Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,4296 руб.
  • Курс евро EUR: 68,0822 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,2039 руб.
Ноябрь
пн вт ср чт пт сб вс
    01 02 03 04 05
06 07 08 09 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30      

НАСЛЕДИЕ ОКТЯБРЯ: РАБОТА НАД ОШИБКАМИ

НАСЛЕДИЕ ОКТЯБРЯ: РАБОТА НАД ОШИБКАМИ Безусловный общий лейтмотив всех, скорбящих по поводу Октябрьской революции 1917 года, от архаичных мумий монархистов до газообразных живчиков рыночного аферизма – это мотив БЕДЫ. Случилась беда, понимаете? Не шанс для человечества, не прорыв в новый мир, не рождение в кровавых муках нового мира – а просто катастрофа. Грубо говоря, «мы чай на веранде пили, а потолок упал». Дальше начинаются изыскательские работы клиострадальцев[1] – почему упал потолок на наше чаепитие? Конструкция ли неверна была или гниль подточила балки? Много ли было свободы, или наоборот – мало? Во всех дискуссиях общее одно: «как жаль, что крыша обвалилась!» Вот если бы там подпорочку подставили вовремя, или вот здесь бы гвоздик забили – тогда бы… А так вот, пожалуйста, «проиграли ХХ век»…

Обычные стоны клиострадальцев вам знакомы не хуже меня. Их можно разделить на основные группы:

- Не было жестокости – пришла жестокость
- Была свобода – не стало свободы
- Было богатство – стала нищета

Это основные блоки, там много подразделов: страдания по утраченному парламентаризму, по волшебной припарке многопартийности, по идеологизации культуры и науки, по поводу «формализма выборов», утраченных возможностей, упущенных шансов и т.п.

Всё это, строго сводя, укладывается в два слова: «ГОРЕЧЬ УТРАТ». Всё было хорошо, была нормальная жизнь, её бы чуть подправить – а тут такие «великие потрясения» взамен «великой России»…

Те, кто видят в 1917 году «великие потрясения» - не хотят в упор видеть ни великих сдвигов, ни великих свершений, ни великих (всемирно-исторических) достижений подлинного авангарда человечества, которым стал СССР в ХХ веке, «русском веке» - потому что именно русские в ХХ веке определили всё, создали его лицо и его достижения.

+++

Есть одна особенность у истории, которую нужно подчеркнуть: поистине-великие свершения и переходы на новый уровень в ней чаще всего свершаются в сектантской оболочке, о чём, кстати, писал и К.Маркс.

Он достаточно проницательно отделял в английской, например, революции её социально-историческое ядро преобразований, от той формы, в которой они проходили, от радикального религиозного пуританизма. Оглядываясь на 100 лет назад, мы имеем право так же рассматривать и великую русскую революцию.

В ней есть всемирно-историческое ядро объективно-необходимых преобразований. И неизбежно - имеется сектантская оболочка этого ядра, пласт верований людей конца XIX века, облекших цивилизационный подъём на новую ступень человеческих отношений в посильные человеку той эпохи образы, по сути, сектантских взглядов.

Точно так же, как пуритане видели в своей буржуазной революции не буржуазную революцию, а торжество пуританской секты, большевики видели в своей цивилизаторской прогрессии не общую логику раскрытия двух тысячелетий христианской цивилизации, а торжество естественнонаучной секты.

Но примитивные естественнонаучные взгляды XIX века давно похоронены новыми достижениями человеческого познания, во многом связанными с великим цивилизационным подъёмом социалистической формы хозяйствования (в которой разум планирования покоряет безмозглую и непредсказуемую стихию случайных взаимоотношений).

Во многом несоответствие содержания процесса той форме, в которую её облекли сектанты в самом начале – и вызвало кризис социализма конца ХХ века. Но это другой разговор.

Наш разговор – о достижениях, которых плоские умы не хотят видеть за потрясениями.

+++

Дореволюционная культура Европы и России складывалась так однобоко, что из неё мы, в основном, знаем лишь о жизни 3-5% населения Земли.

