Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 57,5118 руб.
  • Курс евро EUR: 67,8927 руб.
  • Курс фунта GBP: 75,5302 руб.
Октябрь
пн вт ср чт пт сб вс
            01
02 03 04 05 06 07 08
09 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31          

РОКОВОЙ ТРЕУГОЛЬНИК ИСТОРИИ

РОКОВОЙ ТРЕУГОЛЬНИК ИСТОРИИ Оглядывая историю, мы видим в ней три основных идеи. Прежде всего, это агрессивный прогрессизм, вера в Разум с сожжением противников Разума. Преодолевая перегибы раскалённого фанатизма прогрессоров, рождался гуманизм (в формате человечности) – то есть приоритет Разум без излишней жестокости при его насаждении. Человечность всем лучше агрессивного прогрессорства, кроме одного: из неё можно незаметно свалиться в дегенератизм, т.е. движение и течение реакционных и слабоумных террористов. Тех, которые попросту повернут вспять движение истории... (На фото - бывший "город моторов" Детройт, США).

Прогрессизм – силовое, а порой и террористическое подавление, шельмование, уничтожение наиболее развитой частью общества своего отсталого и слабоумного охвостья. «Прогрессорство» ярко выразилось в агрессивном европейском колониализме[1], в большевизме, ленинизме, а так же, например, в футурологической фантазии братьев Стругацких. Суть прогрессорства – в признании права «форварда гонки» на подавление отсталости. «Если я умнее тебя – то ты мой раб».

Гуманизм (понимаемый, как человечность, а не как «ренессанс») – совокупность теорий, предусматривающих сосуществование прогрессивного и отсталого, добровольность в приобщении к прогрессу, «право на неразвитость». При этом лидерская роль прогрессивных сил, конечно же, сохраняется, отсталые слои неизбежно оказываются в «гетто», но при этом нет насилия (или же оно минимизировано, носит оборонительный, а не наступательный характер).

Не скрою, мне, как и большинству наших читателей, мягкая человечность симпатичнее железного прогрессорства. Однако нужно же понимать, что снижение агрессии наиболее развитого ядра общества – не означает его ликвидацию или умаление его лидерской роли!

Иначе будет уже никакой не гуманизм, даже в узком ренессансном смысле слова, а нечто совершенно другое:

Дегенератизм – террористическое уничтожение всего прогрессивного и развитого силами отсталых и недоразвитых членов общества.

Увлекшись в 80-е годы ХХ века конфликтом между жестким прогрессорством и мягкой человечностью, отстаивая человечность перед холодным механицизмом прогрессорства – все мы (я имею в виду, социальные мыслители) – проглядели «третий элемент». Мы проглядели угрозу и реальность дегенератизма, выступающего не только прямой противоположностью прогрессизму, но и зловещей альтернативой гуманизму и человечности.

Наверное, Маркс жесток, и даже отвратителен – когда обосновал в роли «адвоката дьявола» право машинной индустрии «усеять все холмы Индии костями ручных ткачей». Однако он же не додумался придумать идеологию, в которой ручные ткачи усеяли бы все холмы костями инженеров и обломками современных машин!

При всей своей жестокости Маркс, всё же верно расставляет приоритеты, вступая в бой с «мягкотелостью гуманизма» на позициях прогрессора.

Мол, нечего ждать, тянуть и уговаривать дураков, надо резко рубить гордиев узел отсталости! Потом это нашло практическое отражение в деятельности большевиков, выжигавших отсталость и недоразвитость буквально «калёным железом», к ужасу и слезам всех гуманистов (включая и меня).

Но, сколько бы не рыдал я над костями жертв большевизма (а «до кучи» в эти жертвы попали и очень, очень достойные люди, и об этом нельзя молчать!) – я всё же понимаю (и читателю советую понимать) глубинную разницу между гуманистической снисходительностью к отсталым и либеральным потаканием, поощрением дикости.

Гуманизм любит грешника, а либерал – сам грех. Ещё с раннего средневековья доказано, что это очень и очень разные вещи!

