Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 59,3612 руб.
  • Курс евро EUR: 69,7197 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,4988 руб.
Август
пн вт ср чт пт сб вс
  01 02 03 04 05 06
07 08 09 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31      

МАТЕМАТИЧЕСКАЯ БОГОДОКАЗУЕМОСТЬ

​Происхождение понятия о безконечности.

МАТЕМАТИЧЕСКАЯ БОГОДОКАЗУЕМОСТЬ Математика, (даже просто арифметика) как наука, отражающая абстракцию нашего мира, содержит в себе как числа, отражающие свойства материальных вещей, так и числа, отражающие свойства духовных, совершенно неподвластных материи, вещей. У всех чисел, отражающих материальные явления, есть общие законы, общие принципы сложения и вычитания, умножения и деления, вообще любых действий с этими однородными числами. Но числа «ноль», «безконечность», и, отчасти, «единица» совершенно очевидным образом нарушают все принципы действий с числами. Они вносят в любую математическую, алгебраическую формулу такие возмущения, такие парадоксы и логические коллапсы, что их вынуждена отмечать даже беспристрастная вычислительная техника.

Попробуйте на калькуляторе поделить число на ноль – тут же выскочит буковка «Е», означающая «ошибку», недопустимое действие. Современные математики пытаются создать теории деления на «ноль», но пока что это математические «апокрифы», нечто, не получившее всеобщего признания.

Тем не менее, у нас есть все основания утверждать, что число, деленное на безконечность, даст в итоге ноль. Этот «ноль» (означающий ноль только материи, материального, но не всего сущего) и есть «нус» («ум») Анаксагора, или «Логос» христианства.

Но работать с безконечностью разуму, выросшему среди конечных, ограниченных вещей, привыкшему к конечным предметам, очень тяжело. То и дело попадаешь в логические ловушки.

Попытки вывести у безконечности «степени», то есть доказать, что у(оо) не равен х(оо) заводит нашу мысль в безнадежный логический коллапс. На практике у безконечности, конечно, нет, и не может быть степеней. Это и называется чудом – только в данном случае чудо математически доказуемо.

В условиях безконечности количество одного всегда равно количеству (наличию) другого по той причине, что первопричиной любого из наличных элементов является Бог. Во вселенной количество золота равно количеству кремния, хотя есть соблазн оценивать земными мерками, когда В ЧАСТНОМ СЛУЧАЕ золота гораздо меньше, чем кремния.

В такую ловушку попал и выдающийся мыслитель Бернард Больцано, когда пытался сформулировать уравнение субстанционального неравенства.

Система «(х+2у) + (х+2у)+....-> к (оо)» впервые в математике была сформулирована Больцано, и ошибочно называется теорией безконечных множеств, тогда как в версии Больцано может быть отнесена только к конечным множествам.

Больцано полагал, что в системе (х+2у) + (х+2у)+....=> к безконечности число x и у будет неравным, что (у) будет больше, чем (х). Казалось бы, это подтверждает и обычная логика. Однако парадокс, неразрешимый в материалистической трактовке мироздания, заключается в том, что хотя в каждой скобке (у) и больше в два раза чем (х) (вообразим, что в каждой авоське один апельсин и две груши) общее число (х) и (у) будет равным (то есть общее число апельсинов идентично общему числу груш).

Дело в том, что в условиях безконечности количество (х) = безконечность и количество (у) = безконечность, а безконечность, как и любое иное число, не может быть не равна (не тождественна) сама себе. (То есть Больцано пытался утверждать, что (а) одновременно есть и не-(а) и нарушал первичный из законов логики). Это и рождает один из интереснейших парадоксов, связанных с безконечностью, который теория бесчисленных множеств пытается походя отмести.

Попытку «обогатить» теорию безконечного предпринял ещё в средние века Роберт Гроссетест, который в противовес Аристотелю выдвинул идею «прибавления к безконечному» (infinitopotestfieriaddition)[1].

Возникали абсурдные утверждения, что безконечное можно увеличить прибавлением и уменьшить вычитанием, что одно безконечное меньше или больше другого безконечного и т.п.

Чаще всего это были чисто школярские ошибки, которые в мире конечных чисел разоблачил бы любой школьный учитель. Например, вывод о том, что число «4» меньше числа «4» нельзя делать на основании того, что 4 арбуза больше весят, чем 4 яблока. 

