Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 57,5336 руб.
  • Курс евро EUR: 68,5801 руб.
  • Курс фунта GBP: 77,3194 руб.
Сентябрь
пн вт ср чт пт сб вс
        01 02 03
04 05 06 07 08 09 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30  

"ПЯТЫЙ ЭЛЕМЕНТ": ДУХОВНАЯ ЭНЕРГИЯ МЫСЛИ

"ПЯТЫЙ ЭЛЕМЕНТ": ДУХОВНАЯ ЭНЕРГИЯ МЫСЛИ Начиная этот важный разговор с умными людьми, я хочу подчеркнуть, что все поэтические метафоры и эмоции убираю сразу и беспощадно. Я ничего не буду говорить о «величии Разума», о необходимости «сеять разумное, доброе, вечное», о «святости культурного наследия» - потому что это всё эмоции, содержащие в себе оценочные категории. А я хотел бы поговорить без оценок, просто о сущности важнейшего и сложнейшего психического явления, «сделавшего» цивилизацию… И грозящего своим уходом похоронить всякую цивилизацию…

В определённый момент времени хомяк вдруг начинает страстно желать хомячиху. А потом это у него так же внезапно кончается, как и началось. Речь идёт о физиологическом инстинкте, который включается «по таймеру» вне воли и согласия хомяка (и любого другого животного).

Хомяк понятия не имеет – почему он вдруг захотел хомячиху, и почему вчера не хотел. Точно так же человек с сердечным приступом – за секунду до приступа не знал, что он случится, и может пребывать в полном неведении причин приступа.

Физиологические инстинкты не могут рассматриваться через призму «интересно» или «скучно». Инфаркт у человека или половое влечение хомяка объединяет их полная автономность от воли и желаний носителя. Человек занимается сердечным приступом или изжогой не потому, что ему это «интересно», и перестаёт ими заниматься не потому, что ему стало «скучно». Можно сказать, что не человек ими занимается, а наоборот, они занимаются человеком (или хомяком).

Таким образом мы, друг-читатель, выделяем группу занятий, которые не зависят от интересов человека. Это физиологическая группа занятий, которыми просто НЕ ПОЛУЧАЕТСЯ НЕ ЗАНИМАТЬСЯ. Тут нет добровольности.

Выделив такую группу, мы поневоле заметим, что осталась и другая группа человеческих занятий, очевидная для исследователя: добровольная, связанная с личной заинтересованностью.

Она не является ни принудительной, ни универсальной. Интерес просыпается в человеке по каким-то причинам – и засыпает в человеке, вырождаясь в скуку.

+++

Яды или сахар, за редкими исключениями, примерно одинаково действуют на всех людей. Трудно сказать (хотя есть уникальные случаи) – что отравляющие вещества – не для всех отравляющие, что одним они вредят, другим, наоборот, идут на пользу.

Об интересе или скуке такого не скажешь. Нет интереса, который был бы всем интересен (как сахар – всем сладкий), и нет скучного, которое всем бы казалось скучным.

Заметив это, очень многие исследователи стали выводить высшую психическую деятельность из низшей, условности культуры из безусловности физиологии.

Самые известные попытки – Маркса и Фрейда.

По Марксу историю движет материально-ущемлённый человек, которому холодно, голодно, и оттого – беспокойно до революционности. Маркс и сам не заметил, что благословил холод и голод, как источник всей человеческой культуры, личностного развития. Как, куда и зачем будет развиваться личность, которой во всех отношениях комфортно?

Фрейд вообще свёл культуру к неудовлетворённому сексуальному инстинкту. По его схеме получается (я упрощаю, но не слишком), что от балета «тащатся» те, кто вообще женских ножек не видит в другой обстановке, и балет скучен тем, кто имеет возможность видеть женские ножки без колготок. Балет – эротическое шоу XIX века, которое в нашем веке проигрывает в чувственности и зрелищности разным стриптизам, и потому – удел стариков…

+++

В общем и целом все теории выхода высшего из низшего (у Дарвина обезьяна вырастает из амёбы, а человек из обезьяны) противоречат не только фундаментальным основам термодинамики (по которым всё сложное стремится к самоупрощению, но не наоборот). Они противоречит и элементарным показаниям здравого смысла.