Лишь изредка, да и то в трудах мрачных писателей-реалистов, проглядывает жизнь 97% людей, обречённых на кромешный ад от рождения до гроба. И вся «горечь утрат» с их парламентаризмом, многопартийностью, энциклопедичностью, знание по 6-7 иностранных языков – была утратой только для 1-2, много 3% населения.

Под этой тонкой социальной плёнкой тысячелетиями находились гигантские массы «двуногого скота» и «говорящих орудий».

Ни парламентаризм, ни многопартийность, ни думские страсти, ни газетные перезвоны, ни культурное наследие человечества, ни прочие ресторации-ассигнации этих масс никак не касались и ничего для них не значили.

И жизнь и политика тысячелетиями существовали лишь для узкой верхушки, а потому и "потерять старую жизнь" могла только эта узкая верхушка.

У масс в России или Европы не было ни человеческой жизни, ни какой-либо иной политики, кроме повседневного выживания.

У социально-экономической машины XIX века был чудовищно низкий КПД: чтобы обеспечить сносную жизнь 5% жителей Земли, она сжигала в топке, в адских муках 95% остальных. И так – из поколения в поколение.

+++

Вера в Бога вообще, и христианство в частности – полагали такое положение нетерпимым и невыносимым. Человек, как топливо и навоз, противоречил образу человека, созданного по образу и подобию Божию. Проблема социальной справедливости была поставлена христианством и религией (а, скажем, перед дарвинистами она никогда не стояла, да и сегодня не стоит. Выживание 3% самых ловких и приспособленных – это и есть естественный отбор, скажет вам социал-дарвинист)…

Но ведь Европа и Россия – многие столетия представляли христианскую цивилизацию. В ней жило, болело и нарывало громадное противоречие между теорией (человек по образу и подобию Бога) и практикой (человек как мусор и расходный материал).

Это противоречие и породило прогресс, заставляя искать выход из своего капкана! Теоретически все мы братья – думал человек, выходя с богослужения – а практически волки…

И тогда человек создал науку и технику. Нигде за пределами христианской цивилизации мы не встречаем таких науки и техники, и по очень простой причине: они там были не востребованы. У инков или корейцев, арабов или банту не было этого мучительного противоречия между теорией и практикой.

Наука и техника порождены заботой о бедных. Богатым они не нужны, и даже опасны: авторитет подрывают. У богатых и без техники всё есть, и наука кажется им вздорной блажью. К тому же авторитет учёности может подменить авторитет наследника богатств, а для богатых такой перехват – отнюдь не в радость!

Наука и техника нужны тем, кто бедствует. Кто не бедствует, кто блаженствует – тот не нуждается в переменах и даже боится их. А вот тем, кто в беде – нужно средство вырваться.

И вот люди, полные христианского милосердия, задумались:

- как сделать жатки, молотилки, веялки, трактора – чтобы облегчить простым людям невыносимый чёрный труд? Великий Кулибин прямо указывал, что создал свою "самоходную баржу", наблюдая невыносимые страдания волжских бурлаков...

Другая сторона вопроса:

- как сделать оружие, которое защитило бы слабого от сильного? Например, русские без пушек покорились монголам, а с появлением пушек – отбились от них!

Давид нуждается в праще против Голиафа, а раб нуждается в роботе, чтобы робот делал за него неприятный, тяжёлый, грязный и монотонный труд…

Наука и техника сделали у нас (в России и в Европе, Америке) огромные и беспрецедентные шаги. Они подняли нашу, белую, расу на недосягаемую высоту прогресса. Но если добрых людей наука и техника усиливают, то точно так же они усиливают и злых людей. Ножу безразлично – резать ли каравай или человека…

Возник ещё один фундаментальный конфликт: между разумом, господствующим в лаборатории учёного, Духом, "господином монастырским" и зоологическим, звериным доминированием, господствующим в обыденной жизни.

