Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 58,4296 руб.
  • Курс евро EUR: 68,0822 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,2039 руб.
Ноябрь
пн вт ср чт пт сб вс
    01 02 03 04 05
06 07 08 09 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30      

КОРМА УПРАВЛЯЕТ КУРСОМ...

Интервью с Ф.Крузе

КОРМА УПРАВЛЯЕТ КУРСОМ... Профессор Франсуа Крузе — известный французский ученый, один из ведущих экономических историков Европы, в течение ряда лет представлявший Францию в Исполкоме Международной Ассоциации экономической истории. Профессор Ф.Крузе любезно согласился ответить на несколько вопросов, заданных ему проф. Л.И.Бородкиным.

 

Вопрос: Каковы с Вашей точки зрения, основные тенденции развития исследований по экономической истории во Франции в XX веке?
 
Ответ: Экономическая история появилась во Франции намного позже, чем в большинстве других стран — особенно в Англии. Можно говорить лишь об отдельных исследователях: Левасер (E.Levasseur), Озе (H.Hauser), Сей (H.See). Французские историки начали интересоваться экономическими проблемами только в 30-е годы, при явном влиянии серьезных трудностей этого периода (имеется в виду мировой экономический кризис конца 20-х — начала 30-х годов — прим. перев.). Много сделала в этом направлении в этот период школа Анналов, возглавляемая Марком Блоком и Люсьеном Февром.
 
   После второй мировой войны во Франции наступил “Золотой век” экономической истории, который породил множество молодых исследователей. Было опубликовано большое количество важных трудов монографического и обобщающего характера, среди которых наиболее значительным является “Экономическая и социальная история Франции” (“L’histoire economique et sociale de la France”) в 7 томах, изданная Броделем и Лабрусом (1970—1972). Деятельность этих двух известных ученых, а также другого крупного исследователя — П. Леона (P.Leon) сделала успешным развитие этой дисциплины.
 
   Но после 1970 года последовал некоторый спад — молодых историков привлекли новые области исторической науки, — историческая антропология, история культуры и т. д., — становившиеся все более обособленными. Социальная история, долгое время слитая с экономической историей, полностью отделилась от последней. Наконец, политическая, военная, дипломатическая истории переживали в тот период сильный подъем. Все это отрицательно сказалось на развитии экономической истории. Но этот упадок был только временным, и в последующие двадцать лет экономическая история продемонстрировала несомненную жизнеспособность. В это время было опубликовано большое количество работ высокого уровня.
 
   Надо признать, что исследования в области экономической истории шли по путям достаточно традиционным. Французские историки проводили свои исследования, базируясь на очень глубоком и всестороннем исследовании архивных документов. Эти исследования осуществлялись либо в отраслевых рамках (например, изучение одной определенной отрасли), либо региональных. Тем не менее, эти труды освещали и проблемы общего характера, связанные с протоиндустриализацией и промышленным переворотом во Франции. Но эти работы имели описательный характер и, им не доставало аналитичности и теоретической основы. Все более среди историков растет популярность квантификации.
 
   Однако методы ретроспективного рассмотрения системы государственных счетов, которые были впервые применены Ж.Марчевски в пятнадцатитомной (1961-1987 гг.) “Квантитативной истории экономики Франции” (“Histoire quantitative de l’economie francaise”), не были приняты большинством французских историков. То же самое случилось с американской “Новой экономической историей” (“New Economic History”). Марчевски упрекали в отсутствие критического подхода к источникам, в использовании контрфактического подхода. И вообще, в то время большинство французских историков, не имевших специального экономического и статистического образования, были не в состоянии понять эти методы, тогда как очень мало французских экономистов интересовались историей.
 
   Тем не менее, несколько работ по проблемам “новой экономической истории” все же появились и наиболее важной среди них можно назвать книгу М.Леви-Лебойе и Ф.Бургиньона “Французская экономика в XIX веке. Макроэкономический анализ” (“L’economie francaise au XIX siecle. Analyse macro-economique”) (1985). Многие молодые исследователи, последовав их примеру, стали заниматься этой проблематикой. Несомненно, что будущее экономической истории зависит от тесноты отношений с экономической наукой.
 
   И вскоре процесс взаимодействия исторической науки и экономики проявился в истории предпринимательства (business history). Интерес к этой области исторической науки обусловлен двумя причинами. Во-первых, историки, которые пренебрегали этой дисциплиной, стали ей активно заниматься. Во-вторых, многие государственные и частные учреждения стали проводить либеральную политику и открыли свои архивы (т.е. поместили их в общедоступные архивы) исследователям.
 
   В 1992 году был основан специальный журнал — “Предприятия и история” (Enterprises et Histoire). Среди общего числа опубликованных историй различного рода предприятий, наибольшее число составляли истории банков и металлургических производств (под последними подразумевается металлообработка и автомобилестроение). Очень популярными в то время были исследования биографического характера (биографии промышленников и династий предпринимателей).
 
   Несколько французских исследователей стали первыми в области демографии предприятий (la demographie des enterprises). Надо заметить, что промышленная археология (l’archeologie industrielle), появившаяся во Франции довольно поздно, сегодня стала уже полностью сформировавшейся научной дисциплиной.
 