Существует такая большая опасность, капкан, в который мы и попали в 80-е годы ХХ века, и до сих пор пытаемся выбраться из его тисков, мучительно отгрызая себе ногу: плавное и незаметное перетекание человечности в дегенератизм!

Конечно, сердце дамы по имени Цивилизация принадлежит гуманистам. Тем, кто стремиться спасти всех, а не только наиболее развитых, талантливых, одарённых и образованных (причем часто ценой гибели отсталых недотёп).

Цивилизация, противостоящая дикости – по определению преодолевает жестокость (свойство дикости), и уже хотя бы поэтому не может поощрять жестокости.

Но в то же время существует определённый минимум жёсткости (не жестокости – жёсткости) который необходим для существования цивилизации, чтобы сохранить её каркас. Если милосердие и мягкость перейдут опасный рубеж – они откроют дорогу дегенератизму, т.е. истреблению лучших силами худших и наиболее тупых. Можно оправдать обскуранта, несущего хворост на костёр, сжигающий учёного, словами «не ведает, что творит». Но нельзя же, согласитесь, восхищаться этим обскурантом, снабжать его хворостом и считать его поступок «максимой всеобщего поведения»!

Между тем, в 1979-91 гг. гуманизм на планете совершил очень опасный вираж и открыл шлюзы для самого чудовищного и террористического дегенератизма, окончательно сменив вехи: от геноцида дикарей – через уравнивание дикарей с культурными людьми – к геноциду культурных людей…

Именно там, в бреднях, озвученных Тэтчер и Рейганом, рождались косматые гоминиды украинского майдана…

Равно как и смысловой предел дегенератизма – экологический фашизм (модный на Западе). То есть странная (мягко говоря) идея облегчить жизнь кабанам, волкам и лосям путём истребления человека. Тут уж, согласитесь, окончательно все приоритеты не только сместились, но и перевернулись «кверх тормашками»…

Ещё раз повторю: цивилизованный человек может (и, наверное, должен) признать за слабоумными и дегенеративными право на жизнь. Но не может цивилизованный человек признать за слабоумными и дегенеративными право на власть, на истребление полноценных, на террор в отношении движущих сил прогресса!

Позвольте – спросят меня – ну как же может дегенерат победить интеллектуала? Интеллектуал ведь всегда победит – именно потому, что он более развитый.

Его ум делает его сильнее, ещё Бэкон писал, что «знание – сила». Чисто ситуационно ответ ясен: если дегенератов больше числом, если площадка битвы слишком узкая и кратковременная, то… Но это вопросы тактики, нам они не интересны.

Конечно, стратегически, на длинной дистанции, интеллектуал всегда победит дегенерата, придумает, как победить. Поэтому, конечно, диктатура дегенератов в чистом виде невозможна, как невозможна липофашистская «Украина» без НАТО и Америки.

Но не будем забывать угрозы внешнего влияния и воздействия на борющиеся стороны…

***

Прагматизм – распространённая и очень коварная форма дегенератизма.

Она опасна тем, что – в силу прагматики – всегда приносит долгосрочные программы в жертву краткосрочным. Мол, лучше копейку, да сейчас урвать, чем миллион – но через тридцать лет.

Копейка – она вот, в руке, а через тридцать лет – будем ли живы? Да и кто вообще может знать, что там будет, через тридцать-то лет?

Именно поэтому прагматизм оказывается палачом фундаментального и устойчивого развития.

Он слишком узколобый и ограниченный, чтобы иметь в виду общечеловеческую мечту.

Свернув фундаментальные направления прогресса, и выиграв на этом какие-то гроши, лидер-прагматик оказывается в ловушке «аттрактора». С одной стороны, он, как лидер, несколько улучшает текущий быт, потому что снятые с долгосрочных проектов средства растрачиваются в режиме «сегодня и сейчас». Но за аттрактором (площадкой стабилизации каскада) всегда следует новый обвал, пропасть.

Можно, конечно, срезать себе крылья, и сделать из них «крылышки на гриле», и будет, наверное, даже вкусно. Но летать потом уже не сможешь.

