Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 59,8185 руб.
  • Курс евро EUR: 69,7005 руб.
  • Курс фунта GBP: 77,9914 руб.
Июль
пн вт ср чт пт сб вс
          01 02
03 04 05 06 07 08 09
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31            

ЭКОНОМИКА САМОРАЗРУШАЕТСЯ...

Интервью с экономистом Рене Пассе

ЭКОНОМИКА САМОРАЗРУШАЕТСЯ... Экономист Рене Пассе занимается взаимодействием экономики и природного мира, черпая необходимые для своей науки факты из изучения окружающей среды. Яростный защитник окружающей среды*, в своей последней книге он нападает на хищную глобализацию, сводящую целый мир к простому рынку, в ущерб природному равновесию и человеческим нуждам. Похвала глобализации так называемым ее противником эссе, отмеченное интеллектуальной честностью и настоящим научным мышлением. Ученый и гражданин, Рене Пассе противопоставляет этому процессу длительное развитие, принимающее во внимание и природу, и человека.

Разрушение окружающей среды это просто несчастный случай в жизни неолиберальной экономической системы, который можно исправить, или логическое следствие ее функционирования?

Рене Пассе: Я считаю, и я не одинок в этом мнении, что подобное обращение с природой следует из самой логики системы свободного обмена и продуктивизма. Для достижения основной цели, а именно увеличения прибыли, стоимость производства меняется, но это сказывается на окружающей среде. Эта тенденция еще больше усилилась в наши дни, поскольку, как знает каждый, власть переместилась из сферы государственной и политической в область международных финансов и частных интересов, которые все больше и больше управляют процессами работы предприятий. Гонка за прибылью и сверхэксплуатацией ресурсов связана с гонкой за рентабельностью финансовых вложений.

Экономика относится к загрязнению окружающей среды как к несчастному случаю, который можно поправить согласно логике самой системы, то есть, в лучшем случае, включив стоимость охраны окружающей среды в цену продукции. Рынок и только рынок регулирует степень загрязнения окружающей среды, которое сведено к простому сбою нормального функционирования, что, согласно той же логике, можно поправить логикой цен.

На это можно возразить многое. Прежде всего, источники загрязнения не всегда ясны, а жертвы и репарации - тем более. Это означает, что истинная цена очень редко принимается в расчет. Более того, стоимость не является исключительно стоимостью рыночной. Ставкой становятся человеческие жизни, необратимые процессы в природной среде, где каждый биологический вид осуществляет функцию регуляции и зависит от всех остальных видов. Все это никоим образом не отражается на рынке, который придает значение природному богатству только когда тот или иной его вид становится редким, а значит, уже слишком поздно спасать и его, и связанное с ним природное равновесие.

“Нужно поставить экономику на второе место, после защиты человеческих ценностей и природы”

Для нас важно поддерживать нормальное функционирование природы, несущей жизнь в том числе и человеческую, а также помогающей экономическому развитию. Ведь если уничтожить окружающую среду, уничтожится все, в том числе и экономика.

Каковы же должны быть место и роль экономики?

Р. П.: Не существует ни одной экономической теории, в том числе и среди тех, с которыми мы боремся, которые бы полагали, что экономика это нечто иное, нежели деятельность, состоящая в подчинении природы человеческим нуждам. У экономики нет другого смысла существования. Проблемы окружающей среды, а также личностные и социальные проблемы сегодняшнего дня исходят из того, что экономическая деятельность стала самоцелью, вместо того, чтобы быть средством на службе у истинных целей человечества.

Не могли бы вы пояснить разницу между понятием экономического роста, являющегося очевидной целью большинства типов общества, и понятием длительного развития?

Р. П.: Разница эта, и в самом деле, очень важна. Понятие экономического роста строится на идее, что удовлетворение человеческих нужд тем полнее, чем больше объем национального продукта. Такое видение экономики соответствует эпохе, когда эта теория была создана, а именно концу XVIII началу XIX вв. в Европе, когда даже основополагающие нужды удовлетворялись с трудом. На этой стадии экономического развития все было действительно так: чем больше вы производите, тем более улучшаете благосостояние, как и в наши дни в наиболее бедных странах. Сам вопрос охраны природы был тогда отринут экономистами, поскольку производство еще не вызывало в природе невосстановимых потерь и не вызывало необратимых процессов. В наши дни это уже не так, и процесс потепления климата ясно об этом заявляет.

