Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 57,2721 руб.
  • Курс евро EUR: 67,3577 руб.
  • Курс фунта GBP: 75,5190 руб.
Октябрь
пн вт ср чт пт сб вс
            01
02 03 04 05 06 07 08
09 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31          

"А ДОКАЖИ, ЧТО ТАК?!"

"А ДОКАЖИ, ЧТО ТАК?!" Мы дерзнули. Мы указали корень человеческого в человеке: представление о бесконечности. Все человеческие слова сводимы к этому одному и ветвятся от него. Конечно, тут же обнаружились многие «критики по переписке», особенно из числа атеистов, постоянно подозревающих нас в обслуживании интересов РПЦ. Никакую церковь мы не обслуживаем, и просто ищем Истину, не пугаясь в поисках совпадением Истины с чьими-то интересами (Православной Церкви, Путина и т.п.). Интересы могут быть шкурными и совпадать с Истиной чисто случайно: да не о них речь. Мы сказали: «вначале человека было представление о бесконечности. Из этого представления вырос человек, как нечто, отличное от животного мира». Нас спрашивают: «А докажите, что так!». Охотно. Извольте.

Исключительно-человеческая способность – держать в голове образ мира вообще, мира в его бесконечности, что в религии преломляется в возможность общения (и даже диалога) человека со всемогущим Богом. Только эта способность и делает человека (в том числе и нерелигиозного) человеком. Тождественность человека миру (конечно, только на уровне сознания, иное было бы безумно), мысль о том, что «Я есть Вселенная», безграничность человеческого познания и постижения – вот источник собственно-человеческих качеств в человеке.

Ещё в работах неоплатоников, на заре христианской цивилизации, прежде всего, у Плотина, Филона Александрийского, формируется представление об актуальной бесконечности Ума как бесконечно могущественного и единого, и потенциальной бесконечности безграничной материи.

Осознание всеобщей взаимосвязи и своей тождественности Вселенной – источник ответственности человека, который (будучи человеком) – чувствует свою ответственность за всю Вселенную, и за всё, что в ней есть. Мир животного, даже самого высокоразвитого – замкнут, и конечно, такая замкнутость рождает циничную безответственность: «моя хата с краю…», я защищаю свои границы, а что делается за ними – мне неизвестно, неинтересно и неважно…

«Образ и подобие Бога в человеке» - в чем его видели церковники? Конечно, не в наличии ног, рук, глаз. И не в общих с животными отправлениях, включая мысленные. А именно и только в мысли о бесконечности (Абсолюте), способности вместить в сознании образ и подобие бесконечной Вселенной! Ведь это же очевидно: никакого другого подобия человека Богу-Абсолюту, Мировой Идее, нет.

Способность вмещать в сознание идею бесконечности – то, что религия называет «образом и подобием Бога в человеке», а научная социопатология считает в рамках исследований своего предмета – источником собственно-человеческого начала в человеке. Того стержня, при изъятии которого человек превращается в животное, хотя может сохранять при этом способность строить (как бобры и медведи), разговаривать (как дельфины и вороны), повторять (как попугаи), радоваться или грустить (как собаки и кошки) и т.п.

Бесконечность, прикосновение к вечности и Абсолюту имел в виду И.Кант, когда писал слова, фактически ставшие его философским завещанием и получившие в истории философии широчайшее распространение: "Две вещи на свете наполняют мою душу священным трепетом - звёздное небо над головой и нравственный закон внутри нас".

Нетрудно понять, что и представление о всеобщем благе тесно связано с идеей бесконечности: если для всех, то для всех в бесконечности. А если не в бесконечной перспективе – значит, не для всех, а только для узкого, ограниченного круга. Того круга, который будет процветать независимо от страданий других людей, а то и за счет страданий других людей – и в итоге превратится в стаю зверья…

Без изначально присутствующей идее бесконечности – не пришла бы в голову и идея о всеобщем благе, о всеобщих правилах и нормах. Социальность без ясно или смутно присутствующей идеи бесконечности не функционирует.

Зоология – да, а социальность – нет…

Именно поэтому в обыденной речи выражение «ограниченный человек» стало ругательством, обозначающим тупость и неразвитость личности. Получается, что идеалом общества выступает «неограниченный человек». Естественно, неограниченный не в смысле произвола и распущенности. Смысл очевиден: если «ограниченным человеком» мы называем тупого, то настоящий человек способен мыслить о неограниченном (бесконечном) многообразии предметов.

