Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 59,4015 руб.
  • Курс евро EUR: 63,2864 руб.
  • Курс фунта GBP: 72,0303 руб.
Январь
пн вт ср чт пт сб вс
            01
02 03 04 05 06 07 08
09 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31          

ЗАГОВОР "МУТАНТОВ"

ЗАГОВОР "МУТАНТОВ" «НИ ПОБОИЩА, НИ СТАНА, НИ НАДГРОБНОГО КУРГАНА…» - это новая книга А.Леонидова (Филиппова), естественным образом продолжающая его аналитику «перестройки» «Роковые решения», ранее публиковавшуюся «ЭиМ» и виртуальным издательством «Книжный ларёк». Продолжая исследования, Леонидов пишет «Очерк мировой пост-советской истории», которую рассматривает прежде всего, как социопатолог. Он оценивает последнюю четверть века как мутные, бесперспективные времена, потерянные для человеческой цивилизации, никуда не ведущие.

Для Леонидова постсоветская мировая история – это топтание в тупике, отсюда и название, позаимствованное у А.С.Пушкина. В своей сказке о золотом петушке Пушкин именно этой фразой оценил «странную войну» - стирающую войско за войском без побед или поражений, без славы и громких событий. Редакция «ЭиМ» знакомит читателей с отрывками из новой книги основателя науки «социопатология» в сокращении. Итак...

«НИ ПОБОИЩА, НИ СТАНА, НИ НАДГРОБНОГО КУРГАНА…»
«Очерк мировой пост-советской истории»
1. Обезьянья идеология «свободы»

Веками истории – даже в самых мрачных режимах истории человечества – сохранялось АНТИЭНТРОПИЧЕСКОЕ содержание, то есть вели историю общества строители (другой вопрос – чего они строили), отгонявшие разрушителей. Ситуация, в которой разрушители отогнали строителей – вообще нова и беспрецедентна для человеческой истории…

Конечно, аналог можно поискать в истории каперства (приватирства) – забавным образом даже корнесловицей совпадающего с «приватизацией» на рубеже ХХ –XXI веков. Приватиры — это частные лица, которые с разрешения верховной власти воюющего государства использовали вооруженное судно (также называемое капером, приватиром или корсаром) с целью захватывать торговые корабли неприятеля, а в известных случаях — и нейтральных держав. То же название применяется к членам их команд.

Отличием приватиров от простых разбойников, уголовников является именно разрешительная грамота от властей, позволяющая воевать частному судну.

<…>

Громадный вред, причинявшийся каперством всемирной торговле, вызвал движение в пользу отмены каперства уже в середине XVIII в. Первым из публицистов, восставших против каперства, был аббат Мабли (1761). Трактат 1785 года, заключенный с Пруссией Франклином от имени США, отменял каперство[1]. Дольше всего приватирство оставалось в США.

<…>

Очевидно, что приватирство – явление исключительное, морское, не имевшее основополагающего системного значения. Тем не менее, в нём проглядывает уклад XXI века, навязанный человечеству глобализмом – даже корнесловно, через термин «приватизация». Логично заявить, что приватизацией занимаются приватиры – уполномоченные проамериканской властью на разбой каперы со своим личным (криминальным) снаряжением.

Но, конечно, гораздо более масштабным является исторический аналог приватирства в виде грабительских кочевых орд-империй времен Средневековья.

Именно к этому течению, казалось бы, угасшему, искорененному цивилизацией – апеллировал в начале 90-х Жак Аттали (французский экономист, писатель и крупный политический деятель, видный член Бильдербергского клуба). Прогнозируя и предопределяя пост-советскую историю человечества, Аттали в книге «Линии горизонта» разбирает эволюцию нашего общества, взятого на мировом уровне, на будущую четверть века, а также исследует сущность его экономической, политической, социальной и идеологической организации. Согласно Аттали, глобализация порождает новую кочевую элиту, которая необходимо должна быть оторванной от своих национальных корней.

<…>

(подробнее – в ЭиМ, http://economicsandwe.com/571F2299BED230E7/ )

Заявленная видным теоретиком мироуправительного Бильдербергского клуба программа не стала мрачной антиутопией, она активно проводится в жизнь во всё пост-советское время.