И вес, и объем арбузов и яблок измеряются иными числами, не тождественными друг другу, в пересчете же по принципу экземплярности 4 арбуза, как четыре экземпляра своего вида, равны 4 яблокам, как 4 экземплярам другого вида.

Число не может быть больше или меньше самого себя – 4 больше 4, 8 меньше 8 и т.п. А безконечность – это тоже число, хотя и «волшебное». Безконечность - можно сказать каламбуром - завораживает своей безконечностью.

Но корень ошибки не только в этом. Мировой сатанизм ведёт против безконечности идеологическую войну давно и последовательно.

В этом – особая ценность логически верной теории безконечности, и логическая ценность ущербных, алогичных её теорий для сатанистов, именно на этих ущербных теориях и базирующих свой атеистический багаж. Поэтому выведем «уравнение субстанционального тождества: Число x и у будет равным в системе (х+2у) + (х+2у)+....=> безконечности».

Отсюда вполне логично напомнить и о другом силлогизме разума, в котором доказано: Мир есть «копия бытия (сущего) из материала небытия», всякая структура, сложная система - есть мысль.

Помимо всего прочего, этот парадокс объясняет ПРИЧИНУ II начала термодинамики, в соответствии с которым все системы замкнутого контура, (т.е. не имеющие влияния извне, самодостаточные) имеют тенденцию к самоупрощению. На практике мы сталкиваемся со II началом термодинамики каждый день – например, выставив на балкон телевизор «Рубин» мы отнюдь не получим телевизор «Сони», брошенный дом довольно быстро обрушится и превратиться в гору мусора, мертвое тело стремится разложится на воду и окаменелости, т.е. на элементарные составляющие и т.д., и т.п.

Однако в чем ПРИЧИНА этого явления, которое физики называют «нарастанием энтропии в замкнутых (предоставленных самим себе) системам?! Почему оно столь универсально? Метафизика дает на этот вопрос парадоксальный ответ: уход МЫСЛИ из ВЕЩИ, СТРУКТУРЫ, оставляет там только вторую составляющую материи – пустоту, ноль, и в силу этого следует неизбежный распад, упрощение всего, что способно упрощаться до самых элементарных пределов.

В книге Бытия в Библии Св.Писание подчеркивает изначальность Бога и его Логоса, как некую принципиально непостижимую (не данную человеку в постижении) изначальную реальность. В Библии речь не идёт о «некоторых временных трудностях восприятия», как в материалистической науке говорят о неразгаданных загадках природы. Указывается, что рациональное постижение Логоса человеком вообще и в вечности не может быть достигнуто.

Безконечность - есть чудо, данное нам в ощущениях и экспериментально доказуемое, как сверхъестественное чудо.

Непонимание этого факта приводит к анекдотическим случаям обывательского подхода к научной проблеме, когда попросту подменяется само определение понятия. Мы имеем дело с подлогом, может быть, наивно-случайным, может быть – злостно-продуманным (как это бывает с фанатиками атеизма, кроящими факты себе в угоду) – но именно подлогом.

Например: сибирский ученый П.Вопенка в своей альтернативной теории множеств[2] предложил именно обывательский взгляд на безконечное, как нечто невообразимо-огромное. В этой теории безконечность естественно возникает из бытовых наблюдений и размышлений над такого рода вопросами: сколько песчинок находится на данном пляже?

С одной стороны – отмечает Вопенка- понятно, что количество этих песчинок может быть выражено хотя и очень большим, но конечным натуральным числом. А с другой стороны, какое это число, мы точно не знаем. Можно еще различить сто тысяч или миллион песчинок, но далее число песчинок все труднее поддается счету, а совокупность их становится нечеткой. Оказывается, что нечеткая совокупность и может играть роль безконечного множества.

Такое смешение понятий – подмена безконечного неопределенным (т.е. смешение разделяемых ещё в древнем Риме ad infinitum и ad libitum[3]) - могло ещё пройти в 1983 году в атеистическом СССР, но никак не сегодня. Безконечность – это по определению нечто одно, а трудно учитываемое конечное число – нечто совершенно другое. Безконечность – это чудо, явленное нам эмпирическим, опытным путем, свидетельство нематериальности мира и подчиненности законов материи иным, высшим законам.

