Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,4296 руб.
  • Курс евро EUR: 68,0822 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,2039 руб.
Ноябрь
пн вт ср чт пт сб вс
    01 02 03 04 05
06 07 08 09 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30      

ИСТОКИ РАВНОПРАВИЯ И ОШИБКА МАРКСА

ИСТОКИ РАВНОПРАВИЯ И ОШИБКА МАРКСА ​Горе всем, кто построит дом свой на песке. Русские – не исключение. Русский социализм, построенный на песке смыслов марксизма, рухнул, «и было падение его великое». Ведь в марксизме совершенно естественно и даже органично – считать царскую Россию отсталой азиатской деспотией, а эталоном развития – наиболее враждебную русским державным интересам буржуазную Англию. Маркс, проживавший в Англии, и, не исключено – определённым образом включенный в расчеты английского колониализма – преподносит нам Англию, как эталон развития.

Далее от этого эталона начинает отсчитываться «отсталость» стран и народов. Простота в данном случае – хуже воровства: чем более устройство какой-либо страны схоже с английским – тем более она «цивилизована». Чем менее похожа страна на Англию – тем более она уродлива, отстала, архаична. То есть не движение цивилизации, не близость к социализму взята за основу оценки, а простое соответствие/несоответствие Англии…

В схеме Маркса историософия такова: вначале был хаос зоологического неравенства. Из этого хаоса образовалась «азиатская деспотия» - в которой один главный вожак подавил и поработил всех. Затем путём разложения деспотии возникают права человека сперва у магнатов, олигархов, богачей и прочих хозяев жизни. И далее – через развития парламентаризма – эти права человека спускаются всё ниже и ниже, пока, наконец, не охватывают всю толщу народонаселения, что и знаменует собой переход к социализму, а далее – к коммунизму.

Поэтому парламентская Англия казалась Марксу ближе к социализму, чем царская Россия. Когда Марксу указывали на общинность русского крестьянства, на неукорененность институтов собственности в России – Маркс с негодованием отвергал такие взгляды.

А ведь, с точки зрения чисто технической – государственной и общественной собственности в царской России было гораздо больше, чем в Англии XIX века! Да и представления о равенстве были в царской России более развиты: русский солдат из крепостных часто выходил в офицеры, получая при этом дворянство, браки между дворянами и крепостными девушками были достаточно распространены. Для Англии такое неуважение к сословности немыслимо!

Почему же переход к социализму должен был свершиться не там, где он реально свершился, а там, где он так и не свершился – в Англии и похожей на неё Западной Европе?

Маркс видит в царизме только тьму бесправия. В этом деспотическом строе всякий человек – и нищий, и светлейший князь – лишь холоп царя, и ничего больше. Царь может расправится с самым значимым аристократом так же быстро, как и с последним нищим…

Иное дело Англия: в ней (времен Маркса) лютое и безысходное бесправие низов (неплохо описанное, кстати, самими Марксом и Энгельсом) сочеталось с определёнными правами и защитными системами верхов. Верхи Англии жили УЖЕ в гражданском обществе, и, по мысли КМЛ, предстояло лишь перевести туда низы…

Мы считаем такой взгляд существенной и фундаментальной ошибкой обществознания.

С нашей точки зрения в реальности всё было вовсе не так, как представляли себе марксисты.

Вначале мы имеем дело с зоологическим неравенством, выстроенном на зоосадизме и жажде альфа-доминирования. Этому животному состоянию противостояла сфера идеалов и идеального, выстроившая проект не только формального, но главное, фактического равноправия людей.

Мы полагаем, что высшая стадия равноправия – горизонтальное равноправие, оно же социализм/коммунизм – не может возникнуть само собой. Необходимой ступенью оно должно иметь низшую, примитивную стадию равноправия – равноправие всех перед царем.

Царь – не Бог, конечно. Он порой бывает вздорным, капризным, деспотичным, несправедливым. Поэтому равенство перед лицом царя – низшая стадия равенства, неразрывно связанная с феодальными гримасами и извращениями.

Тем не менее, для высшей стадии равноправия, горизонтальной, правовой – необходима ученическая стадия вертикального равноправия. Она порой уродлива – но она есть школа равенства между князем и мужиком…

Ничего подобного нет при тупиковом буржуазно-парламентском развитии, столь любезном сердцу Маркса, как и всех западников. У лордов, князей, олигархов и магнатов – в нём нет общих интересов с нищей народной толщей. Получив все права, эти лорды и магнаты из поколения в поколение всё более и более воспринимают себя как сверхлюдей, как высшую касту, как отдельный биологический вид. Своих же слуг лорды воспринимают как недочеловеков, унтерменшей, как нечто, подобное скоту. Царская деспотия не уравнивает богатых и бедных равной вероятностью расправы. Лорд теряет в итоге и страх и совесть, перерождаясь в носителя идеи «многоэтажного человечества», состоящего из сверхчеловеков и недочеловеков.