Европейский разум прятался за стенами университетов, как первые коммунисты-монахи прятались от феодальных свинцовых мерзостей за стенами монастырей-крепостей…

К ХХ веку наука и техника накопили огромный, величественный багаж знаний и возможностей. Но конфликта между разумом и зверем не сняли: с умной техникой можно было бы, кажется, выстроить и всю жизнь по уму (ведь для этого и создавалась великими подвижниками умная техника!) – но разума мало. Нужна воля. Политическая воля.

Плоды просвещения веками доставались, в самом лучшем случае, лишь тем же 3% населения Земли. Основная же масса была лишена и доступа к ним и всех сулимых ими благ.

Машины, созданные для улучшения жизни – калечили и убивали, отсюда и трагедия ручных ткачей, и движение луддитов, и многое другое. Даже если удавалось вписать умную машину в звериное устройство дореволюционной жизни – она там усиливала не добро, а зло, и не сокращала, а умножала страдания низов.

Например, ткацкая машина, создававшаяся для облегчения труда ткачей – облегчила жизнь не им, а только их хозяевам! Если ты владелец или совладелец производства – тогда его технический прогресс тебе во благо, ты больше и быстрее получаешь благ. Но если ты наёмный рабочий – то технический прогресс выбрасывает тебя даже из той жалкой жизни, которая у тебя была при низком развитии технологий!

И всем передовым людям становилось ясно: умная техника несовместима с безумной жизнью, подчиняющейся «законам джунглей», полной безмозглых стихий и животных мотиваций!

Если в самой организации жизни, её строе и укладе, нет ума – то умная машина только усиливает изначальное безумие, умножает и без того чрезвычайные страдания большинства.

Пределом этого «умножения безумия» техникой стала Первая мировая война. Лишённая идеологической подкладки Второй мировой, ведшаяся странами с одинаковым общественным строем – величайшая бойня, снабжённая пулемётами и удушливыми газами (вот они, плоды просвещения!) не имела ни внятных причин, ни смысла, ни рационального объяснения. Миллионы жертв, поля, устланные костями призывников всех наций – ради чего?!

Я объясню. Это – зоологическое.

Если в саванне встречаются два льва – они дерутся, выясняя, кто круче. Лев, имеющий клыки – пускает в дело клыки. Лев, имеющий когти, пускает в дело когти. Слоны добавят бивни, а носорог – рог, и т.п. Если у хищника есть пулемёты, то он пустит в дело пулемёты. Если у него есть отравляющие газы – он выпустит отравляющие газы. Если у него появится атомная бомба, он…

Первая мировая – это выяснение «кто круче» у геополитических хищников. С одной стороны – они были вооружены немыслимой для дикарей техникой. С другой – были по натуре животными, управлялись зоологическими мотивами, следовали «естеству джунглей».

Логично, что запредельный и запредельно бессмысленный кошмар «империалистической войны» завершается Октябрьской, и, в определённом смысле, мировой революцией.

Слишком очевидным для слишком многих стало, что развивать дальше технику, не развивая общественного устройства, невозможно. Нельзя и дальше давать в руки диких зверей умные машины…

+++

Наша цивилизация две тысячи лет вырабатывала образ и проект «нормальной человеческой жизни». Он возник как вероисповедный идеал, а затем стал дополнятся необходимыми техническими устройствами (которые без идеала просто не появились бы – как не появились они в Папуа-Новой Гвинее).

Образ-то нормальной человеческой жизни был, а самой нормальной человеческой жизни не было! Были лишь кое-где в монастырях (далеко не во всех) её маленькие оазисы, экспериментальные крупицы.

Сама же жизнь текла описанным М.Горьким потоком, в котором ненавистью вытеснялась любовь, хищничеством – забота и сострадание, родительские чувства, так ярко описанные Христом (отец и сын – одно!) подменялись истязанием сынов отцами, дочерей – матерями… Христос велел делиться – а люди вместо этого окосели от жадности. Апостолы Христа не имели личного имущества – а их как-бы последователи всех замордовали своим собственничеством, своим занудным, звериным «моё, моё»…

2 тысячи лет назад Евангелие сказало, что «мир во зле лежит», мир во власти сатаны, и предостерегло верующих – что будут они «не от мира сего».