Безконечность не есть «трудно учитываемое количество песчинок». Она-то как раз прекрасно учитывается и замечательно-точно фиксируется. Во первых, в отличии от неопределенного числа «х» безконечность – это число арифметическое, а не алгебраическое. Она имеет свой знак «оо», аналогичный в числовом ряду знакам «0», «1», «5» или «8». И если в алгебре на место «х» можно подставить и «1» м «5» и «8», то на место «оо» нельзя подставить ничего, кроме безконечности.

Во вторых, безконечность, в отличии от неопределенности, прекрасно фиксируется в пространстве и времени. Разве мы не знаем, где поставить значок безконечности в декартовой системе координат?! Разве мы ползаем в школах над тетрадкой в клеточку, и морщим лбы, гадая, где же расположено направление математического луча, или направления прямой линии? Вопенка возвел клевету на безконечность, когда совместил её с некими конечными числами, недоучтёнными в бухгалтерской книге.

Следует отметить, что возникло понятие безконечности вовсе не из «бытовых наблюдений и размышлений над такого рода вопросами: сколько песчинок находится на данном пляже?», а из принципиально других размышлений: возможен ли материальный предмет без окружающей его среды, хотя бы пустоты, может ли материальный предмет занять собой всё пространство, и не лишиться ли он при этом всякой материальности, потеряв любые численно-ограниченные параметры?

Из бытовых же наблюдений и вопросов о количестве звезд на небе, песчинок на пляже возникла вовсе не теория безконечности, а теория неопределенных множеств. Материалисты совершают большой интеллектуальный подлог, когда совмещают в якобы одно целое теорию безконечных множеств и теорию неопределённых множеств. Из второй рождается алгебра, из первой – религия. Разве нет разницы?

Есть ли безконечность в коробке спичек? Безусловно, есть. Это безконечность элементарных частиц, составляющих коробок и спички. Но при чем же здесь «очень большое»?

Мы не ошибемся, если укажем, что проблемы восприятия безконечности в теории идентичны проблемам восприятия Бога человеком в религиозной практике. Мы ограничены, конечны, а Бог безграничен и безконечен, абсолютен. В религиозной практике происходит аберрация этого факта: мы «маленькие» а Он «большой». При этом в язычестве он «просто большой», а у многих монотеистов – «очень большой».

На самом деле понятие «безконечное» не имеет никакой прямой связи с «большим» и вовсе не всегда одно перетекает в другое. Безконечное – потусторонне размеру, как таковому. Вся природа безконечного вопиет о другом – безконечность идентична НЕМАТЕРИАЛЬНОМУ.

Безконечность уже одним своим очевидным существованием представляет собой некое чудо, неразрешимое ни язычеством, ни тем более материализмом.

Поэтому мы и утверждаем логически, что осознание умом человека безконечности есть, с одной стороны, первейшее из доказательств Бытия Божия, с другой - свидетельство сотворенности человека по образу и подобию Творца.

Представление, воображение безконечности есть постижение непостижимого. Это на первый взгляд кажется невозможным – ведь, следуя обыденной логике, постигаемое уже не есть непостижимое, и наоборот, непостижимое не может быть постигаемо, должно являть некую «вещь в себе», отношение которой к человеку таково, как если бы она вовсе не существовала.

Но ведь речь идет о чуде, чётко фиксируемом силлогически,

Любая материалистическая теория так или иначе, но всегда предполагает, что мир в общем и целом уже познан и исследован.

Да - предполагали Демокрит, Гольбах или Маркс в разные эпохи - осталось уточнить кое-какие детали, но суть-то ведь уже ясна, очевидна: мир есть кучкование неделимых частиц, или «большой часовой механизм», или «единство-борьба противоположностей». Поэтому материализм всегда останавливал движение знания, будучи сам «единственно верной теорией» уже «постигнутого» мира, и самоуверенно усаживая на престол «царицы наук» какую-либо догматическую и модную в его время теорию: механику, биологию, кибернетику и пр.

Не признавая, что мир в общем и целом уже исследован и понят, невозможно быть материалистом. Как же можно утверждать, что во Вселенной ВСЁ – материя, если не исследовал ВСЮ Вселенную?!

