Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 60,1482 руб.
  • Курс евро EUR: 67,1495 руб.
  • Курс фунта GBP: 76,1536 руб.
Июнь
пн вт ср чт пт сб вс
      01 02 03 04
05 06 07 08 09 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30    

МИСТИКА ОККАМИСТИКИ

МИСТИКА ОККАМИСТИКИ Если бы я сказал волкам ельцинско-чубайсовой приватизации, что они – оккамисты, то они бы очень удивились. Самые «продвинутые» вспомнили бы из прошлой, школьно-студенческой жизни, что был в истории философии какой-то такой Оккам, но убежден – не более того. Вряд ли найдёте вы среди волков приватизации тех, кто читал бы книги Оккама или хотя бы параграф о нём в «Истории средневековой философии». Может быть, я преувеличиваю, и они – никакие не оккамисты?

На самом деле – идеи и базовые концепции распространяются порой через десятки рук посредников, адапторов, популяризаторов, эпигонов и т.п. Так случилось в европейской истории и с суперконцентратом идей У.Оккама. Века потребовались, чтобы размочить их сухость той «водой», которую льют обычно в речах ораторы…

НЕВООБРАЗИМЫЙ БАРДАК МОТИВАЦИЙ

Мы к XXI веку оказались в полнейшим умственном хаосе, среди концептуальных руин. Мы потеряли способность понимать и объяснять жизнь. Ум непосредственно связан с мотивацией человека, а мотивация – с действием. Мы делаем то, что мотивированы делать, а мотивированы мы делать то, что вытекает из нашего мировоззрения.

Если оно целостно и логически связно – то наши поступки последовательны и созидательны. Если разрушается целостность и логическая непротиворечивость мировоззрения – наши поступки становятся нелепыми, дёрганными, бессмысленными и необычайно опасными для общества. Это и случилось в XXI веке.

Почему? Давайте пойдёт по цепочке причин и следствий от самого начала…

AD OVO – «ОТ ЯЙЦА»

Итак, мы с вами, читатель, в эпохе шкур, пещер и каменных топоров. Здесь мы встречаем звериную примитивность бессвязного мышления: хаос образов-вспышек, которые не связаны между собой и не вытекают друг из друга. Например, первобытная наскальная живопись, даже очень технически совершенная, лишена композиции: рисунки ложатся друг на друга, бессвязны, не включены в общих художественный замысел.

Альтернатива? Связное мышление. Вас удивляет, что альтернатива бессвязному мышлению – связное? Нет? Тогда идём дальше, малость напугав атеистов. Дело в том, что по латыни «связное» будет звучать как «религиозное». Так, вместе со связным мышлением и в качестве связного мышления рождается религия[1]. Это система, которая из хаоса случайных впечатлений выбирает главные сигналы и отсеивает случайные, второстепенные эффекты. Она решает – что ценно, а что малоценно. Она ищет и находит СВЯЗЬ ВСЕГО СО ВСЕМ – и в этом смысле является началом феномена науки и научности (с их систематизацией, иерархией смыслов, классификацией и т.п.).

Развитие ума неразрывно и неизбежно требует связности мышления. Тут не «соскочишь» с тропы: не будет связности (по латыни – религиозности) – не будет и развития ума, интеллекта. То есть формирование цивилизации (любой) и укрепление связности мышления – даже не два разных процесса, а единый процесс.

ПАРАЗИТЫ РЕЛИГИОЗНОСТИ

Там, где есть питательная масса – туда обязательно постараются пробраться паразиты. Религиозность с самых первых дней своего существования получила обременение в виде изуверских и мракобесных извращений, пустосвятства и пустословия на её почве. Её калечили узость сектантства, примитивный фанатизм и т.п.

Суть и душа религиозности (процедуры связного и последовательного мышления) – никогда не заключалась в словах. Слова – коварны. Очень многие говорят о добре и благе – сами же цинично и лицемерно творят зло. Наоборот, есть и такие, что самого Бога проклинать дерзают – но, если судить по делам их – в жизни, в быту – святые.

Поэтому сами по себе слова не значат ничего. Прежде, чем им верить – нужно разобраться, что тот или иной произносящий слова подразумевает под ними. Условные знаки слов могут обозначать что угодно – или вообще ничего не обозначать. «По плодам их узнаете их».

Но если слова ничего не значат – в чем тогда суть и душа религиозной доктрины? Прозвучит академично, суховато, научно – но я не знаю, как выразить иначе: суть религии в ТЕОРИИ ПОЗНАНИЯ МИРА.