Оседлых людей делают заново кочевниками! Появился термин «Всемирный кочевник» уже никак не связанный с Аттали. «Всемирный или глобальный кочевник, он же неокочевник (англ. Global nomad) — человек, живущий без привязки к конкретной стране, часто перемещаясь, не имеющий постоянного дома и работы»[2]. Филологи подчеркивают, что это – «неологизм, до 2000 года редко встречавшийся».

Неокочевник обычно зарабатывает себе на жизнь профессиями, не требующими нахождения в конкретном месте: IT, писательство, журналистика, ремесленные поделки, преподавание и другими. Исторически термин «кочевник» относилось к группе странствующих людей, занятых обычно животноводством. В отличие от них, всемирные кочевники чаще живут в одиночку или парами, а не с семьёй или стадами скота. Также, в отличие от традиционных кочевников, привязанных к сезонным пастбищам, их маршруты ничем не ограничены.

Как пишут современные исследователи, «Такой образ жизни сделался возможным в наши дни благодаря появлению скоростных и относительно дешёвых средств транспорта и связи. Это сделало возможным взаимодействие между людьми в реальном времени независимо от физического расстояния между ними. Большинство всемирных кочевников родом из стран Запада, т.к. это даёт им ряд преимуществ перед людьми, выросшими в других регионах: значительные и легко перемещаемые финансовые средства (сбережения, деньги от продажи или сдачи в наём собственности, пенсии), а также гражданство, дающее возможность безвизового или упрощённого визового въезда на территории многих государств. Некоторые из современных кочевников обладают предпринимательскими способностями к созданию успешного малого бизнеса на новом месте»[3].

«Как правило, такие люди очень мобильны и проводят на одном месте от нескольких дней до нескольких месяцев. Однако этот термин иногда используют применительно к тем мигрантам, которые многократно переезжают из своей страны в другие и обратно, ища подходящее место для постоянного проживания и работы»[4].

Конечно, англоязычные авторы, начиная с Аттали – старательно обходят вопрос, почему древние люди кочевали. Кочевали они в силу истощения среды их обитания – в чем и состоит их главное отличие от людей осёдлых, способных восстанавливать потреблённую их хозяйством среду обитания. Любой кочевник отправлялся в путь вовсе не оттого, что сильно любил перемену мест и мечтал всю жизнь собирать-разбирать убогое жилище. Он кочевал – не в силах оставаться на месте, которое истощалось, и уже не могло его прокормить.

Интересно, что нечто подобное писал и авторитетный английский историк Robert Gardiner про каперов, о которых мы говорили выше: из-за специфического характера и высокого риска профессии, «к каперству обращались в военное время, когда возможностей для торгового и промыслового судоходства становилось меньше, и возникал избыток тоннажа и безработных моряков»[5].

Как примеры Robert Gardiner приводит французское корсарство времен Наполеоновских войн и североамериканское приватирство во время морской войны 1812 года. Он представляет приватирство как шаг отчаяния, за неимением лучшего.

Это заставляет иначе взглянуть на весь «глобальный пост-советский «план развития» - который, во-первых, не план, во-вторых, не развития, и в третьих – не пост-советский. Безответственность и шкурничество, эгоистичное «авось на наш век хватит!» - возникли не в 1991 году, а всегда были в истории человечества. Равно как грабёж и мародёрство. Равно как и примеры антицивилизационных откатов истории в дикость.

Речь идёт о бегстве с корабля старших офицеров, прихвативших с собой на берег корабельную кассу, а сам корабль бросивших на волю волн и ветров, со всем экипажем, пассажирами и поломанным рулевым управлением. Превратить в XXI веке приватира в центральную фигуру истории и героя страны, а кочевничество выставить «социальным прогрессом» - для такого нужно очень сильно деградировать самому и обращаться к очень сильно деградировавшему обществу.

***

Дегенератизм этой совершенно обезьяньей «идеологии свободы» - пришедшей на смену социализму, коммунизму, конвергенции систем и т.п. – особенно ясно проглядывает в «фултонской речи» якобы армянина из Баку Гарри Каспарова (9 апреля 2016 года). Она СОДЕРЖИТ В СЕБЕ БЛАГОДАРНОСТЬ американскому народу ЗА ГЕНОЦИД АРМЯН!!!