В этом смысле Гитлер – всего лишь внимательный ученик европейских парламентаристских штудий. Строй буржуазной Англии, который казался Марксу эталоном – на самом деле вёл (и, что важнее, ведёт) – к ФАШИЗМУ в самом прямом смысле этого слова.

Если через примитивное и первичное, вертикальное равноправие царской деспотии – логичен и очевиден выход к более высоким стадиям равноправия, горизонтальным, то из буржуазного парламентаризма дорога одна: в многоэтажное человечество, в фашизм.

Если мы посмотрим на историю, то увидим, что история развивалась именно по этой логике, а вовсе не по домыслам Маркса и прочих западников. Европа не породила социализма (его породила Россия – что в нашей схеме вполне объяснимо). Европа породила фашизм. Кастовое общество и не может породить ничего другого в век секуляризации, в век ослабление влияния церковных рычагов на поведение людей.

Почему? Потому что Европа не прошла первых классов школы равноправия – вертикального равноправия (все равны перед царем). Оттого Европа не могла сразу перейти к горизонтальному равноправию – справедливости скрижального типа, попирающей и отменяющей зоосадизм и жажду альфа-доминирования. Европа делала те исторические выводы, которые следуют из её собственного опыта – а именно: расширение пропасти между сверхчеловеками (обладателями всех благ и всех прав) и недочеловеками. Уэллс гениально отразил это в образе морлоков и элоев…

Но если расширять пропасть между господствующими и подчиненными стратами – то, конечно, возникает эффект социального каннибализма, пожирания лордами своих слуг. Не в том смысле, что они ими закусывают (хотя в масонских ложах сатанинского типа… - впрочем, это другая тема), а в том смысле, что сверхчеловеческое сверхблагополучие достигается за счет пожирания судьбы, мечты, перспективы обделённого человека.

Привычка к социальному каннибализму делает общество абсолютно тупиковым с точки зрения прогресса и цивилизации.

Поясню простым примером. Родились в СССР я – и какой-нибудь сынок приватизатора. В СССР мы бы примерно в одно время (как ровесники) получили бы жильё, допустим, по 50 кв. метров каждый.

СССР развалился, и я не получаю ничего: ни 50, ни даже 10 квадратных метров. Это позволяет сынку приватизатора получить вместо 50 100 кв. метров. Если же он, кроме моей, сожрёт ещё чью-то судьбу – то получит 150, 200 кв. метров и т.п. Чем больше судеб он сломает и сожрет – тем выше его благополучие, перерождающееся в сверхблагополучие, недостижимое (внимание – важный момент!) в честном и правовом обществе.

Получается, что выше определённой планки потребления оно может повышаться только путем социального каннибализма: пожирания низших слоёв общества, у которых отбирают последнее, пожирание в рамках колониализма покорённых народов, и т.п. Важное место в этом пожирании занимает пожирание природы, экологический разбой во имя сверхпотребления избранных…

***

Давайте же поймем, что мысль Маркса о том, что из неравноправие может выйти высшая степень равенства – в лучшем случае наивна, в худшем же – орудие британского империализма. Развитие заложенных в Западной Европе (и её английском культурном ядре) тенденций – порождает фашизм. Развитие тенденций царской России порождает социализм.

А разве не так всё и было?!

Александр Леонидов; 27 июня 2016

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • МИР И ОБЕЗДОЛЕННЫЕ

    МИР И ОБЕЗДОЛЕННЫЕ От редакции: кратко выраженная суть нашего противостояния с западниками заключается вот в чём. Западники хотят вести нас чередой прозападных либеральных революций, каждая из которых всё глубже погружает нас в задницу. А мы не хотим погружаться в задницу. А либералы западники не хотят, чтобы мы этого не хотели. Они хотят, чтобы мы уподобились украинцам, у которых лесенка майданов сводит общество в каменный век, рождая в массах восторг и эйфорию «избавления от культуры»…

    Читать дальше
  • ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ

    ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ Я предлагаю всерьёз подумать о таком затёртом и расхожем выражении, как «корни человека», «мои корни». Что оно означает? Только ли происхождение человека, только ли его безвозвратно ушедшее прошлое, не имеющее никакого отношения к настоящему, ко дню сегодняшнему? Тот, кто мыслит связно, понимая причинно-следственные связи, никогда с таким не согласится. Прошлое диктует настоящее и будущее. «Корни» человека – это вся та совокупность, которая держит человека на родной земле и ПИТАЕТ его. Ведь это очевидная функция корней – удерживать и питать. Недаром зовут космополитов «перекати-полем», сравнивая с растением, оторвавшимся от корней…

    Читать дальше
  • В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ?

    В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ? ​Мыши очень любят сыр. Но делать сыр они не умеют. Если мышей посадить в бочку с сыром, они сперва съедят весь сыр, потом начнут нападать друг на друга, а в итоге все передохнут в пустом и замкнутом пространстве. Если бы на Земле не было людей – то мыши никогда не попробовали бы сыра. Его просто не появилось бы, потому что возникновение сыра – это сложная цепочка ОБОСНОВАННОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ.

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношение каждого конкретного человека..