Значит, материализм и безконечность (как вечная, в принципе неразрешимая тайна) несовместимы, и мирок материалиста, хочет он того или нет, обязан быть замкнутым и конечным. Свой собственный разум материалист с неизбежностью полагает ВЫСШИМ из возможных во Вселенной, потому что даже предполагая неких «инопланетян», он всё же считает их вполне постижимыми соседями, которых при определённых условиях понять, изучить, а при необходимости и обставить, пленить, обмануть и пр. Даже если их техника будет на порядок выше земной, материалист отрицает (не может не отрицать) принципиальную возможность изучить и освоить эту технику, а значит – стать вровень и выше с чужим вселенским разумом.

В материализме отразилось характерное для человеческого разума горделивое «головокружение от успехов» времен научно-технической революции. Ведь любая наука в своей исходной сущности опирается на один и тот же общий исходный механизм познания. Механизм этот велик и универсален, достоин всяческого восхищения и удивления.

Субъект (т.е. познающий) исследования ВСЕГДА наблюдает предмет (т.е. познаваемое) как бы со стороны, извне, снаружи, определив для себя внешние контуры предмета. В силу этого исследователь, субъект – НАД предметом, он как бы «обволакивает» собой, своим разумом и наблюдением предмет. Поэтому с точки зрения умственной он в момент изучения – БОЛЬШЕ, чем предмет.

Иначе в науке быть не может, ведь иначе – предмет и субъект поменяются местами. Истина в том, что всякий материальный предмет принципиально и потенциально подвержен исследуемости ВНУТРИ нашего сознания, по той единственной причине, что духовный контур нашего сознания БОЛЬШЕ любого материального предмета.

В момент исследования, стало быть, мы доказываем условность материально-телесных размеров нашего биологического организма, не имеющих в процессе наблюдения за предметом никакого значения.

Мы «осаждаем» снаружи, по внешнему контуру любой предмет, будь то инфузория под микроскопом или метагалактика в телескопе. Из этого следует, что мы можем расширить контур нашего сознания до пределов более широких, чем наблюдаемая метагалактика!

Именно в науке особенно очевидно, что к трём привычным измерениям мира – длине, ширине и высоте добавляется четвёртое измерение Духа, позволяющее нам духовно размещать ВНУТРИ себя предметы, которые в миллионы и миллиарды раз больше нашего телесного объёма.

Сущность безбожия, в том числе, состоит и в том, что этот принцип «размещения внутри», на правах только части нашего сознания атеист относит к любому, АБСОЛЮТНО ЛЮБОМУ предмету. И до поры до времени это предположение работает – ведь Бог создал человека хозяином природы и подобным себе. Какие невероятные колоссы пространства оказываются после научной «усушки и утряски» только частью сознания ученого, частью, окруженной иными предметами, мыслями и воспоминаниями – известно всем.

Однако попытка взять Безконечность, как предмет исследования оказывается заведомо обреченной. Прямо перед нами – лицом к лицу, эмпирически, опытно ощущаемый, но непостижимый, оказывается Абсолютный Субъект Познания, который может быть только Субъектом, и немыслим как Предмет.

Любой «инопланетянин» из самой замысловатой антинаучной фантастики, исследуя нас, всё же может быть в ответ так или иначе исследуем и нами. Исследуя нас – он субъект исследования, исследуемый нами (субъектами) – становится объектом исследования.

Но безконечная Вселенная только исследует и рассматривает, но не может быть нами никак, ни на каком уровне развития знаний и техники, ни при каких обстоятельствах и «случаях» быть исследована и рассмотрена.

Безконечность – это нечто, замещающее у бесплотных духов плоть и тело. Говоря аллегорически – безконечность есть «тело бестелесного» и физическая природа метафизического. Если предположить в человеке бесплотный дух, то мы получим частный случай общего силлогизма: душа бессмертна в силу своей нематериальности, поскольку бессмертие (безконечность во времени) есть способ и естественная среда существования бесплотных сущностей.

Именно об этом говорил Сократ, когда утверждал, что душа бессмертна, поскольку противоположна смертному телу. Будучи противоположностью, она должна содержать противоположные атрибуты бытия, то есть если телу свойственна смерть, то душе свойственно бессмертие.

Безконечность – живая душа подлинной религии. Она альфа и омега наших знаний о мире, о сущностях мира.

Если, как мы установили, эта сущность невозможна в роли предмета и объекта исследования - следовательно, она не может быть ни пантеистической всесубстанцией, ни вещью в материалистическом смысле – это Личность, потому что Субъект, в отличие от объекта и предмета, в обязательном порядке одухотворён по определению термина.