Очевидно из истории цивилизации, что уже египтяне и вавилоняне пришли к идее вечности — к мысли, что течение времени не будет иметь конца[1]. Эти идеи тесно связаны у них с мыслями о смерти, мыслями о загробном бытии – ибо не может нечто стать ничем.

И в Египте, и в Вавилоне появляется представление о бесконечности пространства. Считалось, что небо — это твердая сфера, опирающаяся на Землю, а что находится за пределами сферы, смертным знать не дано. Но там что-то есть, ИБО ВСЁ, КРОМЕ РЕЛИГИОЗНОГО ЧУДА, ИМЕЕТ ОКРУЖАЮЩУЮ СРЕДУ и находится в окружающей среде. Всё материальное обязательно находится в чём-нибудь.

В джайнистском трактате Сурья-праджнапти-сутра, относимом к 400-м годам до н. э., о бесконечности говорится, как о чем-то само собой разумеющемся[2].

В VI в. до н. э. в Древней Греции фиксируют записи идеи бесконечности пространства. Греческие ученые говорили: «Где бы ни стал воин, он сможет протянуть свое копье еще дальше». Так возникли модель мира, бесконечного во всех направлениях и вечного во времени. Наиболее смелые мыслители утверждали даже, что мир не имел и начала. Здесь же возникает и философское открытие понятия «Единое» - того, что едино во всем, во всех, и необходимо существует – если существуют множества.

В формировании нравственности учение о бесконечности Бога (Абсолюте) имело решающее, кардинальное значение. Конечный божок всегда несамодостаточен, его можно подкупить поддержкой, дарами, жертвами – что всегда и пытались сделать идолопоклонники, вплоть до наших дней. Он же – раз конечный, то не всеведущий, следовательно, его можно обмануть, что-то от него скрыть, спрятать.

Из конечности божества исходят как традиции подкупа, взятки высшим силам, так и традиции лицемерия. Это, в сущности, звериная хитрость одомашненного животного по отношению к своему хозяину. Она и сегодня проявляется у приматов-дегродов, т.е. лиц расчеловечившихся, и, по всей видимости, представление о бесконечности и всеобщей взаимосвязи утративших.

Средневековая философия насыщена самыми многообразными размышлениями о бесконечности. Нам в данной работе не столько важны детали этих рассуждений, сколько сам факт их интенсивности[3].

Механизмы (анатомия) процессов таковы: представления о чем-то бесконечном и всеобъемлющем ВЫВОДЯТ человека за пределы его локального мирка биологических интересов. Они ставят перед человеком ПАРАДОКСЫ, развивающие как диалектику мышления, так и нравственное чувство.

Не может животное, замкнутое в локальном мирке своих биологических интересов и инстинктов поступить вопреки своей сиюминутной выгоде – а нравственный человек может. Для локального мышления поступок вопреки интересам – абсурд и ничего кроме абсурда.

Но человек с представлениями о неких вечных ценностях – больше самого себя, как индивида. Им руководит не его конечная биологическая природа, а его представления о бесконечности.

Такой человек начинает свойственную только людям деятельность, в которой отдаёт мирозданию и окружающим больше, чем у них берёт. То есть действует вопреки своим личным интересам, благодаря чему и накапливаются ресурсы для возникновения и последующего рывка «искусственной реальности» - цивилизации. А иначе ей попросту на что стало бы жить. Если каждый рвач – то откуда ему рвать? Если каждый приспособленец – то к чему ему приспосабливаться? Если каждый будет расчетливо брать не меньше, чем отдал (принцип рыночной прибыльности) – то ведь общество будет истощаться, а не пополнятся.

В начальные этапы развития человеческой цивилизации представления людей о Вечности и Бесконечности отражались в религиозных верованиях, причем сперва – в довольно примитивных и даже уродливых формах. Религиозный культ был жестоким, грязным, фетишно-идолопоклонническим, но он был.

Только потому были и крупные цивилизационные сообщества. Через свои представления о бесконечном (сперва примитивные) и его парадоксах – они преодолевали в людях зоологические мотивации локального, звериного рвачества. Поэтому люди строили пирамиды, зиккураты, стоунхеджи, звездные обсерватории и т.п.