Вот что он сказал про массовый геноцид в Баку: «...в 1985 году, становилось все более очевидным, что семена победы в холодной войне, посеянные Черчиллем и президентом Гарри Трумэном прямо здесь – в Фултоне, стали приносить свои плоды. Потребовался еще один лидер, обладавший такой же смелостью и уверенностью... спасти от коммунистического гнета. Моя семья и я в Азербайджане были среди них... я благодарю вас за мою свободу, за возможность быть здесь...».

Некая загадочная «свобода» так дорога Г.Каспарову, что ради неё он забывает даже о чудовищных фактах, сопутствовавших армянам Баку в обретении этой свободы. Всё, даже геноцид, меркнет перед ней!

"Свобода лучше, чем несвобода. Для человека нет ничего более естественного", - заявил Дмитрий Медведев 24 апреля 2012 г. Он подчеркнул, что это главное его политическое кредо, «а считать российскую нацию не готовой к свободе - это просто "унизительно"».

В 2006 г. президент России В. Путин заявил: «Можно как угодно оценивать деятельность первого президента. Но, безусловно, именно в то время, когда Борис Николаевич Ельцин возглавлял Россию, народ нашей страны, граждане России, получили главное, ради чего все эти преобразования проводились, — свободу. Это огромная историческая заслуга Бориса Николаевича… Как бы действовал каждый из нас, в том числе и я, в тех условиях можно только догадываться».

Когда через тридцать лет после начала «перестройки» в СССР, руководители проекта InLiberty[6] стали анализировать положение дел – они вынуждены были констатировать: «пятнадцать бывших советских республик выбрали самые разные траектории развития — некоторые стали демократиями, другие — авторитарными режимами. Некоторые развивались, другие — деградировали. Большинство провело различные рыночные реформы — с различной степенью глубины и различными результатами, но стоит признать, что ни одну из бывших республик мы не считаем сегодня успешной... Проект InLiberty посвящен был «…попытке придумать успешную постсоветскую страну, условную шестнадцатую республику СССР, которой после развала Союза удалось построить свободное общество и эффективную экономику. Каким образом может выглядеть политическое и экономической устройство этой республики, какие институты она построила, на каких идеологических ценностях она основана и что пришлось предпринять ее жителям, чтобы добиться успеха?»

Один из основоположников современного либерализма, М. Фридман в своей работе «Взаимосвязь между экономической и политической свободами» так писал об этом: «…экономическое устройство весьма важно из-за своего влияния на концентрацию и рассредоточение власти. Экономическая организация, которая предоставляет экономическую свободу непосредственно (именно, основанный на свободной конкуренции капитализм) способствует также и умножению политической свободы, ибо она отделяет экономическую власть от политической и таким образом позволяет одной служить противовесом другой».

Все эти люди – и огромное количество им подобных – отчаянно алчут и вожделеют какой-то «свободы», которую, тем не менее, ни воплотить, ни охарактеризовать толком не могут.

Наследники каперов-приватиров и кочевых разбойничьих орд не могут прямым и открытым текстом сказать, что «наша свобода – это содом и ад, которые, тем не менее, нужны нам, чтобы вас ограбить – а там дальше хоть трава не расти».

Между тем всё содержание их «свободы» сводится именно и только к этому. «Мировой пожар раздуть» - и не на горе всем буржуям, как мечтали большевики, а исключительно для удобства мародёрства частных лиц. Конечно, все их планы не выдерживают никакой критики, потому что вызывающе иррациональны и к тому же планируют отрицание планирования на плановой долгосрочной основе (при всей оксюморонности такого определения).

Как можно запланировать, тем более при долгосрочном планировании – отказ от всякого планирования? Между тем «план» их реформ был именно таковым. Причем делалось это во имя достижения непостижимой «свободы» определения которой они дать не могли – потому что будучи чётко определённой, свобода станет ограниченной, а они не хотели и не хотят никаких ограничений своей свободе…

Однако всё проводимое ими в жизнь - есть безумие, преследование химер во имя химер и ради химер. Потому что совершенно очевидно, что «свобода» - парное понятие, немыслимое и бессмысленное без определения «от чего именно». Свобода бывает только от чего-то, она не бывает сама по себе.