Трудно поверить человеку, знакомому с эмпирикой хотя бы «юного натурализма» в пионерском детстве, что голодный или одинокий хомяк начнёт создавать культуру, сочинять поэмы, рисовать картины и вообще «смотреть на звёзды чаще». Голодный или сексуально-неудовлетворённый хомяк просто несчастен, и ничего больше.

Никаких сверхспособностей высшей умственной деятельности у него не открывается. Да и вообще странно связывать украшение потолка фресками или лепниной по причине засорения канализации в доме…

+++

Нам предлагали верить, что высшие формы умственной деятельности – это патология ущемления низших её форм. Мы это отвергли – но отрицательный ответ не есть полноценный ответ. Отрицание ничего не объясняет о предмете, а лишь отделяет его от других предметов.

Инстинкты тела, автономные от воли и желаний конкретной личности, отвечают за мотивацию физиологических отправлений.

Наша болезнь не приходит по нашему желанию, и не уходит по нашей воле. Это закрывает вопрос о мотивах физиологических действий. Откуда взялись инстинкты, кто это запрограммировал нас на какие-то реакции, если не мы сами – другой вопрос.

Нам пока достаточно и того, что физиологические действия мотивированы могучей и не связанной лично с нами силой.

+++

Известна в фантастической литературе такая зловещая утопия «человека-овоща», которая сегодня приобретает особую злободневность.

Что случится с человеком, если все его центры удовольствия и раздражения будут незамедлительно получать отменяющий импульс? Превратиться ли он окончательно в вегетативную форму жизни, расположившись на правах цветка в «горшке удовлетворения»?

Скажем честно: с мотивацией вне-физиологических действий у современных поколений очень большая проблема.

Мы в упор подошли к проблеме угасания человеческого разума, потому что у современного человека физиологические мотивации постоянно увеличивают долю присутствия в спектре мотиваций, а вне-физиологические – постоянно сокращаются.

Физиология поглощает всё больше активного человеческого времени. А вне-физиологические интересы, даже те, которые остаются – носят всё более примитивный характер.

То есть человек, допустим, не совсем бросил читать – но читает он уже исключительно бульварную литературу для умственно-отсталых. Он, может быть, не перестал совсем смотреть кино – но спектр его просмотров смещается ко всё более примитивной сюжетике.

Проблема не нова. Ещё Евангелие ставит вопрос ребром: «…род лукавый и прелюбодейный ищет знамения; и знамение не дастся ему, кроме знамения Ионы пророка…»[1].

Если говорить современным языком, то что именно осудил Христос в этой реплике? Он осудил погоню за спецэффектами, впечатляющими воображение видениями – подчеркнув недостаточность АБСТРАКТНОГО МЫШЛЕНИЯ у «рода лукавого и прелюбодейного». Люди не хотят проникать в суть явлений, а хотят лишь красивой картинки. Не в малом хотят быть великими, а возле великого оставаться малыми, жалкими, ничтожными.

Современный кинематограф, который стал с помощью компьютерной графики делать трюки, абсолютно недоступные для живого человека в реальности, всё дальше и дальше уходит от содержательности к пустой зрелищности, подменяя глубину сюжета нереальными по технической виртуозности кривляниями.

+++

Сфера вне-физиологических интересов человека – основная, первичная проблема цивилизации.

Интересы структурно деградируют – то есть из их сферы выпадают сложные сегменты, когда, например, человек перестаёт интересоваться историей или астрономией.

Интересы деградируют и динамически, то есть снижается степень накала, фанатизма, интерес переходит в факультативно-необязательный прохладный режим. Он не совсем забыл об истории или астрономии, но интересуется ими вяло, изредка, предпочитая максимально популяризированные и зрелищные версии.