Таким образом, мы предоставляем тем безбожникам, которые не верят в то, что нельзя увидеть и пощупать, немного кощунственный, но зато верный и надежный способ уверовать: а именно, выйти под звёздное небо, осмотреть и обдумать тот факт, что оно нигде не кончается, и, следовательно, увидеть Бога и прикоснуться к нему в самом прямом и материальном смысле.

И.Кант намекал на это, но достаточно туманно, когда увязывал две непостижимые вещи – звёздное небо над его головой и нравственный закон в нём.

Для лучшего понимания прибегнем к методу аналогового моделирования. Могут ли общаться человек и амёба? Да, безусловно, с помощью микроскопа. Человек может посылать амёбе определённые сигналы, раздражители, амёба способна чувствовать эти раздражители и реагировать на них по собственной воле или принуждаемая к реакции. Амёба является объектом и предметом исследования человека. Какие-то качества и свойства человека могут быть и объектом, предметом исследования амёбы – в пределах её возможностей понимания и реагирования. Однако может ли быть объектом исследования амёбы САМ ЧЕЛОВЕК-ИССЛЕДОВАТЕЛЬ?

Нет, безусловно не может. Тут мы выходим к разрабатываемой нами ныне научной дисциплине пределологии, в соответствии с логикой которой есть две принципиальных категории сознания: «вмещаемое» и «невмещаемое». Амёба не может своим сознанием (способностями к реагированию на внешние раздражители) вместить человека. Человек для неё – ощущаемая данность, и в то же время невмещаемый объект. Качества человека для амёбы близки к параметрам «абсолютного субъекта исследования» - такого субъекта, который ни при каких обстоятельствах не может поменяться с объектом местами и стать объектом, предметом рассмотрения.

Формальные абстракции, созданные человеческим разумом – такие, как геометрические фигуры, например – при употреблении числа безконечность- «оо» так же начинают свидетельствовать о Боге в прямом, математическом смысле.

Например, у треугольника, в отличие от квадрата, все стороны в принципе не могут быть равны друг другу. Однако если предположить, что одна сторона треугольника равна безконечности, то сумма протяженности двух других сторон не может быть больше безконечности. Больше-то просто некуда!

Таким образом, у треугольника, у которого одна из сторон равна безконечности, и обе других стороны равны всё той же безконечности, и сумма их равна безконечности. Этот предполагаемый треугольник будет сочетать в себе все свойства и черты всех геометрических фигур – то есть будет вместе с тем отвечать определениям и прямой линии, и круга, и квадрата, и т.п. Так с введением в рассмотрение числа безконечность мы получаем некую трудно-вообразимую «абсолютную геометрическую фигуру», которая одновременно является всеми геометрическими фигурами. При чём доказательство её свойств есть не дело воображения или субъективного желания, а есть строгое следствие чётких математических закономерностей.

Именно те же свойства предполагал Н.Кузанский, когда отмечал, что в точке, геометрической фигуре, лишённой площади, скрывается и треугольник, сторона которого равна нолю, и квадрат с такой же стороной, и круг, диаметр которого равен нолю, и все прочие конфигурации геометрии – т.е. точка с её нулевыми параметрами есть прообраз и праматерь всякой геометрической конструкции.

Современная наука говорит о безконечности так, что впору ставить вопрос о «бессовестности» ученых. Бессовестность ученого, конечно, существенно отлична от простого, житейского понимания совести и бессовестности.

В науке «бессовестностью» нужно, полагаю, считать такое поведение ученого, когда он, сам ничего не зная о предмете – или зная не больше обываетеля, не сумев понять и определить предмет – всё же использует свои профессиональные навыки терминологической демагогии для выставления себя в роли эксперта. Давайте коснемся взгляда на безконечность, поддержанного сегодняшней академической российской наукой:

«Появление этого понятия[4] (безконечности- А.Л.) относится к тем временам, когда была одна наука – философия, которая включала в себя познания в математике, физике, астрономии и других дисциплинах.

Дифференциация наук привела к возникновению собственно математического понятия безконечности, которое получило феноменальное развитие в канторовской теории множеств.