Точно так же как прицеп – это нечто, прицепленное, к чему-то. А если прицеп не прицеплять – он перестанет быть прицепом. Точно так же «проход» - может быть только откуда-то и куда-то. Не может быть прохода самого по себе – если всё открыто. И прохода нет, если всё закрыто…

Точно так же, как действие равно противодействию – всякая свобода от одного предмета равна несвободе от его противоположности. В частности, свобода от «полицейского государства» и бюрократии равна несвободе от криминала и неформальных мафий. Убираешь одно – получаешь другое…

Непонимание парной природы понятия «свобода» приводит к тому, что огромное количество авторов сочиняют о ней горы слабоумной литературы, в которой перебирают бисер слов без всякой конкретной связи с реальностью. Например, сейчас на Западе во множестве выходят работы, типа книги Фредерика Лалу «Открывая организации будущего», в которых описывается структура организаций завтрашнего дня.

Книга начинается лево-либеральным прекраснодушием насчет солидарности, защиты окружающей среды, обеспечения всеобщего равноправия и т.п. Далее автор начинает раскрывать конкретику о принципиально новых организациях — в медицине, бизнесе и других сферах жизни, — которые точечно возникают в рамках постиндустриального западного общества. Главный вывод Лалу – «организации будущего — сетевые, а не иерархические». Основной тренд - децентрализация как любых внутригосударственных структур, так и самих государств. Федерализация, уменьшение роли центрального правительства, передача полномочий вниз, повышение роли отдельной личности…

Мы прекрасно знаем уже, чем кончаются такие прекраснодушные прожекты. Мы их воплощали. На практике они воплощаются в террор и уголовщину семьи Цапков. Вослед всем этим децентрализациям, федерализациям, передачей полномочий вниз, повышениям роли отдельной личности – последует организация преступного сообщества и беспощадный террор захватившей населённый пункт банды (как это было при Цапках в станице Кущевской, где люди годами охнуть и вздохнуть боялись). Всякая децентрализация (кроме, конечно, фиктивной, проводимой только на бумаге) – это источник энергии и питательный бульон для местного криминала.

Строительство «общества свободы» в пост-советскую эпоху не просто зашло в тупик: оно из тупика и не выходило. Оно изначально, на старте, содержало «порок сердца», неразрешимое противоречие между желанием что-то строить и равнодушием наплевавшего на всё циника.

В самом деле, если ты что-то строишь – то это связано с любовью, пристрастием.

Ничто любимое не выпустят в свободный полёт, в свободное падение – наравне со всем нелюбимым и отвратительным. А если тебе на всё наплевать и все кошки для тебя серы – тогда ты, конечно, можешь уравнять в правах орлов с гадюками и относится к ним ровно, без эмоций – но только построить ничего не получится.

Ничего не построит тот, кто ничему не отдаёт предпочтения. А за предпочтением – страсть, и конечно же, несвобода. По формуле «я ненавижу всех, кто ломает то, что я строю». И с вытекающими отсюда КГБ, ГУЛАГами, инквизициями и тайными канцеляриями.

Альтернатива этим ГУЛАГам – полное, как у Горбачёва – равнодушие ко всему и наплевательство ко всем. По формуле «делайте друг с другом что хотите, мне на обе стороны конфликта положить с прибором».

Поэтому первое, что должно было бросится в глаза в «идеологии свободы» - её крайняя, чрезвычайная БЕСПЛОДНОСТЬ. Любить всё и всех поровну – это значит, не любить ничего и никого. Библейское определение «горбачевского греха» - теплохладность.

Далее разумный человек должен увидеть, что во всём этом стремлении к особого формата свободе – лежит животность, зоологические тёмные инстинкты живого существа.

Животное, жаждущее зоологической свободы – бегать, где хочет, гадить, где хочет, драться, с кем хочет, и вообще делать всё, что вздумается – конечно же, фатально равнодушно ко всем плодам человеческого гения, достижениям человеческой культуры, ко всем тем жертвам, которые, как известно, требует искусство.