Таким образом, подобный образ мышления более не применим. И тем не менее, современные экономические теории продолжают изолировать экономику, отделяя ее от других сфер человеческой деятельности и природы. Они оперируют экономикой вне ее контекста и не принимая в расчет качественные соображения. И в самом деле, можно ли в наши дни говорить о том, что воде больше машин это вдвое большее благосостояние, как обо этом подчас идет речь.

Как только вы замечаете, что для большего экономического развития вы разрушаете окружающую среду, вы понимаете, что экономику больше изолировать нельзя и что ее нужно перенести в более гуманную сферу. Больше машин с какой целью? Для чего?

С какими последствиями? Экономика, связанная с другими сферами, означает длительное развитие, которое обязывает нас задаваться вопросом о человеке, обществе и природе. Экономический рост, который достигается путем разрушения человеческой жизни и природной среды, не представляет собой развития. Мы должны найти новый подход к экономике, способный учитывать взаимозависимость разных областей в таком сложном мире, как наш.

Мы приходим к парадоксальным в социальном и человеческом плане ситуациям, когда единственными критериями считаются критерии финансовые и материальные. Существует также некоторый рациональный подход, основанный на человеческой стороне экономики. Приведу пример: возьмем на рынке зерновых две тонны пшеницы, произведенные двумя разными странами. Если вы видите в этом только объем, при равном качестве тонна остается тонной, и сильнейший выигрывает. Но сильнейший это тот, кто может продать дешевле, а значит, та тонна, которая была произведена в промышленной стране, где сельское хозяйство полностью механизировано, а рентабельность высокая. От того, продастся ли тонна пшеницы, в богатой стране зависят лишь большие или меньшие доходы от экспорта. Что же касается бедной страны, где та же пшеница производится тяжелым ручным трудом, то ее продажа является единственным источником дохода и самой страны. Это сельское хозяйство неконкурентоспособно, но жизненно необходимо для общества, само существование которого ставится под вопрос. Мы должны принимать в расчет и эти критерии.

Если мы думаем только о товаре, то применять будем исключительно правило равного отношения к этим двум тоннам, которое применяется и в настоящее время. Если же мы интересуемся условиями жизни человека и будущим планеты, то правомочным будет поддержать противоположный принцип, когда предпочтение оказывается самому бедному. В то время, когда ОМС стремится внедрить приницп равного отношения к национальным и иностранным предприятиям, я сказал бы даже, что каждая страна, в том числе и экономически развитая, должна обладать правом удовлетворения своих основных нужд, в том числе и в области питания, а также правом защиты жизненно необходимых секторов (образования, здравоохранения, культуры).

Помощь сельскому хозяйству должна стать международным приоритетом, особенно если принимать в расчет будущее вымирающих народов и необходимость поддержания уровня сельского населения в целях развития и независимости. В то же время, традиционное сельское хозяйство вытесняется механизированным, применяющим также удобрения, пестициды, гербициды, привнесенные из развитых стран.

“Борьба интересов является одним из основных тормозов необходимых изменений”

Потребуется настоящий переворот мышления, чтобы изменить подобную ситуацию. Что является при этом главным тормозом?

Тормоз - это, в первую очередь, сам современный образ мышления. Нет ничего более недоступного для изменений, чем система взглядов, которая по природе своей должна быть стабильной и противостоять внешним обстоятельствам. Но она также должна эволюционировать. Мы же оказываем сильное сопротивление, в частности, в области экономических теорий. Необлиберальная теория считает себя единственно верной научной теоией. Но область науки как таковая подвержена развитию. Те, кто считает собственные теории неопровержимыми, ставят их таким образом вне науки, сдвигаясь в область догмы, верований и мнений.

Тормозом также является утверждение, что рынок нейтрален и, таким образом, является единственным арбитром экономической ситуации. Этот так называемый нейтралитет в области регулирования экономики в реальности оборачивается к принятию самой же рыночной системы со всеми ее отрицательными сторонами, в том числе уроном, наносимым человеку и природе, а также с противостоянием, из которого победителями всегда выходят сильные, а именно те, у кого есть деньги. Напомним также старую поговорку, что в долг дают только богатым.

И, наконец, еще одним тормозом стала борьба интересов, связанных с нефтью, финансами, промышленностью и др., которые навязываются некоторым правительствам, готовым поставить под угрозу будущее планеты, но только не трогать уровня жизни своих избирателей. Такой подход абсурден, поскольку постепенно ведет не только к нашему, но и их собственому разрушению.

