Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 57,5336 руб.
  • Курс евро EUR: 68,5801 руб.
  • Курс фунта GBP: 77,3194 руб.
Сентябрь
пн вт ср чт пт сб вс
        01 02 03
04 05 06 07 08 09 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30  

ЭРРОЗИЯ ЛИЧНОСТИ И ДЕГРАДАЦИЯ МАСС

80-Е ГОДЫ ВЫРАСТИЛИ ЗАКОНЧЕННЫХ ДЕГЕНЕРАТОВ...

ЭРРОЗИЯ ЛИЧНОСТИ И ДЕГРАДАЦИЯ МАСС В условиях массовой дегенерации простого человека даже самая тираническая и самодержавная власть не в силах провести в жизнь никакого решения. Но именно массовая дегенерация простых людей стала основным предметом истории второй половины ХХ века. Люди на всей планете своими руками демонтируют сложные и сверхэффективные аппараты жизнеобеспечения, разрушают институты предсказуемости, утрачивают уважение к достоинству человека и самоуважение. Дешевеет человеческая жизнь, тупеет человеческая мысль, разлагаются межчеловеческие связи и системы взаимных гарантий, взаимных обязанностей. В Европе распадаются социальные государства, в США – «общество двух третей», в России гниют начатые в 1992 году либерально-рыночные реформы, и все это звенья одной зловещей цепи.

 

Эрозия личности ставит власть в безвыходное и дурацкое положение. Дело в том, что 99% всех наших действий и поступков – добровольно-принудительны. Невозможно приставить к каждому рабочему конвоира, чтобы штыком загонять его на фабрику. Поэтому – хотя поход на фабрику и не очень доброволен – он, если подумать, и не совсем принудителен. 
 
Механизм власти подобен механизму страховой конторы. Как страховая контора не может заплатить обещанную компенсацию сразу всем застрахованным, так и власть не может применить насилие ко всем подданным сразу. Страховая статистика строится на том, что на 100 страховок будет не более 1 страхового случая, и потому страховщик может выплатить 100 руб. одному пострадавшему, собрав со ста возможных пострадавших по 2 рубля. 
 То же самое и власть. В нормальном обществе власть вмешивается только в редких, исключительных случаях, когда общественные механизмы (общины, гражданского общества) перестали работать. В нормальном обществе большинство людей знает о существовании карательного аппарата государства только из детективов. 
 Работать иначе государство не может, как не может страховщик выплатить страховое возмещение при тотальных убытках у всех застрахованных. Страховщик объявляет банкротство, и государство вынуждено будет объявить банкротство.
 
Личность характеризуется ещё и тем, что сама в себе имеет какой-то закон, который исполняет независимо от карательных мер государства. Этот закон личности не всегда на 100% совпадает с государственным законодательством, но в общем и целом позволяет человеку оставаться законопослушным (самому себе) и в тех ситуациях, когда надсмотрщик с палкой не стоит над душой. Как говорили в СССР – «совесть – лучший контролер».
 Власть не может постоянно караулить всех своих подданных (хотя бы потому, что «кто будет сторожем над сторожами?»).  Но отойти от подданного власть может только в том случае, если его поведение хотя бы в общих чертах ПРЕДСКАЗУЕМО. А предсказуемо оно через цельность характера, через устойчивость личности.  Я отвернусь, и ты не ударишь мне ножом в спину – говорю я о друге. Откуда я знаю, что он не схватит нож? Оттуда, что я знаю его самого, знаю, что мы не ссорились, что он нормальный человек, и как нормальный человек – предсказуем, а потому могу в безопасности стоять к нему спиной.
 Власть всегда стоит на статистике страховых случаев. Власть может быть, если убийц среди её подданных не более х%, воров – не более у%, и т.п. Пока власть укладывается в статстику страховых случаев, она может эффективно среагировать на ЧП. При этом – ведь очевидно, что БОЛЬШИНСТВО ОБЩЕСТВА ВСЕГДА ПОЛУЧАЕТ ДОВЕРЕННОСТЬ НА САМОУПРАВЛЕНИЕ. Меня пускают в мой дом вечером, уверенные, что я не снесу голову жене и не повыкидываю детей в окна. Если бы такой уверенности не было – пришлось бы пускать меня в мой дом только в сопровождении постового. А где взять столько постовых – чтобы дежурили в каждом доме, да ещё и в сговор с потенциальным преступниками не вступили?!
 
Именно поэтому христиане и были убеждены, что для них – при условии праведности – власти не существует. Внутренние нормы праведника гораздо строже формального гражданского закона, а потому праведник никогда и не вступит в контакт с запретами закона. Нормальная, психически здоровая личность делает так, что закон для неё ни в чем не выступает преградой – потому что ни в чем не преступается. 
 Вот почему деградация личности выступает самой серьёзной и самой кошмарной проблемой для политической власти. Если власть не может опереться на миллионы целостных предсказуемых личностей, то её можно считать уже фиктивной. Массовая деградация личностей приведет к тому, что приказы власти либо вообще не будут исполнятся (обрыв линий связи), либо будут исполняться особо извращенным, искажающим образом (проблема глухого телефона).
 Личность – это система. В личности все поступки и желания объяснимы через главную идею, которая, собственно, и формирует личность. Нетрудно поэтому понять, что нарастание в душе человека хаоса и бессистемности, утрата соподчиненности желаний (главных и второстепенных) разрушает личность.
 
 Мотивация «хочу» обязательно должна быть связана с продолжением «… потому что…». Человек объясняет свое желание себе и другим через свой идеал, и это, собственно, формирует как социум, так и человеческую личность. Все желания психически здорового человека через «потому что» связаны с его ключевой идеей, разделяемой всем окружающим обществом. 
 