Это – первичная энергия пафоса цивилизации, которая двигала большевиками, и которую сами большевики не совсем понимали. Вытащить мир из вековечной обыденности зла, из тысячелетий паскудного скотства и безбожной несправедливости, глумящейся над христианским обликом человеческим…

Эту задачу надо было решить, и нужна была сила, которая возьмётся её решать.

+++

Достаточно полистать любого из наших – или зарубежных классиков, Достоевского или Лескова, Диккенса или Гюго, чтобы понять один простой факт: до революции 1917 года не было отдельного ГУЛАГа, потому что просто вся жизнь сама по себе была ГУЛАГом в солженицыновской треш-версии.

То, что бородатый лжец приписывал лагерным баракам – было присуще любой курной избе малоземельного крестьянина, любому фабрично-заводскому бараку, любой ремесленной лавке или мелочной торговле…

Человека не нужно было отдельным приговором сажать в "ГУЛАГ по версии Солженицына", потому что 95% населения рождались в таком ГУЛАГе, жили там, и умирали тоже там.

О том, что может быть какая-то другая жизнь, такой забитый человек узнавал только из церковных «сказок», рисовавших образ рая, подозрительно схожий с брежневским СССР[2]

Никакие многопартийные парламентаризмы, игрушки буржуазного лживого кастового общества[3] - никак не влияли на этот «врождённый ГУЛАГ». Никак не облагораживали его, с его запредельными холодом, голодом, теснотой, вшивотой, темнотой, нищетой, истязаниями и бесправием.

Многопартийности и парламентаризма и прочего псевдо-правового тряхому*ия полно и сегодня, в нашей уродливой, ненормальной пост-советской жизни, но «счастье», как сами видите – вовсе не в них.

+++

Великими усилиями глубокоуважаемого С.Е.Кургиняна в массовое сознание вошли РЕАЛЬНЫЕ цифры жертв политических репрессий.

Они стали для спорщиков консенсусом: уже и «сталиноедка» К.Собчак[4], и ультра-американствующий русофоб А. Илларионов фиксируют число жертв в районе 2 млн чел. Пропали солженицыновские мифические 100, 60, 30 и прочие миллионы.

А вот тут кончается и «скромное обаяние антисоветизма»: извините, но в американских тюрьмах сегодня, в 2017 году сидит свыше 2,2 млн. чел. В тюрьмах РФ – около 700 тыс. чел. И когда Илларионов пишет с гневом и яростью – «Жертвы террора, 1921-53 гг., всего казнённых, убитых, умерших – 2,5 млн чел»[5] - это уже не шок и не сенсация.

Ведь итог подбит за 32 года, включавших в себя ожесточённейшую гражданскую войну, великие хозяйственные и социальные переломы, Великую Отечественную войну, такие немыслимые и грандиозные испытания от внешних (никак не связанных с И.Сталиным) причин. Давайте ещё раз посмотрим на цифры:

Всех заключённых в ГУЛАГе в 1937 году: 1 млн 196 тыс. чел. Это на пике т.н. «большого террора»[6]! У режима Обамы население тюрем превысило 2 млн. чел.

При этом условия абсолютно несопоставимы: Сталин осуществляет руководство страной между двумя мировыми войнами, с грандиозными преобразованиями, ломающими весь старые быт. А режим Обамы осуществляет всего лишь текущее управление давно сложившимся американским укладом. И у Обамы сидит в тюрьмах больше, чем у Сталина!

И возникает вопрос: а раз так, то о чём вообще разговор?!

Существует определённая социальная норма – количество заключённых (и казнённых) на 100 тыс. населения. Штука-то в том, что сталинизм не выходит за эту норму, действовавшую и действующую сегодня в США, РФ, во Франции и других аналогах!

Мы бы конечно, с пониманием отнеслись, если бы он вышел: особые условия, особое время, особые вызовы! Но поразительным образом сталинизм не выходит за социальную норму заключённых в обыденное мирное время – хотя он не был, ясен перец, ни обыденным, ни мирным временем…

Нелепо довешивать к «жертвам Сталина» (кстати, почему они у либералов всегда и все «невинные»?!) умерших от голода. В США в 1930-33 годах от физического истощения умерло более 7 млн голодавших[7], однако я ни разу не встречал гневные статьи о «кровавом президенте Гувере» или ещё каком-нибудь кровавом президенте.