Имеется в виду не традиционное различие между актуальной и потенциальной безконечностью, отмеченное нами ранее. Длительная дискуссия по поводу взаимоотношения этих двух типов безконечности привела только к тому, что можно принять ту или иную точку зрения в зависимости от того, какая аргументация – “за” или “против” – больше понравилась. Выяснению же сущности самого понятия безконечности такая дискуссия не способствует и поэтому в настоящее время практически не ведется.

Мы намерены обсудить отношение канторовской теории множеств к реальности. Практически сразу возникает ощущение, что вопрос этот во многом искусственный и его обсуждение вряд ли может привести к какому бы то ни было взаимоприемлемому результату. Тем более, что вообще непонятно, что следует подразумевать под такой расплывчатой категорией, как “реальность”».

Тяжелый казенный язык соросовского стипендиата призван «сохранить лицо» материалистической науки. Но, если преодолеть наукообразие текста, станет ясно: наука зашла в глубокий тупик. Парадоксы безконечности убили материалистическую науку. Наука атеизма, которая грозилась дать альтернативное религиозному «стройное» мировоззрение и обратный религиозному «трезвый взгляд на Вселенную», в провале.

В итоге она ничего такого дать не смогла, свалилась в многомерный логический коллапс, но до сих пор рядится в жреческую тогу. Описанный нами результат стал особенно очевиден – процитирую - «после работ П. Коэна, касающихся континуум-гипотезы. Математика развивала одну теорию множеств, а получила, как минимум, две: одну с принятием континуум-гипотезы, другую с ее отрицанием. И тогда естественно возникает вопрос, какая из них более реальна?

В настоящее время, чтобы как-то уяснить себе эту проблему, большинство математиков разделяют следующую, явно или неявно высказанную, точку зрения: можно дальше развивать одну теорию множеств, можно и другую, ничего в этом странного нет, такова математическая реальность. Такая точка зрения с принятием категории “математическая реальность” некоторым образом оправданна, и это оправдание содержится в самой истории развития математики...»

Что-ж, клерикал и церковный чиновник Кузанский, ранее упомянутый нами оказался, как видим, абсолютно прав: в безконечности снимаются противоположности, круг становится квадратом, треугольник – точкой и т.п. А главное – материалистической науке там делать нечего, там – область богословия.

Пора бы признать это и извиниться перед Церковью за нахальные младонаучные похвальбы. Но особая, специфическая «бессовестность науки» заставляет её «хранить лицо оракула» даже тогда, когда всем независимым наблюдателям оно уже смехотворно.

Отметим, что работы современных математиков, по их собственному признанию, во многом вытекают из теории безконечности разработанной Г.Гегелем, когда он пытался вывести «Взаимоопределение конечного и безконечного»[5]. Читать Гегеля очень утомительно, поскольку каждую частичку смысла он окутывает десятком покрывал наукообразных словес, но мы все же попытаемся адаптировать его взгляд…

«Что такое безконечное? Уже самое название демонстрирует, что безконечное противостоит всему конечному».

Вовсе нет, разумеется. Противоположное по смыслу вовсе не всегда является фактором противостояния, тем более уж вражды и отрицания. Юг не отрицает Севера, а Божие всемогущество не отрицает свободы воли человека. Идея вражды, противостояния, подменяющая идею противоположности, гармоничной симметричности понятий – эта сатанинская идея вирусом проникла в голову Гегеля, заразившего ею далее К.Маркса. Практические итоги «теоретических взаимоотрицаний» мы хорошо знаем из истории нашего многострадального Отечества…

Гегель говорит: «То обстоятельство, что мы выводим само название безконечного из названия конечного, указывает нам сверх того, что мы представляем себе понятие безконечного происходящим из понятия конечного вследствие присоединения к нему новой составной части, – такой частью является уже понятие простого отрицания».

Рассматривая безконечный процесс взаимоопределения конечного и безконечного, это одно и то же скучное чередование конечного и безконечного, Гегель приходит к выводу, что мы имеем дело не с истинной безконечностью, а только с отрицательной ее формой.

Сам безконечный процесс взаимоопределения конечного и безконечного указывает на единство этих двух понятий.

В разделе “Утвердительная безконечность” Гегель вводит понятие истинно безконечного: «безконечное, каково оно на самом деле, есть процесс, в котором оно низводит себя до того, чтобы быть лишь одним из своих определений, противостоять конечному и, значит, быть самому лишь одним из конечных, а затем снимает это свое отличие от себя самого для утверждения себя и есть через это опосредствование истинно безконечное» .