Когда существуют такие проблемы, как, например, голод в мире, защита окружающей среды подчас представляется излишней роскошью. И в самом деле, в условиях голода и безработицы, если загрязняющее атмосферу предприятие способно создать рабочие места и позволить людям вести достойный образ жизни, экологические проблемы отходят на втрой план. И это понятно. И в то же время. проблемы бедности и защиты окружающей среды неразрывно связаны.

Некоторые считают, что усилия Запада, направленные на создание строгих норм загрязнения, в границы которого должны быть поставлены все страны, мешают развитию промышленности развивающихся государств. Как обеспечить рост их экономики, не вредя при этом окружающей среде?

Из всех стран мира менее всего загрязяют окружающую среду самые бедные. Тем не менее, низкий уровень развития является одной из причин разрушения природы, поскольку она является единственным источником богатств (лес, сырье, фауна и др.). Помогая экономическому развитию этих стран, можно остановить и излишнюю эксплуатацию природной среды, а также получить средства, увеличивая национальный валовой продукт и борясь за сохранение природного наследия.

Кроме того, окружающая среда в таких странах, как правило, не слишком пострадала, и здесь возможно промышленное развитие в тех рамках, которые не нарушают природного равновесия, тем более что развивающиеся страны могут воспользоваться опытом других государств в области чистых технологий, не слишком дорогих и позволяющих производить продукцию из вторичного сырья, экономя ресурсы и энергию.

Для этого необходимо увеличить помощь развивающимся странам и таким всемирным организациям, как МВФ и Всемирный банк. Следует, тем не менее, напомнить, что государственная помощь стран OCDE составляет на сегодняшний день 0,22 % от национального валового продукта, а не обещанные 0,77%.

Считаете ли вы, что развивающиеся страны не должны подлежать столь же строгим нормам, как и промышленные страны?

Конечно нет, поскольку если на единицу валового национального продукта мы приносим меньше вреда окружающей среде, чем развивающиеся страны, но в общем производим гораздо больше, то, в конце концов, загрязняем гораздо больше. Продажа лицензий на загрязнение равносильна праву вредить природе, которое мы даем богатым, и они, к тому же, не должны больше производить затрат на собственное развитие. Такое положение недопустимо.

“Реальные затраты нашей экономической системы видны не полностью”

С чего нужно начать перемену сложившейся системы в целях длительного развития и защиты тех факторов, которые вы называете жизненно необходимыми: человеческих, социальных и природных?

Правила, позволяющие обеспечить возобновление окружающей среды и общества, уже существуют. Их определяют конвенции Международной организации труда и другие. Многочисленные правила охраны окружающей среды были приняты во время всевозможных переговоров. Напомним, что Всемирная декларация прав человека, лежащая в основе существования Организации объединенных наций, заявляет главенство основных прав человека (гражданских, политических и социальных) по отношению к другим договорам.

Речь идет о том, чтобы экономическая система в целом, но также и международные коммерческие организации соблюдали эти правила. Потом можно будет заняться уточнениями и дополнениями.

С другой стороны, вместо того, чтобы создавать новые инстанции, было бы лучше, чтобы уже существующие полностью выполняли свои функции. Так, Международная торговая организация, вместо того чтобы отдавать в первую очередь свободному обмену, а недругам критериям и формам международных отношений, могла бы обеспечивать соблюдение правил охраны окружающей природной и социальной среды и основных прав человека.

Можно себе представить стоимость этой конверсии мировой экономики. Кто будет ее финансировать?

Нужно, в первую очередь, понять, что технологии, принимающие в расчет окружающую среду, экономны, как на энергетическом уровне, так и в плане переработки отходов и других областях деятельности.

Кроме того, реальные затраты, прямые и косвенные, краткосрочные и долгосрочные, нашей современной системы, видны не полностью, идет ли речь о ее нормальном функционировании или несчастных случаях , последствия которых неизмеримы (влияние на здоровье, стоимость безработицы, снижения продуктивности, спасательные средства, меры по очистке пораженного участка и др.), не говоря уже о человеческих жизнях, которым нет цены.