Стивен Кинг об американском голодоморе: «…однажды они пошли в суд, поглядеть на страшную машину, которую шеф Бортон нашел на чердаке. Эта штука называлась стулом для бродяг. Он был чугунный и в ручки и в ножки были вделаны оковы. Закругленные набалдашники торчали из спинки и из сиденья...
– Ну ты просто ребенок, – сказал шеф Бортон, смеясь. Сколько ты весишь? Семьдесят, восемьдесят фунтов? Большинство бродяг, которых шериф Салли усаживал на этот стул в былые дни, весили в два раза больше. Где-то через час они чувствовали себя немного неуютно, по-настоящему неуютно через два-три и совсем плохо через четыре-пять часов. Через семь-восемь часов они начинали кряхтеть, а после шестнадцати-семнадцати обычно начинали плакать. И к тому моменту, когда двадцатичетырехчасовой тур кончался, они готовы были клясться перед Богом и человеком, что в следующий раз они будут обходить Дерри на кривой кобыле.
Двадцать четыре часа в кресле для бродяг были чертовски убедительным средством.
Внезапно показалось, что в кресле больше набалдашников, вонзающихся в ягодицы, позвоночник, поясницу, даже затылок.
– Можно мне отсюда вылезти? – спросил он вежливо, и шеф Бортон засмеялся. В одно мгновение, в какую-то долю мгновения, Майк подумал, что шеф закроет сейчас на ключ наручники и скажет: «Конечно, я выпущу тебя.., через двадцать четыре часа»[8]...

Либерал Липсиц И.В[9]., автор учебника «Экономика 10-11 классы», изданном в 90-е годы:

«...Над страной [CША - ЭиМ] опустился мрак безысходности, и голодная смерть стала реальностью: только за один 1931 год и только в Нью-Йорке от голода умерли 2 тыс. человек».

+++

И немудрено: голод – вечный спутник рыночной экономики. При ней всегда кто-нибудь голодает. В обычное время голодающих не так много, а в кризис их количество резко растёт. В царской России с приходом капитализма и рынка массовые голодоморы случались не реже, чем раз в 10 лет (а то и в пять)[10].

Для того, чтобы голод кончился раз и навсегда – нужно, чтобы кончился свободный рынок. Это и сделали в СССР, после чего, собственно, родился я – здоровенький, пухленький, розовенький… И тупой как пробка – раз мне в школе лапшу на уши навешали про «страшного Сталина»… Моё поколение, по меткому слову Р. Шарипова, «Бога забыло, хлебом кидалось» - и вот результат…

+++

В становлении нового мира, вытекающего из всей логики человеческой цивилизации (суть которой – наращивание возможностей, точности и упорядоченности параллельно наращиванию человечности) – было допущено огромное множество тактических ошибок. Конечно же, большевики «дров наломали» и «маху дали» далеко не один раз, иначе не был бы столь жалким финал великого советского пути в 1991 году…

Необходимо не просто возвращение к истокам, но и РАБОТА НАД ОШИБКАМИ, как в школе, когда тебе вернули диктант, написанный на «двойку». Если ты получил «двойку» за диктант – это не значит, что не нужно писать диктантов. Это значит, что нужно лучше готовиться к диктантам…

Точно так же в столетие Октября-1917 нельзя смешивать работу над ошибками – и отрицание самой необходимости революции. Нелепо отрицать и необходимость насилия, давление, «ломания об колено» старого мира. Может быть, где-то оно применялось не так, как нужно, и не к тем, кому нужно – эти случаи мы должны разобрать и осмыслить.

Но в общем и целом не нужно думать, что вы войдёте в светлое будущее без подавления сопротивления врага и без карательного аппарата. Это наивно. Жизнь сто раз доказывает только одно: если ты не уничтожишь врага, то он уничтожит тебя. Это единственное, чего можно добиться ненасилием и толстовством.