Таким образом, безконечное по Гегелю:

а) есть в простом определении утвердительное как отрицание конечного;

б) тем самым находится во взаимоопределении с конечным и есть абстрактное, одностороннее безконечное;

в) есть само снятие этого безконечного, а равно и конечного, как единый процесс – оно есть истинное безконечное.

Мысль Гегеля, во-первых, путана, а во вторых – элементарно неверна. Всё, что он таким нагромождением слов хочет сказать – это следующее: «конечное есть часть безконечного, тогда как безконечное не является частью конечного».

Это, на первый взгляд, так и есть, однако на самом деле ошибочно. Дело в том, что любая булавочная головка, вещь не только конечная, но и очень маленькая, на самом деле содержит в себе безконечность «вглубь» - безконечность своего деления. Безконечность не только венчает оси декартовой системы, но и содержится в каждом элементе этих осей: каждое целое число, даже единица содержит в себе безконечное множество дробных долей. Единица – вообще есть в то же время число (0,9999…=>оо). 

Если число девяток будет действительно безконечным, то произойдет полное слияние тождеств этих числовых знаков[6] . Следовательно, Гегель ошибается, когда думает, что безконечное не есть в определенных случаях часть, элемент конечного. Но даже если бы он был прав, и действительно, «безконечное, каково оно на самом деле», было бы процессом, в котором оно низводило бы себя «до того, чтобы быть лишь одним из своих определений, противостоять конечному» – и что? Какую ценность все эти рассуждения имеют для логностического и силлогического постижения безконечности? 

Да никакой! 

Ошибка Гегеля, делающего его в этом месте таким занудным и неудобоваримым, заключается в том, что он применяет нормы и приемы диалектики в той области, в которой господствует чистая метафизика. Диалектика не может быть применена ни к безконечному – как понятию, ни к любому из безконечных предметов, потому что диалектика (и у Гегеля, и вообще – с античных времен) есть учение об особенностях развития, движения процессов. А безконечности некуда развиваться – в силу своего статуста она уже изначально включает в себя ВСЁ – иначе она не была бы безконечностью. Соответственно и двигаться безконечности некуда – двигаются только внутри большего объема, а объема, большего чем безконечность, быть по определению не может.

Ларчик открывается просто. Атеизм уже несколько веков воюет с понятием «чудесного». В понимании безконечности заложено слишком много очевидных чудес. Поэтому атеизм либо игнорирует очевидность безконечности мира (мир ограничен – и всё тут! А в чем находится, висит, плавает или летает этот конечный мир – не ваше дело!), либо забалтывает её, как это сделал Гегель (не атеист, но популярная у атеистов личность). После гегельянских рапсодий на тему безконечности, даже человек с умом выше среднего, и тот испуганно сделает вывод о непостижимости безконечности. А между тем в Церкви она доступна и постижима даже слабоумным – ведь русские юродивые и были, теоретически говоря, слабоумными – однако в безконечности понимали больше Гегеля.

Из гегельянства с его специфическими целями вытекает и современная канторовская математическая теория безконечности.

Она есть теория актуально безконечных множеств. В этой теории безконечность является противоположностью конечному. Ординальные числа, характеризующие типы вполне упорядоченных безконечных множеств, находятся за пределами всего конечного.Эти числа реально недостижимы и являются мыслимыми идеальными понятиями. Что происходит в канторовской теории с реальным понятием безконечного? Оказывается, классическая теория множеств наделяет понятие конечного абсолютной определенностью, так что «число 5 и число атомов во Вселенной считаются конечными в одном и том же смысле».

Если перейти с научного «речекряка» на нормальный человеческий язык, то выйдет вот что: в своем затянувшемся обмане и глубокомысленном «надувании щёк» математики попросту придумали новую цифирь и опрокинули её в вымышленный, условный, ими же самими придуманный «антимир». Они умозрительно сгруппировали безконечные множества в некоей другой, умозрительной вселенной, обозначили их новыми значками, и успокоились, как будто чего-то достигли.

Но ведь это уже не наука, даже не научная фантастика, а математическое «фэнтези», творение математического мифа. У этого мифа нет ни доказательств, подтверждений (т.е. отцов научных данных), ни даже вообразимых умом аналоговых моделей (т.е. хотя бы дальних родственников науки).