Всё это ставит перед цивилизацией (а значит, всеми нами) во всей остроте вопрос:

Откуда берётся психическая энергия, делающая вне-физиологические дела интересными?

Ведь когда эта энергия иссякает, то всё за пределами грубой физиологии оказывается "скучным".

И это каждый познал на себе...

+++

Вне-физиологические интересы отрываются от конкретики (поскольку они оторваны от физиологии) – следовательно, порождены практикой обобщения. Абстрактность, выделение общих черт какого-либо множества делает мысль интересной для цивилизации – и она же делает мысль неинтересной для животного в человеке.

То есть в человеке живут два существа – одно биологическое, другое духовное, и у них два мышления: у плотского конкретное восприятие, у духовного – умозрительное абстрагирование.

Если я ем колбасу, то я ему конкретный продукт, и отражение этого процесса в голове связано с моей плотью и её интересами (физиологическими). Если я рассматриваю в книжке схему изготовления некоей «колбасы вообще» - то это меня не питает с точки зрения организма, это лишь пища для ума, желудку и иным органам не дающая ничего.

Так и складывается представление о двойственности мыслительной жизни: есть колбаса, как реально существующий в конкретном времени продукт. А есть новый вид колбасы – как идея вне времени, как не существующий ещё вымысел, который, теоретически, может создать конкретные продукты. Но только в будущем. А может и не создать…

Если конкретное мышление питается в буквальном смысле слова – от физиологии тела, то от чего питается абстрактное мышление? Все эти бесконечно чуждые нуждам конкретного момента конкретной физиологии обобщения, обобщения обобщений?

Наша версия: вся обобщающая мыслительная практика питается от идеи Бога – как Абсолюта, Высшего Смысла Вселенной и Единого начала. То есть высшая форма обобщений всего в мире в Единое является отправной точкой для более локальных обобщений, избавляющихся от привязки к конкретному времени, конкретному пространству, конкретному предмету.

Возникает религия – как необходимое предварительное условие возникновения науки и цивилизации, вообще всех обобщённых, абстрактных форм мысли.

Выйти за физиологию может только тот, кто явно или неявно (для себя) представляет Высшее существо вне-физиологическим, вне конкретной локации. Представление о высших бестелесных, бесплотных, вне времени и пространства, ценностях и смыслах отделяет человека от животных и цивилизацию от доисторических времён.

+++

Отдельно взятая, конкретная колбаса не представляет для цивилизации никакого интереса. Её съели – и она превратилась в ничто (мягко говоря – мы же знаем, во что она превратилась).

Новый вид колбасы – это уже более высокий уровень абстракции, обобщение практики. Новый вид уже интересен для цивилизации в целом и может считаться частью её технологического и культурного наследия.

Отсюда видно, что ценность для цивилизации представляют обобщения, и чем выше их уровень, тем ценнее они. Например, для археолога интереснее найти не черепки отдельно взятого древнего горшка, а вывести из черепков новый вид керамики – который позволит археологу судить об уровне древней культуры, обобщая её гончарное искусство.

Получается, что для цивилизации конкретный предмет вообще неинтересен, типология предметов – гораздо интереснее.

Нетрудно увидеть, что шкала ценности для цивилизации и уровень обобщения совпадают. Человек, отразивший эпоху, интересен, а человек, эпохи не отразивший – не интересен. Именно поэтому одних людей помнят веками, а других забывают, как конкретные, вне обобщения, биографии.

Но высшей формой обобщения является идея Бога. Это идея Всего, вне которого – только Ничто. Это идея Вечности, Бесконечности. То есть мы собирали конкретные предметы в типажи, типажи – в виды обобщая на всё более и более высоком уровне. И дошли до высшего уровня, дальше которого обобщать некуда, потому что больше бесконечности числа нет по определению.

Это показывает нам не только связь идеи Бога с обобщающей мыслительной практикой (от низшего, конкретного, к более и более высоким уровням обобщения, до самого высшего включительно). Это показывает нам и причины деградации, развала мыслительной практики при отказе от идеи Бога.