Это доказал опыт Маргарет Тэтчер, «рейганомика», да и вообще либеральные реформы (традиционно проводимые бухгалтерами).

У бухгалтера какая задача? Сократить издержки! Сделать фундамент помельче, стену потоньше… А выдержат ли они потом нагрузку, не рухнут ли – это уже не дело бухгалтера, это дело совсем других профессий…

Прагматизм – как попытка думать о выгоде – является безумным приоритетом тактики над стратегией. Тактический выигрыш в локальном месте и времени оказывается для прагматика важнее стратегического, всеобщего. Урвать – а там хоть трава не расти…

От прагматизма, как диктатуры тактиков, низвергнувших стратегов и стратегию, тянется цепочка к либерализму в его версии-1991.

Прагматики, стремившиеся выстроить личный, локальный, немедленный успех – придумали либерализм и либеральные реформы. От либерализма тянется уже неразрывная привязка к дегенератизму.

Либерализм (созданный прагматиками и циниками для личного обогащения) эксплуатирует в массах, прежде всего, дегенеративные наклонности.

Все их, вместе взятые, мы определяем как «энтропический свищ человечества», или человеческой истории.

Это доставшаяся от самого дикого из дикарей склонность к разрушению, вороватости, грабежу и разбою, ненависть варвара к труду и учёбе, потакание человеческим порокам, слабостям человеческой натуры.

Той натуры (т.е. природы) которой, конечно, в глубине души - не хочется ни учится, ни работать – но хочется жрать и удовлетворять другие низшие инстинкты.

От чего освобождает «освобожденец» (калька со слова «либерал»)? Разве он освобождает людей от нужды и бедствий? От соблазна, а порой и необходимости врать и воровать? От всего, что привязывает человека к пороку и скверне?

Конечно же, нет. И теоретически, и практически либерализм на всей планете избавляет людей от собственно-человеческого, то есть высвобождает из «клетки условностей»[2] и табу культуры – кого? Зверя в человеке…

«Над процессом» стоят коварные прагматики, не гнушающиеся «разбудить вулкан, дабы себе яичницу пожарить». «В процессе» же, в его массиве и гуще – находится последовательно деградирующий от степени к степени социальный дегенерат.

Долгосрочной перспективы прагматики не видят – для этого они слишком эгоистичны, слишком «заточены» на личную сиюминутную прибыльность. Они – умелые тактики, лишенные стратегической перспективы. И потому они могут выиграть бой – но не войну.

Что касается курируемых интеллектуальными циниками дегенератов, то они – в принципе неуправляемое (хотя и в общих чертах предсказуемое) стадо, и ими правит сама господа Зоология. В отличие от отдельно взятого умного циника, Зоология бессмертна. И её «горизонт перспектив» гораздо дальше, чем у «хитрожо*ого» представителя идеи «Бога-нет-всё-дозволено»[3].

И потому в этой игре выиграют не хитрые прагматики, ничтожное меньшинство в разбуженном потоке дикости, которым они пытаются управлять. Выиграет в конечном итоге именно Зоология – осуществив уже вполне очевидный под американскими берцами «геноцид культуры» и постоянно играя на понижение в долгосрочной стратегии.

***

Так что Ф.Фукуяма был не так уж неправ, когда говорил о возможности «конца истории». Она действительно может кончится, но не застыв в предельном совершенстве (как мечтал Фукуяма), а в прямом смысле слова: кончится, умерев, после чего начнёт разваливаться и разлагаться, переполнится трупным ядом и продуктами распада.

Для такого финала нужно только одно: чтобы тот мощный источник «излучения на мозг», который заставлял миллиарды людей из поколения в поколение ОТДАВАТЬ БОЛЬШЕ,ЧЕМ ВЗЯЛИ (покрывая и естественную убыль культуры, и хищения эгоистов, берущих от жизни больше, чем дают) – погас и заглох.

В этом случае (что и происходит в странах победившего либерализма) – цивилизацию и культуру начнут вычерпывать и вычерпают до зоологического донышка.

