Для них исчезла единая система жизнеобеспечения, созданная цивилизацией.

У них снова появились замки власти, осаждённые бандами сменщиков власти, и окружающие замки вытоптанные поля, на которых простонародье умирает или живёт натуральным хозяйством, само о себе, по мере сил заботясь (ибо больше некому). Что откопал, то и съел… Власти про тебя, мужлан, думать некогда, у власти то штурм, то осада!

Что же осталось для окончательного одичания? Совсем пустяки: ввести «электронное голосование», которое в Эстонии уже есть, а на Украине призывают вводит депутаты Рады[9].

Мало кто понимает, что электронное голосование лишает демократические институты даже формального смысла и последних фиговых листков приличия. Врать, что машина независима от тех, кто её программирует – можно только людям совсем уж первобытным. С помощью электронного голосования народ исчезает из демократии даже на низшем уровне толпо-образования.

Правящий заговор будет просто оглашать заранее заложенные в машину результаты (а всё идёт именно к этому) – проверять которые станет невозможно, да и некому. И тогда политическая борьба сведётся к борьбе за избирательный сервер. Гуру будут оглашать массам приговор, даже формально уже не приглашая массы проголосовать…

И никто уже не вспомнит – с чего и для чего всё начиналось!



[1] Совершенно очевидно, что вор громче всех орёт «держи вора», а все современные некролюции направляются наиболее коррумпированными стратами под лозунгом «борьбы с коррупцией», «чёрный нал» с которой, собственно, и кормит майданы (а иначе чем бы они кормились?!)

[2] Совершенно очевидно, что богатство богатых складывается из бедности бедных. В обществе, в котором нет тех, кому очень плохо – не будет и тех, кому очень хорошо, потому что житейские проблемы и тяготы в таком обществе поровну разложены на все плечи. А у человека есть инстинкт избавления от тягот, инстинкт перекладывания своих проблем на других людей. Получается парадокс: чем справедливее общество, тем больше в нём недовольных бытовыми неудобствами…

[3] То есть не связана неразрывно и органически с Традицией и религиозным единством у голосующих, обсуждающих коллегиально какую-то проблему. Общинно-приходская демократия (в том числе и протестантская) могла выступить против деспота, но верховную власть она видела в Боге, а не в самих себе. Деспот осуждался приходом как нарушитель заповедных скрижалей, как богоборец, а не как политический конкурент тысячи голосующих деспотов.

[4] Есть историческая легенда, что Михаил Сперанский, несостоявшийся масонский реформатор России, после разгрома декабристов подошел к окну Зимнего дворца. Глядя на разгромленную Сенатскую площадь сказал с ним стоявшему обер-прокурору Краснокутскому: "И эта штука не удалась!». Кому кровь, кому петля, кому каторга – а Сперанскому «штука не удалась»…

[5] Обо́жение, или теозис (греч. θέωσις, от греч. θεός — Бог) — христианское учение о соединении человека с Богом, приобщении тварного человека к нетварной божественной жизни через действие божественной благодати.

Коротко смысл обожения выражен в высказывании Афанасия Великого: «Бог вочеловечился, чтобы человек обожился» — что обозначает потенциальную возможность для каждого человека и историческую необходимость для человека вообще обрести нечеловеческое могущество в обладании самим собой и природным миром вокруг себя в органическом единстве с Богом.

[6] Как писал чуткий классик русской поэзии с трагической судьбой Николай Клюев:

Мужицкая ныне земля,
И церковь - не наймит казенный,
Народный испод шевеля,
Несется глагол краснозвонный.
Нам красная молвь по уму:
В ней пламя, цветенье сафьяна,
- То Черной Неволи басму
Попрала стопа Иоанна…

Он же утверждал - «Есть в Ленине керженский дух, игуменский окрик в декретах».

[7] БЕСКОНЕЧНОСТЬ ДУРНАЯ — метафизическое понимание бесконечности мира, предполагающее допущение монотонного, без конца повторяющегося чередования одних и тех же конкретных свойств, процессов и законов движения в любых масштабах пространства и времени. Понятие Бесконечность дурная ввел Гегель, который, однако, истинную бесконечность считал свойством абсолютного духа, но не материи.

[8] Библия, Бытие, глава 19

[9] Например, об этом в своей авторской передаче на украинском ТВ рассказал нардеп и по совместительству «борец с коррупцией», вовлечённый в громкие коррупционные скандалы, Сергей Лещенко.

Александр Леонидов; 23 мая 2018

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • "Нержавеющее ядро" истории человечества

    "Нержавеющее ядро" истории человечества Продолжаем публикацию глав из книги А.Леонидова "ИДЕЯ СПРАВЕДЛИВОСТИ: Происхождение. Значение. Перспективы". В 13 главе автор рассматривает экономические основания цивилизованного образа жизни (ЦОЖ) и доказывает, что они не могут вырастать из самой экономики. Они являются туда идеологически привнесёнными. Глава называется ​"ЭКОНОМИКА ЦИВИЛИЗАЦИИ: ЦОЖ ПРОТИВ РАЗБОЯ", и разъясняет роль идеи справедливости вне и поверх индивидуальной экономической выгоды в становлении не только социализма, но и вообще государства, права, человеческой морали и критериев психиатрии. Рекомендуется к прочтению самым широким кругом думающих людей, поскольку содержит в себя целый ряд свежих идей по проблемам междисциплинарных исследований общества, юридической сферы, экономических систем и др.

    Читать дальше
  • РАССЧИТАТЬ МРОТ ПО КОЭФФИЦИЕНТАМ.

    РАССЧИТАТЬ МРОТ ПО КОЭФФИЦИЕНТАМ. Учитывая существующие различия в экономических, природно-климатических условиях субъектов Российской Федерации, величина минимального прожиточного минимума, рассчитанная для конкретного региона, является наиболее объективной, нежели усреднённая по Российской Федерации. МРОТ — минимальная оплата труда, ключевой параметр при расчёте заработных плат работников. С 1 мая 2018 года её размер составляет 11 163 рублей, что согласно данным официальной статистики соответствует величине прожиточного минимума трудоспособного населения в среднем по Российской Федерации.

    Читать дальше
  • ЗНАКОМЬТЕСЬ: ТОВАРИЩ КРАМЕР!

    ЗНАКОМЬТЕСЬ: ТОВАРИЩ КРАМЕР! Издательские услуги сегодня предлагает очень много компаний, каждая со своим набором функций, ценами и сроками. Непосвященному в тонкости издательского дела человеку сложно правильно сориентироваться в этом вопросе. Особенно нет опыта общения с акулами издательского бизнеса, а сделать нужно быстро и качественно. Со своей стороны рекомендуем издательство "для своих" - в котором заказчик почувствует себя в кругу друзей и единомышленников...

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека — А. Прокудин.