ТЕИЗМ – КРЕСТНЫЙ ОТЕЦ НАУКИ

Из теории познания вытекают мировоззрение и картина мира. Это совокупность вербальных поверхностных мыслей, чувств(эмоций) и подсознания, воспитанных культурой инстинктов человека. Каким мы видим мир – такими и формируем наши действия, мотивации.

И Европу, и Россию со всей их цивилизацией, включая космические и атомные её составляющие, сформировал ТЕИЗМ. Его теория познания – утверждение «ВСЁ СВЯЗАНО СО ВСЕМ».

Теизм, во-первых, всюду видит эту взаимосвязь предметов, а во-вторых, там, где не видит – отыскивает её. Науки, как явления, без этого не могло бы быть, что само по себе понятно. Но – очень важно – взаимосвязь «всего со всем» выступает первым доказательством в системе доказательств бытия Божия. Если всё связано со всем – то, значит, существует и сама эта связь. Она носит абсолютный характер – ибо связывает всё со всем без исключения. Значит, она вселенская, актуальная для всего и вся, и она – по сути – то Единое, которое присуще любым множествам. Это и есть Бог по определению!

Кроме Богоутверждения в области разума, связь всего со всем содержит в себе неизбежный эмбрион социализма. Если действительно всё связано со всем – то ущерб любому элементу касается и всех других элементов. Если кому-то плохо – то и мне плохо, вот на чем настаивает всеобщая взаимосвязь. Богоутверждение и социализм органично вытекают из культурного наследия Европы и России, из их живописи и зодчества, литературы и философии и т.п. Вы не найдёте ни одного крупного европейского писателя, например, который прославлял бы эгоизм, садизм, рвачество, цинизм, распутство и прочие прелести частно-рыночного капитализма. Почему? Да потому что ВСЯ европейская культура выстроена на теизме, т.е. убеждении в связи всего со всем. Стало быть, «ничто не сходит с рук» и т.п.

Из убеждения в связи всего со всем вырастают как европейские, так и русские нормы и правила морали, юридической законности, критерии психиатрии. САМОобогащение за счет других отрицается этой культурой, подчеркивается необходимость ВЗАИМОобогащения людей, как взаимосвязанной общности. Это и социализм по умолчанию идеала. Это и наука: ученые своими конференциями, монографиями, научными журналами ВЗАИМООБОГАЩАЮТ ДРУГ ДРУГА, бескорыстно делятся своими научными находками со всем миром.

Если бы этого бескорыстного всепланетного обмена научными достижениями не было бы – вместо европейской науки была бы её родная сестра – магия. Маг делает то же самое, что и ученый, но вместо обнародования своих находок, наоборот, старается их засекретить. Своё тайное знание маг использует для того, чтобы властвовать над дураками, и потому в основе магии – тайна исследований. В основе науки – той же самой магии, но изменившей цель – публичность и открытость исследований.

ТРИЕДИНАЯ ОСНОВА: БОГ, УМ, ВЗАИМОПОМОЩЬ

В европейской цивилизации Бог, наука и социализм составляют органичное и нерасторжимое единство. При попытке их разделить, противопоставить – получаются зловещие мутанты, патологические формы религиозности, социализма, научного поиска. Это – та истина, с которой нужно начинать обучение первоклассников!

В самом деле – аморальная наука – величайшее злодейство, страшная патология ума, а ведь источник морали – религиозность и теизм. Социализм без идеи Бога не может сам себя объяснить, обосновать: «все люди произошли от обезьян, и поэтому должны любить друг друга» - вполне оправданно издевался над атеистическим социализмом Н.Бердяев.

Но и идея Бога без социализма – вырождается в демонический культ, в нечто патологическое. Если я утверждаю ценности, которым сам не следую в быту – то я лицемер и двуличный оборотень. Разве нет?! Как можно славить Христа, не имевшего собственности, даже где голову преклонить – и одновременно набивать карманы богатствами? Да ещё и за счет разорения, обнищания окружающих? Пухнуть от обжорства среди голодных? Такого поклонника у Христа по определению быть не может: это паства антихриста…

Необходимо отказаться от узости и неоправданных амбиций секты большевиков, у которых социализм начинался с 1917 года, т.е. с их переворота. Социализм – это и есть европейская христианская цивилизация, которая от самых своих истоков была беременна социализмом (потому что выросла на теизме). Путь к социализму – это преодоление дикости и варварства.

Конечно, в сектах учат не так. Там местночтимый гуру – есть всепланетный пророк или даже сам творец мира собственной персоной. Но в том-то и цель моя, дорогой читатель, чтобы показать вам необходимость выхода из сектанства, заужения истины обрядчеством! Владимир Мономах или канцлер Бисмарк – такие же строители социализма, как Ленин, а может быть – и более важны для истории социализма, чем Ленин.