Из самой природы термина «Зверь» вытекает невосприимчивость его носителя к ненасильственным увещеваниям. Если вы пошли охотится на крупного зверя – то обязаны быть и сильнее его, и вооружены, и готовы применить оружие. Иначе ваша охота на зверя закончится тем, что зверь вас сожрёт (что и случилось с одрябшим, уверовавшим в ненасилие СССР).

Наврал, и грубо наврал А. Твардовский, когда в 60-х проорал "По праву памяти":

Смотри, какой ты сердобольный, --
Я слышу вдруг издалека, --
Опять с кулацкой колокольни,
Опять на мельницу врага. --
Доколе, господи, доколе
Мне слышать эхо древних лет:
Ни мельниц тех, ни колоколен
Давным-давно на свете нет.

Ты, Саша Твардовский, иди марксистов обманывай, а современного человека не проведёшь. Это у марксистов(наивных) для зверства человеческого «социальные условия и производственные отношения» нужны. А кто Святых Отцов читал – знает, что зверь в человеке сидит без всяких производственных отношений.

В 1991 году всё вдруг всплыло – «и мельницы, и колокольни», и те сынки, которые «за отца не отвечали»… Вон сынка Шухевича пожалели, думали – сын за отца не в ответе, а он новых трупов, гадина склизкая, навалил, тёмного часа дождавшись…

Зверь есть зверь. Надеяться на то, что он, со всеми его инстинктами, услышит лекции по цивилизации и променяет жажду кровавого доминирования на электричество и тёплый сортир – будете до морковкина заговения.

Вы кого хотите убедить в необходимости торжества разума и добра, бандеровское отребье?! А вы не думали, что хищник сожрёт вас быстрее, чем вы закончите читать свою проповедь?

К тому же и непонятную хищнику, ибо нет у него АППАРАТА ВОСПРИЯТИЯ. Чтобы воспринять умные мысли – нужно иметь собственно ум. Ведь для радиосигнала мало радиостанции, нужен ещё и работающий радиоприёмник! Умные мысли мало оглашать – нужно же, чтобы слушатели были способны их воспринимать не просто как шум и колебания воздуха…



[1] Ироничный неологизм автора составленный по имени музы истории, Клио. Страдающие по неправильному ходу истории.

[2] Говорю не понаслышке, как историк, я изучал этнографические описания, записанные от крестьян царской России и старой Европы. Они описывали свои представления о том, как и что, по их мнению, обустроено в раю. Например, неубывающую плошку пшённой каши – которую можно кушать, сколько влезет, а она всё не кончается…

[3] Основатель и классик социологии, Питирим Сорокин, который является одним из родоначальников теорий «социальной мобильности» и «социальной стратификации», подчёркивал, что при капитализме социальная мобильность существенно ниже, чем была в феодальном обществе. Там человека выдвигала наверх ратная доблесть, успехи в бою – здесь же человека не выдвигает ничто, несмотря на болтовню о свободе и равенстве.

[4]Собчак брызжет слюной: «2 249 728 человек… были уничтожены в сталинских лагерях».

[5] https://aillarionov.livejournal.com/1023831.html

[6] В 1938 - 1 881 570 чел., в 1939 - 1 672 438 чел.

[7] На основании анализа статистических данных историк и демограф Б. Борисов в статье «Голодомор по-американски» оценил число жертв финансового кризиса в США в более, чем 7 миллионов человек. В своей статье Борисов использует официальные данные американского статистического ведомства. Рассмотрев численность населения США, динамику рождаемости и смертности, иммиграцию и эмиграцию, автор приходит к выводу: за время голода 1932-33 годов США не досчитались более 7 миллионов жизней. «Каждый шестой американский фермер попал под каток голодомора. Люди шли в никуда, лишенные земли, денег, своего родного дома, имущества - в охваченную массовой безработицей голодом и повальным бандитизмом неизвестность» - пишет Борисов.

[8] Из романа «Оно» (англ. It) — роман классика американской литературы Стивена Кинга, впервые опубликован в 1986 году.