В христианской цивилизации аксиоматический центр – «возлюбить Бога и ближнего», официально объявленный «первой из заповедей». И если я чего-то хочу, то мотивирую это любовью к Богу и заботой о ближнем. Это и делает меня психически здоровым. Это делает возможным спор, дискуссию: можно доказать что принятое решение противоречит центральной ценности – и переубедить человека. Все желания и поступки стянуты в единую систему, согласуются между собой, соответствуют друг другу и имеют иерархию приоритетов: мол, это главное желание, а то второстепенное, может и подождать…
 Мало кто из социологов даже бегло рассматривал ситуацию, в которой человеческое «я хочу» отделилось бы от «…потому что…» и зажило бы собственной, независимой от всего остального жизнью. Немотивированные «хотелки» формируют маньяков и выродков. 
 
Во-первых, стремительное сужение круга «ближних» - тем, ради блага которых человек готов работать и вообще «напрягаться». В идеале христианской цивилизации «ближний» - это любой, кто принадлежит к биологическому виду  Homo sapiens. 
В современной западной авангардной группе модерна «ближними» не считаются уже даже дальние родственники, за «своих» принимаются только жена и дети, но уже не племянники. Отмирает даже свойственное язычеству узкое своячество большого рода (племенная солидарность), возникает атомарный человек-одиночка, в высшей степени социально-уязвимый. ЛЮДИ НЕ ЗАБОТЯТСЯ ДРУГ О ДРУГЕ, СВАЛИВАЮТ ЭТО НА ГОСУДАРСТВО, ЗАБЫВАЯ, ЧТО ИХ ГОСУДАРСТВО ИЗ НИХ ЖЕ И СОСТОИТ. Как может государство позаботиться о слабых, если никто из его сильных граждан о слабых заботиться не желает и даже брезгует?!
 
Во-вторых, стремительно сужаются временные рамки расчетов и планирования, вместо проектов на годы и века человек мотивируется только кратковременным, сиюминутным результатом. ЛЮДИ НЕ ПОМНЯТ ПРОШЛОГО И НЕ ЗАБОТЯТСЯ О БУДУЩЕМ. Это так же делает их крайне уязвимыми. 
Человек, которому наплевать на окружающих, и даже на  себя самого в долгосрочной перспективе, человек, который ради сиюминутного кайфа пустит по ветру как интересы общества так и свое собственное будущее – очевидным образом выступает НЕЖИЗНЕСПОСОБНЫМ ДЕГЕНЕРАТОМ. Однако постхристианская цивилизация плодит именно таких людей, при чем в неимоверно возрастающих количествах. Это, в частности, объясняет очевидный современный крах рациональности, логического мышления, житейского здравого смысла и трезвомыслия, заменяемых в массовом порядке иррационализмом, интуитивизмом, монолитно-универсальным «чувствованием» вместо разума и познания.  
 
Возрождение рационализма немыслимо, однако, без реставрации АКСИОМАТИКИ МАСС, базовых, фундаментальных норм, всеобщих, необсуждаемых, непоколебимых, принимаемых фанатично и некритически. Того, за что люди без колебаний готовы убивать и умирать. Только от аксиом рациональность в состоянии выстраивать теоремы. 
 
Интересно в связи с этим отметить, что наибольших успехов наука и рационализм добивались в обществах авторитарных, где были подавляемы цензурой и лавировали между бетонной несокрушимостью догм.
 
Там же, где интеллекту давалась полная критическая свобода вне преследований и априортных утверждений – он высыхал и умирал, истончался, как вода без берегов, разливаясь повсюду и утекая в никуда. 

А. Леонидов-Филиппов.; 22 июля 2012

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ

    ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ Я предлагаю всерьёз подумать о таком затёртом и расхожем выражении, как «корни человека», «мои корни». Что оно означает? Только ли происхождение человека, только ли его безвозвратно ушедшее прошлое, не имеющее никакого отношения к настоящему, ко дню сегодняшнему? Тот, кто мыслит связно, понимая причинно-следственные связи, никогда с таким не согласится. Прошлое диктует настоящее и будущее. «Корни» человека – это вся та совокупность, которая держит человека на родной земле и ПИТАЕТ его. Ведь это очевидная функция корней – удерживать и питать. Недаром зовут космополитов «перекати-полем», сравнивая с растением, оторвавшимся от корней…

    Читать дальше
  • В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ?

    В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ? ​Мыши очень любят сыр. Но делать сыр они не умеют. Если мышей посадить в бочку с сыром, они сперва съедят весь сыр, потом начнут нападать друг на друга, а в итоге все передохнут в пустом и замкнутом пространстве. Если бы на Земле не было людей – то мыши никогда не попробовали бы сыра. Его просто не появилось бы, потому что возникновение сыра – это сложная цепочка ОБОСНОВАННОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ.

    Читать дальше
  • ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ

    ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ Говоря в трёх словах, фашизм – это идея радикального скотства. Но поскольку такие три слова похожи на ругательство, а ругаться не входит в наши планы, то придётся их развернуть. В глубинной основе фашистского движения лежит радикальный отказ от «химер сознания» - высоких, невещественных идей, связанных с сакральными образами и священными представлениями. Отказ идёт в пользу вещественных и грубо-материальных, ощутимо-плотных явлений. И за счет этого очищенная «верхняя полочка» сознания оказывается заполнена грубыми зоологическим отправлениями, которые теперь «исполняют обязанности» высших ценностей и духовных идеалов.

    Читать дальше

Свобода - более сложное и тонкое понятие. Жить свободным не так легко, как в условиях принуждения. — Томас МАНН.