И смысл социализма, как явления – конечно же, не в буквализме заложенной Марксом или Лениным ритуалистике для их сект. Смысл социализма – в преодолении зоологического эгоизма экономической деятельности, в обеспечении перехода от САМОобогащения (за счет разграбления соседей) к ВЗАИМОобогащению.

Такая позиция мотивирована только в теории познания, основа которой – убеждение в связи всего со всем. Без неё (что мы и наблюдаем) – человечество через отрицание взаимопомощи и взаимообогащения возвращается к до-теистчиескому каннибализму. А он никогда далеко не отходит – всегда караулил возле европейской цивилизации, чтобы прорваться в прорехи её сбоев и провалов…

ОККАМ ВЫХОДИТ НА СЦЕНУ…

Важно отметить, что генетический код европейской и русской цивилизаций издревле, от истоков – это раскрытие, разворачивание изначально заложенной в них триады: богословия, естественнонаучных знаний и социализма-взаимообогащения. Для всякого, кто хорошо знает европейскую историю, эта органичность очевидна. Всякий откат от триединой органики – это не развитие, а провал, авария, катастрофа. Отказ от триединства богословия, научности и социализма не может породить культуры: он порождает только бескультурье и варварство. Причем не только в ХХ веке, но и в эпоху Владимира Мономаха.

Теория познания «всё связано со всем» железно лишена возможности предложить что-либо, кроме Богопочитания, природоведения и взаимовыручки. Даже если бы она захотела предложить иное (а попытки многократно делались, в СССР – последняя по времени) – реальность бы сколлапсировала это предложение, как алогичную нелепость.

Следовательно, богопочитание, природоведение и социализм – бессмертны внутри теории познания «всё связано со всем». И по настоящему их выкорчевать можно только одним путем: изменив саму душу европейской религиозности, изменив теорию познания европейца.

Этим и занялся (честно скажу – не знаю, зачем) – выдающийся гений первой половины 14-го столетия Уильям (Вильгельм) Оккам.

Я далёк от мысли каким-либо образом шельмовать, демонизировать Оккама, вешать на него всех собак, винить его в исторических трагедиях XV-XXI веков. Но, безусловно, в силу колоссального интеллекта, Оккам опередил и предопределил европейскую реформацию, кальвинизм и лютеранство, протестантизм, его схватку с католицизмом, сформировавшую двоедушную шизопатию европейского мышления. Оккам в начале XIV века уже сформулировал всю программу реформации и лютеранства, как бы оставив её потомству в «спящем» режиме.

Далее, Оккам опередил и предопределил появление картезианства Декарта, учение о «вещи в себе» Канта, учение о раскрытии духа через эпохи и диалектику этого процесса Гегеля, феноменологию Гуссерля, психоанализ Фрейда. Не будучи (по крайней мере, формально) атеистом – Оккам заложил все основы будущего научного атеизма. Он выдвинул все те опровержения доказательств бытия Бога в области разума, которые потом за ним повторит И.Кант, более известный по этой части.

Словом, даже поверхностное изучение наследия Оккама позволяет увидеть, что этот мыслитель на много веков вперед задал «повестку тысячелетия» для иной, альтернативной, вне-теистической Европы и России.

ИНАЯ ЕВРОПА, ИНОЙ МИР…

Атеизм до Оккама носил исключительно хулиганский и асоциальный характер. Он был тем, что позже назовут «раблезианством» - т.е. удовлетворением низших инстинктов при игнорировании высших смыслов и какой-либо систематизации. А ведь не претендующее на обобщение, систематизацию – не может стать господствующей идеологией.

Спроси вора – хорошо ли воровать – и он, хоть и сам вор – скажет, что вообще-то воровать плохо. И если все станут воровать – то воровать станет не у кого. А потому – хоть он, вор, и дозволяет себе «пошалить» с чужим кошельком – но он далёк от мысли навязывать всем и каждому своё поведение в качестве вселенской истины…

Оккам, сам себя не провозглашая атеистом, заложил все базовые основы того атеизма, который уже претендует на обобщение системного характера.

Оккам нанес удар в самое чувствительное место европейской стволовой традиции – по теории познания. Он нашел ту единственную брешь, которая существовала в железной необратимости восхождения из пещер к коммунизму. Оккам предположил, что ничто ни с чем не связано!