Творцы канторовской математики при всём своем показном высокоумии допускают чисто-школьные ошибки, не принципиальные, но показательные. Например, число атомов во Вселенной у них – конечное.

Но как же может быть конечным число атомов (и вообще чего угодно) в безконечной Вселенной? Это распространенное в нашей технической науке заблуждение вытекает из априорного представления Вселенной всё-таки так или иначе ограниченной.

Конечно число атомов ограничено во всякой части Вселенной – в Галактике, Метагалактике и т.п., но как же можно ограничивать количество вещей в объеме, в принципе неограниченном?

Если за далью даль, то как же можно – даже хотя бы и теоретически - сосчитать количество элементов, из которых все эти дали состоят? И как может быть конечной сумма слагаемых в величине, которая безконечна?

С точки зрения теологической считать число атомов во Вселенной ограниченным – это значит считать ограниченной волю Божью и считать ограниченными возможности Бога при творении: дескать, на столько Абсолюта хватило, а дальше он «выдохся»…


[1] См. А.П.Курантов, Н.И.Стяжкин, «Уильям Оккам», М.,1978 г., стр. 33)

[2]Вопенка П. Математика в альтернативной теории множеств. – М., 1983. Новосибирский государственный университет, г.Новосибирск.

[3] Т.е. категорий античной науки «до безконечности» и «сколько, как угодно». Первая касалась умозрительных построений беспредельности, вторая – практических случаев неограниченности, нелимитированности.

[4] См статью "О безконечном – 2" Л.Н. Победина, поддержанную грантами Минобразования РФ в области гуманитарных наук (ГОО–1.1–391), Межвузовской программы “Университеты России – фундаментальные исследования” (015.10.01.32), а также Института “Открытое общество” (Фонд Сороса), Россия (НВА 003).

[5]Именно так называется отдельный параграф главы второй «Науки логики» Гегеля.

[6] Т.е. (0,9999…=>оо) = 1. Это ещё один парадокс безконечности. Получается, что к «почти полному» добавляется «почти полный достаток», к «почти полному достатку» прибавляется - «почти полная его достаточность» и т.п. В условиях безконечности недостаток «почти полного» числа фактически растворяется.

А. Леонидов-Филиппов.; 13 марта 2014

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ

    ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ Я предлагаю всерьёз подумать о таком затёртом и расхожем выражении, как «корни человека», «мои корни». Что оно означает? Только ли происхождение человека, только ли его безвозвратно ушедшее прошлое, не имеющее никакого отношения к настоящему, ко дню сегодняшнему? Тот, кто мыслит связно, понимая причинно-следственные связи, никогда с таким не согласится. Прошлое диктует настоящее и будущее. «Корни» человека – это вся та совокупность, которая держит человека на родной земле и ПИТАЕТ его. Ведь это очевидная функция корней – удерживать и питать. Недаром зовут космополитов «перекати-полем», сравнивая с растением, оторвавшимся от корней…

    Читать дальше
  • В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ?

    В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ? ​Мыши очень любят сыр. Но делать сыр они не умеют. Если мышей посадить в бочку с сыром, они сперва съедят весь сыр, потом начнут нападать друг на друга, а в итоге все передохнут в пустом и замкнутом пространстве. Если бы на Земле не было людей – то мыши никогда не попробовали бы сыра. Его просто не появилось бы, потому что возникновение сыра – это сложная цепочка ОБОСНОВАННОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ.

    Читать дальше
  • ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ

    ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ Говоря в трёх словах, фашизм – это идея радикального скотства. Но поскольку такие три слова похожи на ругательство, а ругаться не входит в наши планы, то придётся их развернуть. В глубинной основе фашистского движения лежит радикальный отказ от «химер сознания» - высоких, невещественных идей, связанных с сакральными образами и священными представлениями. Отказ идёт в пользу вещественных и грубо-материальных, ощутимо-плотных явлений. И за счет этого очищенная «верхняя полочка» сознания оказывается заполнена грубыми зоологическим отправлениями, которые теперь «исполняют обязанности» высших ценностей и духовных идеалов.

    Читать дальше

Свобода - более сложное и тонкое понятие. Жить свободным не так легко, как в условиях принуждения. — Томас МАНН.