Так медведь, сбежавший из цирка, менее всего беспокоиться о покинутом помещении, не сгорит ли оно и не обвалится ли? Скорее наоборот, убежав, он желает месту своих непонятных прежних мучений худшей участи, при этом наивно полагая, что кусочки сахару будет получать по прежнему, но уже без ненавистного хлыста дрессировщика.

По сути, все эти демократы и искатели политических-экономических свобод – лишь животные, сбежавшие из цирка, в котором – соглашусь – было не лучшее представление и не лучшее обращение со зверинцем.

Но целью беглых зверей не является смена плохой организации на более хорошую. Их целью является ликвидация всякой организации и дикарское кочевье.

Бесполезно говорить об отдельных ошибках и преступлениях Б.Ельцина, его предшественников и соратников – если в целом и полностью всё избранное стратегически направление было ошибочным и звероподобным.

То есть стратегически вектор цивилизации был развёрнут в неверном направлении, начался всемирный демонтаж цивилизации в угоду ворам, её утилизаторам, людям без совести и без мозгов, но с бездонными желудками и крепкими челюстями каннибалов.

Чего можно было снискать на ниве этой зверино-животной «свободы», кроме того, что снискал там Ельцин и присные его?

Общепланетарная реальность провалилась в ад, и там продолжались уже не исторические процессы, но агониальные конвульсии истории.

Нет никакой цели доказывать безумие или преступность ельцинизма, ибо этот приговор давно уже вынесен за нас и без нас.

Наша задача в другом: рассмотреть, как же так получилось? Почему из множества вариантов политических режимов жизнеспособным оказался только безумный и преступный, с явными чертами маниакального изверга, убийственно-бесперспективный, тоскливо-безысходный?

И на этом трудном пути осмысления нам придётся судить уже не Ельцина, а самих себя. Почему во всех нас в определённый момент зверь оказался сильнее человека? Почему багаж культуры не уберёг от чисто зоологического страха перед ельцинским террором вперемешку с чисто зоологической алчностью хищного рвачества?

2. «Жить дальше некуда…»

Главная черта ельцинизма – ликвидация безопасности. Она проводилась одновременно во всех сферах жизни. Ликвидировалась национальная безопасность, открывая оперативный простор и свободу рук для любых диверсантов любых держав. Ликвидировалась экономическая безопасность – словно бы со всех складов разом сняли всю охрану и все замки.

Ликвидировалась антикриминальная безопасность – правоохранительная система упразднялась, начались годы всевластия воров и банд. Ликвидировалась безопасность, которую даёт здравый смысл – путём удаления этого самого здравого смысла.

Это подобно тому, как если бы кто-то безумный или очень злой одновременно открыл бы в зоопарке все клетки, все вольеры, выпустив на волю сразу всех животных, и снял бы ограду с зоопарка, открыв хищникам свободный проход в город… Попутно ещё лишив горожан оружия и права сопротивляться…

Ельцинизм имеет роковое значение для российской истории, и для мировой истории.

Для российской истории ельцинизм означал конец, завершение, исход русских из бытия.

Этот безусловный конец (когда даже вещи и территории покойника охотно и щедро раздавались на сторону – ибо что может потребоваться мертвецу?) в наши дни несколько отсрочен, поставлен под сомнение, но не более того.

Решительного размежевания с ельцинским «окончательным решением русского вопроса» и вторым изданием гитлеровского плана «Ост» (посвящённого судьбе русского народа после победы Гитлера) доселе не проведено, суд над ельцинизмом не состоялся, масштабы потерь не оценены и не осмыслены.

В рамках мировой истории ельцинизм – важнейшее звено децивилизирования и расчеловечивания в общепланетарных масштабах, связанных со всеобщей деградацией, масштабной ревизией как умственных, так и нравственных тысячелетних принципов жизни человечества.

В становлении ВНЕИСТОРИЧЕСКОГО бытия рода людского после 1991 года ельцинизм играет ключевую роль для всего земного шара.