Для Оккама (как и вообще течения номиналистов, терминистов) – всё единично, всё уникально. Любая же общая мысль – это, как писал Оккам – лишь «смутное, неопределенное представление предмета». Если наш взгляд очень смутен и расплывчат, то мы можем перепутать одно яблоко с другим; так и появляется понятие «яблоко вообще» - т.е. фантастическое представление о единстве уникальных и между собой не сходных предметов.

Оккам может показаться безумцем, потому что, на первый взгляд, отрицать связь жатвы с посевом может только умалишенный. Что же ты будешь жать, если не посеешь? – казалось бы…

Но Оккам не лгал, он скорее показал нам (человечеству) – параллельную реальность и параллельную вселенную. Если вообразить, что посевы сгорели от засухи – то, в данном случае, посев не привёл к жатве. Если же бурей к берегу прибило корабль с зерном, то жатва, напротив, оказалась никак не связанной с посевом. Так разрушается в терминизме догмат о связи всего со всем. И вместе с ним – деформируется вся европейская культура…

Диалектика жизни такова, что не существует ни тождества подобий, ни полной уникальности предметов. Все со всем сходно и в то же время всё со всем различно. Упрощая и оформляя мир в уме, теизм пошел путем уравнивания подобий тождествам. Отсюда и наука с её абстракциями-классификациями, и социальные учения с их классовыми интересами, и т.п.

Оккам же упростил мироздание в обратную сторону. Он, отрицая тождество, стал отрицать и подобие. Оккамизм стал чуждым и невероятным для теистической Европы сознательным отказом от абстрактного мышления. Не просто неспособностью к обобщению, сведению подобий в роды и группы – а вызывающим отрицанием самой такой практики.

Никаких мыслей «обо всём» или «обо всех» оккамизм не допускает. В нем не может быть «людей вообще», пролетариев, крестьян, буржуазии – а могут быть только Ивановы, Петровы, Сидоровы, да и то – с оговоркой, ибо даже отдельно взятый человек не тождественнен самому себе в разные времена, в разных ситуациях и т.п.

Разливаясь по головам европейцев с 14-го века по наши дни включительно, оккамистика (изначально очень сложная, неудобоваримая, нечитаемая, разбавляемая людьми и временем из поколения в поколение) – начала производить параллельную, альтернативную европейскую реальность. Сперва антикатолическую реформацию, потом вульгарный механический атеизм (прозванный его сторонниками «Просвещением»), затем социал-дарвинизм, атеистический социализм и т.п.

«Перестройка» и ельцинизм в РФ – тоже в основе своих мотиваций – номиналистические, оккамические. Ведь теизм требует осознанных обобщений: или ты последовательный коммунист, или такой же последовательный антикоммунист.

Творцы же приватизации не имели твердых убеждений, свойственных людям теистической цивилизации. Они были (и остаются) людьми – уставшими от обобщений, тяготящимися абстрактностью и всеобщностью мышления. У них нет моральных оценок для своих поступков, потому что в оккамизме каждый поступок уникален, и оценить его нельзя, ибо не с чем сравнивать.

Для ельцинистов нет «правильного» или «неправильного» поведения, есть только приемлемое в текущей ситуации или неприемлемое. Это тоже оккамизм: в самом русском слове «правильное», «править-исправить» заложено теистическое представление о «Правиле», т.е. эталоне, идеале, под который подгоняются все вещи. Человек с такой философией ещё и в глаза не видел предмета – а уже знает, каким предмет должен быть, ибо имеет в уме образ идеала и эталона.

Для теистической цивилизации свойственнен напряженный конфликт между действительностью и идеалом в воображении человека. Острота этого конфликта между действительным и желаемым порождает прогресс и всякую «движуху», возносит к небесам шпили соборов и маковки церквей, строит ракеты и атомные электростанции.

Есть «правило» по которому меряют реальность, и правят её, исправляют, подгоняя под умозрительный идеал, известный заранее, от начала действия. Отсюда и власть – как правление и правительство, та же – по-своему маниакальная, ибо навязчивая – страсть перекраивать реальность под эталоны воображения.

При этом не нужно думать, что у белогвардейцев Деникина конфликт между действительностью и идеалом менее напряженный, чем у красноармейцев Фрунзе: внутри теистической цивилизации идеологические битвы спорят об эталонах, но не о самом принципе эталонности.

В этом смысле оккамизм оказывается для теизма совершенно потусторонним учением. В нем ничего нельзя исправить – как и испортить нельзя. Для терминистов, многочисленных учеников Оккама, всякая ситуация уникальна, и решений под копирку быть не может.