Словом, вначале возникает метафизика (то, что за физикой, за пределами материального, ограниченного параметрами мира), а только потом – цивилизация. Соответственно, распад цивилизации идёт в обратном порядке: сперва эродирует метафизика в её основе, а потом (порой со значительной инерцией истории) – рушится и крошится сама цивилизация. И звери рычат на руинах городов…



[1] Эта идея ярко выражена в восточной притче: «Вот алмазная гора высотой в тысячу локтей. Раз в столетие прилетает птичка и точит свой клюв о гору. Когда она сточит всю гору, пройдет первое мгновение вечности».

[2] Все величины разделены на три категории и три подкатегории — перечислимые (малые, средние и большие), неперечислимые («почти неперечислимые», «истинно неперечислимые» и «неперечислимо неперечислимые») и бесконечные («почти бесконечные», «истинно бесконечные» и «бесконечно бесконечные»), это разделение было по-видимому, не первой попыткой не просто различить виды бесконечного, но и измерить соотношение между ними, а идея выделять подкатегории бесконечных величин и упорядочивать их близка к концепции трансфинитных чисел Кантора.

[3] В раннехристианской и раннесредневековой философии (Ориген, Августин, Альберт Великий, Фома Аквинский) унаследовано от Аристотеля отрицание актуальной бесконечности в мире, при признании в том или ином виде за христианским Богом актуально бесконечного.

В трудах схоластов XIII—XIV веков (Уильяма из Шервуда, Хейтсбери, Григория из Римини) явно обозначается различие между понятиями потенциальной и актуальной бесконечности (в ранних сочинениях потенциальную и актуальную бесконечность называют синкатегорематической и категорематической бесконечностями соответственно), но сохраняется отношение к актуально бесконечному как божественному, либо постулируется полное отрицание актуальной бесконечности (лат. infinitum actu non datur). Однако уже Оккам обращает внимание на возможность признания существования континуума и его частей как актуально существующих при сохранении за ними свойств бесконечного — возможности бесконечного деления на составляющие части, а Суайнсхед в подтверждение своим рассуждениям о бесконечной делимости континуума математически доказывает утверждение о сумме бесконечного числового ряда. Орем, развивая построения Суайнсхеда, выстраивает систему геометрических доказательств сходимости бесконечных рядов, строит пример плоской фигуры, бесконечной по протяжённости, но с конечной площадью.

В XV веке Николай Кузанский создаёт учение об «абсолютном максимуме», который он считает бесконечной мерой всех конечных вещей, тем самым давая представление, совершенно не совпадающее с античным: всё конечное рассматривается как ограничение актуально существующей божественной бесконечности (лат. possest), в противоположность господствовавшему представлению о существовании конечных вещей и потенциальности бесконечного.

А. Леонидов-Филиппов.; 16 февраля 2016

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ

    ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ Я предлагаю всерьёз подумать о таком затёртом и расхожем выражении, как «корни человека», «мои корни». Что оно означает? Только ли происхождение человека, только ли его безвозвратно ушедшее прошлое, не имеющее никакого отношения к настоящему, ко дню сегодняшнему? Тот, кто мыслит связно, понимая причинно-следственные связи, никогда с таким не согласится. Прошлое диктует настоящее и будущее. «Корни» человека – это вся та совокупность, которая держит человека на родной земле и ПИТАЕТ его. Ведь это очевидная функция корней – удерживать и питать. Недаром зовут космополитов «перекати-полем», сравнивая с растением, оторвавшимся от корней…

    Читать дальше
  • В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ?

    В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ? ​Мыши очень любят сыр. Но делать сыр они не умеют. Если мышей посадить в бочку с сыром, они сперва съедят весь сыр, потом начнут нападать друг на друга, а в итоге все передохнут в пустом и замкнутом пространстве. Если бы на Земле не было людей – то мыши никогда не попробовали бы сыра. Его просто не появилось бы, потому что возникновение сыра – это сложная цепочка ОБОСНОВАННОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ.

    Читать дальше
  • ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ

    ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ Говоря в трёх словах, фашизм – это идея радикального скотства. Но поскольку такие три слова похожи на ругательство, а ругаться не входит в наши планы, то придётся их развернуть. В глубинной основе фашистского движения лежит радикальный отказ от «химер сознания» - высоких, невещественных идей, связанных с сакральными образами и священными представлениями. Отказ идёт в пользу вещественных и грубо-материальных, ощутимо-плотных явлений. И за счет этого очищенная «верхняя полочка» сознания оказывается заполнена грубыми зоологическим отправлениями, которые теперь «исполняют обязанности» высших ценностей и духовных идеалов.

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношение каждого конкретного человека..