Дело в том, что все без исключения умственные и нравственные ценности человечества клались ельцинизмом на весы звериной свободы – и были последовательно найдены легковесными, ничтожными.

В жертву «идеалам» звериной «свободы» приносились и жизни отдельных людей и жизни целых стран, народов. «Свобода» (беснование) была для ельцинизма неизмеримо важнее культуры и науки, образования и здравоохранения, социальной справедливости и житейского благополучия.

Чтобы не повредить звериной «свободе» - вольнице хищников – ельцинизм попускал геноциды и разнузданную уголовщину, бандитизм и растащиловку, раздаривал территории и собственность. Ничто не могло претендовать на жизнь и защиту – если звериная свобода требовала его голову…

Жертвы и разрушения ельцинизма неисчислимы. При этом была выборка «обратной ценности» - то есть ельцинизм в первую очередь жертвовал и наиболее зверски расправлялся с наиболее ценным в цивилизационном отношении наследием, тогда как малоценные для цивилизации вещи имели больше шансов выжить.

А целью чудовищного погрома цивилизации не выступало, как в былые века, построение нового мира! Ни контуров, ни идеалов этого нового мира для ельцинизма не существовало. Целью погрома был сам погром (для российских олигархов это и сегодня остаётся актуальным). Погром запускался для того, чтобы как можно больше длиться, а не для того, чтобы куда-нибудь привести.

Экономические реформы Ельцина-Гайдара были худшим из всех возможных вариантов развития событий, худшим из сценариев реформирования (действительно прогнившей, кто бы спорил) системы. Они неразрывно связывали между собой ОДНОВРЕМЕННО негативные явления, которых можно было бы избежать – если не всех, то хотя бы некоторых:

-Величайший национальный позор, совмещённый с тотальным предательством нами всех наших союзников, после чего «у России нет друзей» в мире, кроме смертников (а им просто терять нечего).
-Немыслимое для мирного времени обнищание населения, доселе длящаяся недоступность самых базовых, необходимых благ (жильё и др.)
-Предельное повышение рисков в жизни и угроза самому выживанию, по сути – геноцид коренного населения силами его же собственного правительства, а так же полюбовные сделки этого правительства со всеми силами, уничтожающими русских.
-Всё это на фоне патологических масштабов и глубины балаганной и шутовской бездумности, полного паралича мысли в общественном сознании, под аккомпанемент бесконечного идиотского хихикания и «прикалывания».
- Подлинный карнавал смерти, убийства под хохот и хохот над телами убитых, маски, прикрывающие упырей, и открытые упыри, нераспознанные среди масок…

Ельцинизм без преувеличения и гиперболы стал реформированием живого в мёртвое и «переходным периодом» из жизни в смерть.

Он сопровождался предельным духовным одичанием и умственным отупением широких масс населения, превращением всех нас в безвольных дегенератов, которым всё равно – жизнь ли или смерть, быть или не быть, санаторий или крематорий – без разницы…

Давайте вкратце вспомним, как торжествовало варварство и дикость над достаточно развитой цивилизацией. В многострадальной России приватизация 90-х начиналась незаконно, продолжилась на сомнительных юридических основаниях и результаты её принесли разрушительные для экономики последствия. То есть приватизация 90-х является кризисом права (а право – важный элемент цивилизованных отношений) и кризисом созидательной, производительной мысли (другого важного элемента цивилизации).

Изначально первый этап приватизации планировалось смягчить на основе именных приватизационных счетов, максимально исключающих злоупотребления и коррупцию. Конечно, и это тоже мародёрство, обворовывание как умерших, не успевших к дележу, так и не родившихся, до рождения которых всё уже поделили шустрые старшие современники.

Однако мягкий порядок растащиловки, который определил единственно легитимный на тот момент законодатель – Верховный Совет РСФСР, не понравился чуждой всякого цивилизованного начала «команде варваров» Гайдара. Приватизация пошла по безличной ваучерной схеме.

В результате приватизационные чеки были скуплены персонажами теневой экономики, которые тем самым легализовали капиталы, полученные незаконными методами. В ряде случаев были использованы и заёмные на Западе средства, таким образом, в приватизации приняли опосредованное участие крупнейшие иностранные компании.