То, что не пополняется – рано или поздно иссякнет. Вас это удивляет? Меня нет…



[1] К. Маркс в своей работе «БРИТАНСКОЕ ВЛАДЫЧЕСТВО В ИНДИИ» (1853 г.) писал об этом, однозначно вставая на сторону колонизаторов: "Однако как ни печально с точки зрения чисто человеческих чувств зрелище распада и разрушения этих десятков тысяч трудолюбивых, патриархальных, мирных социальных организаций, как ни прискорбно видеть их брошенными в пучину горя, а каждого из их членов утратившим одновременно как свои древние формы цивилизации, так и свои исконные источники существования, мы все же не должны забывать, что эти: идиллические сельские общины, сколь безобидными они бы ни казались с первого взгляда, всегда были прочной основой восточного деспотизма, что они ограничивали человеческий разум самыми узкими рамками, делая из него покорное орудие суеверия, накладывая на него рабские цепи традиционных правил, лишая его всякого величия, всякой исторической инициативы. Мы не должны забывать эгоизма варваров… создали грубый культ природы, унизительность которого особенно бросается в глаза в том факте, что человек, этот владыка природы, благоговейно падает на колени перед обезьяной Гануманом и перед коровой Сабалой. Совершая социальную революцию в Индостане, Англия… несмотря на все свои преступления, была бессознательным орудием истории, совершая эту революцию".

[2] Известный советский философ А.Л. Доброхотов писал ещё в 1990-м году, намекая, возможно, и на свою эпоху («перестройки»): «Духовный подъем в такие времена — это восторг полета в начале падения. Афины перед Пелопоннесской войной, Европа 1300 г., Европа перед наполеоновскими войнами, Европа перед 1914 г. Характерная особенность этих микрокультур — наложение двух волн духовного развития: достигает своего гребня развитие тенденций прошлого, начинается щедрая трата того, что копилось веками, выплескивается вовне в ярких образах то, что зрело внутри… Это соединение накопленного духовного богатства и силы, появившейся как следствие снятых запретов (ведь культура — это еще и система запретов), дает удивительный эффект…»

[3] Для него «перебежать через жизнь» до могилы – это исторический миг, а после могилы для него ни Истории, ни Вселенной уже не существует.

А. Леонидов-Филиппов.; 12 февраля 2016

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ

    ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ Я предлагаю всерьёз подумать о таком затёртом и расхожем выражении, как «корни человека», «мои корни». Что оно означает? Только ли происхождение человека, только ли его безвозвратно ушедшее прошлое, не имеющее никакого отношения к настоящему, ко дню сегодняшнему? Тот, кто мыслит связно, понимая причинно-следственные связи, никогда с таким не согласится. Прошлое диктует настоящее и будущее. «Корни» человека – это вся та совокупность, которая держит человека на родной земле и ПИТАЕТ его. Ведь это очевидная функция корней – удерживать и питать. Недаром зовут космополитов «перекати-полем», сравнивая с растением, оторвавшимся от корней…

    Читать дальше
  • В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ?

    В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ? ​Мыши очень любят сыр. Но делать сыр они не умеют. Если мышей посадить в бочку с сыром, они сперва съедят весь сыр, потом начнут нападать друг на друга, а в итоге все передохнут в пустом и замкнутом пространстве. Если бы на Земле не было людей – то мыши никогда не попробовали бы сыра. Его просто не появилось бы, потому что возникновение сыра – это сложная цепочка ОБОСНОВАННОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ.

    Читать дальше
  • ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ

    ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ Говоря в трёх словах, фашизм – это идея радикального скотства. Но поскольку такие три слова похожи на ругательство, а ругаться не входит в наши планы, то придётся их развернуть. В глубинной основе фашистского движения лежит радикальный отказ от «химер сознания» - высоких, невещественных идей, связанных с сакральными образами и священными представлениями. Отказ идёт в пользу вещественных и грубо-материальных, ощутимо-плотных явлений. И за счет этого очищенная «верхняя полочка» сознания оказывается заполнена грубыми зоологическим отправлениями, которые теперь «исполняют обязанности» высших ценностей и духовных идеалов.

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека — А. Прокудин.