[9] Липсиц И.В. является одним из основателей Высшей школы экономики, где в 1993 году создал кафедру «Экономики фирмы», ставшую основой для формирования в ГУ-ВШЭ всего направления прикладных дисциплин, а в дальнейшем — Факультета менеджмента, где И. В. Липсиц в 1998 году основал кафедру маркетинга. И. В. Липсиц известен как автор многих публикаций в экономической прессе и первого в России учебника по рыночной экономике для подростков «Удивительные приключения в стране Экономика», изданного большим тиражом.

[10] Хочу особо отметить, что начались голодовки в царской России с приходом капитализма и «свободы» крестьян, после 1861 года. До этого социальными функциями занимались помещики и крестьянская община. Анализируя внезапно свалившееся на русскую деревню несчастье голодовок монархист М.О. Меньшиков проанализировал и причины: «В старинные времена в каждой усадьбе и у каждого зажиточного мужика бывали многолетние запасы хлеба, иногда прямо сгнивавшие за отсутствием сбыта. Эти запасы застраховывали от неурожаев, засух, гессенских мух, саранчи и т.п. Мужик выходил из ряда голодных лет все ещё сытым, не обессиленным, как теперь, когда каждое «лишнее» зерно вывозится за границу». То есть – пришёл рыночный торг, пришёл и голод! Старичок-крестьянин Поликарп рассказывал знаменитому писателю Мельникову-Печерскому: «В старину… у мужичка, бывало, год по два, да по три немолоченый хлеб в одоньях стоит... А в нынешние времена не то... нигде не единого одонья не увидишь, чтобы про запас приготовлен был». С.Т.Аксаков в «Детских годах Багрова-внука», писанных, как известно, с натуры: «…Господское гумно стояло, как город, построенный из хлебных кладей… в крестьянских гумнах видно было много прошлогодних копен. Отец мой радовался, глядя на такое изобилие хлеба...». Отсюда странная на современный взгляд поговорка из собрания русских поговорок В.И.Даля – «На Руси никто ещё с голоду не умирал». Она сложена была в те годы, когда хозяйство было натуральным, подстрахованным прошлогодними запасами хлеба, и потому голода русская деревня до капитализма не знала.

Николай ВЫХИН, специально для «ЭМ»; 9 ноября 2017

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • МИР И ОБЕЗДОЛЕННЫЕ

    МИР И ОБЕЗДОЛЕННЫЕ От редакции: кратко выраженная суть нашего противостояния с западниками заключается вот в чём. Западники хотят вести нас чередой прозападных либеральных революций, каждая из которых всё глубже погружает нас в задницу. А мы не хотим погружаться в задницу. А либералы западники не хотят, чтобы мы этого не хотели. Они хотят, чтобы мы уподобились украинцам, у которых лесенка майданов сводит общество в каменный век, рождая в массах восторг и эйфорию «избавления от культуры»…

    Читать дальше
  • ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ

    ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ Я предлагаю всерьёз подумать о таком затёртом и расхожем выражении, как «корни человека», «мои корни». Что оно означает? Только ли происхождение человека, только ли его безвозвратно ушедшее прошлое, не имеющее никакого отношения к настоящему, ко дню сегодняшнему? Тот, кто мыслит связно, понимая причинно-следственные связи, никогда с таким не согласится. Прошлое диктует настоящее и будущее. «Корни» человека – это вся та совокупность, которая держит человека на родной земле и ПИТАЕТ его. Ведь это очевидная функция корней – удерживать и питать. Недаром зовут космополитов «перекати-полем», сравнивая с растением, оторвавшимся от корней…

    Читать дальше
  • В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ?

    В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ? ​Мыши очень любят сыр. Но делать сыр они не умеют. Если мышей посадить в бочку с сыром, они сперва съедят весь сыр, потом начнут нападать друг на друга, а в итоге все передохнут в пустом и замкнутом пространстве. Если бы на Земле не было людей – то мыши никогда не попробовали бы сыра. Его просто не появилось бы, потому что возникновение сыра – это сложная цепочка ОБОСНОВАННОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ.

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека — А. Прокудин.