ОККАМ И МЫ

Учение Оккама – это великое предупреждение теистической цивилизации, которое мы обязаны выучить назубок и твердо знать, как огромную опасность. В нем одновременно отсутствуют богословие, научность и социализм – что для теистической традиции просто невозможно. Оккамизм порождает политические фигуры приватизаторов – демонстративно чурающиеся обобщений и максим поведения, интуитивистов, не верящих ни во что, кроме своей интуиции.

Как в ельцинской России, так и на деградирующем либеральном западе именно интуиция власть и деньги имущих, их волюнтаристские решения (вспышки-озарения чиновного или олигархического мозга) – заменили и подменили собой принцип научной экспертизы и экспертного обсуждения принимаемых решений.

Современный оккамист – это прежде всего, человек, не имеющий внятной позиции ни по одному общему (абстрактному) вопросу, живущий (и властвующий) по интуиции. Он не видит и не понимает своего единства с миром, вселенной, природой, Жизнью(как таковой), своего единства с другими людьми. Нет для него и всеобщих закономерностей, свойственных научному типу мышления.

Если современный оккамист вершит приватизацию – то он не думает о вопросах глобальных, о прошлом и будущем, об абстрактной справедливости, об интересах других сограждан. Его интуиция ведет его через темный лабиринт ситуационных решений, каждое из которых уникально.

Яркий символ оккамизма в РФ: торжественное празднование дня победы СССР над фашизмом под власовским триколором. Это похоже на анекдот про крещеного еврея в бане: «вы или трусы наденьте, или крестик снимите»…

Но для оккамизма с его уникальностью каждой вещи и ситуации, с его отрицанием подобий – такие банные анекдоты вполне органичны.

Другое дело, что оккамизм – не может дать ни прогресса, ни движения, ни развития, ни самосовершенствования общества. Разделив в свое время истину на две («божественное откровение» и естественнонаучные доказуемые факты), номинализм отсек человечество от движения вверх, от обожения и богоподобия. Теория «двух истин» коварно отрицает в человеческом разуме и душе образ и подобие Божие.

А потому оккамизм в практическом выражении – лишенная концептуального скелета трясина мыслей, расцветающая по мере общественного застоя буйной ряской всяких извращений и патологий.

И это нужно знать – чтобы понимать источники крушения «европейской стрелы» - локомотива европейской истории, ехавшего по неизменным рельсам из дикости в социализм. Первым рельсы неизбежности теистического социализма разобрал Оккам. Все остальные уже так или иначе опирались на его наследие…



[1] РЕЛИГИЯ (лат. Religio) от лат. religare — связывать, соединять, восстанавливать связь).

А. Леонидов-Филиппов.; 3 августа 2015

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ

    ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ Я предлагаю всерьёз подумать о таком затёртом и расхожем выражении, как «корни человека», «мои корни». Что оно означает? Только ли происхождение человека, только ли его безвозвратно ушедшее прошлое, не имеющее никакого отношения к настоящему, ко дню сегодняшнему? Тот, кто мыслит связно, понимая причинно-следственные связи, никогда с таким не согласится. Прошлое диктует настоящее и будущее. «Корни» человека – это вся та совокупность, которая держит человека на родной земле и ПИТАЕТ его. Ведь это очевидная функция корней – удерживать и питать. Недаром зовут космополитов «перекати-полем», сравнивая с растением, оторвавшимся от корней…

    Читать дальше
  • В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ?

    В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ? ​Мыши очень любят сыр. Но делать сыр они не умеют. Если мышей посадить в бочку с сыром, они сперва съедят весь сыр, потом начнут нападать друг на друга, а в итоге все передохнут в пустом и замкнутом пространстве. Если бы на Земле не было людей – то мыши никогда не попробовали бы сыра. Его просто не появилось бы, потому что возникновение сыра – это сложная цепочка ОБОСНОВАННОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ.

    Читать дальше
  • ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ

    ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ Говоря в трёх словах, фашизм – это идея радикального скотства. Но поскольку такие три слова похожи на ругательство, а ругаться не входит в наши планы, то придётся их развернуть. В глубинной основе фашистского движения лежит радикальный отказ от «химер сознания» - высоких, невещественных идей, связанных с сакральными образами и священными представлениями. Отказ идёт в пользу вещественных и грубо-материальных, ощутимо-плотных явлений. И за счет этого очищенная «верхняя полочка» сознания оказывается заполнена грубыми зоологическим отправлениями, которые теперь «исполняют обязанности» высших ценностей и духовных идеалов.

    Читать дальше

Свобода - более сложное и тонкое понятие. Жить свободным не так легко, как в условиях принуждения. — Томас МАНН.