Если эта стоимость была бы принята во внимание, можно было бы заметить, что пойдя на некоторые жертвы сегодня, мы могли бы не только обеспечить длительное и стабильное существование системы, но и снизить ее себестоимость. Если же ждать, пока проблема обострятся, чтобы начать их решать, это обойдется гораздо дороже.

Вы считаете, что соблюдение норм может сочетаться с существованием развитой экономической системы?

Логика рынка, основанная на рентабельности, ведет к уменьшению количества используемых в экономической жизни видов растений и животных, что, в конце концов, ставит под угрозу разнообразие биологических видов. Насколько опасно это явление?

Мы снова встречаемся здесь с понятием длительного и краткосрочного развития. Сельское хозяйство, основанное на рентабельности приводит к принципу, согласно которому животные и растения, не используемые в хозяйстве, не разводятся, а разводятся, наоборот, только те виды, которые рентабельны и устойчивы к тому или иному виду климата. А это приводит к исчезновению видов.

Проблемы монокультуры состоят в том, что когда вы уменьшаете разнообразие видов или разновидностей внутри определенного вида растений или животных, стабильность экосистемы нарушается. В зависимости от возраста, особи подвержены не одним и тем же заболеваниям, а, с другой стороны, вирусы поражают одни особи и не поражают другие. Поддерживая разнообразие видов и возрастных категорий, в случае повального заболевания, некоторые особи выживут и экосистема устоит. Если же у вас остался только один тип особей, исчезнет все. Разнообразие является залогом стабильности экосистемы и безопасности человечества.

Известно также, что нам пока не открылись все тайны растений, в том числе их лечебных свойств. Когда исчезает тот или иной вид растений, мы лишаем себя возможности защищаться в будущем от пока неведомых нам болезней. Мы действительно знаем только ничтожно малое количество видов живого и разрушаем это наследие, даже не изучив, что именно мы нарушаем. Это настоящая катастрофа.

На какой юридической базе должны строиться права в области охраны окружающей среды, а именно, право жизни на земле, и на основе какого законодательства можно наказывать виновных? На основе понятия ответственности перед будущими поколениями?

Наполеоновский кодекс, который мы, в частности, унаследовали во Франции, является кодексом права, регламентирующим отношения человека и вещей, а также людей между собой. Таким образом, он не способен регулировать взаимозависимость в природе, которая распространяется на неконкретный участок времени и пространства, а именно к этому случаю и относится охрана окружающей среды.

Парниковый эффект, разрушение озонового слоя, загрязнение морей и океанов выходят за рамки традиционного права. В этих случаях очень трудно установить виновников случившегося. Даже жертвы не всегда могут быть определены, как и сами процесс, повредившие им. Это также касается случаев, когда в результате человеческой небрежности в море выливается танкер нефти, идут кислотные дожди, создается радиоактивное облако, все эти факторы не признают государственных границ.

“Внимание к природе рассчитано на очень долгий срок”

Внимание к природе рассчитано на очень долгий срок, по сравнению с которым долгосрочные экономические программы просто мимолетны. На экономическом уровне прогнозирование на пятьдесят лет вперед уже достаточно серьезно, но по отношению к ритму живой природы, срокам возобновления природных ресурсов и разрушения среды это просто ничто. Речь в данном случае идет о веках и тысячелетиях.

Таким образом, мы касаемся вопроса этической ответственности и приходим к моменту, когда экономика больше не может не отвечать на вопрос о превалировании ценностей: зачем лишать себя чего-либо во имя будущих поколений, которых мы никогда не увидим? В области экономики на этот вопрос ответа нет.

Но тут возникает другой ответ, который философ Ганс Джонас называл принципом ответственности , а именно нашей ответственности по отношению к жизни и развитию человечества. Мы попадаем в область ценностей, в котором, по определению, заранее установленного ответа не существует. Экономика только инструмент, а смысл жизни придают именно они. Эти ценности многочисленны и подчас невидимы, что влечет за собой две вещи: превосходство политики над экономикой и данность существования демократии, позволяющей сосуществование и конкуренцию ценностей.

Отдавать предпочтение человеческим ценностям означает не принимать ни нищеты, ни угнетения, что в конце концов ведет к обращению человека к самому себе, поскольку человечество всегда стоит перед собственным будущим. Именно такое видение мира мне хотелось бы предложить всем и каждому. И хотя мы ничего не знаем о цели этого приключения, по крайней мере, мы можем дать возможность человеку продолжить покорение собственной природы.