   Среди основных дискуссий, между историками экономистами можно назвать следующие:
 
достижения в сельском хозяйстве в XVIII веке, которые отвергались одними историками и, наоборот, считались несомненными другими;
экономические последствия Французской революции, которые ряд историков считали крайне негативными и которые отвергались последователями якобинской школы (l’ecole “jacobine”);
достижения французской экономики в XIX веке; многие историки, начавшие заниматься этой проблемой, пришли к выводу, что достижения были явными, но все же не стоит их преувеличивать;
роль государства в экономики Франции; некоторые историки утверждали, что она была положительной, другие же видели во вмешательстве государства в экономику причину всех “несчастий” Франции.
   Подчеркнем также интерес французских исследователей к внешней торговле Франции (особенно в XVIII веке) и к вывозу капитала за границу (конец XIX — начало XX вв.).
 
Вопрос: Какова структура университетского образования по специальности “Экономическая история” во Франции? В каких научных центрах развиваются исследования по экономической истории?
 
Ответ: Ни в одном университете во Франции нет отдельной кафедры экономической истории (как, например, в Англии). Тем не менее, экономической историей во Франции занимаются преимущественно на исторических кафедрах, а не на экономических, как это делается в США. На этих кафедрах находятся исследовательские центры, где по основным проблемам работают группы исследователей. Им оказывает финансовую поддержку Национальный центр научных исследований (Le Centre National de la Recherche Scientifique).
 
   Основные исследовательские центры по экономической истории находятся в университетах: Париж I, Париж IV, Париж X, Париж XII, Лилль III, Лион II, Каен, Бордо III, Гренобль, Экс-ан-Прованс (университет Прованса), Высшая школа социологии (L’Ecole des Hautes Etudes au Sciences Sociales) в Париже и Центр исторических исследований (“Centre de Recherche Historique”).
 
   Две правительственные организации во Франции также занимаются проблемами экономической истории: “Комитет по экономической и финансовой истории Франции” (“Comite pour l’histoire economique et financiere de la France”) (при министерстве финансов) и “Комитет по промышленной истории” (“Comite d’histoire l’industrie”). Обе организации проводят семинары и издают работы по этой дисциплине.
 
   Существуют также частные исследовательские организации (иногда на базе частных предприятий), например, по истории развития электричества (l’histoire de l’electrocite) во Франции, опубликовавшей историю этой отрасли в трех томах, по истории железных дорог, даже по истории алюминиевой промышленности.
 
Вопрос: Каковы тенденции взаимодействия французских историков и экономистов, изучающих экономическую историю?
 
Ответ: Экономической историей во Франции больше занимаются историки, чем экономисты. Публикуемые историками отраслевые или региональные исследования основаны на глубоком и всестороннем изучении в архивах разнообразных источников, которые критически анализируются с помощью традиционных исторических методов.
 
   Но французские историки не имеют специального экономического образования и большинство из них, несмотря на любовь к квантификации, с боязнью и подозрением относятся к новым статистическим и математическим методам (регрессионному анализу, например).
 
   С другой стороны, историки-экономисты стремятся поддерживать и развивать контакты с другими отраслями исторической науки. У некоторых историков обнаруживается стремление к междисциплинарности и, в своих исследованиях они активно прибегают к помощи других наук: антропологии, географии, социологии и т.п.
 
   К сожалению, большинство французских историков можно обвинить во франкоцентризме, поскольку они довольно мало работают над проблемами экономической истории других стран.
 
   Заканчивая разговор о развитии экономической истории во Франции, с радостью можно констатировать, что в высшей степени желательное сближение историков и экономистов началось, и этому есть множество свидетельств.

Российское аналитическое агентство.; 20 августа 2012

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • МИР И ОБЕЗДОЛЕННЫЕ

    МИР И ОБЕЗДОЛЕННЫЕ От редакции: кратко выраженная суть нашего противостояния с западниками заключается вот в чём. Западники хотят вести нас чередой прозападных либеральных революций, каждая из которых всё глубже погружает нас в задницу. А мы не хотим погружаться в задницу. А либералы западники не хотят, чтобы мы этого не хотели. Они хотят, чтобы мы уподобились украинцам, у которых лесенка майданов сводит общество в каменный век, рождая в массах восторг и эйфорию «избавления от культуры»…

    Читать дальше
  • ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ

    ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ Я предлагаю всерьёз подумать о таком затёртом и расхожем выражении, как «корни человека», «мои корни». Что оно означает? Только ли происхождение человека, только ли его безвозвратно ушедшее прошлое, не имеющее никакого отношения к настоящему, ко дню сегодняшнему? Тот, кто мыслит связно, понимая причинно-следственные связи, никогда с таким не согласится. Прошлое диктует настоящее и будущее. «Корни» человека – это вся та совокупность, которая держит человека на родной земле и ПИТАЕТ его. Ведь это очевидная функция корней – удерживать и питать. Недаром зовут космополитов «перекати-полем», сравнивая с растением, оторвавшимся от корней…

    Читать дальше
  • В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ?

    В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ? ​Мыши очень любят сыр. Но делать сыр они не умеют. Если мышей посадить в бочку с сыром, они сперва съедят весь сыр, потом начнут нападать друг на друга, а в итоге все передохнут в пустом и замкнутом пространстве. Если бы на Земле не было людей – то мыши никогда не попробовали бы сыра. Его просто не появилось бы, потому что возникновение сыра – это сложная цепочка ОБОСНОВАННОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ.

    Читать дальше

Свобода - более сложное и тонкое понятие. Жить свободным не так легко, как в условиях принуждения. — Томас МАНН.