В большинстве своём граждане России были отстранены от участия в приватизации промышленности и сельского хозяйства. Следующий этап – залоговые аукционы, авторство которых приписывают Владимиру Потанину, а исполнение – Альфреду Коху. Была законодательно оформлена схема, по которой несколько миллионеров стали миллиардерами, за бесценок получив в собственность практически все нефтяные, горно-металлургические и многие другие прибыльные производства страны. Консорциум частных банков выдал Правительству кредит в 650 миллионов долларов (взяв эти деньги у Минфина на депозит) под залог крупнейших предприятий.

Правительство залог не вернуло, предприятия перешли в собственность нескольких олигархов. Эта по сути мошенническая операция – за государственные деньги купить у этого же государства самые прибыльные активы – беспрецедентна в мировой экономической практике.

И результаты она дала удручающие: несмотря на лозунги о большей эффективности частной собственности сравнительно с государственной, только по итогам 1996 года – первого года, когда частники стали владеть и управлять высокотехнологичными госактивами, – потери экономики в два с половиной раза превысили потери страны в годы Великой Отечественной войны.

Были закрыты или практически прекратили деятельность 261 предприятие оборонной промышленности с уникальным научно-техническим потенциалом. Другие скупили за бесценок западные, преимущественно американские, компании. К примеру, «Ник энд Си корпорейшн» получила контроль над 19 военными заводами, в том числе таких прославленных, как Тушинский машиностроительный, АО «Рубин», «Авионика».

На предприятиях цветной металлургии более 90 процентов акций досталось зарубежным собственникам. Природно-ресурсная рента – доходы от продажи нефти и полезных ископаемых – в итоге на 85 процентов принадлежит частным лицам.

А в целом от распродажи крупнейших предприятий мирового уровня, стоимость которых по самым минимальным оценкам составляет около триллиона долларов, в госказну поступило 7 миллиардов 200 миллионов долларов.

<…>

(Статистические данные, приводимые далее автором, ранее публиковались в «ЭиМ», здесь - http://economicsandwe.com/E17A890A73C797ED/ и здесь - http://economicsandwe.com/B8646F524D99C1B3/)

<…>

Параллельно промышленности разгромлена... геологоразведка! Сложился чудовищно-дегенеративный экономический уклад, который пожертвовал промышленностью ради сырьевого экспорта, но думушки не думает об источниках этого экспорта, с которого живет и жирует...

Таковы плачевные итоги начатого Ельциным и Гайдаром дела «освобождения» (зверей из клеток), «встраивания в Запад» и лечения головных болей отсеканием голов.

Дело не в каких-то личных особенностях деятелей эпохи, не в тактических ошибках. Дело в изначальной стратегической неверности избранного курса, который – если бы было кому в 1991 году подумать трезвой здоровой головой – был ПО СУТИ СВОЕЙ АНТИКУЛЬТУРНЫМ И АНТИЦИВИЛИЗАЦИОННЫМ. Думать некому было – вот трагедия из трагедий…

Центральная во всём нагромождении пост-советского уродства идея свободы и освобожденчества при Горбачёве имела нежизнеспособную, но внешне привлекательную форму.

Она расшифровывалась как вытекающее из советского гуманизма право каждого быть услышанным, высказаться и пользоваться уважением.

На практике такая расшифровка ТЕОРИИ СВОБОДЫ привела к гомону бесчисленного количества безумцев, требовавших аудитории и уважения к себе, к целому каскаду самовыражения дураков.

Тем не менее, горбачевская ТЕОРИЯ СВОБОДЫ базировалась на принципах равенства и гуманизма – и, хоть умирала при столкновении с практикой, теоретически могла считаться убеждением цивилизованного человека.

При Ельцине ИДЕЯ СВОБОДЫ быстро мутировала в идею самоустранения власти из разборок и конфликтов между людьми. Равные права были дарованы волку и овце, после чего пастух удалился пьянствовать, надеясь, что волк и овца сами между собой, демократически, "без тоталитаризма", разберутся...

Речь уже не шла о том, чтобы каждого дурака выслушать и своё уважение ему выказать.