Обобщения свинчивались до Всеобщего Единого – в обратном порядке они начинают развинчиваться. Происходит процесс физиологического приспособленчества мысли.

Что такое отдельная, конкретная колбаса? Физиологическая потребность и вкусовое удовольствие. Для цивилизации она, отдельно взятая, абсолютно неинтересна. Для физиологии только она одна и интересна. Её съел и сыт, и доволен…

А что такое новый вид колбасы? Это же теоретическое умствование: схемы, картинки, книжки, описание процесса. Это ценно для цивилизации, это расширяет возможности цивилизации – но физиологически этим сыт не будешь.

Приоритет мыслительной деятельности переворачивается (что мы видели и видим сегодня). Приоритет теории над практикой (общего над конкретным) - меняется на приоритет конкретного.

Человек не хочет разрабатывать новый вид колбасы, потому что это абстрактный, умозрительный процесс, умственный труд. Человек хочет немедленного и практического результата здесь и сейчас. Причём для себя, а не для какого-то абстрактного «человека вообще», включающего усреднённый образ и его самого, и всех других людей.

Даже с такой абстракцией низкого уровня, как новый вид (дизайн) колбасы – всё же не философия и не поэзия, согласитесь, может быть связано много ненужных физиологии проблем: а вдруг, вместо того, чтобы обогатить создателя, он его разорит, будет сделан – и не пойдёт в торговле? Чем более высокого уровня абстракции – тем больше таких проблем.

Ведь человек, думающий обо всех сразу, а не только о себе – подобен туристу, который несёт рюкзаки всех, вместо того, чтобы нести только свой личный рюкзак. Аналогично вырастает и груз у человека, думающего вне времени: конкретно взятое время, конечно же, легче и проще обобщения периода вплоть до самой вечности…

+++

Здесь мы видим как бы анатомию эрозийных процессов человеческого мышления, в рамках которой человек дрейфует «по воле волн» из цивилизации в антицивилизацию.




[1] Евангелие от Матфея, 12:39.

Александр Леонидов; 13 сентября 2017

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ

    ЧЕЛОВЕК И ЕГО КОРНИ Я предлагаю всерьёз подумать о таком затёртом и расхожем выражении, как «корни человека», «мои корни». Что оно означает? Только ли происхождение человека, только ли его безвозвратно ушедшее прошлое, не имеющее никакого отношения к настоящему, ко дню сегодняшнему? Тот, кто мыслит связно, понимая причинно-следственные связи, никогда с таким не согласится. Прошлое диктует настоящее и будущее. «Корни» человека – это вся та совокупность, которая держит человека на родной земле и ПИТАЕТ его. Ведь это очевидная функция корней – удерживать и питать. Недаром зовут космополитов «перекати-полем», сравнивая с растением, оторвавшимся от корней…

    Читать дальше
  • В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ?

    В.АВАГЯН: ДЕЛО ИЛИ СМЕРТЬ? ​Мыши очень любят сыр. Но делать сыр они не умеют. Если мышей посадить в бочку с сыром, они сперва съедят весь сыр, потом начнут нападать друг на друга, а в итоге все передохнут в пустом и замкнутом пространстве. Если бы на Земле не было людей – то мыши никогда не попробовали бы сыра. Его просто не появилось бы, потому что возникновение сыра – это сложная цепочка ОБОСНОВАННОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ.

    Читать дальше
  • ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ

    ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ Говоря в трёх словах, фашизм – это идея радикального скотства. Но поскольку такие три слова похожи на ругательство, а ругаться не входит в наши планы, то придётся их развернуть. В глубинной основе фашистского движения лежит радикальный отказ от «химер сознания» - высоких, невещественных идей, связанных с сакральными образами и священными представлениями. Отказ идёт в пользу вещественных и грубо-материальных, ощутимо-плотных явлений. И за счет этого очищенная «верхняя полочка» сознания оказывается заполнена грубыми зоологическим отправлениями, которые теперь «исполняют обязанности» высших ценностей и духовных идеалов.

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношение каждого конкретного человека..