С точки зрения традиционного экономического мышления, к чему ведет учет проблем окружающей среды, в первую очередь, в области инвестиций?

Это еще один упрек, который мы можем предъявить существующей системе, желающей все свести к сумме интересов пользователя. Эти интересы действительно существуют, и каждый раз, когда рынок может регулировать процессы, не мешая глобальном интересу человечества, мы с ним согласны. Но не все сводится к рынку, и окружающая среда, в частности, относится к сфере основных интересов человечества, которые нельзя оставить в распоряжении частных лиц и рынка.

Рентабельность некоторых инвестиций и инфраструктур, в частности мостов, плотин, железных дорог, не прямая, поскольку речь идет о способствовании экономическому обмену и развитию экономической деятельности в целом. Эти предприятия, даже будучи убыточными, могут быть нужны с точки зрения развития общества в целом. Вот почему только государство может взять на себя ответственность за подобные инвестиции, рентабельные в долгосрочном плане и косвенным образом, так как их доходами пользуются самые разные слои населения.

Государственные власти, в отличие от частных предприятий, прогнозы которых идут не далее, чем на двенадцать лет, интегрируют эти сложности в общий контекст развития. Вот почему скоростные поезда TGV получили развитие только во Франции: эта программа рассчитана на пятьдесят лет и не является рентабельной в краткосрочном плане. В Соединенных Штатах, например, не существует организации, которая взяла бы на себя столь долгосрочную программу. Частный бизнес не способен взять на себя подобную функцию. Посмотрите на катастрофические последствия приватизации железных дорог в Великобритании или системы распределения электроэнергии в Калифорнии: это кратковременная рационализация.

Какова, на ваш взягляд, самая страшная опасность, которая может угрожать Земле?

Среди опасностей, которые нам угрожают, главная - это проблема воды и ее неравномерного распределения. К ее решению можно было бы приступить немедленно, если начать вплотную заниматься проблемой потребления воды, тем более, что существуют способы ее экономии. Еще одна опасность - потепление климата. Но мне кажется, что наибольшую тревогу в настоящее время вызывает собой гонка за продуктивностью, связаная с бесконечной рентабилизацией финансового капатала - именно в этом причина всех наших бед.

* Почетный профессор экономических наук Сорбонны, Рене Пассе является президентом научного совета гражданского движения ATTAC, созданного во Франции в 1998 г.. Оно стояло у истоков создания международной сети демократического контроля финансовых рынков и связанных с ним организаций.

Российское аналитическое агентство.; 28 июня 2012

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ

    ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ Я предлагаю всерьёз подумать о таком затёртом и расхожем выражении, как «корни человека», «мои корни». Что оно означает? Только ли происхождение человека, только ли его безвозвратно ушедшее прошлое, не имеющее никакого отношения к настоящему, ко дню сегодняшнему? Тот, кто мыслит связно, понимая причинно-следственные связи, никогда с таким не согласится. Прошлое диктует настоящее и будущее. «Корни» человека – это вся та совокупность, которая держит человека на родной земле и ПИТАЕТ его. Ведь это очевидная функция корней – удерживать и питать. Недаром зовут космополитов «перекати-полем», сравнивая с растением, оторвавшимся от корней…

    Читать дальше
  • В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ?

    В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ? ​Мыши очень любят сыр. Но делать сыр они не умеют. Если мышей посадить в бочку с сыром, они сперва съедят весь сыр, потом начнут нападать друг на друга, а в итоге все передохнут в пустом и замкнутом пространстве. Если бы на Земле не было людей – то мыши никогда не попробовали бы сыра. Его просто не появилось бы, потому что возникновение сыра – это сложная цепочка ОБОСНОВАННОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ.

    Читать дальше
  • ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ

    ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ Говоря в трёх словах, фашизм – это идея радикального скотства. Но поскольку такие три слова похожи на ругательство, а ругаться не входит в наши планы, то придётся их развернуть. В глубинной основе фашистского движения лежит радикальный отказ от «химер сознания» - высоких, невещественных идей, связанных с сакральными образами и священными представлениями. Отказ идёт в пользу вещественных и грубо-материальных, ощутимо-плотных явлений. И за счет этого очищенная «верхняя полочка» сознания оказывается заполнена грубыми зоологическим отправлениями, которые теперь «исполняют обязанности» высших ценностей и духовных идеалов.

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека — А. Прокудин.