Речь шла о бойне за право самовыражения, в которую власть принципиально не вмешивается.

Свобода личности моментально стала свободой подавления этой личностью других личностей. Если же личности препятствовали подавлять другие личности, то это выставлялось, как тоталитаризм, пережитки имперского мышления и т.п.

Изначально курс на свободу и освобожденчество и у Горбачева, и у Ельцина был регрессивен, потому что цивилизация – противоположное свободе упорядочивание и регламентирование.

Но Горбачев, а затем Ельцин действовали в уникальной среде, состоявшей из людей, с одной стороны очень усталых, а с другой – крайне беззаботных и непуганых...

(Продолжение следует)



[1] Во Франции Законодательное собрание по инициативе депутата Керсена сделало в 1792 году попытку достигнуть общеевропейского соглашения об отмене каперства, но не встретило поддержки в других державах. Не имела успеха, главным образом вследствие противодействия Англии, и попытка уничтожить каперство, сделанная Францией (1823) во время войны с Испанией, равно как переговоры, начатые в том же году президентом США Монро, предлагавшим не только уничтожить каперство, но и признать неприкосновенность неприятельской собственности на море. 1848 год был свидетелем первой войны (между Данией и Пруссией), обошедшейся без каперства.

Во время Крымской войны также не были допущены каперы: Франция и Англия, находя, что для уничтожения русской торговли достаточно и военных крейсеров, которыми располагали союзники, опасались заведения Россией каперов.

[2] Richards, Greg & Wilson, Julie 2004. The Global Nomad: Backpacker travel in theory and practise. Clevedon: Channel View Publications.

[3] Korpela, Mari 2009. More Vibes in India: Westerners in Search of a Better Life in Varanasi. Tampere: Tampere University Press.

[4] D'Andrea, Anthony 2006. Global Nomads. Techno and New Age as Transnational Countercultures in Ibiza and Goa, ebook.

[5] The Naval War of 1812 / Robert Gardiner, ed. — London: Chatham Publishing, 1998. — ISBN 1-55750-654-X.

[6] Совместно с Free University of Tbilisi и прошла 22–29 августа 2015 г. в учебном центре Free University на озере Базалети в 40 км от Тбилиси.

А. Леонидов-Филиппов.; 13 апреля 2016

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ

    ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ Говоря в трёх словах, фашизм – это идея радикального скотства. Но поскольку такие три слова похожи на ругательство, а ругаться не входит в наши планы, то придётся их развернуть. В глубинной основе фашистского движения лежит радикальный отказ от «химер сознания» - высоких, невещественных идей, связанных с сакральными образами и священными представлениями. Отказ идёт в пользу вещественных и грубо-материальных, ощутимо-плотных явлений. И за счет этого очищенная «верхняя полочка» сознания оказывается заполнена грубыми зоологическим отправлениями, которые теперь «исполняют обязанности» высших ценностей и духовных идеалов.

    Читать дальше
  • ТЕОРИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА

    ТЕОРИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА Говоря о проблеме частного предпринимательства, мы должны разъяснить те стороны вопроса, которые не понимали коммунисты, и не понимают либералы. КПСС после Сталина (подчеркиваем – ПОСЛЕ Сталина) вообще обходилась без частного предпринимательства, что и сделало систему в определённом смысле инвалидом, и предопределило во многом её крах. Либералы же – напротив, думают заполнить всё и вся частным корыстным интересом, думая, что «тут-то и жизнь хорошая начнётся». Но жизнь устроена не так, как думают коммунисты. И не так, как думают либералы. Истина – оказалась между двух основных стульев, на которые сел ХХ век…

    Читать дальше
  • ИЗДАТЕЛЬСТВО КНИГАМИ ПОЛНИТСЯ!

    ИЗДАТЕЛЬСТВО КНИГАМИ ПОЛНИТСЯ! Отдохнуть душой в кипящих буднях огневой современности поможет наше братское уфимское начинание - сетевое издательство "Книжный Ларёк". Он даст вам представление о живом литературном пульсе российской глубинки.

    Читать дальше

Свобода - более сложное и тонкое понятие. Жить свободным не так легко, как в условиях принуждения. — Томас МАНН.